Решение по делу № 2-1382/2023 от 07.08.2023 - о взыскании материального и морального вреда, причиненного преступлением.

74RS0014-01-2023-001375-90

Дело № 2-1382/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Верхний Уфалей 07 августа 2023 года

Верхнеуфалейский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Шубаковой Е.С.,

при секретаре Бычковой О.Ф.,

с участием заместителя прокурора г. Верхнего Уфалея – ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО5 о взыскании материального и морального вреда, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО5 (с учетом уточнения исковых требований) о взыскании материального ущерба, причиненного преступлением в сумме 58014 руб., компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб.

В обоснование исковых требований, указала, что 5 декабря 2021 года, ответчик - ФИО5 находясь в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, используя в качестве оружия нож, применяя физическую силу, нанесла ФИО3, не менее 4 ударов в жизненно важные части тела: один удар в область грудной клетки, два удара в область живота, и один удар в область шеи слева, после получения указанных повреждений от острого малокровия жизненно важных органов, развившегося в результате проникающих колото-резанных ранений грудной клетки и живота с повреждением внутренних органов, наступила его смерть ДД.ММ.ГГГГ на месте происшествия.

После причинения смерти ФИО3, ответчик уничтожила следы преступления, переместила труп в лесной массив, где он был обнаружен 8 декабря 2021 года.

Приговором Верхнеуфалейского городского суда Челябинской области ответчик осуждена за преступление, предусмотренное ч.1 ст. 105 УК РФ - умышленное причинение смерти другому человеку. 3 апреля 2023 года приговор вступил в силу.

Истец является родной сестрой потерпевшего, которой как сестре убитого, причинен моральный вред. Смертью брата нанесена несравнимая душевная травма.

После случившегося с братом, истец до настоящего времени находится в состоянии депрессии, нервничает, на нервной почве обострилось хроническое заболевание - псориаз, возникают панические состояния, бессонница, периодически обращается за медицинской помощью. Погибший являлся единственным братом, между ними были близкие доверительные отношения, сильная родственная привязанность.

В связи с тем, что ответчик - ФИО5 уничтожала следы преступления, переместив труп в лесной массив, где он был обнаружен 8 декабря 2021 года, все переживали от неизвестности по поводу исчезновения брата, очень беспокоились за него.

До настоящего времени истец переживает смерть брата, постоянно плачет, принимает успокоительные лекарственные средства. Действиями ответчика истцу причинен моральный вред, который истец оценивает в 1000 000 рублей.

Также истцом понесены расходы на погребение брата в размере 58014 руб.

В судебном заседании истец ФИО2 на исковых требованиях настаивала. Кроме того, пояснила, что на погребение брата понесла расходы в сумме 58014 рублей. Денежных средств в счет возмещения материального вреда от ФИО5 не получала. В счет возмещения какого материального вреда получила денежные средства в размере 10000 рублей ФИО4, ей не известно. ФИО4 деньги ей не передавала.

Ответчик ФИО5, участвовавшая в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, возражала относительно удовлетворения исковых требований, указав, что не отрицает, что смертью брата истцу причинен моральный вред, однако, считает, что указанный размер компенсации завышен. У нее не имеется возможности компенсировать моральный вред. Также указала, что в ходе рассмотрения уголовного дела, в счет возмещения материального ущерба, связанного с погребением ФИО3, выплатила ФИО4 10000 рублей.

Выслушав лиц, участвующих в деле, мнение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Приговором Верхнеуфалейского городского суда Челябинской области от 28.11.2022 года, вступившим в законную силу 03.04.2023 года, ФИО5 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 Уголовного кодекса РФ, ей назначено наказание в виде лишения свободы.

Апелляционным определением Челябинского областного суда от 03 апреля 2023 года приговор Верхнеуфалейского городского суда Челябинской области от 28 ноября 2022 года в отношении ФИО5 изменен: исключено из описательно-мотивировочной части указание на т. 2 л.д. 28-(постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 22 декабря 2021 года), л.д. 41-42 (постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 31 января 2022 года) как на доказательства виновности осужденной ФИО5; <данные изъяты> исключена из описательно-мотивировочной части ссылка на явку с повинной как на доказательство виновности осужденной ФИО5; признано в качестве смягчающих наказание ФИО5 обстоятельства: признание вины, отсутствие судимостей, раскаяние в содеянном; смягчено ФИО5 назначенное по ч. 1 ст. 105 УК РФ наказание до 8 лет 4 месяцев лишения свободы; указать в резолютивной части приговора на зачет времени содержания ФИО5 под стражей на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК в период с 09 декабря 2021 года до даты вступления приговора в законную силу исходя и соответствия одному содержания под стражей полутора дням отбывания наказания в исправительной колонии общего режима вместо ошибочно указанного соответствия полутора дней содержания под стражей одному дню отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения.

Судом установлено, что ФИО3 являлся братом ФИО2

Согласно ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 04.07.2017 N 1442-О, из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений в качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами, а также нормами, определяющими место и роль суда в правовой системе Российской Федерации, юридическую силу и значение его решений вытекает признание преюдициального значения судебного решения, предполагающего, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Приговором Верхнеуфалейского городского суда Челябинской области от 28.11.2022 года, вступившим в законную силу 03.04.2023 года установлено, что ФИО5 совершила убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах.

05 декабря 2021 года, в ночное время, около 23 - 24 часов, ФИО5 и ФИО3 находились в <адрес>. В указанное время, в указанном месте, между ФИО5 и ФИО3 произошел словесный конфликт, в ходе которого у ФИО5 внезапно возник преступный умысел, направленный на причинение смерти ФИО3

Далее, в указанное время, в указанном месте, ФИО5, реализуя внезапно возникший умысел, направленный на убийство ФИО3, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, действуя умышленно, вооружилась находившимся в кухне вышеуказанной квартиры ножом, и, используя его в качестве оружия, с силой нанесла данным ножом ФИО3 не менее 4 ударов в жизненно-важные части тела - один удар в область грудной клетки, два удара в область живота, и один удар в область шеи слева.

Своими умышленными действиями ФИО5 причинила ФИО3, согласно заключения эксперта № от 11 февраля 2022 года колото-резаное торокоабдоминальное ранение грудной клетки в подгрудинном угле (ниже проекции мечевидного отростка грудины), проникающее в грудную и брюшную полость, с повреждением мягких тканей, подкожно-жировой клетчатки, ткани диафрагмы, ткани левой доли печени; колото-резаное слепое ранение передней брюшной стенки живота слева, проникающее в брюшную полость с повреждением мягких тканей, подкожно-жировой клетчатки, мышц, ткани сальника, ткани брыжейки тонкого кишечника ткани толстого и тонкого кишечника; колото-резаное слепое ранение передней брюшной стенки живота по средней линии, проникающее в брюшную полость с повреждением мягких тканей, подкожно-жировой клетчатки, мышц, ткани брыжейки тонкого кишечника, ткани толстого и тонкого кишечника.

Ранения грудной клетки и живота, проникающие в плевральную и брюшную полость с повреждением внутренних органов (ткани диафрагмы, печени, сальника, брыжейки тонкого кишечника, ткани тонкого и толстого кишечника) по степени тяжести относятся к тяжкому вреду здоровья, опасные для жизни человека и в данном конкретном случае вызвавшие смерть, поэтому между острой травмой грудной клетки и живота и смертью ФИО3 усматривается прямая причинно-следственная связь.

Кроме того, своими умышленными действиями ФИО5 причинила ФИО3 колото-резаное слепое ранение мягких тканей боковой поверхности шеи слева, которое по степени тяжести относится к легкому вреду здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья.

Смерть ФИО3 наступила 05 декабря 2021 года, спустя короткий промежуток времени после получения указанных повреждений, на месте происшествия от острого малокровия жизненно-важных органов, развившегося в результате проникающих колото-резаных ранений грудной клетки и живота, с повреждением внутренних органов.

После причинения смерти ФИО3, ФИО5 уничтожила следы преступления, после чего переместила труп ФИО3 с места преступления в лесной массив, в 300-350 метрах от гаражей, располагающихся около <адрес>, где он был обнаружен 08 декабря 2021 года.

В рамках уголовного дела гражданские иски заявлены не были.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (ч. 1 ст. 20), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации право на жизнь наряду с другими нематериальными благами и личными неимущественными правами принадлежит гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемо и непередаваемо иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда (как имущественного, так и морального), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Для применения такой меры ответственности, как компенсация морального вреда, юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага.

Из разъяснений, содержащихся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», также следует, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Приоритетная функция деликтного обязательства по компенсации морального вреда - это компенсация за нарушение личных неимущественных прав и посягательство на нематериальные блага. В случае причинения вреда жизни и здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда).

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.

Приговором Верхнеуфалейского городского суда Челябинской области от 28.11.2022 года, вступившим в законную силу 03.04.2023 года, установлено, что ФИО5 совершила убийство ФИО3

Факт причинения истцу морального вреда в связи со смертью родного брата не вызывает сомнений, является очевидным и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание что, смерть близкого человека сама по себе является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата родного человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.

Как указано в исковом заявлении, истцу как сестре убитого, нанесена несравнимая душевная травма, до настоящего времени находится в состоянии депрессии, нервничает, на нервной почве обострилось хроническое заболевание - псориаз, возникают панические состояния, бессонница, периодически обращается за медицинской помощью, до настоящего времени переживает смерть брата, постоянно плачет, принимает успокоительные лекарственные средства. В соответствии с выпиской из истории болезни амбулаторного больного ФИО2 ГБУЗ «Городская больница г. Верхний Уфалей», с декабря 2021 отмечает ухудшение состояния: головную боль, головокружение, расширение зон псориатических пятен, наблюдалась у невролога, терапевта.

Из показаний свидетеля ФИО8 данных в судебном заседании, следует, что между ФИО2 и её братом ФИО3 были хорошие родственные отношения, они помогали друг другу, общались.

Кроме того, суд учитывает, что приговором Верхнеуйалейского городского суда от 28.11.2022 установлено, что одним из поводов к совершению подсудимой ФИО5 преступления, учитывая обстоятельства дела, явилось аморальное поведение потерпевшего ФИО3, также суд учитывает материальное и семейное положение ответчика (трудоспособный возраст, наличие двоих несовершеннолетних детей), а также требования разумности и справедливости, считает возможным взыскать с ответчика в пользу ФИО2 сумму компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей.

В силу закрепленного в ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 3 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

К числу расходов на погребение могут быть отнесены расходы на поминки/поминальный обед, за исключением расходов на спиртные напитки, размер которых определяется в соответствии с принципом разумности.

В соответствии со ст. 10 Закона о погребении, в случае, если погребение осуществлялось за счет средств супруга, близких родственников, иных родственников, законного представителя умершего или иного лица, взявшего на себя обязанность осуществить погребение умершего, им выплачивается социальное пособие на погребение в размере, равном стоимости услуг, предоставляемых согласно гарантированному перечню услуг по погребению, указанному в п. 1 ст. 9 настоящего Федерального закона.

В силу ст. 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитываются.

Ни Закон о погребении, ни Гражданский кодекс Российской Федерации не определяет критерии определения достойных похорон, а потому категория достойных похорон является оценочной, главным ориентиром должна служить воля умершего (п. 1 ст. 5 Закона о погребении). Однако, в случае отсутствия волеизъявления умершего право на разрешение действий, указанных в п. 1 ст. 5, имеют супруг, близкие родственники (дети, родители, усыновленные, усыновители, родные братья и родные сестры, внуки, дедушка, бабушка), иные родственники либо законный представитель умершего, а при отсутствии таковых иные лица, взявшие на себя обязанность осуществить погребение умершего, с учетом своего отношения к умершему, а также с учетом отношения близких к памяти об умершем.

При этом размер возмещения не может ставиться в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного ст. 9 Закона о погребении. Возмещению подлежат необходимые расходы на достойные похороны, отвечающие требованиям разумности, что в полной мере соответствует понесенным истцом расходам.

В подтверждение произведенных расходов на погребение истцом представлены:

квитанция-договор ИП ФИО9 № от 13 декабря 2021 года на сумму 4950 руб. (обряжение 750 руб., мытье тела 650 руб., мытье головы 650 руб., бритье 500 руб., дезобработка – 850 руб., причесывание 250 руб., фар.маска 750 руб., укладка в гроб 450 руб., снятие мерки 100 руб.);

товарный чек ИП ФИО10 № от 13.12.2021 года на сумму 15740 рублей (ритуальные товары);

товарный чек ИП ФИО10 № от 10 декабря 2021 года на сумму 21000 руб. (могила - 14000 руб., закоп - 2000 руб., демонтаж - 500 руб., пронос – 3000 руб., тропа – 1500 руб.);

товарный чек ООО «Кристалл-М» № от 13 декабря 2021 года на сумму 10000 руб. (ритуальные услуги);

товарный чек ИП ФИО11 от 17 декабря 2021 года на сумму 6324 руб. (поминальный обед).

Общая сумма расходов ФИО2 на погребение составила 58014 руб.

В соответствии с заявлением от 24.11.2022, ФИО5 просила представителя потерпевшего ФИО4 принять в счет частичного возмещения материального ущерба денежные средства в размере 10000 рублей. Распиской от 24.11.2022 ФИО4 подтвердила получение от ФИО5 в счет возмещения материального ущерба в размере 10000 рублей.

Как следует из представленной расписки от 24.11.2022, на которую ссылается ответчик как на доказательство частичного возмещения материального ущерба, ФИО4 получила от ответчика "в счет частичного возмещения материального ущерба 10000 рублей», следовательно, указанную сумму невозможно признать суммой, которая является возмещением ущерба, причиненного истцу ФИО2.

С учетом изложенного суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований о взыскании расходов на погребение, в том числе в части поминального обеда в день похорон, исходя из сложившейся традиции обряда.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию материальный ущерб (расходы на погребение ФИО3) в сумме 58014 руб.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию госпошлина в доход местного бюджета в размере 2240 рублей (1940, 42 руб. – требования материального характера + 300 руб. - требования нематериального характера), поскольку в силу ст. 89 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, от уплаты государственной пошлины освобождаются истцы - по искам о возмещении имущественного и морального вреда, причиненного преступлением.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ :

Взыскать с ФИО5, <данные изъяты> в пользу ФИО2 <данные изъяты> материальный ущерб в сумме 58014 (пятьдесят восемь тысяч четырнадцать) рублей, компенсацию морального вреда в сумме 300 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 к ФИО5, отказать.

Взыскать с ФИО5 государственную пошлину в доход бюджета Верхнеуфалейского городского округа в сумме 2240 рублей 42 копейки.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке либо на него может быть принесено представление прокурором в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы либо представления через Верхнеуфалейский городской суд.

Председательствующий: Е.С. Шубакова

Решение принято в окончательной форме 11 августа 2023 года.

Судья: Е.С. Шубакова