УИД № 59RS0002-01-2021-003782-56

Дело № 33-9251/2023 (№ 2-10/2023)

Судья Жданова О.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего судьи Лапухиной Е.А.,

судей Крюгер М.В., Лобанова В.В.,

при секретаре Овчинниковой Ю.П.,

рассмотрев 29 августа 2023 года в открытом судебном заседании в г. Перми гражданское дело по иску К. к Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 59 Федеральной службы исполнения наказаний», Федеральной службе исполнения наказаний России, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе К. на решение Индустриального районного суда г.Перми от 23 марта 2023 года.

Заслушав доклад судьи Лапухиной Е.А., пояснения истца, представителя ответчиков ФКУЗ МСЧ № 59 ФСИН России, ФСИН России ФИО1, прокурора Пермской краевой прокуратуры Рычковой А.Б., изучив материалы дела, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

К. обратился в суд с иском к ФКУЗ МСЧ № 59 ФСИН России, ФСИН России, ГУФСИН Росси по Пермскому краю с требованиями о возложении обязанности оказать медицинскую помощь путем направления в Поликлинику № ** (филиал ФКУЗ МСЧ - 59 ФСИН России) для проведения комплексного медицинского обследования и получения лечения, взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000000 руб.

Требования мотивированы тем, что в настоящее время истец содержится в ФКУ ИК-** ОУХД ГУФСИН России, сотрудники данного учреждения длительное время своим бездействием нарушают его права и свободы, а также причиняют вред здоровью и моральный вред, который выражается в том, что сотрудники ФКУЗ МСЧ № 59 проигнорировали письменное и устное обращение истца относительно состояния его здоровья, не оказывают квалифицированную медицинскую помощь, а также причиненный вред выражается в заражении инфекционным заболеванием в период отбывания наказания, а именно ***. При этом, ранее при амбулаторном обследовании данного заболевания выявлено не было. Истец считает, что сотрудники ФКУЗ МСЧ № 59, пользуясь служебным положением, подвергли его жизнь и здоровье опасности, скрывали от него достоверную информацию относительно состояния его здоровья, а также не соблюдали санитарно-эпидемиологические нормы при раздаче пищи.

Определениями суда к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказания России.

Истец К. в судебном заседании заявленные требования поддержал, указав, что согласно заключению экспертов с 2002 по 2006 годы он был здоров, а начиная с 2007 года у него обнаружили различные заболевания, в том числе ***. Кроме того, заключением экспертов были установлены дефекты оказания медицинской помощи.

Представитель ответчиков в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований указав, что медицинская помощь истцу организована в соответствии с приказом Минюста России от 28 декабря 2017 № 285 «Об утверждении Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы». Заключением экспертов были установлены дефекты при оказании медицинской помощи К., вместе с тем, указано, что выявленные дефекты не повлияли на наступление негативных последствий.

Прокурор в судебном заседании дал заключение об удовлетворении исковых требований, с учетом тех обстоятельств, что каких-либо вредных последствий для истца не наступило, а также, что впоследствии врачами были приняты меры к оказанию медицинской помощи.

Решением Индустриального районного суда г. Перми от 23 марта 2023 года постановлено:

«возложить обязанность на ФКУЗ МСЧ № 59 ФСИН России провести в рамках диагностики инфекционного заболевания К. выполнить анализ на *** в соответствии с п. 2.3 Клинических рекомендаций «***», п. 3 Санитарно-эпидемиологических правил «***», р. 7 Санитарно-эпидемиологических правил по профилактике инфекционных болезней, а также провести обследование и лечение согласно Стандарту первичной медико-санитарной помощи больных гастритом, дуоденитом и диспепсией и Клиническим рекомендациям «Гастрит и дуоденит».

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания России за счет казны Российской Федерации в пользу К. компенсацию морального вреда в размере 10000 руб.».

В апелляционной жалобе истец К., не согласившись с решением суда, просит его отменить, ссылаясь на его незаконность и необоснованность. В жалобе указывает, что суд при определении размера компенсации морального вреда не учел требования разумности и справедливости. Кроме того, суд необоснованно отклонил ходатайство эксперта о необходимости судебно-медицинского обследования (осмотра) К. с участием врача-терапевта.

Лица, участвующие в деле, извещались о времени и месте судебного заседания суда апелляционной инстанции.

В судебное заседание, проведенное с применением видеоконференцсвязи, явились истец К. - доводы жалобы поддержал, представитель ответчиков ФСИН России, ФКУЗ МСЧ № 59 ФСИН России ФИО1 - с доводами жалобы не согласился, просил оставить решение без изменения.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия находит возможным, рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора Пермской краевой прокуратуры Рычковой А.Б. об оставлении решения суда без изменения, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверив законность и обоснованность состоявшегося решения с учетом п. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, К., осужденный к пожизненному лишению свободы, с 20.08.2004 отбывает наказание в ФКУ ИК-** ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю.

Из данных амбулаторной карты осужденного К. следует, что при исследовании крови в марте 2016 года у него выявлены ***, установлен диагноз - ***. Далее проведены дополнительные лабораторные исследования, а именно произведен биохимический анализ крови.

В связи с отсутствием экстренных показаний для проведения ультразвукового исследования органов брюшной полости, осужденному К. рекомендована плановая консультация инфекциониста, плановое ультразвуковое исследование органов брюшной полости.

В период с 17.05.2016 по 22.02.2017 осужденный К. в ИК-** отсутствовал.

По возвращению в исправительную колонию 23.02.2017 К. был осмотрен медицинскими работниками филиала «Медицинская часть №11» ФКУЗ МСЧ № 59 ФСИН России и поставлен на диспансерный учет с диагнозом: ***. При этом жалоб на состояние здоровья от истца не поступало.

Из медицинской карты амбулаторного больного К. усматривается, что в рамках диспансерного наблюдения по вышеуказанной патологии истец проходил неоднократно исследование общеклинических показателей крови и мочи, биохимического анализа крови. Результаты проводимых анализов не имели отклонений показателей истца от нормы. В соответствии с данными амбулаторной карты, обострения и прогрессирования заболевания у истца установлено не было, показания к стационарному лечению отсутствовали.

Данные обстоятельства также подтверждаются решением Индустриального районного суда г. Перми от 23.07.2018, вступившим в законную силу 08.07.2019, по гражданскому делу **/2018.

Указанным решением суда также установлено, что поскольку стандарты оказания медицинской помощи *** в амбулаторно-поликлинических условиях отсутствуют, соответственно, оснований для назначения лекарственных препаратов К. в рамках бесплатной медицинской помощи не имелось.

В рамках рассмотрения вышеназванного гражданского дела судом исследовался материал проверки по обращению К., представленный Прокуратурой Пермского края.

Судом было установлено, что в ходе прокурорской проверки также проверялись доводы К. о надлежащем оказании ему медицинской помощи, нарушений законности выявлено не было. Прокурорской проверкой установлено, что ежегодно 2 раза в год в плановом порядке осужденные к пожизненному лишению свободы проходят флюорографическое обследование и профилактический осмотр. В своем объяснении осужденный К. указывал, что у него каких-либо претензий к сотрудникам медицинской службы колонии не имелось, за исключением просьбы рассмотреть вопрос о необходимости направления его на углубленное обследование в специализированное лечебное учреждение. По результатам проведенной прокурорской проверки жалобы К. в действиях администрации ИК-** ФКУ ОИК-** ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю нарушений не выявлено. Оснований для принятия мер прокурорского реагирования не установлено. В рамках проведенной проверки от К. были отобраны объяснения от 14.03.2017., согласно которым претензий к сотрудникам медицинской службы он не имеет, кроме необходимости направления его на обследование в лечебное учреждение.

Исследовав представленные в дело доказательства, суд пришел к выводу, что в оспариваемый период отбытия наказания медицинская помощь К. оказывалась в соответствии с действующим законодательством об организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы.

Из материалов настоящего гражданского дела следует, что в дальнейшем истец неоднократно обращался с жалобами на ненадлежащее медицинское обслуживание, а также по вопросу заражения и лечения ***.

Как указано в письменном ответе от 13.12.2021 (исх.№ 49ж-11) заместителя прокурора Усольcкой прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, доводы К. о заражении в ФКУ ИК-** *** ранее проверялись прокуратурой и ФКУЗ МСЧ № 59 ФСИН России, о чем заявителю направлялись мотивированные ответы. Кроме того, сообщено о том, что определить в какой период жизни произошло инфицирование *** не представляется возможным.

29.08.2019 ФКУЗ МСЧ № 59 ФСИН России в адрес начальника отдела по надзору за соблюдением законов при исполнении уголовных наказаний Прокуратуры Пермского края направлена информация по вопросу организации медицинского обеспечения по обращению К.

Как указано в письме при исследовании крови 17.03.2016 у осужденного К. выявлены антитела к ***. Ранее обследование на *** осужденный не проходил ввиду отсутствия клинических показаний, установленных Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации. Состояние здоровья осужденного контролируется при медицинских осмотрах в рамках диспансерного наблюдения, ежегодных профилактических осмотрах и при самостоятельных обращениях. При необходимости, в период обострения хронических заболеваний назначается лечение. Ежегодно К. проводится амбулаторное исследование крови, в том числе печеночные пробы. По результатам обследований ухудшения состояния по заболеванию – *** не зарегистрировано, вследствие чего ультразвуковое исследование печени осужденному не назначалось. 28.08.2019 осужденному проведено ультразвуковое исследование органов брюшной полости, по результатам которого выдано заключение – *** не изменены. Медицинская помощь осужденному организована в соответствии с приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 декабря 2017 № 285 «Об утверждении Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы» в объемах, предусмотренных программой государственных гарантий оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи.

26.10.2022 по ходатайству прокурора по делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручалось экспертам Пермского краевого бюро судебно-медицинской экспертизы.

Согласно выводам экспертного заключения № **, у К. выявлены антитела *** 17.03.2016, повторный анализ ему выполнен 25.01.2017. Оба исследования свидетельствуют о наличии у К. только антител к ***, которые могут сохраняться у человека длительное время и после излечения от ***. Таким образом, диагноз «***» у К. на данный момент не подтвержден. Установить давность заражения К. *** по представленным документам, не представляется возможным, так как нет исследований на *** до 2016 года, в том числе и данных до 2002 года, когда К. находился на свободе. Согласно неоднократным заключениям в медицинской карте психиатров-наркологов в период с 2013 по 2015, К. употреблял *** с 1993 по 1998, последняя *** в 2002 году. Согласно данным литературы вероятность заражения *** парентеральными (попадание инфекции непосредственно в кровь, на слизистую и т.д., минуя механизмы защиты организма) *** является очень высокой (50-90%). Вирус *** не передается в результате нарушений санитарно-гигиенических норм и правил, а именно при контактно-бытовом пути передачи.

Экспертом по профилю «терапия» по результатам исследования представленных медицинских документов установлено, что К. ежегодно проходит профилактические медицинские осмотры с консультациями различных специалистов и сдачей необходимых анализов. В настоящее время осужденный находится на диспансерном наблюдении по поводу ***. В рамках диагностики хронического *** пациенту выполнены исследования (ОАК) и лечение ***.

Высказаться о наличии у К. заболевания «***» на момент проведения лабораторных исследований не представляется возможным, поскольку К. выполнены анализы только на наличие антител к ***, определение *** (в случае недоступности первого) ему не выполнено. Установить давность заражения К. *** по представленным документам не представляется возможным, так как нет данных исследований на *** до 2016 года, в том числе и данных до 2002 года, когда К. находился на свободе.

При этом, изучение представленных медицинских документов показало, что у К. имеются следующие хронические заболевания: ***.

По результатам изучения представленных на экспертизу медицинских документов комиссия экспертов установила, что при оказании медицинской помощи К. в ФКУЗ МСЧ № 59 ФСИН России по профилю «инфекционные болезни» допущены следующие дефекты: в рамках диагностики инфекционного заболевания у истца не завершено обследование – не выполнены анализы на РНК к вирусу ***, что является нарушением п. 2.3 Клинических рекомендаций «***» на 216 г., п. 2.3 Клинических рекомендация «***» на 2021 г., п. 3 Санитарно-эпидемиологических правил «***», р. 7 Санитарно-эпидемиологических правил по профилактике инфекционных болезней.

В заключении экспертной комиссии указано, что в рамках диагностики вирусного гепатита С К. следует провести обследование согласно актуальным Клиническим рекомендациям «***». При подтверждении диагноза ему необходимо выполнить лечение, которое также регламентировано Клиническими рекомендациями «***» от 2021 года. Каких-либо данных о наличии неблагоприятных последствий для здоровья К. в медицинских документах не зафиксировано.

Кроме того, изучив представленные медицинские документы, комиссия экспертов пришла к выводу о том, что при оказании медицинской помощи К. допущены следующие дефекты: в рамках диагностики и лечения хронического *** и *** К. не назначены и не выполнены эзофагодуоденоскопия со взятием материала на биопсию, тестирование на наличие инфекции, антациды, прокинетики, эрадикационная и цитопротекторная терапия, что является неполным выполнением пп. 1.1 и 1.2.Стандарта первичной медико-санитарной помощи больных гастритом, дуодентиом и диспепсией, пп. 2.3 – 2.5, 3.1 Клинических рекомендаций «***».

При этом в представленных медицинских документах каких-либо данных о наличии неблагоприятных последствий для здоровья К. не зафиксировано.

Разрешая заявленные требования, оценив в совокупности, представленные в дело доказательства, по правилам ст.67 ГПК РФ, руководствуясь положениями ст. 41 Конституции Российской Федерации, ст. ст. 150, 151, 1069, 1071, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 12, 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, Законом РФ от 21.07.1993 № 5473-1«Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», постановления Правительства РФ от 28.12.2012 № 1466 «Об утверждении Правил оказания лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, медицинской помощи в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения, а также приглашения для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций при невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы», допросив эксперта К., специалиста М., суд первой инстанции пришел к правильным выводам о наличии оснований для удовлетворения требований истца в части, поскольку имеющимися в деле материалами и доказательствами не подтвержден факт того, что заболевание истца *** было получено в результате действий сотрудников ФКУЗ МСЧ-59. При этом суд посчитал доказанным факт ненадлежащего, при наличии дефектов оказания истцу медицинской помощи по заболеванию «***», «***».

Разрешая вопрос о присуждении компенсации морального вреда в связи с указанным нарушением прав истца, судом правомерно, в соответствии с положениями статьей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учтены характер допущенных нарушений ответчиком, индивидуальные особенности истца, требования разумности и справедливости, и определена компенсация морального вреда исходя из конкретных обстоятельств данного дела в сумме 10 000 руб.

Данные выводы суда первой инстанции мотивированы, подтверждаются имеющимися в материалах дела доказательствами и оснований для признания их незаконными по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Доводы жалобы истца о несогласии с размером взысканной компенсации морального вреда основанием для отмены или изменения постановленного решения не являются, поскольку оценка характера и степени причиненного морального вреда относится к исключительной компетенции суда и является результатом оценки конкретных обстоятельств дела.

В настоящем деле при определении размера компенсации морального вреда, суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, дал оценку всем представленным в материалы гражданского дела доказательствам, принял во внимание конкретные заслуживающее внимание обстоятельства, характер допущенных ответчиком нарушений и отсутствие бесспорных доказательств наступления необратимых последствий для здоровья истца, находящихся в причинной связи с допущенными нарушениями, степень физических и нравственных страданий истца, данные о личности самого истца, фактические действия ответчика, которым медицинская помощь истцу оказывается как в рамках плановых обследований, так и при обращении истца с жалобами, требования разумности и справедливости, в связи с чем определил ко взысканию в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 10 000 руб., указав, что заявленная истцом сумма в размере 1000 000 руб. является чрезмерно завышенной, неразумной и фактического обоснования не имеет.

Оснований полагать, что суд первой инстанции не учел требования закона и неверно определил размер такой компенсации с учетом фактических обстоятельств, требований разумности и справедливости, индивидуальных особенностей лица, которому причинен вред, не имеется, поскольку судом могут быть приняты во внимание при определении размера компенсации морального вреда любые заслуживающие внимание обстоятельства.

Изучение материалов дела показало, что выводы суда первой инстанции о размере компенсации морального вреда основаны на правильно установленных фактических обстоятельствах дела и приведенном правовом регулировании спорных правоотношений и доводами апелляционной жалобы не опровергаются.

Судом первой инстанции были установлены и оценены факт нарушения прав истца на получение своевременной медицинской помощи, диагностику заболевания и обследование, а также назначение ему необходимого квалифицированного лечения. Определяя размер компенсации морального вреда в размере 10000 руб. суд учитывал, что отсутствует прямая причинно-следственная связь между дефектами в оказании истцу медицинской помощи и наступлении вреда здоровью истца.

Размер компенсации морального вреда определен судом первой инстанции в рамках предоставленных ему полномочий с учетом изложенных выше обстоятельств и оснований для переоценки размера компенсации морального вреда и его увеличения не имеется.

Иная, чем у суда, оценка степени физических и нравственных страданий, переживаний истца, критериев разумности и справедливости, сама по себе не указывают на то, что выводы суда являются ошибочными.

Судебная коллегия обращает внимание, что законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания.

Исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, судом указанные условия соблюдены.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судебно-медицинская экспертиза была проведена только по медицинским документам, без его осмотра не свидетельствуют о ее недостоверности и незаконности, поскольку действующим законодательством участие подэкспертного в проведении судебно-медицинской экспертизы не является обязательным.

Суд оценил экспертное заключение с точки зрения соответствия заключения поставленным вопросам, их полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу и обоснованно пришел к выводу, что заключение судебно-медицинской экспертизы соответствуют положениям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержат подробное описание проведенных исследований, а также выводы и ответы на поставленные вопросы сделаны в результате данных исследований на основании представленных материалов дела, медицинских документов, снований признать заключение экспертизы недостоверными и недопустимыми доказательством по делу не имеется. При проведении экспертизы эксперт предупрежден об ответственности за заведомо ложное заключение по ст. 307 УК РФ.

Судебная коллегия отмечает, что несогласие истца с результатами судебной экспертизы, само по себе не является основанием для признания ее недостоверной.

В целом доводы апелляционной жалобы не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, сводятся к их переоценке, оснований для которой судебная коллегия не усматривает.

Поскольку нарушений норм материального права, которые бы привели к неправильному разрешению спора по существу, а также нарушений положений процессуального закона, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 330 ГПК РФ, судебной коллегией не установлено, основания для отмены обжалуемого решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы истца отсутствуют.

Руководствуясь ст. ст. 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Индустриального районного суда города Перми от 23 марта 2023 года по доводам, изложенным в апелляционной жалобе К., оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий - подпись

Судьи – подписи

Мотивированное апелляционное определение составлено 05.09.2023