ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
<дата> <адрес>
Советский районный суд <адрес> Приморского края в составе:
председательствующего судьи Поповой А.В.,
при секретаре <ФИО>4
с участием представителя прокуратуры Советского района <адрес> <ФИО>5
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску <ФИО>3 к КГАУЗ «Владивостокская клиническая больница <номер>» о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда,
установил:
истец обратилась в суд с вышеназванным иском, указав, что является матерью умершего <ФИО>1, признана потерпевшей по уголовному делу. <дата> Советским районным судом <адрес> вынесено постановление, в соответствии с которым уголовное преследование по обвинению <ФИО>2, в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. Постановлением установлено, что <дата> в 20 часов 30 минут <ФИО>1 обратился в травматологическое отделение КГАУЗ «ВКБ № <номер>» для оказания квалифицированной медицинской помощи с диагнозом «закрытый косой перелом 3,4 пястных костей правой кисти со смещением. Тупая травма живота» с ярко выраженным болевым синдромом в области живота. Для дальнейшего оказания <ФИО>9 медицинской помощи привлечен врач-хирург <ФИО>2, осуществлявший дежурство. Дефекты медицинской помощи, допущенные <ФИО>2, повлекли прогрессирование у <ФИО>1 полиорганной недостаточности с развитием фибринозно-гнойного перитонита и острой кровопотери и смерть. В результате смерти <ФИО>1 истцу причинен моральный вред, а также имущественный ущерб, связанный с расходами на погребение. По этим основаниям просит суд взыскать компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей, а также сумму материального ущерба в размере 658 469,60 рублей.
В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал по основаниям и доводам, изложенным в иске и просил их удовлетворить в полном объеме.
Ответчик, уведомленный судом в соответствии с требованиями ст. 113 ГПК РФ, что следует из почтовых уведомлений, не явился, уведомлен надлежащим образом, в ранее поданных возражениях просили в удовлетворении требований отказать.
Третье лицо в судебное заседание не явилось, уведомлено надлежащим образом.
В силу ст.ст. 20, 165.1 ГК РФ, ст. ст.113, 233 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в порядке заочного производства.
Выслушав участников процесса, заключение помощника прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению в части компенсации морального вреда, а в части материального ущерба подлежащим удовлетворению в полном объеме, исследовав материалы дела, оценив в совокупности все представленные доказательства, учитывая конкретные обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что требования истца подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N <номер> причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, поэтому потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).
При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
При рассмотрении дела установлено, что <ФИО>1, <дата> года рождения является сыном <ФИО>3, умер <дата>, что подтверждается соответствующими свидетельствами и справкой о заключении брака <ФИО>6 с <ФИО>7
Постановлением Советского районного суда <адрес> от <дата> уголовное преследование по обвинению <ФИО>2, в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.
Указанным постановлением установлено, что <дата> в 20 часов 00 минут <ФИО>1 обратился в травматологическое отделение КГАУЗ «Владивостокская поликлиника № <номер>», где по результатам обследования врачом-травматологом-ортопедом выставлен диагнозом «Закрытый косой перелом 3,4 пястных костей правой кисти со смещением. Тупая травма живота» и направлен в КГАУЗ «ВКБ <номер>» для оказания специализированной медицинской помощи, куда он прибыл в 20 часто 30 минут <дата> для оказания квалифицированной медицинской помощи. Для дальнейшего оказания <ФИО>9 медицинской помощи был привлечен медицинский работник КГАУЗ «ВКБ № <номер>» врач-хирург <ФИО>2, осуществлявший дежурство в соответствии с табелем № <номер> КГАУЗ «ВКБ № <номер>».
При этом <ФИО>2 знал, что приступая к оказанию <ФИО>1 медицинской помощи он, как врач-хирург, принимает на себя обязанность по оказанию медицинской услуги надлежащего качества, то есть отвечающей требованиям безопасности жизни и здоровья потребителя.
В период с 20 часов 30 минут до 22 часов 00 минут <дата>, в соответствии с заполненным врачом-хирургом <ФИО>2 листом назначений № <номер> от <дата> <ФИО>1 в КГАУЗ «ВКБ <номер>» проведено ультразвуковое исследование, в ходе которого повреждений указанных внутренних органов <ФИО>1 (печени, желчного пузыря, поджелудочной железы) и свободной жидкости в его брюшной полости не выявлено ввиду их отсутствия. Тем самым врач-хирург <ФИО>2, умышленно ограничившись при оказании медицинской помощи <ФИО>1 проведением в отношении него наружного осмотра и ультразвукового исследования печени, желчного пузыря, поджелудочной железы с исследованием брюшной полости на наличие свободной жидкости, грубо нарушил вышеперечисленные требования к его профессиональным обязанностям, установленные Конституцией Российской Федерации, Законом, Единым квалификационным справочником, Дополнительным соглашением, Должностной инструкцией и Кодексом этики.
В этой связи врач-хирург <ФИО>2, учитывая указанные результаты проведенного им осмотра <ФИО>1 и его ультразвукового исследования, необходимое решение о госпитализации <ФИО>1 в стационар не принял, направив его <дата> для дальнейшего амбулаторного наблюдения по месту жительства.
Таким образом, избранный врачом-хирургом <ФИО>2 ненадлежащий объем медицинской помощи <ФИО>1 не позволил установить наличие у него на момент обращения в КГАУЗ «ВКБ <номер>» тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, создающего непосредственную угрозу для жизни, то есть установленных п. 5.1 Территориальной программы показаний к обязательной госпитализации <ФИО>1, требующих активного его медицинского лечения, динамического наблюдения и проведения специальных видов обследования и лечения, в результате чего врач-хирург <ФИО>2 фактически оставил <ФИО>1 в указанном состоянии без необходимой квалифицированной медицинской помощи.
Совершая указанные деяния, врач-хирург <ФИО>2 осознавал, что в вышеописанной клинической ситуации оказанный им объем медицинской помощи <ФИО>1 создавал реальную угрозу его жизни и здоровью и мог повлечь тяжкие последствия в виде смерти последнего, предвидел возможность наступления этих общественно опасных последствий и сознательно их допускал, не желая их наступления. Установлено, что врач-хирург <ФИО>2 действовал умышленно, с целью оказания медицинской услуги ненадлежащего качества.
В результате тупая травма живота с разрывом тонкой кишки и её брыжейки и вышеперечисленные дефекты оказания медицинской помощи, допущенные врачом-хирургом <ФИО>2, повлекли прогрессирование у <ФИО>1 полиорганной недостаточности с развитием фибринозно-гнойного перитонита и острой кровопотери.
В результате преступных действий <ФИО>2 при отсутствии своевременной надлежащей медицинской помощи, в том числе в условиях специализированного стационара, в период с 01 часа 00 минут до 05 часов 00 минут <дата> по месту жительства <ФИО>1 по адресу: <адрес>, по неосторожности наступила его смерть от прогрессирующей полиорганной недостаточности, возникшей вследствие тупой травмы живота с разрывом тонкой кишки и её брыжейки, осложнившейся развитием фибринозно-гнойного перитонита и острой кровопотери. Смерть <ФИО>1 могла не наступить при надлежащем исполнении врачом-хирургом <ФИО>2 своих профессиональных обязанностей, выразившемся в своевременном принятии необходимых мер по постановке <ФИО>1 правильного диагноза и оказанию ему квалифицированной медицинской помощи.
В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> N <номер> следует, что решение о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию предполагает основанную на материалах расследования констатацию того, что лицо совершило деяние, содержащее все признаки состава преступления. Именно поэтому прекращение уголовного преследования по такому основанию не допускается, если обвиняемый против этого возражает, - в таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.
Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что отказ в возбуждении уголовного дела или его прекращение в связи с освобождением лица от уголовной ответственности и наказания по нереабилитирующему основанию не влекут признание лица виновным или невиновным в совершении преступления. Принимаемое в таких случаях процессуальное решение не подменяет собой приговор суда и по своему содержанию и правовым последствиям не является актом, которым устанавливается виновность подозреваемого или обвиняемого (подсудимого) в том смысле, как это предусмотрено статьей 49 Конституции Российской Федерации. Подобного рода решения констатируют отказ от дальнейшего доказывания виновности лица, несмотря на то, что основания для осуществления в отношении него уголовного преследования сохраняются (Постановление от <дата> N <номер>).
В Определении Конституционного Суда РФ N <номер> от <дата> указано, что для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда по уголовному делу, обязательным является только приговор, вступивший в законную силу, и только по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (ч. 4 ст. 61 ГПК РФ). Постановление о прекращении уголовного дела в силу ч. 1 ст. 71 ГПК РФ отнесено к письменным доказательствам по гражданскому делу, однако это обстоятельство не предполагает обязанности суда без дополнительной проверки признавать те или иные обстоятельства, изложенные в этом постановлении. Оно подлежит оценке наряду с другими доказательствами.
Из разъяснений, содержащихся в п. 28 Постановления Пленума ВС РФ от <дата> N <номер> "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности", следует, что прекращение уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования не является реабилитирующим основанием, не свидетельствует об отсутствии в деянии состава преступления.
Исходя из изложенного, постановление суда о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении <ФИО>2 в связи с истечением срока давности уголовного преследования в силу положений ст. 61 ГПК РФ не имеет преюдициального значения для суда при разрешении гражданского иска о возмещении вреда, однако является одним из доказательств по делу, свидетельствующих о согласии ответчика с основанной на материалах расследования констатацией в данном постановлении, что он совершил деяние, содержащее все признаки состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.
В случае несогласия с содержащимися в постановлении от <дата> выводами <ФИО>2 был вправе не соглашаться с прекращением в отношении него уголовного дела и уголовного преследования в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, настаивать на рассмотрении уголовного дела по существу и вынесении в отношении него оправдательного приговора суда.
В соответствии со статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации условием ответственности юридического лица перед третьими лицами по возмещению ущерба, причиненного его сотрудником, является причинение вреда, именно, работником при исполнении им своих трудовых обязанностей или обязанностей, вытекающих из гражданско-правового договора, по заданию соответствующего юридического лица и под его контролем за безопасным ведением работ.
Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N <номер> "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).
Статьей 73 Федерального закона от <дата>. № <номер> «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что медицинские работники обязаны оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями.
В соответствии со ст. 98 Федерального закона от <дата>. № <номер> «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
Действия, совершенные <ФИО>2, повлекшие по неосторожности смерть <ФИО>1 осуществлялись в связи с исполнением им трудовых обязанностей, в соответствии с его должностными обязанностями.
Поскольку действия работника расцениваются как действия самого работодателя, на работодателя в силу закона возлагается обязанность по возмещению морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.
При указанных обстоятельствах ответственность по возмещению морального вреда обоснованно возложена судом на КГАУЗ «ВКБ <номер>», с которыми в трудовых отношениях состоял <ФИО>2
Поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью близкого им человека, факт причинения им морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации.
Смерть близкого родственника (сына) для истца сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, а также неимущественное право на семейные связи, подобная утрата, безусловно, является тяжелым событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания. Утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.
Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений.
В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.
Установив указанные выше обстоятельства и оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ все представленные в материалы дела доказательства, оценивая в совокупности конкретные действия причинителя вреда, соотнося их с тяжестью наступивших последствий, принимая во внимание утрату семейных отношений, суд полагает необходимым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, данный размер соответствует требованиям разумности и справедливости, характеру перенесенных нравственных страданий, индивидуальным особенностям истца.
Согласно ст. 1094 ГК РФ предусмотрено, что лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.
Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от <дата> N <номер> "О погребении и похоронном деле".
В соответствии со статьей 3 этого закона, погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).
В отношении расходов на погребение законом установлен принцип возмещения лишь таких расходов, которые признаны необходимыми судом.
В силу статьи 5 приведенного закона, вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.
Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, то есть размер возмещения, не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного статьей 9 Федерального закона от <дата> N <номер> супругу, близким родственникам, иным родственникам, законному представителю или иному лицу, взявшему на себя обязанность осуществить погребение умершего, гарантируется оказание на безвозмездной основе следующего перечня услуг по погребению: оформление документов, необходимых для погребения; предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения; перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).
Поминальный обед, а также установка на могиле умершего надгробия и ограды могут быть отнесены к традициям и обычаям, связанным с погребением человека и подлежат возмещению в разумных пределах.
Как указано выше, статья 3 этого же Закона определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.
Из анализа правовых норм следует, что взысканию подлежат лишь те расходы на погребение, которые являются необходимыми и входят в пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела.
При определении необходимых расходов на достойные похороны суд руководствуется нормами Федерального закона от <дата> N <номер> «О погребении и похоронном деле», Закона Приморского края от <дата> N <номер> «О погребении и похоронном деле в Приморском крае", Решением Думы <адрес> от <дата> N <номер> "О принятии муниципального правового акта <адрес> «Положение об организации и содержании мест захоронения в <адрес>», приведенными выше нормами гражданского права и актом их толкования.
Истцом понесены следующие расходы: проезд <ФИО>3 на автобусе по маршруту <адрес> на сумму 1300 рублей, авиаперелет по маршруту <адрес> - 22 703 рублей, авиаперелет по маршруту <адрес> - 35491 рублей, покупка гроба деревянного с х/б обивкой - 11 000 рублей, покупка покрывала в гроб - 2600 рублей, услуги морга - 1740 рублей, изготовление и герметизация цинкового ящика - 17 300 рублей, услуги рабочих - 12 000 рублей, услуги, связанные с оформление справки о смерти и свидетельства о смерти - 500 рублей, изготовление деревянного ящика (упаковка) - 5500 рублей, разгерметизация цинкового ящика - 2200 рублей, оформление документации (справка о бальзамации, СЭС, об отсутствии посторонних вложений) - 3000 рублей, услуги катафалка для «<номер>» в аэропорт - 6000 рублей, услуги перевозки - 1696, 90 рублей, приобретение одежды для погребения - 5400 рублей, услуги ритуального агента - 2400 рублей, терминальная обработка во <адрес> - 2249 рублей, агентское сопровождение <номер> - 1730 рублей, бронирование груза - 450 рублей, оформление ГАН - 530 рублей, оформление декларации безопасности - 270 рублей, маркировка отправительская - 20 рублей, перевозка «<номер>» по маршруту <адрес> - 46 015,70 рублей, услуги аэропорта в <адрес> (терминальная обработка груза - 2400 рублей, оформление пропуска для въезда автомобиля ритуальных услуг - 488 рублей) - 2888 рублей, копка могилы ручным способом - 9500 рублей, услуги ритуального агента- 1500 рублей, разовая уборка места захоронения - 500 рублей, покупка венков - 6450 рублей, покупка венков - 2980 рублей, лента для венка- 1000 рублей, табличка на крест металлическая - 600 рублей, мешок эвакуаторный - 205,20 рублей, агенты сопровождения (панихидный зал - 3700 рублей, панихидный зал - 4250 рублей, закопка могилы - 1500 рублей, доставка усопшего в морг - 780 рублей, доставка ритуальных принадлежностей на дом с перекладкой - 950 рублей, доставка усопшего в морг- 514рублей), поминальный обед в кафе ООО «Восторг» - 8700 рублей, устройство места захоронения: благоустройство (укладка плитки, крошки), комплекс работ (заливка гранитного подиума, выравнивание земли, засыпка щебня)-212 976,00 рублей, изготовление гранитного памятника - 121 700 рублей, оформление и установка гранитного памятника - 95 680рублей, а всего на сумму 658 469,60 рублей.
В подтверждение понесенных расходов представлены: квитанция электронного и пассажирского билетов, товарные чеки, договор, счета-фактуры, грузовая накладная, квитанция разных сборов, акты заказа услуг, кассовые чеки на отправку «<номер>», договоры подряда <номер>, приходные кассовые ордера.
Таким образом, суд исходит из того, что в состав расходов на достойные похороны (погребение) подлежат включению как расходы по предоставлению гроба и других ритуальных предметов (в том числе приобретение одежды для погребения), туалет трупа, перевозка тела умершего, организация подготовки места захоронения, непосредственное погребение, установление мемориального надмогильного сооружения, так и расходы, связанные с организацией поминального обеда в день захоронения, поскольку данные действия общеприняты и соответствуют традициям населения России, являются одной из форм сохранения памяти об умершем.
Заявленные истцом ко взысканию расходы являются необходимыми как форма сохранения памяти об умершем, отвечают обычаям, общеприняты.
Действия истца по приобретению памятника и благоустройству могилы - это проявление достойной заботы о могиле сына и поддержании ее в надлежащем состоянии.
Принимая во внимание изложенное, суд находит вышеуказанные расходы, подтвержденными допустимыми, достаточными и относимыми доказательствами, являлись необходимыми и разумными, соответствующими обычно совершаемым обрядовым действиям, а потому подлежат взысканию в общем размере 658 469,60 рублей.
В силу п. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход муниципального бюджета в размере 21 169,39 рублей.
Руководствуясь ст. ст. 13, 194-199, 233 – 235 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования <ФИО>3 удовлетворить частично.
Взыскать с КГАУЗ "Владивостокская клиническая больница <номер>" (ОГРН <***> ИНН <***>), в пользу <ФИО>3 <дата>. рождения (паспорт <номер>) в возмещение ущерба в сумме 658 469 рублей, компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.
Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.
Заочное решение суда может быть обжаловано ответчиком в апелляционном порядке в Приморский краевой суд в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.
Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.
Мотивированное заочное решение суда составлено <дата>.
Председательствующий Попова А.В.