Дело № 2 - 722 / 2022 год

УИД 73RS0006-01-2022-001129-97

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 ноября 2022 года г. Барыш Ульяновской области

Барышский городской суд Ульяновской области

в составе председательствующего судьи Гавриловой Е.И., при секретаре Григорян Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению здравоохранения «Барышская районная больница» о признании заболевания страховыми случаями, признании права на две страховые выплаты, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 обратилась в суд с иском, уточненным в суде, к Государственному учреждению здравоохранения «Барышская районная больница» ( далее - ГУЗ «ФИО5» ) о признании заболевания страховыми случаями, признании права на две страховые выплаты, компенсации морального вреда. Мотивируя заявленное требование, истица указала, что работала санитаркой инфекционного отделения ГУЗ «ФИО5» с 21.05.2015 г. по 20.06.2022 г. В феврале и марте 2022 года в связи с условиями труда истица контактировала непосредственно с больными новой коронавирусной инфекцией COVID-19, в результате чего сама заразилась, находилась на больничном, после чего обратилась в комиссию по расследованию случая причинения вреда здоровью медицинского работника с заявлением о выплате единовременной компенсации, однако ей было в выплате отказано уведомлением от 22.08.2022 г. по причине того, что случаи ее не являются страховыми. С данным решением не согласна. Согласно должностной инструкции ее обязанности: помогать палатной медицинской сестре в уходе за больными, обеспечивать содержание в чистоте и опрятности больных и помещений, производить смену нательного и постельного белья у больных, систематически проводить влажную уборку помещений и проветривание палат, участвовать в транспортировке тяжелобольных, следить за выполнением больными и посетителями режима дня отделения, кормление больных. Истице начислялись и выплачивались стимулирующие выплаты за работу с ковидными пациентами. В первом случае заболевания истицы она находилась на листке нетрудоспособности в период с 08.02.2022 г. по 09.03.2022 г., т.е. 30 дней. Учитывая тот факт, что начало ее заболевания начинается с 06.02.2022 г., то инкубационный период в данном случае будет с 23.01.2022 г. по 05.02.2022 г. включительно. Согласно табелям учета использования рабочего времени смены истицы были в следующие дни: 24-30 января 2022 г., 31 января 2022 г., 01 февраля 2022 г., 02 февраля 2022 г., 04 февраля 2022 г. В данные даты в инфекционном отделении находились пациенты, у которых была подтверждена новая коронавирусная инфекция (COVID-19): 24.01.2022 О*Л.Д., Т*В.П., М*Т.А.; 25.01.2022 С*Р.Р.; 26.01.2022 Ш*Т.Н., Г*А.В.; 27.01.2022 Р*В.В., М*И.Е., Х*Г.П.; 28.01.2022 К*Н.Г., Г*В.Г., К*Н.Г.; 29.01.2022 Р*Н.В.; 01.02.2022 К*Т.В.; 05.02.2022 И*К.В. 06.02.2022 г., находясь на смене по графику, истица почувствовала себя плохо, 07.02.2022 г. улучшения не наступило, и 08.02.2022 г. она вызвала на дом врача. После осмотра ей была диагностирована: ОРВИ. Рекомендовано: определение РНК коронавируса TOPC (SARS-cov) в мазках со слизистой оболочки носоглотки методом ПЦР. Был установлен диагноз: ОРВИ J06.9. В период с 08.02.2022 г. по 14.02.2022 г. все консультации врача были по телефону, домой к ней никто не приходил. 15.02.2022 г. истицу осмотрел врач. Улучшения не наступили, рекомендовано: КТ органов грудной клетки. Был установлен диагноз: U07.2 (т.е. вирус не идентифицирован). В этот же день у истицы был взят первый мазок, результат отрицательный. На 12-й день заболевания она сделала КТ органов грудной клетки. Заключение КТ: признаки соответствуют 2-сторонней полисегментарной интерстициальной пневмонии, вероятнее всего covid-19 (КТ-20% поражения). 21.02.2022 г. был сдан мазок из носоглотки и ротоглотки на РНК коронавирус, результат: РНК коронавирус обнаружен. 22.02.2022 г. согласно протоколу заседания Врачебной комиссии был установлен диагноз: U07.1 COVID-19. 28.02.2022 г. терапевтом был указан диагноз: U07.1 Новая коронавирусная инфекция COVID-19, лабораторно подтвержденный. 09.03.2022 г. терапевтом был указан диагноз: U07.1 Новая коронавирусная инфекция COVID-19, лабораторно подтвержденный. Сопутствующим диагнозом истице была выставлена 2-сторонняя полисегментарная интерстициальная пневмония, которая входит в Перечень заболеваний для получения выплат по коронавирусу, установленный распоряжением Правительства РФ №1272-р от 15.05.2020 г.

Во втором случае заболевания истицы на листке нетрудоспособности она находилась в период с 21.03.2022 г. по 01.04.2022 г., т.е. 12 дней, с основным диагнозом: U07.1. Новая коронавирусная инфекция COVID-19, лабораторно подтвержденная. Согласно приказу главного врача ГУЗ «ФИО5» от 07.02.2022 г. №115 «О развертывании госпитальной базы» с 07 февраля 2022 г. на базе инфекционного отделения была развернута госпитальная база на 35 коек для взрослых с целью лечения больных средней тяжести течения ОРВИ (пациентов из групп риска) и средней степени тяжести внебольничной пневмонии с неустановленным статусом по COVID-19, пациентов с новой коронавирусной инфекции (COVID-19), средней степени тяжести и пациентов групп риска легкой степени тяжести. Госпитальная база была закрыта 28.03.2022 г. Таким образом, в марте 2022 г. в инфекционном отделении все пациенты были с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19). Согласно табелю учета использования рабочего времени за март 2022 г. истица находилась на работе 10.03.2022 г., 11.03.2022 г., 14-18.03.2022 г. В выписке приема врача поликлиники от 28.03.2022 г. указано: осложнение J04.2 Острый ларинготрахеит. В выписном эпикризе из медкарты №4217 от 01.04.2022 г. выставлен, кроме ковида, диагноз J06.09 Острая инфекция верхних дыхательных путей. Оба диагноза входят в Перечень, утвержденный распоряжением №1272-р. При расследовании страхового случая комиссией не было учтено, что согласно Методическим рекомендациям источником инфекции является больной человек, в том числе находящийся в инкубационном периоде заболевания, бессимптомный носитель SARS-CoV-2, наибольшую опасность для окружающих представляет больной человек в последние два для инкубационного периода и первые дни болезни. В первый инкубационный период с 23.01.2022 г. по 05.02.2022 г. в инфекционное отделение поступили пациенты, у которых был диагностирован COVID-19. Таким образом, у истицы был контакт с пациентами, у которых была диагностирована новая коронавирусная инфекция COVID-19 именно в инфекционном отделении. Во второй инкубационный период с 04.03.2022 г. по 17.03.2022 г. истица находилась на работе с 10.03.2022 г. по 18.03.2022 г. Учитывая тот факт, что в этот период была госпитальная база пациентов с COVID-19, а в силу своих должностных обязанностей истица контактировала со всеми пациентами, то считает, что заразиться она могла от любого из них. На день выписки, т.е. на 09.03.2022 г. диагноз: U07.1 Новая коронавирусная инфекция COVID-19, лабораторно подтвержденная оставался неизменным. В период с 01.01.2022 г. по 31.03.2022 г. истице начислялись и выплачивались социальные выплаты, которые начислялись за работу с ковидными пациентами по данным работодателя и выплачивались через ФСС.

Считает, что новой коронавирусной инфекцией COVID-19 она заболела при исполнении своих должностных обязанностей: и в период с 06.02.2022 г. по 09.03.2022 г., и в период с 18.03.2022 г. по 01.04.2022 г., соответственно, согласно Указу Президента № 313 от 06.05.2020 г. имеет право на получение единовременной страховой выплаты в размере 68 811 руб. за каждый период нетрудоспособности, то есть в размере 137 622 руб.

Просит признать за ней право на получение единовременной страховой выплаты за указанные периоды нетрудоспособности с возложением на ответчика обязанности направить 2 заявки на финансирование выплат стимулирующего характера в Государственное учреждение – Ульяновское региональное отделение Фонда социального страхования РФ; взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда 50 000 руб.

В судебном заседании истица ФИО1 и ее представитель ФИО2, поддержав заявленное с учетом уточнения требование, привели аналогичные доводы. Из пояснений истицы также следует, что действительно, ее муж М*В.В. в период ее болезни тоже болел ковидом, однако считает, что это она его заразила (а не он ее, как утверждает ответчик), поскольку именно она ходила в очаг заболевания, и именно она могла принести данное заболевание домой, муж же находится на пенсии и никуда не ходит. Считает также, что все сомнения по расследованию страховых случаев должны трактоваться в пользу медицинских работников. Уточнив иск, просили признать заболевания ФИО1 ( за периоды нетрудоспособности с 06.02.2022 г. по 09.03.2022 г. и с 18.03.2022 г. по 01.04.2022 г. ) новой коронавирусной инфекцией ( Covid-19 ) страховыми случаями как полученные ею при непосредственной работе с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции ( Covid-19 ) и пациентами с подозрением на эту инфекцию; признать за ФИО1 право на две единовременные страховые выплаты за 2 периода нетрудоспособности; взыскать с ответчика в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 50 000 руб.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании иск не признал. По мнению представителя, решение Комиссии по расследованию случаев заражения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) ГУЗ «ФИО5» в отношении истицы законно и обоснованно, случаи заболевания истицы не являются страховыми. Обратил внимание, что истица не контактировала непосредственно с ковидными больными, у истицы был домашний очаг. Просит в иске отказать.

Представитель третьего лица – Государственного учреждения – Ульяновское региональное отделение Фонда социального страхования РФ ФИО4 в судебном заседании против иска возражала. Представителем обращено внимание суда, что с 30.08.2022 г. отменены Распоряжением Правительства Российской Федерации от 15.05.2020 г. N 1272-р и Постановление Правительства РФ от 20.02.2021 № 239, с 15.07.2022 г. признан утратившим силу Указ Президента РФ № 313 от 06.05.2020 г.

Проверив представленные доказательства, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, суд приходит к следующему.

Согласно статье 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии со ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Согласно ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В целях обеспечения государственных гарантий по обязательному государственному страхованию работников медицинских организаций при исполнении ими трудовых обязанностей в условиях распространения новой коронавирусной инфекции (Covid-19) Президентом Российской Федерации 06.05.2020 г. издан Указ № 313 «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников» (далее - Указ Президента РФ № 313).

Согласно п. 1 названного Указа врачам, среднему и младшему медицинскому персоналу медицинских организаций, водителям автомобилей скорой медицинской помощи, непосредственно работающим с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (Covid-19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию, предоставлены дополнительные страховые гарантии в виде единовременной страховой выплаты.

Согласно подпункту «б» п. 2 данного Указа Президента РФ № 313 страховыми случаями, при наступлении которых производится единовременная страховая выплата, является, в том числе, причинение вреда здоровью медицинского работника в связи с развитием у него полученных при исполнении трудовых обязанностей заболевания (синдрома) или осложнения, вызванных новой коронавирусной инфекцией Covid-19, подтвержденной лабораторными методами исследования и повлекших за собой временную нетрудоспособность, но не приведших к инвалидности. Перечень таких заболеваний (синдромов) и осложнений утверждается Правительством Российской Федерации.

В Перечне заболеваний (синдромов) или осложнений, вызванных подтвержденной лабораторными методами исследования новой коронавирусной инфекцией (Covid-19), утвержденном распоряжением Правительства Российской Федерации от 15.05.2020 г. № 1272-р, отражены заболевания – острые респираторные инфекции верхних дыхательных путей (без развития пневмонии, потребовавшие назначения врачом этиотропной терапии); вирусная пневмония, не классифицированная в других рубриках (любой стадии); другие интерстициальные легочные болезни.

В силу подпункта «б» п. 4 Указа Президента РФ № 313 единовременная страховая выплата производится в случае, предусмотренном подпунктом «б» п. 2 настоящего Указа, - в размере 68 811 руб.

По условиям п. 6 Указа Президента РФ № 313 единовременная страховая выплата производится Фондом социального страхования Российской Федерации за счет межбюджетных трансфертов из федерального бюджета, предоставляемых бюджету Фонда социального страхования Российской Федерации по результатам расследования страхового случая, проведенного в порядке, установленном трудовым законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 227 Трудового кодекса РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Статьей 229 Трудового кодекса РФ установлено, что для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности. Если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, то состав комиссии утверждается приказом (распоряжением) работодателя.

Каждый пострадавший, а также его законный представитель или иное доверенное лицо имеют право на личное участие в расследовании несчастного случая, происшедшего с пострадавшим.

В период возникновения спорных правоотношений действовало Временное положение о расследовании страховых случаев причинения вреда здоровью медицинского работника в связи с развитием у него полученных при исполнении трудовых обязанностей заболевания (синдрома) или осложнения, повлекших за собой временную нетрудоспособность, но не приведших к инвалидности, вызванных новой коронавирусной инфекцией, подтвержденной лабораторными методами исследования, а при невозможности их проведения - решением врачебной комиссии, принятым на основании результатов компьютерной томографии легких, утвержденное Постановлением Правительства РФ от 20.02.2021 № 239.

Согласно Положению № 239 при установлении работнику диагноза заболевания медицинская организация, установившая случай заболевания работника, обязана незамедлительно уведомить о заболевании работника Фонд социального страхования Российской Федерации и руководителя организации (руководителя структурного подразделения организации), в которой работает работник (далее - работодатель) (п.2). Работодатель в день получения уведомления обязан создать врачебную комиссию по расследованию страхового случая (далее - врачебная комиссия) в составе не менее 3 человек, включающую представителей работодателя (председатель врачебной комиссии), медицинской организации, указанной в пункте 2 настоящего Временного положения, выборного органа первичной профсоюзной организации, профессиональной некоммерческой организации, созданной медицинскими работниками в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья, или иного представительного органа работников и Фонда социального страхования Российской Федерации. Расследование страхового случая проводится врачебной комиссией в течение 3 календарных дней со дня создания врачебной комиссии. По результатам указанного расследования врачебной комиссией принимается решение о наличии или отсутствии страхового случая, о чем работник письменно информируется не позднее одного рабочего дня, следующего за днем принятия указанного решения (п.4). Фонд социального страхования Российской Федерации не позднее 3 календарных дней, следующих за днем получения справки, указанной в пункте 5 настоящего Временного положения, подготавливает документы для осуществления единовременной страховой выплаты, установленной Указом Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 г. № 313 «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников» работнику, и осуществляет ее не позднее 4 календарных дней, следующих за днем получения справки (п.6).

Из Письма Роструда от 10.04.2020 № 550-ПР следует, что повреждение здоровья работников в результате воздействия вредных или опасных факторов на рабочем месте может расцениваться как производственная травма либо профессиональное заболевание в зависимости от поражающего фактора.

В суде установлено, что 21.07.2015 г. ФИО1 принята на работу санитаркой инфекционного отделения ГУЗ «ФИО5», 20.06.2022 г. уволена по собственному желанию.

Согласно приказу главного врача ГУЗ «ФИО5» № 115 от 07.02.2022 г. «О развертывании госпитальной базы» с 07 февраля 2022 г. на базе инфекционного отделения больницы была развернута госпитальная база на 35 коек для взрослых с целью лечения больных средней тяжести течения ОРВИ (пациентов из групп риска) и средней степени тяжести внебольничной пневмонии с неустановленным статусом по COVID-19, пациентов с новой коронавирусной инфекции (COVID-19), средней степени тяжести и пациентов групп риска легкой степени тяжести.

В суде установлено, что с 07.02.2022 г. ФИО1 переведена санитаркой данной госпитальной базы. Согласно должностной инструкции санитарки госпитальной базы в ее обязанности входит: помогать палатной медицинской сестре в уходе за больными, обеспечивать содержание в чистоте и опрятности больных и помещений, производить смену нательного и постельного белья, систематически проводить влажную уборку помещений и проветривание палат, участвовать в транспортировке тяжелобольных, следить за выполнением больными и посетителями режима дня отделения, обеспечивать правильное использование и хранение предметов ухода за больными.

В суде также установлено и не оспаривается ответчиком, что в связи с отсутствием в штате санитарки-буфетчицы инфекционного отделения обязанности последней выполняли санитарки инфекционного отделения (в том числе и ФИО1), в обязанности которой входит: получение готовой пищи на пищеблоке, раздача пищи больным, кормление тех больных, которые не могли самостоятельно принимать пищу.

В суде установлено, что ФИО1 находилась на амбулаторном лечении с 08.02.2022 г. по 09.03.2022 г., основной диагноз: U07.1 Новая коронавирусная инфекция COVID-19, лабораторно подтвержденный (вирус идентифицирован), осложнение основного: J12.8 Внегоспитальная двухсторонняя полисегментарная интерстициальная пневмония.

В суде также установлено, что ФИО1 находилась на амбулаторном лечении с 21.03.2022 г. по 01.04.2022 г., основной диагноз: U07.1 Новая коронавирусная инфекция COVID-19, лабораторно подтвержденный (вирус идентифицирован), J06.9 Острая инфекция верхних дыхательных путей.

Считая, что заболевание развилось на рабочем месте при исполнении трудовых функций и что источником заражения явились пациенты, находившиеся в инфекционном отделении, ФИО1 обратилась в Комиссию по расследованию случаев заражения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) ГУЗ «ФИО5, представила документы для осуществления единовременной страховой выплаты.

Согласно Протоколу внутреннего расследования случая заражения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) санитарки инфекционного отделения ГУЗ «ФИО5» ФИО1 от 18.08.2022 г. врачебная комиссия пришла к выводу о том, что случаи заражения новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) страховыми не являются. Как указано в Протоколе, в первом случае заболевания с 06.02.2022 г. два мазка из носоглотки и ротоглотки на РНК коронавируса от 09.02.2022 г., 15.02.2022 г. отрицательные, РНК коронавируса обнаружена только 21.02.2022 г., контакта у ФИО1 с пациентами с новой коронавирусной инфекцией с 29.01.2022 г. по 05.02.2022 г. не было, при закрытии листка нетрудоспособности 09.03.2022 г. контрольный мазок из носоглотки и ротоглотки на РНК коронавируса не осуществлен; во втором случае заболевания инкубационный период с 04.03.2022 г. по 17.03.2022 г. и захватывает период листка нетрудоспособности первого случая заболевания с 04.03.2022 г. по 09.03.2022 г., второй случай заболевания наступил на 9-й день после завершения первого случая заболевания. При отсутствии лабораторного подтверждения выздоровления при первом случае, вероятнее всего это течение одного случая заболевания.

Отказывая ФИО1 в осуществлении единовременной страховой выплаты, врачебная комиссия не усмотрела обязательных требований для ее назначения, а именно отсутствие контактов с больными пациентами и отрицательные тесты на COVID-19.

Председатель данной Комиссии С*Л.Ш. (заместитель главного врача по организационно-методической работе) в судебном заседании также указала, что случаи заражения ФИО1 новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) страховыми не являются.

Обсуждая законность принятого решения, суд исходит из следующего.

Так, согласно сообщению ГУЗ «ФИО5» от 21.10.2022 г. в период с 23.01.2022 г. по 05.02.2022 г. и с 10.03.2022 г. по 17.03.2022 г. в инфекционном отделении находилось на лечении 18 человек, у которых был подтвержден диагноз «Новая коронавирусная инфекция COVID-19».

Согласно табелям учета использования рабочего времени смены истицы были в следующие дни: 24-30 января 2022 г., 31 января 2022 г., 01 февраля 2022 г., 02 февраля 2022 г., 04 февраля 2022 г., 06 февраля 2022 г.

Согласно табелю учета использования рабочего времени за март 2022 г. истица находилась на работе 10.03.2022 г., 11.03.2022 г., 14-18.03.2022 г.

Как следует из показаний работавших непосредственно с истицей и допрошенных в суде сотрудников инфекционного отделения ГУЗ «ФИО5» Д*М.Л. (медицинской сестры), М*С.В. (санитарки), Ж*С.Ю. (исполняющей обязанности старшей медицинской сестры), последние подтвердили факт наличия непосредственного контакта истицы с больными, у которых был подтвержден диагноз «Новая коронавирусная инфекция COVID-19», в период, начиная с 24.01.2022 г., а также в феврале и марте 2022 года. При этом, как следует из их показаний, при исполнении своих должностных обязанностей ФИО1 принимала больных со «скорой помощи», провожала в палату, лежачих больных сопровождала на носилках, переодевала больных, меняла постельное белье, обеспечивала содержание больных в чистоте и опрятности, разносила им еду, кормила и поила тех, кто не мог это делать самостоятельно. Кроме того, ФИО1 помогала медицинской сестре, измеряла сатурацию больным, помогала ставить системы (при этом находилась непосредственно с пожилыми больными, которые пытались системы снимать).

Также из показаний свидетеля Д*М.Л. следует, что в январе 2022 года ковидного госпиталя у них еще не было, но в это время поступали больные, которые подлежали транспортировке в медицинские учреждения г.Ульяновска, эти больные также находились у них в отделении, по несколько часов в ожидании транспорта, с этими больными также при исполнении своих должностных обязанностей контактировали и санитарки, в том числе ФИО1

Оснований не доверять данным показаниям у суда не имеется.

Факт наличия контактов истицы в спорные периоды с больными пациентами, у которых был подтвержден диагноз «Новая коронавирусная инфекция COVID-19», подтвержден показаниями свидетелей, которые согласуются с представленными письменными материалами дела.

То обстоятельство, что в первом случае заболевания истицы дважды были отрицательные тесты на COVID-19, и РНК коронавируса обнаружена только 21.02.2022 г., не свидетельствует о том, что заболевание (синдром) или осложнения, вызванные новой коронавирусной инфекцией Covid-19, не подтверждены лабораторными методами исследования. При этом следует учесть, что на 12-й день заболевания истице сделана КТ органов грудной клетки, заключение КТ: признаки соответствуют 2-сторонней полисегментарной интерстициальной пневмонии, вероятнее всего covid-19 (КТ-20% поражения). Заболевание, которое обнаружено у истицы («2-сторонняя полисегментарная интерстициальная пневмония»), входит в вышеуказанный Перечень.

То обстоятельство, что при закрытии листка нетрудоспособности 09.03.2022 г. контрольный мазок из носоглотки и ротоглотки на РНК коронавируса у истицы не был осуществлен, не может быть поставлено в вину истицы, поскольку листок нетрудоспособности 09.03.2022 г. лечащим врачом был закрыт именно в связи с выздоровлением истицы, и данных о том, что истица уклонилась от сдачи данного контрольного мазка в материалах деле не имеется.

Выводы Комиссии о том, что при отсутствии лабораторного подтверждения выздоровления при первом случае, вероятнее всего это течение одного случая заболевания, носят вероятностный характер.

Доводы истицы о том, что все сомнения по расследованию страховых случаев должны трактоваться в пользу медицинских работников, суд находит заслуживающими внимание.

Анализ установленных в суде обстоятельств с учетом вышеуказанных положений Закона позволяет суду прийти к выводу о том, что истица ФИО1 на своем рабочем месте и при исполнении трудовых обязанностей получила вред здоровью в связи с развитием у нее заболевания, подпадающего под подпункт «б» пункта 2 Указа Президента Российской Федерации от 06.05.2020 г. № 313 «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников», заявленные ею случаи являются страховыми, а решение Комиссии незаконным.

Действительно с 30.08.2022 г. отменены Распоряжением Правительства Российской Федерации от 15.05.2020 г. № 1272-р и Постановление Правительства РФ от 20.02.2021 № 239, а с 15.07.2022 г. признан утратившим силу Указ Президента РФ № 313 от 06.05.2020 г.

Вместе с тем данное обстоятельство не может являться основанием для отказа в иске ФИО1 в части признания заболевания страховыми случаями и признании права на две страховые выплаты, поскольку заболевания истицы (и, соответственно, страховые случаи) возникли в период действия указанных нормативных актов.

Общие правила компенсации морального вреда установлены статьей 151 Гражданского кодекса РФ. Так, согласно положениям данной нормы, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Также, исходя из части 2 статьи 151 ГК РФ, пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 и пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Анализ исследованных по делу доказательств позволяет суду сделать вывод о том, что ГУЗ «Барышская ЦРБ» истице был причинен моральный вред. Поэтому ГУЗ «Барышская ЦРБ» обязано ей данный вред возместить.

Разрешая данный спор, суд признает право истицы на компенсацию морального вреда.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания (переживания).

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает предусмотренные статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, исходя из конкретных обстоятельств дела, морально-нравственных переживаний истицы, с учетом требований разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации 5 000 руб.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ст.88 ГПК РФ).

Согласно п. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истцы были освобождены, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

С учетом обстоятельств дела суд считает необходимым взыскать с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Признать заболевания ФИО1 ( за периоды нетрудоспособности с 08.02.2022 г. по 09.03.2022 г. и с 21.03.2022 г. по 01.04.2022 г. ) новой коронавирусной инфекцией ( Covid-19 ) страховыми случаями как полученные ею при непосредственной работе с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции ( Covid-19 ) и пациентами с подозрением на эту инфекцию, признать за ФИО1 право на две единовременные страховые выплаты в размере 68 811 руб. каждая.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Барышская районная больница» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 5 000 руб.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Барышская районная больница» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Барышский городской суд в течение одного месяца.

Судья Е.И. Гаврилова

Мотивированное решение изготовлено 01 декабря 2022 года