№ 2-777/2025
64RS0047-01-2025-000299-08
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
21 октября 2025 г. город Саратов
Октябрьский районный суд города Саратова в составе:
председательствующего судьи Мониной О.И.
при секретаре Мухиной Д.А.,
с участием истца по основному иску (ответчика по встречному иску) ФИО3, ее представителей ФИО12, ФИО13,
ответчика по основному иску ФИО14, его представителя ФИО15,
ответчика по основному иску ФИО27,
ответчика по основному иску (истца по встречному иску) ФИО28, ее представителя и представителя третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, ФИО29,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по искам основному ФИО3 к ФИО14, ФИО27, ФИО28 об исключении имущества из наследственной массы, встречному ФИО28 к ФИО3 об исключении имущества из наследственной массы, требований третьего лица ФИО32 к ФИО3, ФИО28, ФИО14, ФИО27 об оспаривании договора дарения, применении последствий недействительности сделки,
установил:
ФИО3 обратилась в Октябрьский районный суд города Саратова с иском к ФИО14, ФИО27, ФИО28 с требованием об исключении имущества из состава наследства. Требования мотивированы тем, что 27.11.1997 года был заключен брак между ФИО35 и ФИО33. <дата> года ФИО34. умер. У покойного имеются дети – наследники первой очереди, подавшие заявления о принятии наследства по закону. В наследственную массу входит квартира, расположенная по адресу <адрес>, которая не является совместно нажитым имуществом супругов, поскольку приобреталась за счет личных денежных средств истца от проданной квартиры, расположенной по адресу <адрес>, что подтверждается договором купли-продажи от 26.11.2010 года. Сумма в размере 160 000 руб. была добавлена истцу ее матерью – ФИО4, <дата> года рождения. Учитывая изложенное, просила исключить из наследственной массы недвижимое имущество – квартиру, расположенную по адресу <адрес> общ. пл. 44 кв.м. (л.д. 4-6 т.1).
В процессе рассмотрения дела ФИО28 подано встречное исковое заявление к ФИО3 об исключении имущества из состава наследства, в обосновании которого указаны следующие обстоятельства. В состав наследственного имущества умершего ФИО5 входят, в том числе квартира, расположенная по адресу <адрес>, земельный участком и садовый домик, расположенные по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое» СНТ Энтузиастов, уч. 2; квартира, расположенная по адресу <адрес>, автомобиль Рено Дастер, 2019 года выпуска; автомобиль Джили Элегранд. Указывает, что <адрес> досталась отцу по наследству и является его личным имуществом, земельный участок и садовый домик в СНТ «Энтузиаст» были подарены отцу и являются его личным имуществом; автомобиль Рено Дастер куплен в период брака, но на наследственные деньги по линии его матери, и также является его личным имуществом. Учитывая изложенное, с учетом уточнения просили исключить из состава наследственной массы земельный участок и садовый домик, расположенные по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое» СНТ Энтузиаст, уч. 2; супружескую долю на квартиру, расположенную по адресу <адрес>, автомобиль <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 101-102, 193 т.1).
Определением Октябрьского районного суда г.Саратова от 12 мая 2015 года ФИО32 признана третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования, к ФИО3, ФИО28, ФИО14, ФИО27 об оспаривании сделки. В 1994 году ей был выделен земельный участок на основании свидетельства о праве собственности на землю, выданного <дата> комитетом по земельным ресурсам землеустройству <адрес> серия САР-01 №, в течении времени выстроила садовый домик и полноценно пользовалась, и владела этим имуществом, и владеет и пользуется до настоящего времени. С годами стала страдать сильными болями в позвоночнике, в суставах, работать на огороде стало труднее. В 2023 года прошла обследования, в результате которого были установлены запреты физических нагрузок. Боли были сильнейшие, она одинокая и на нее сильно воздействовали психически и эмоционально выставленные диагнозы. Жить в квартире была тоска, а быть на даче и вести хозяйства на ней самостоятельно она не могла, морально была ошеломлена сложившейся ситуацией, понимала, что одна не справится и ей нужен человек, который мог бы о ней заботиться. У нее нет близких родственников, на тот момент никому была не нужна, в связи с чем приняла поспешно следующее решение. С ФИО5 она была знакома много лет, просила его о помощи прокопать огород, сделать грядки, посадить рассаду, отвезти и привезти ее на дачу, он никогда в помощи не отказывал. Они договорились, что он не оставит и до последнего дня ее жизни будет помогать, а возможно и ухаживать за ней, так в апреле 2024 года ФИО5 убедил ее подарить ему свою единственную дачу, а он обещал заботиться об ФИО10, до конца ее жизни, позволит пользоваться и владеть дачей. Поскольку на тот момент она была одинока, в живых не было близких и родных, ее охватит стресс и эмоции и она поспешно <дата> подписала Договор дарения, подарив земельный участок и садовый домик чужому человеку ФИО5, рассчитывая, что будет сохранять право пользования и владения своим имуществом, которое подарила. Указывает, что заблуждалась относительно природы сделки, фактически подразумевала ренту, подписывая договор дарение. Ей стало известно, что ФИО5 умер, что стало для нее неожиданностью, она не рассчитывала, что переживет его, наоборот полагала, что он доведет ее до конца ее жизни. Пообещав ей остаться пользоваться и владеть своим дачным участком и домиком ФИО11 говорил, что не оставит ее без них пока она жива, она поверила ему, потому что он обещал заботиться и не оставлять без помощи. В настоящее время, в силу смерти, на данное имущество претендуют наследники. Полагает, что подверглась заблуждению и послушала обещания ФИО5, по его просьбе с условиями подписала Договор дарения. Опыта в оформлении документов она не имела, с юристами на предмет заключения договора дарения не консультировалась, поэтому значимости происходящему не придала, да и некогда было думать, скоротечные операции, больницы, реабилитации подтолкнули ее к осуществлению необдуманных действий. Потеря данного недвижимого имущества и возможности его пользования, владения и распоряжения приведет к существенному снижению его уровня жизни, важна также и материальная сторона, другого недвижимого имущества она уже иметь не сможет в силу возраста. Учитывая изложенное, просила признать недействительным Договор дарения объектов недвижимости от <дата> садовый домик площадью 38 кв.м. кадастровый №, расположенный на земельном участке общей площадью 500 кв.м. кадастровый №, находящихся по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое», СНТ «Энтузиаст», уч. 2 и подлежащим отмене; прекратить право собственности ФИО5, умершего <дата>, на садовый домик площадью 38 кв.м. кадастровый №, расположенный на земельном участке общей площадью 500 кв.м. кадастровый №, находящиеся по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое», СНТ «Энтузиаст», уч. 2; исключить из наследственной массы недвижимое имущество: садовый домик площадью 38 кв.м. кадастровый №, расположенный на земельном участке общей площадью 500 кв.м. кадастровый №, находящиеся по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое», «Энтузиаст №; восстановить право собственности ФИО32 на садовый домик площадью 38 кв.м. кадастровый №, расположенный на земельном участке общей площадью 500 кв.м. кадастровый №, находящиеся по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое», «Энтузиаст №. (л.д. 254-255 т.1)
Истец по основному иску и ее представители в судебном заседании поддержали основные исковые требования по основаниям, изложенным в нем, просили требования удовлетворить, в удовлетворении встречных исковых требований и требования третьего лица ФИО32 просили отказать.
В судебном заседании ответчик (истец по основному иску) ФИО28 и ее представитель поддержали встречные исковые требования, по основаниям, изложенным в нем с учетом уточнения, поддержали письменные возражения на основные исковые требования (л.д. 77 т.1)
ФИО27 в судебном заседании поддержал основные требования, во встречных требованиях и требованиях ФИО32 просил отказать.
ФИО14 и его представитель в судебном заседании возражали относительно удовлетворения основных исковых требованиях, рассмотрение встречных требований и требований третьего лица ФИО32 оставили на усмотрение суда.
Представитель третьего лица, заявляющие самостоятельные требования, требования ФИО32 поддержала, просила их удовлетворить по основаниям, изложенным в нем.
Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования, ФИО32 и третьего лицо, не заявляющих самостоятельных требований, нотариус в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела, ФИО32 ходатайств об отложении не заявила, обеспечила явку своего представителя, нотариус просила дело рассмотреть в ее отсутствие.
Руководствуясь статьи 167 ГПК РФ, суд определил дело рассмотреть в отсутствии неявившихся лиц, участвующих в деле.
Выслушав стороны, представителя третьего лица, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Разрешая настоящий спор, суд полагает первоначально рассмотреть требования третьего лица ФИО32
Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу подпункта 3 пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки.
Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В силу действующего законодательства и правой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 11 августа 2020 года №5-КГ20-44 и др., квалифицирующим признаком дарения является безвозмездный характер передачи имущества, заключающийся в отсутствии встречного предоставления. Любое встречное предоставление со стороны одаряемого делает договор дарения недействительным.
Судом установлено, что согласно договору дарения от 12 апреля 2024 года ФИО32 подарила и передала ФИО5 безвозмездно, без всякой встречной передачи вещей или прав, либо встречных обязательств со стороны последнего, а ФИО5 принял в дар, в собственность недвижимое имущество, включающее в себя земельный участок, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для ведение садоводства, площадь 500 кв.м., расположенный по адресу <адрес>, <адрес>, кадастровый №; здание, назначение: нежилое, количество этажей: 1, общая площадь 38 кв.м., адрес объекта, <адрес>, <адрес> кадастровый № (л.д. 159-190 т.1).
Третье лицо ФИО32 указывает, что сделка была ею совершена в период, когда она находилась под психически и эмоциональным воздействием, в связи с выставленными диагнозами, не имя близких родственников, чувствуя, что никому не нужда, жить в квартире была тоска, а быть на даче и вести хозяйства на ней самостоятельно она не могла, морально была ошеломлена сложившейся ситуацией, понимала, что одна не справится и ей нужен человек, который мог бы о ней заботиться. С ФИО5 она была знакома много лет, просила его о помощи прокопать огород, сделать грядки, посадить рассаду, отвезти и привезти ее на дачу, он никогда не отказывал, пообещал не оставлять ее без помощи, никому не продавать, не дарить спорное имущество, чему она поверила, в связи с чем подверглась заблуждению, послушала обещания ФИО5 по его просьбе и с условиями, подписала договор дарения (л.д. 211 оборот – 213 т.1).
Отсутствие у ФИО32 подтверждается письменными доказательствами, а именно свидетельствами о смерти ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 (л.д. 49-52 т.2), ее физическое состояние, наличие хронических заболеваний подтверждается медицинскими документами (л.д. 222-233, 237-248 т.1)
В процессе рассмотрения дела по ходатайству третьего лица была назначена судебная экспертиза. Согласно выводам заключения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы ГУЗ «Саратовский городской психоневрологический диспансер» от 03.07.2025 года №553 подэкспертная обнаруживает психическое расстройство в форме органического астенического расстройства в связи со смешанными заболеваниями, возникновению которого способствовали имеющиеся у нее сосудистые заболевания головного мозга (артериальная гипертензия, атеросклеротический процесс в сосудах головного мозга, хроническая ишемия болезнь сердца), сахарный диабет. В период подписания ею договора дарения от 12.04.2024 г. (в 66г.) была способна правильно понимать значение своих действий или руководить ими. Волеизъявление на момент подписания договора дарения <дата> было ненарушенным, так как подэкспертная сама предложила совершить сделку – дарения в отношении своего дачного участка с домиком с ФИО5№ Подэкспертная проживала и проживает одна, себя обслуживает, социально адаптирована. За медицинской помощью к врачу психиатру не обращалась. На основании вышеизложенного, комиссия, отвечая на поставленные перед экспертами вопросы приходит к выводам, что ФИО32 обнаруживала и обнаруживает психическое расстройство в форме органического астенического расстройства, в связи со смешанными заболеваниями, по своему психическому состоянию могла понимать значение своих действий или руководить ими при заключении договора дарения объектов недвижимости от 12 апреля 2024 года (л.д. 66-69 т.2).
Заключение экспертов содержит подробное описание проведённого исследования. Сделанные в результате исследования выводы мотивированны и ясны. Эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение экспертов не вызывает сомнений в правильности и обоснованности, в связи с чем у судьи не имеется оснований не доверять заключению судебной экспертизы.
В тоже время судом учитывается, что в соответствии с ч. 2 ст. 187 ГПК РФ заключение эксперта исследуется в судебном заседании, оценивается судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы.
В силу статьи 123 Конституции Российской Федерации, статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования и возражения.
Оценивая представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, суд приходит к выводу об установлении обстоятельств того, что ФИО32 при заключении договора дарения спорных объектов недвижимости находилась под влиянием существенного заблуждения относительно природы этой сделки, поскольку, нуждаясь в уходе, она считала, что фактически заключает договор ренты. Так, после заключения сделки она продолжала владеть и пользоваться спорными объектами недвижимости, что подтверждается письменными доказательствами, а именно квитанциями об оплате целевых взносов, справкой СНТ «Энтузиаст» (л.д. 54-55, 56 т.2), получала помощь от ФИО5, что подтверждается показаниями свидетеля ФИО20, (л.д. 58-60 т.2), не доверять которым у суда нет оснований, поскольку последний предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. С учетом объяснений ФИО10 и совокупности изложенных выше доказательств, суд полагает установленным факт того, что действительного намерения распорядится спорными объектами недвижимости способом, в частности отчуждением, без получения помощи со стороны одаряемого ФИО5, истец не имела. По мнению суда, выводы судебно-психиатрической экспертизы о том, что ФИО32 по своему психическому состоянию могла понимать значение своих действий или руководить ими при заключении договора дарения объектов недвижимости от 12 апреля 2024 года не опровергают выводы суда о существенном заблуждении ФИО32 относительно природы совершаемой сделки, поскольку, страдая различными заболеваниями, нуждаясь в силу возраста и по состоянию здоровья в постороннем уходе, продолжая владеть и пользоваться спорными объектами недвижимости, заблуждалась относительно природы совершаемой сделки, не имела намерений передать ФИО5 спорные объекты недвижимости безвозмездно, полагала, что заключен договор пожизненного содержания и после заключения договора ей ФИО5 будут оказаны необходимые помощь и уход, чего в настоящее время лишена, в связи со смертью последнего.
В нарушении ст. 56 ГПК РФ суду не представлено допустимых и достаточных доказательств, подтверждающих, что третье лицо ФИО32 добровольно подарила принадлежащее ей недвижимое имущество, имея намерение при жизни лишить себя земельного участка и садового домика, и не опровергнуты доводы ФИО32 о том, что волеизъявление сделки дарения жилого помещения не соответствует ее действительной воле.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что заключенный при установленных по делу выше обстоятельствах договор дарения указанного выше недвижимого имущества является недействительным, в связи с чем подлежат удовлетворению требования третьего лица о признании недействительным Договора дарения объектов недвижимости от 12.04.2024 года недвижимого имущества земельного участка кадастровый № и нежилого здания кадастровый №, расположенных по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое», СНТ «Энтузиаст», уч. 2; прекращении права собственности ФИО5, умершего <дата>, на недвижимое имущество: земельный участок кадастровый № и нежилое здание кадастровый №, расположенных по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое», СНТ «Энтузиаст», уч. 2; восстановлении права собственности ФИО10 на недвижимое имущество: земельный участок кадастровый № и нежилое здание кадастровый №, расположенных по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое», СНТ «Энтузиаст», уч. №; и встречные требования в части аналогичной требованиям третьего лица - исключении из наследственной массы умершего земельный участок кадастровый №, расположенный по адресу Российская Федерация, <адрес>, городской округ <адрес>, территория СНТ Энгузиаст - Широкий Буерак, земельный участок 2; здание кадастровый №, расположенное по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое» «СНТ Энтузиаст», уч. 2; супружескую долю на квартиру, расположенную по адресу <адрес>.
Рассматривая основные требования ФИО3 и встречные требования ФИО28 суд исходит из следующих обстоятельств.
В силу статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.
Аналогичная норма закреплена в части 1 статьи 33 СК РФ, согласно которой законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности, если брачным договором не установлено иное.
В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.
К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.
В соответствии с пунктом 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 4 пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши.
Судом установлено, что ФИО5 и ФИО30 (ФИО31) Е.А. <дата> заключили брак, что подтверждается свидетельством о заключении брака I-РУ №, выданным Заводским районным отделом ЗАГС (л.д.12).
ФИО5, <дата> года рождения умер <дата> (л.д. 13 т.1). После смерти ФИО5, открыто наследственное дело №, с заявлением о принятии наследства обратились ФИО14 (сын), ФИО27 (сын), ФИО3 (супруга), ФИО28 (дочь) (л.д. 36-45, 2 т.1).
В период брака была приобретена квартира площадью 44 кв.м., расположенная по адресу <адрес> (л.д. 14 т.1).
Согласно договору купли-продажи от <дата> ФИО21 продала, а ФИО7 приобрела квартиру, находящуюся по адресу <адрес> стоимостью 2 365244 руб. (л.д. 15 т.1).
Согласно договору купли-продажи от <дата> ФИО1 продала, а ФИО8 купила квартиру, находящуюся по адресу <адрес> стоимостью 840 000 руб. (л.д. 18-19 т.1)
Согласно договору купли-продажи от <дата> ФИО22 продала, а ФИО1 приняла в собственность квартиру, находящуюся по адресу <адрес> стоимостью 1 000 000 руб., право собственности за ФИО1 зарегистрировано <дата> (л.д. 16-17, 28-31, 32-33, 78-79, 181-191 т.1)
Положениями ст. 34 СК РФ и ст. 256 СК РФ предусмотрено, что совместная собственность супругов возникает в силу прямого указания закона.
Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное (п. 1 ст. 33 СК РФ).
К общему имуществу супругов, согласно п. 2 ст. 34 СК РФ, относятся в том числе приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.
В соответствии с п. 1 ст. 36 СК РФ имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.
Из приведенных выше положений следует, что юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные или общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. Имущество, приобретенное одним из супругов в браке по безвозмездным гражданско-правовым сделкам (например, в порядке наследования, дарения, приватизации), не является общим имуществом супругов. Приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, также исключает такое имущество из режима общей совместной собственности.
Таким образом, из положений статьи 36 СК РФ с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» следует, что приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежащие одному из супругов лично, исключает такое имущество из режима общей совместной собственности.
Истец по основному иску указывала на приобретение <дата> за 1 000 000 руб. квартиры, расположенной по адресу <адрес>, за счет продажи <дата> за 840 000 руб. ее квартиры, расположенной по адресу <адрес>, и добавлением ее матерью ФИО23 денежных средств в размере 160 000 руб.
Ответчики по основному иску ФИО2 и ФИО6 оспаривали данное обстоятельство, указывая, что со слов бабушки ФИО24 (матери ФИО5) ей было известно, что на покупку спорной квартиры половину ее стоимости давала ФИО24 (л.д. 79 оборот). В судебном заседании ФИО6 поясняла, что деньги от продажи спорной квартиры были переданы ФИО1 своим родителям.
Согласно сберегательной книжке ФИО9, на его счет №.8<дата>.6109806, открытому <дата>, <дата> поступили денежные средства в размере 370 000 руб., и в сумме 29 990 руб., <дата> были выданы 399 990 руб. (л.д. 149, 150 т.1).
Оценивая представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, суд приходит к выводу, что в судебном заседании не установлены обстоятельства того, что на покупку квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, были потрачены личные денежные средства ФИО1, полученные после продажи квартиры по адресу: <адрес>, ул. <адрес>. Так, стоимость проданной квартиры составляет 840 000 руб., что меньше стоимости приобретенной спорной квартиры – 1 000 000 руб. Письменные объяснения истца по основному иску ФИО1 о том, что часть денежных средств в размере 160000 руб. были ей переданы матерью ФИО23 допустимыми письменными доказательствами не подтверждены. К показаниям свидетеля ФИО25 о том, что спорная квартира приобреталась за счет личных денежных средств ФИО1, полученных от продажи недвижимости, приобретенной до брака, являющихся близкими родственниками истца по основному иску, суд относится критически и отклоняет их, как недопустимые доказательства, поскольку факт передачи денежных средств показаниями свидетелей не подтверждается. (л.д. 122-125 т.1).
Представленная сберегательная книжка ФИО9 бесспорно подтверждает факт того, что на его счет №.8<дата>.6109806, открытому <дата>, то есть за месяц до сделки по продаже квартиры истца по основному иску <дата> поступили денежные средства в размере 370 000 руб., и в сумме 29 990 руб., то есть фактически половина стоимости проданной квартиры по адресу: <адрес>, ул. <адрес> в этот же день <дата> были выданы в размере 399 990 руб. Указанных обстоятельств истец по основному иску первоначально не давала, доказательств получения денежных средств на приобретение спорной квартиры от матери ФИО23, о чем указывала первоначально, суду не представила.
Показания свидетеля ФИО26 о тяжелом финансовом положении семьи ФИО1 и Е.Н., о том, что ФИО1 постоянно занимала денег и потом они совместно отдавали долг также бесспорно не подтверждают приобретение спорной квартиры на личные денежные средств ФИО1 (л.д. 122-125 т.1)
Каким-либо иным образом факт приобретения имущества за счет личных денежных средств ФИО1 зафиксирован не был, в договоре купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, факт ее приобретения на личные денежные средства ФИО1 не отражен. Напротив, при приобретении спорной квартира ФИО5 выдавалось нотариальное согласие супруга в соответствии с п. 3 ст. 35 СК РФ на ее приобретение, что подтверждает факт того, что спорная квартира являлась общей совместной собственностью супругов ФИО1 и Е.Н. По мнению суда, выполнение требований законодательства супругами ФИО1 и Е.Н. при распоряжении их совместным имуществом, не может являться простой формальностью, о чем указывал представитель истца по основному иску, а подтверждает возникновение режима совместной собственности супругов ФИО1 и Е.Н. на приобретенное в период брака спорное имущество.
Анализируя изложенные выше положения закона и установленные по делу обстоятельства, принимая во внимание презумпцию возникновения режима совместной собственности супругов на приобретение в период брака имущество, не опровергнутую совокупностью допустимых доказательств со стороны истца по основному иску, сам лишь факт получения ФИО1 денежных средств от продажи квартиры, расположенной по адресу <адрес>, не свидетельствует о том, что данные денежные средства были затрачены непосредственно на приобретение спорной квартиры, расположенной по адресу <адрес>. Иных допустимых доказательств, подтверждающих, что спорная квартира была приобретена непосредственно на личные деньги истца по основному иску, не представлено.
Поскольку ст. 34 СК РФ установлена презумпция возникновения режима совместной собственности супругов на приобретенное в период брака имущество, обязанность доказать обратное и подтвердить факт приобретения имущества в период брака за счет личных денежных средств возложена на супруга, претендующего на признание имущества его личной собственностью.
Таким образом, поскольку ФИО1 указывала, что спорная квартира была приобретена на личные денежные средства, то именно на ней лежала обязанность доказать указанные обстоятельства, между тем таких доказательств не представлено.
Иные имеющиеся в деле доказательства, в том числе выводы судебной экспертизы ООО» Многопрофильный центр экспертиз и исследования документа «Гарант» не опровергают изложенные выше выводы суда (л.д. 108-227 т.2)
При таких обстоятельствах, законных оснований для исключения квартиры, расположенной по адресу <адрес>, из общей совместной собственности супругов ФИО1 и Е.Н., признании ее личной собственностью истца по основному иску, и как следствие исключении ее из наследственного имущества умершего ФИО5, суд не находит, в связи с чем приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 об исключении из наследственной массы, недвижимого имущества – квартиры, расположенной по адресу <адрес>.
Поскольку судом установлено и не оспаривалось сторонами, что квартира, расположенная по адресу <адрес> приобретена ФИО5 на основании свидетельства о праве на наследство по закону после смерти его матери ФИО24, что подтверждается материалами наследственного дела № ФИО24 (л.д. 29-38 т.2), следовательно, в силу ст. 36 СК РФ является собственностью ФИО5, подлежат удовлетворению встречные требования об исключении из наследственной массы умершего ФИО5 супружеской доли на квартиру, расположенную по адресу <адрес>, а также с учетом удовлетворения требований третьего лица ФИО10 встречные требования об исключении из наследственной массы умершего земельного участка и садового дома кадастровый №, расположенных по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое» «СНТ Энтузиаст», уч. 2.
Судом также установлено, что согласно сведениям УМВД России по городу Саратову за ФИО5 было зарегистрировано транспортное средство Renault Duster 2019 года выпуска, VIN № (л.д. 21, 22-25).
Истец по основному иску ссылается на то, что указанное имущество было приобретено на денежные средства, доставшиеся ФИО5 <дата> после смерти матери ФИО24 (л.д. 29-38 т.2).
Анализируя изложенные выше положения закона и установленные по делу обстоятельства, принимая во внимание презумпцию возникновения режима совместной собственности супругов на приобретение в период брака имущество, не опровергнутую совокупностью допустимых доказательств со стороны истца по встречному иску, суд приходит к выводу, что при рассмотрении настоящего дела не установлен факт приобретения ФИО5 транспортного средство Renault Duster 2019 года выпуска, VIN № на его личные денежные средства. Сам факт получения ФИО5 денежных средств в порядке наследования от матери в середине декабря 2019 года и приобретение через короткий промежуток времени транспортного средства, 2019 года выпуска не свидетельствует о том, что данные денежные средства были затрачены непосредственно на приобретение спорного транспортного средства. Иных допустимых доказательств, подтверждающих, что спорный автомобиль был приобретена непосредственно на личные деньги ФИО5 истца по основному иску, не представлено.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречных исковых требований в части исключения из состава наследственной массы умершего ФИО5 супружеской доли на автомобиль Renault Duster 2019 года выпуска, как не основанных на положениях закона и установленных по делу обстоятельствах.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
требование третьего лица ФИО32 удовлетворить, встречные исковые требования ФИО28 удовлетворить частично.
Признать недействительным Договор дарения объектов недвижимости от <дата> недвижимого имущества земельного участка кадастровый № и нежилого здания кадастровый №, расположенных по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое», СНТ «Энтузиаст», уч. 2.
Прекратить право собственности ФИО5, умершего <дата>, на недвижимое имущество: земельный участок кадастровый № и нежилое здание кадастровый №, расположенных по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое», СНТ «Энтузиаст», уч. 2.
Восстановить право собственности ФИО32 (паспорт №) на недвижимое имущество: земельный участок кадастровый № и нежилое здание кадастровый №, расположенных по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое», СНТ «Энтузиаст», уч. 2.
Исключить из наследственной массы умершего земельный участок кадастровый №, расположенный по адресу Российская Федерация, <адрес>, городской округ <адрес>, территория СНТ Энгузиаст - Широкий Буерак, земельный участок 2; здание кадастровый №, расположенное по адресу <адрес>, на землях ОКХ «Синенькое» «СНТ Энтузиаст», уч. 2; супружескую долю на квартиру, расположенную по адресу <адрес>.
В удовлетворении остальной части встречных исковых требований ФИО28, отказать.
В удовлетворении основных исковых требований ФИО3 к ФИО14, ФИО27, ФИО28 об исключении имущества из наследственной массы отказать.
На решение суда может быть подана в Саратовский областной суд апелляционная жалоба через Октябрьский районный суд г. Саратова в течение месяца со дня изготовления решения суда в мотивированной форме.
Решение суда в окончательной форме принято 05 ноября 2025 года.
Судья /подпись/ О.И. Монина