Дело № 2-3173/2022

(45RS0026-01-2022-001724-86)

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Курганский городской суд Курганской области в составе:

председательствующего судьи Буториной Т.А.

при секретаре судебного заседания Родиной К.Д.

с участием истца ФИО1, ее представителя ФИО15, представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кургане 21 июня 2022 г. гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Администрации г. Кургана о включении в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, подлежащих обеспечению жилыми помещениями, предоставлении жилого помещения,

установил:

ФИО1 (до заключения брака ФИО18, ФИО17) обратилась в суд с иском к Администрации г. Кургана о включении в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, подлежащих обеспечению жилыми помещениями, предоставлении жилого помещения.

В обоснование исковых требований указала, что родилась ДД.ММ.ГГГГ г., относится к категории лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Как сирота она обращалась в Администрацию г. Кургана для постановки ее на учет по отдельному списку, согласно Постановлению Правительства Рроссийской Федерации от 4 апреля 2019 г. № 397 «О формировании списка детей-сирот, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей и достигли возраста 23 лет, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями». По сведениям АО «Почта России» заявление ФИО14 22 сентября 2020 г. получено Администрацией г. Кургана, однако ее обращение осталось без рассмотрения, результат до сегодняшнего дня неизвестен. С учетом ситуации в Курганской области по распространению новой коронавирусной инфекции, не представилось возможным лично узнать об итогах рассмотрения заявления по включению ее в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями. Путем телефонных переговоров данная информация также не установлена. Истец, являясь многодетной матерью, в целях обеспечения себя и своих детей жилым помещением, в 2012 году приобрела жилой дом площадью 28 кв. м в СНТ «Союз-1». На момент приобретения дома у истца было трое детей. На сегодняшний день, жилой дом пришел в непригодное для проживания состояние, возможность проживания в нем отсутствует, в связи с чем истец вынуждена с детьми проживать в арендуемой квартире. Таким образом, начиная с 2015 года и до настоящего времени истец каким-либо пригодным для проживания жилым помещением, в отношении которого она бы обладала самостоятельным правом пользования, не обеспечена. На момент достижения истцом 18-летнего возраста Правила обеспечения жильем детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа не были утверждены. На сегодняшний день и на день подачи заявления в Администрацию г. Кургана о включении в список на обеспечение жильем как льготной категории граждан такие правила действовали. Истец полагала, что она имеет право на ообеспечение ее жильем вне зависимости от достижения возраста 23 лет.

Просила суд обязать Администрацию г. Кургана включить ее в список детей-сирот, оставшихся без попечения родителей, достигших возраста 23 года, подлежащих обеспечению жилым помещением, предоставить жилое помещение по договору специализированного найма площадью не менее принятых в г. Кургане социальных норм во внеочередном порядке за счет средств городского бюджета, взыскать с Администрации г. Кургана судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель по доверенности ФИО15 на удовлетворении исковых требований настаивали, дали пояснения согласно доводам, изложенным в иске и письменных пояснениях к нему, настаивали на том, что ФИО1 как лицо из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, имеет право на обеспечение жильем в том числе и после достижения ею 23 лет, так как ранее жильем обеспечена не была и данное право за ней сохранилось.

В судебном заседании представитель ответчика Администрации г. Кургана по доверенности ФИО4 с заявленными требованиями не согласилась, просила в их удовлетворении отказать за необоснованностью. Пояснила, что истец на учете в качестве нуждающейся в жилом помещении не состоит, в списке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, не значится, ранее с соответствующим заявлением ни она, ни ее опекуны не обращались. Отметила, что в 2017 году ФИО1 обращалась в Администрацию г. Кургана по вопросу постановки ее на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении как многодетной семьи, однако в постановке на учет было отказано, о чем вынесено постановление от 14 июня 2017 г. № 4504.

Представители третьих лиц Главного управления социальной защиты населения Курганской области, Департамента имущественных и земельных отношений Курганской области, Департамента социальной политики Администрации г. Кургана, Финансового управления Курганской области (в настоящее время - Департамента финансов Курганской области) в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Представитель третьего лица Главного управления социальной защиты населения Курганской области представил письменный отзыв, в котором просил рассмотреть дело без его участия, с исковыми требованиями не согласился, указав, что оснований для включения истца в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа, и предоставления истцу специализированного благоустроенного жилья отсутствуют.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил рассмотреть дело без участия не явившихся лиц.

Заслушав пояснения истца и ее представителя, представителя ответчика, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что истец ФИО16 (до перемены фамилии в связи с регистрацией брака ФИО17, ФИО19) ФИО2 родилась ДД.ММ.ГГГГ г., в повторном свидетельстве о рождении серии I-БС № от 16 августа 2005 г. сведения о родителях отсутствуют.

Распоряжением Главы городского самоуправления, мэра города Кургана № 74-р от 12 января 1999 г. вследствие того, что ребенка в шестимесячном возрасте оставили незнакомые цыгане, факт рождения ребенка установлен решением суда от 19 октября 1988 г., сведения о родителях в свидетельстве о рождении отсутствуют, над несовершеннолетней ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, установлена опека, опекуном назначена ФИО6

Распоряжением Главы городского самоуправления, мэра города Кургана № 1344-р от 25 марта 2003 г. над несовершеннолетней ФИО5 переоформлена опека, опекуном назначена ФИО5

Согласно повторному свидетельству о государственной регистрации права от 17 мая 2012 г. истец на основании договора купли-продажи от 6 мая 2012 г. является собственником жилого дома общей площадью 28 кв. м, расположенного по адресу: г. Курган, СНТ <адрес>

По указанному адресу истец зарегистрирована со своими детьми ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения.

Истец фактически проживает в жилом помещении, расположенном по адресу: <...>.

Главным управлением социальной защиты населения Курганской области в 2016 году семья ФИО1 признана многодетной.

По сведениям Департамента жилищно-коммунального хозяйства Администрации г. Кургана ФИО16 (ФИО17, Козловская) Е.И. на учете в качестве нуждающейся в улучшении жилищных условий не состоит.

В июне 2017 года истец обращалась в Департамент жилищно-коммунального хозяйства Администрации г. Кургана с заявлением о принятии ее на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении.

Постановлением Администрации г. Кургана от 14 июня 2017 г. № 4504 истцу отказано в постановке на учет в связи с тем, что не представлены документы, подтверждающие право состоять на учете в качестве нуждающейся в жилом помещении.

Из пояснений истца в судебном заседании следует, что в сентябре 2020 года она направила в адрес Администрации г. Кургана заявление о включении ее в список детей сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые подлежат обеспечению специализированными жилыми помещениями, которое было оставлено без ответа.

Согласно ответу Администрации г. Кургана ФИО16 (ФИО17, ФИО20) Е.И. ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, в списке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа, которые подлежат обеспечению специализированными жилыми помещениями в Администрации г. Кургана не состоит, ранее в Администрацию г. Кургана с заявлением о включении ее в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа, которые подлежат обеспечению специализированными жилыми помещениями, не обращалась.

По данным МКУ г. Кургана «Жилищная политика», Администрации Кетовского района Курганской области с ФИО16 (ФИО17, Козловской) Е.И. на территории г. Кургана, Кетовского района Курганской области договор социального найма жилого помещения не заключался, членом семьи нанимателя она не является, право на приватизацию жилья в г. Кургане не использовала.

Данные обстоятельства установлены судом и лицами, участвующими в деле, не оспаривались.

Настаивая на заявленных исковых требованиях, истец ФИО11 ссылалась на то, что несвоевременное обращение с заявлением об обеспечении ее жилым помещением как лица из числа детей, оставшихся без попечения родителей, обусловлено уважительной причиной, связанной с ненадлежащим выполнением обязанностей по защите ее прав как ребенка-сироты органами исполнительной власти и опекунов, которые не контролировали данную ситуацию, а также тем, что на дату достижения ею возраста 23 лет у нее на иждивении находилась трое несовершеннолетних детей и в силу объективных причин она не смогла воспользоваться своим правом и встать на учет в целях обеспечения ее жильем. Также ссылалась на то, что дом, принадлежащий ей на праве собственности, непригоден для проживания.

Статьей 40 Конституции Российской Федерации гарантировано право каждого гражданина на жилище.

На государство возложена обязанность по обеспечению дополнительных гарантий жилищных прав, путем предоставления жилища бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами не любым, а только малоимущим и иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище.

Жилищным кодексом Российской Федерации и Федеральным законом от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» определены меры социальной поддержки детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в том числе дополнительные гарантии прав на жилое помещение.

Пунктом 2 части 2 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до 1 января 2013 г.) предусмотрено предоставление вне очереди жилых помещений по договорам социального найма детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, по окончании их пребывания в образовательных и иных учреждениях, в том числе в учреждения социального обслуживания, в приемных семьях, детских домах семейного типа, при прекращении опеки (попечительства), а также по окончании службы в Вооруженных Силах Российской Федерации или по возвращении из учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы.

Предоставление вне очереди жилого помещения по договору социального найма лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в соответствии с указанными нормами закона носило заявительный характер и подлежало реализации при условии письменного обращения таких лиц в соответствующие органы для принятия их на учет нуждающихся в жилом помещении.

Дополнительные гарантии прав на имущество и жилое помещение установлены так же в статье 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (в редакции, действовавшей до 1 января 2013 г.), в соответствии с которой дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, а также дети, находящиеся под опекой (попечительством), имевшие закрепленное жилое помещение, сохраняют на него право на весь период пребывания в образовательном учреждении или учреждении социального обслуживания населения, а также в учреждениях всех видов профессионального образования независимо от форм собственности, на период службы в рядах Вооруженных Сил Российской Федерации, на период нахождения в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы; дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, а также дети, находящиеся под опекой (попечительством), не имеющие закрепленного жилого помещения, после окончания пребывания в образовательном учреждении или учреждении социального обслуживания, а также в учреждениях всех видов профессионального образования, либо по окончании службы в рядах Вооруженных Сил Российской Федерации, либо после возвращения из учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы, обеспечиваются органами исполнительной власти по месту жительства вне очереди жилой площадью не ниже установленных социальных норм; дополнительные гарантии прав детей – сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на имущество и жилое помещение устанавливаются законодательством субъектов Российской Федерации и относятся к расходным обязательствам субъектов Российской Федерации.

Из приведенных норм следует, что одним из условий предоставления вне очереди жилого помещения по договору социального найма до 1 января 2013 г. являлось нахождение детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях.

Как следует из преамбулы Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», а также статьи 1 названного Федерального закона, к категории детей-сирот данный закон относит лиц в возрасте до 18 лет, у которых умерли оба или единственный родитель.

Детьми, оставшимися без попечения родителей, закон определяет лиц в возрасте до 18 лет, которые остались без попечения единственного родителя или обоих родителей в связи с лишением их родительских прав, ограничением их в родительских правах, признанием родителей безвестно отсутствующими, недееспособными (ограниченно дееспособными), объявлением их умершими, установлением судом факта утраты лицом попечения родителей, отбыванием родителями наказания в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, нахождением в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, уклонением родителей от воспитания своих детей или от защиты их прав и интересов, отказом родителей взять своих детей из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, а также в случае, если единственный родитель или оба родителя неизвестны, в иных случаях признания детей оставшимися без попечения родителей в установленном законом порядке.

К лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, указанный закон относит лиц в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей и имеют в соответствии с настоящим Федеральным законом право на дополнительные гарантии по социальной поддержке.

Следовательно, в исключение из общего правила о необходимости государственной поддержки детей, т.е. лиц, не достигших 18-летнего возраста (пункт 1 статьи 54 Семейного кодекса Российской Федерации), лишившихся или ограниченных в возможности иметь содержание от своих родителей и нуждающихся по этой причине в социальной защите, законодатель распространил действие названного Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» на лиц, достигших 18-летнего возраста, и предоставил им право пользоваться соответствующими мерами социальной поддержки до достижения возраста 23 лет, обеспечив тем самым единообразный подход к определению оснований социальной защиты таких граждан. При этом, право носит заявительный характер.

Так же заявительный порядок определен положениями статьи 6 закона Курганской области от 31 декабря 2004 г. № 6 «О дополнительных видах социальной поддержки детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, о порядке и размере выплаты денежных средств на содержание ребенка, находящегося под опекой (попечительством), в приемной семье».

Таким образом, гарантируемая данным лицам социальная поддержка, в том числе, обеспечение благоустроенным жилым помещением специализированного жилищного фонда должна предоставляться по месту жительства до достижения детьми-сиротами, детьми, оставшимися без попечения родителей и лицами из их числа вышеуказанного возраста. Достижение лицом из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, возраста 23 лет, не является основанием для отказа в предоставлении жилого помещения лишь в случае, когда указанные лица были поставлены на учет в качестве нуждающихся в жилом помещении до указанного возраста.

Следовательно, если лицо из вышеуказанной категории граждан до достижения возраста 23 лет не встало (не поставлено) на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении, не обращалось в установленном порядке с заявлением о постановке на учет, о предоставлении жилого помещения, оно утрачивает право на льготное обеспечение жилым помещением, в связи с тем, что перестает относиться к категории детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, и лиц из их числа.

С достижением возраста 23 лет такие граждане, не обратившиеся с соответствующим заявлением в компетентный орган местного самоуправления, уже не могут рассматриваться в качестве лиц, имеющих право на предусмотренные Федеральным законом от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» меры социальной поддержки.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Материалы дела свидетельствуют, что ФИО16 (ФИО17, ФИО21 Е.И., ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, достигла совершеннолетия 29 октября 2007 г., 23 лет – 29 октября 2012 г., на момент обращения в суд ей исполнилось 32 года.

Сведений о том, что ФИО16 (ФИО17, Козловская) Е.И. обращалась в Администрацию г. Кургана до 29 октября 2012 г. с заявлением о постановке ее на учет как лица из числа детей-сирот в целях обеспечения ее жилым помещением в материалы дела не представлено, следовательно, согласно приведенным выше нормам материального права она утратила статус лица, которое имеет право на дополнительные социальные гарантии, в том числе право на предоставление жилого помещения в соответствии с Федеральным законом от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей».

Достоверными доказательствами факт обращения истца в 2020 году в Администрацию г. Кургана по вопросу включения ее в список лиц из числа детей-сирот, подлежащих обеспечению жилыми помещениями в ходе судебного процесса не подтвержден, тогда как представленные истцом сопроводительное письмо от 17 сентября 2021 г., заявление от 15 сентября 2020 г., отчет об отслеживании почтового отправления № к таким доказательствам не может быть отнесено, так как с достоверностью не свидетельствует о направлении данных документов в Администрацию г. Кургана, учитывая, что по учетам администрации города какие-либо обращения от истца по вопросу постановки ее на учет как лица из числа детей-сирот не поступали.

Доказательств того, что истец с момента достижения совершеннолетия и до достижения ею возраста 23 лет предпринимала попытки встать на учет в органе местного самоуправления в качестве нуждающегося в жилом помещении, в связи со статусом лица, оставшегося без попечения родителей, истцом не представлено.

Доказательств наличия объективных и исключительных причин, препятствовавших обращению истца в компетентный орган по вопросу постановки на учет нуждающихся как лица, имеющего предусмотренное законом право на обеспечение жилым помещением, в период до 23 лет, истцом также не представлено.

Уважительные причины пропуска срока обращения в компетентный орган не подтвердила и свидетель ФИО12, которая лишь пояснила, что со слов опекуна истца ей известно, что опекун предпринимала попытки по обеспечению ФИО1 жильем как ребенка-сироты.

Однако данные обстоятельства своего подтверждения при рассмотрении дела не нашли.

Доводы истца о ненадлежащем исполнении органами исполнительной власти и опекунов обязанностей по постановке ее на учет в качестве нуждающегося в предоставлении жилого помещения, суд находит необоснованными, поскольку применительно к обстоятельствам данного дела и положениям частей 2, 3 статьи 40 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 29 Федерального закона «Об опеке и попечительстве», абзаца первого пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (в редакции, действовавшей до 1 января 2013 г.) опека над истцом прекращена по достижении ею совершеннолетнего возраста, недееспособной истец не признана, имеет в собственности жилое помещение, при этом впервые о правах как лица вышеуказанной категории и нуждаемости в жилом помещении она заявила лишь в 2022 году, обратившись в суд с настоящим иском, при том, что имела возможность реализовать данное право до достижения возраста 23 лет.

Установленный законодателем возрастной критерий 23 года учитывает объективные сложности в социальной адаптации лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей и направлен на предоставление данной категории граждан дополнительной возможности в течение пяти лет после достижения совершеннолетия самостоятельно реализовать соответствующее право, если по каким-либо причинам с заявлением (ходатайством) о постановке таких лиц на учет нуждающихся в предоставлении жилья не обратились лица и органы, на которых возлагалась обязанность по защите их прав в период, когда они были несовершеннолетними.

ФИО16 (ФИО17, ФИО22) Е.И в течение пяти лет вправе была реализовать предоставленное ей законом право самостоятельно, однако этого не сделала.

Довод истца о том, что на дату достижения ею возраста 23 лет у нее на иждивении находилась трое несовершеннолетних детей, суд находит несостоятельным, поскольку наличие детей не является препятствием для обращения заинтересованных лиц в органы местного самоуправления с соответствующим заявлением в письменной форме, в связи с чем не может быть расценено судом как уважительная причина пропуска срока обращения в компетентный орган по вопросу постановки ее на учет как лица из числа детей-сирот для обеспечения жилым помещением.

Довод истца о том, что принадлежащее ей на праве собственности жилое помещение является непригодным для проживания судом во внимание не принимается, поскольку в силу норм действующего законодательства признание жилых домов аварийными и непригодными для проживания установлен Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 января 2006 г. № 47, однако каких-либо решений о признании принадлежащего истцу жилого дома межведомственной комиссией не принималось. Более того, факт того, что единственное жилье является непригодным для проживания при установленных обстоятельствах дела, не порождает право истца на включение ее в список лиц из числа детей-сирот, подлежащих обеспечению жилыми помещениями.

Ссылки истца на то, что она независимо от достижения ею возраста 23 лет относится к категории детей-сирот, имеет право на обеспечение ее жилым помещением, срок по включению в список детей-сирот, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями, срок по предоставлению жилья таким детям не ограничивается законодателем, не является пресекательным, построены при неверном толковании норм материального права, регулирующие спорные правоотношения, в связи с чем судом отклоняются как несостоятельные.

С учетом изложенных обстоятельств, поскольку истец в возрасте до 23 лет не обращалась в установленном порядке с заявлением о постановке ее на учет как лица из числа-детей-сирот в целях обеспечения ее жилым помещением, уважительность причин пропуска данного срока в ходе судебного разбирательства не установлена, в связи с чем в настоящее время истец утратила статус лица из числа детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, имеющих право на получение благоустроенного жилого помещения специализированного жилищного фонда, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для включения ФИО1 в список детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа, подлежащих обеспечению специализированными жилыми помещениями, и возложения на ответчика обязанности предоставить ей специализированное жилое помещение.

Таким образом, суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме.

Исходя из процессуального результата рассмотрения спора и на основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации требования истца о взыскании с Администрации г. Кургана расходов по уплате государственной пошлины в размере 300 руб. удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Администрации г. Кургана о включении в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, подлежащих обеспечению жилыми помещениями, предоставлении жилого помещения отказать.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Курганский городской суд Курганской области.

Судья Буторина Т.А.

Мотивированное решение суда изготовлено 28 июня 2022 г.