Дело №2-4819/2025

УИД 03RS0003-01-2025-2003236-98

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 ноября 2025 года г. Уфа

Кировский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Абдрахмановой Л.Н.,

при секретаре Рыжове В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Табиб Плюс» о защите прав потребителей,

установил:

ФИО3обратилась в суд с иском к ООО «Табиб Плюс» о защите прав потребителя вследствие ненадлежащего оказания медицинских услуг. Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Табиб Плюс» (далее - «Исполнитель») и ФИО1 (далее - «Заказчик») заключен договор на оказание платных медицинских услуг согласно закону «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и закону «О защите прав потребителей». Истец обратилась в клинику ООО «Табиб Плюс» с целью осмотра состояния и возможного последующего лечения зубов. По результатам осмотра примерно в 11.00 часов было проведено лечение по поводу пришеечного кариеса 4,5 зуба под местной анестезией (Лечащий врач - ФИО2). Во время лечения истец почувствовала неприятные ощущения и припухлость в области правой щеки, о чем сообщила лечащему врачу, на что получила ответ:«Это нормально, у тебя привыкание». Сразу после проведенного лечения припухлость в области правой щеки начала увеличиваться, появилось похрустывание при нажатии на припухлость, которое распространилось в область шеи с обеих сторон. Хирург клиники ФИО4 порекомендовал принимать цифран СТ, нимесил, супрастин, убедив, что симптомы спадут по прошествии 2 часов после приема препаратов. Однако после следования рекомендациям и приему препаратов, самочувствие не улучшилось. Ориентировочно в 20.00 часов у истца появилось ощущение сдавленности в области груди, отдышка и боль в области лопаток. Истцом был осуществлен звонок в «скорую помощь». Не дождавшись приезда бригады, истец самостоятельно обратилась в ГКБ N?21 в приемное отделение. При осмотре проведена компьютерная томография (КТ) по результатам которой установлено: по данным КТ ОГК в мягких тканях шеи, верхнего и среднего средостения определяется свободный воздух. Проведена консультация с торакальным хирургом РКБ им. Куватова. Заключение: по данным КТ ОГК больше данных за эмфизему мягких тканей шеи, пневмомедиастинум. Однако, учитывая лечение зубов в анамнезе, - необходимо динамическое наблюдение за пациенткой с контрольном КТ ОГК и лабораторными анализами с целью исключения одонтогенной флегмоны шеи.

По результатам осмотра и КТ истец была переведена в стационар, в отделение челюстно-лицевой хирургии. Период нахождения и лечения в стационаре ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ.

С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время из-за необходимости приема антибиотиков у истца нарушен обмен веществ, имеется дисбиоз кишечника, необходимо восстановление после приема антибиотиков.

Истец также указала, что факт прохождения ею Комиссии МЗ РБ связано с отбором пациентов для проведения процедуры ЭКО, по результатам которой получено направление. Учитывая специфику проведения процедуры ЭКО, огромный перечень требований для прохождения процедуры, ограниченность сроков, в связи с нахождением в стационаре в настоящее время истцу требуется повторное проведение исследований, сдача анализов и посещение специалистов.

Истец также в исковом заявлении отметила тот факт, что длительная болезнь послужила не выполнением поставленных планов перед работодателем, что послужило основанием для ее увольнения с места работы.

Ввиду оказания некачественных медицинских услуг, истец испытывает психологическое переживание до сих пор, сказывается на обыденной жизни, появилась боязнь к стоматологам и людям в больничных белых халатах, все это сказывается на состоянии здоровья. На фоне сложившейся сложной ситуации с проведения процедуры ЭКО, которое пришлось отложить, осложнились отношения в семье.

Истцу указала, что ей нанесен моральный вред оказанием некачественных медицинских услуг, который ответчик должен компенсировать на основании ст. 151 ГК РФ. Считает, что услуга оказано некачественно согласно Закону от ДД.ММ.ГГГГ N? 2300-1 «О защите прав потребителей». Исполнитель не обеспечил безопасное оказание услуг согласно Закону. Истец усматриваем в произошедшем нарушения ее прав, гарантированных законодательством Российской Федерации, и считаю произошедшее недопустимым.

Просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей, штраф, юридические расходы в размере 70 000 рублей.

Истец ФИО1 в зал судебного заседания не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена своевременно и надлежащим образом.

Представитель истца ФИО5 в судебном заседании исковые требования с учетом уточнений поддержал в полном объеме, просил удовлетворить.

Представители ответчика ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признал, просил в удовлетворении исковых требований отказать. Пояснил, что стоматологические услуги оказаны качественно.

Третьи лица в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом, о причине неявки суду не сообщили, об отложении судебного заседания ходатайства не заявляли.

Ранее в судебном заседании третье лицо ФИО2 исковые требования не признавала, пояснила, что лечение истице проведено качественно.

В силу ст.167 ГПК РФ суд признал возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав участвующих в судебном заседании лиц, исследовав материалы дела в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции РФ закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В ст.4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 названного Закона).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В соответствии с п.21 ст.2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

По смыслу постановления Пленума Верховного суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Институт компенсации морального вреда играет важную роль не только в регулировании гражданско-правовых отношений, но и в обеспечении гарантий конституционных прав и свобод личности.

В п.27 постановления Пленума Верховного суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, в том числе по компенсации морального вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратилась в ООО «Табиб плюс» с жалобами на кратковременные, умеренные боли от холодного в области зуба 4.5. Область зуба 4.8 отечна, беспокоит в течение месяца. Указанные жалобы отражены в медицинской карте стоматологического больного. Также указано, что пациент явился с целью санации полости рта.

В этот же день ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 (пациент) и ООО «Табиб плюс» (исполнитель) заключили договор на оказание платных медицинских услуг,

Врачом ФИО2 истцу проведено следующее лечение зуба 4.5 – под инфильтрационной анестезией раствором ультракаин 1:200000 0,6 мл препарирование кариозной полости под контролем кариес-индикатора,медикаментозная обработка травекс 37%, изолирующая прокладка SDR, пломба гармонайз, шлифовка, полировка.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением истец указала, что во время лечения истец почувствовала неприятные ощущения и припухлость в области правой щеки, о чем сообщила лечащему врачу. Сразу после проведенного лечения припухлость в области правой щеки начала увеличиваться, появилось похрустывание при нажатии на припухлость, которое распространилось в область шеи с обеих сторон. В последующем истец самостоятельно обратилась в ГКБ N?21 в приемное отделение, где при осмотре проведена компьютерная томография (КТ) по результатам которой установлено: по данным КТ ОГК в мягких тканях шеи, верхнего и среднего средостения определяется свободный воздух, также проведена консультация с торакальным хирургом РКБ им. Куватова. Дано заключение - по данным КТ ОГК больше данных за эмфизему мягких тканей шеи, пневмомедиастинум. Однако, учитывая лечение зубов в анамнезе, - необходимо динамическое наблюдение за пациенткой с контрольном КТ ОГК и лабораторными анализами с целью исключения одонтогенной флегмоны шеи.

Полагая свои права нарушенными вследствие ненадлежащего оказания медицинских услуг, истец обратилась в суд за защитой своих прав.

Ввиду того, что ответчиком оспаривалось утверждение истца о некачественном оказании стоматологических услуг, по ходатайству стороны ответчика ДД.ММ.ГГГГ судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено ООО «Медицинский центр «Азимут плюс» (ИНН <***>).

Перед экспертом поставлены следующие вопросы:

Возможно ли ятрогенное попадание воздуха в средостению пневмомедиастинума при лечении зуба, при условии, что дыхание самостоятельное, дыхательные пути свободны, манипуляция проводится под местной анестезией, возникшее после стоматологической манипуляции с использованием наконечника стоматологического уголкового (Т2 LINE A200L рег. Удос. № ФСЗ2012/13135), который физически не подключен к системе нагнетания воздуха и не подает на кончик бора, так как там установлен микромотор, при отсутствии открытых «входных ворот» в тканях (лунка, разрез, глубокий карман)?

Может ли возникнуть спонтанный пневмомедиастинума вследствие подтвержденного перенесенного COVID-19?

В какие сроки возможно планирование ЭКО после перенесенного COVID-19 согласно Рекомендациям Минздрава?

Была ли необходимость в анестезии при лечении пришеечного кариеса 4,5 зуба?

Могло ли применение анестезии привести последствиям, указанных истцом?

Из заключения эксперта ООО «Медицинский центр «Азимут плюс»№№ от ДД.ММ.ГГГГ следует, что экспертной комиссией сделаны следующие выводы:

По вопросу №1: Попадание воздуха в мягкие ткани с последующим развитием пневмомедиастинума использовании указанного стоматологического наконечника является маловероятным с технической точки зрения.

По вопросу №2: В медицинской документации пациентки зафиксирован диагноз U07.1 (COVID-19). Согласно данным современной медицинской литературы, перенесенная инфекция COVID-19 может рассматриваться как фактор, повышающий риск развития спонтанного пневмомедиастинума вследствие возможного повреждения легочной ткани. Однако, в представленных документах отсутствуют данные о тяжелом течении COVID-19 пневмонии, требующей респираторной поддержки, а также указания на наличие у пациентки развития пневмомедиастинума приступов интенсивного кашля, которые являются основным провоцирующим фактором спонтанного пневмомедиастинума.

Вероятность того, что пневмомедиастинум возник исключительно и спонтанно как прямое следствие перенесенного COVID-19, является низкой. В то же время, полностью исключить возможное влияние перенесенной инфекции как одного из предрасполагающих (фоновых) факторов не представляется возможным.

По вопросу №3: Инфекция, вызванная SARS-CoV-2, может оказывать негативное влияние на сперматогенез и оогенез как путем непосредственного влияния, так и опосредованно через гипертермию и оксидативный стресс. Показано, что влияние, как правило, временное. Учитывая возможность инфицирования тканей яичника, существует вероятность усиления данного эффекта при трансвагинальной пункции фолликулов яичников (ТВП), применяемой в программах вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ). В связи с этим, рекомендовано отложить программы ВРТ до полного выздоровления пациентки и/или ее партнера, включая постковидный период реконвалесценции.

Программу ЭКО после коронавируса рекомендуется начинать не ранее, чем спустя 3 месяца после перенесенной инфекции.

По вопросу №4: Современные стандарты оказания стоматологической помощи предусматривают использование местной анестезии при лечении кариеса дентина (код K02.1), в том числе пришеечной локализации, для обеспечения комфорта пациента, полного обезболивания и качественного препарирования кариозной полости, так как пришеечная область обладает повышенной тактильной чувствительностью.

Применение местной анестезии при лечении пришеечного кариеса зуба 4.5 являлось обоснованным и соответствовало стандартам оказания стоматологической помощи.

По вопросу №5: Осложнения в виде подкожной эмфиземы и пневмомедиастинума не являются типичными и характерными для проведения инфильтрационной анестезии в стоматологии. Карпульные шприцы, используемые для анестезии, являются герметичными системами, конструктивно не предполагающими попадание значительных объемов воздуха в ткани. Объем вводимого анестетика мал, а техника инфильтрационной анестезии не предполагает создания высокого давления.

Вероятность развития распространенной эмфиземы и пневмомедиастинума непосредственно от иньекции анестетика в область зуба 4.5 является крайне низкой.

Суд признает достоверным заключение судебной экспертизы, поскольку оно составлено квалифицированными экспертами, имеющими соответствующее образование и достаточный стаж работы. Выводы экспертов надлежащим образом мотивированы и обоснованы. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Оснований не доверять данному экспертному заключению судом не установлено.

По итогу представленного судебного экспертного заключения судом не установлено оснований для назначения дополнительной, повторной экспертизы ходатайства.

Таким образом, судом установлено, что ФИО1 при получении стоматологического лечения в ООО «Табиб плюс» был выставлен правильный диагноз и при установленном диагнозе план лечения и метод лечения (технологический процесс) были выбраны правильно, в соответствии с ее стоматологическим статусом.

Оснований полагать, что ответчиком допущен дефект оказания медицинской помощи при проведении стоматологического лечения ФИО1 в виде лечения зуба 4.5 в процессе оказания медицинской помощи в ООО «Табиб плюс» не установлено, проведенной судебной экспертизой не установлено причинно-следственной связи между проведенным лечением и возникшими у истца последствиями.

Доказательств обратного материалы дела не содержат, в ходе судебного разбирательства не установлено, истцом не представлено.

В связи с чем, что доводы истца о том, что услуга лечению зуба была оказана ответчиком не надлежащего качества и не соответствовала условиям заключенного договора, как и доводы о том, что ответчиком допущено существенное нарушений условий договора, что при стоматологическом лечении ответчиком произошло попадание воздуха в средотостению пневномедиастинума, что привело к развитию у истца эмфиземы мягких тканей щечной области, шеи, пневмомедиастинуму, не убедительны и опровергаются исследованными выше доказательствами, основания для возложения ответственности на ответчика не установлены.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что материалами дела не подтвержден дефект оказания медицинской помощи истцу в процессе оказания медицинской помощи в ООО «Табиб плюс», а также нарушения прав истца как потребителя со стороны ответчика.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что не установление судом факта некачественно оказанной медицинской помощи истцу при обращении к ответчику, является основанием для отказа в удовлетворении требований истца ФИО1 к ответчику ООО «Табиб плюс» о компенсации морального вреда, штрафа и судебных расходов.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Табиб Плюс» (ИНН <***>) о защите прав потребителей, компенсации морального вреда взыскании штрафа, судебных расходов, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия судом в окончательной форме через Кировский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан.

Судья Абдрахманова Л.Н.

Мотивированное решение составлено 20.11.2025 г.