УИД:66RS0035-01-2022-002659-62
Гражданское дело №2-1-282/2023
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Красноуфимск 22 февраля 2023 года
Красноуфимский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Мангилевой Ю.Д.,
с участием помощника Красноуфимского межрайоного прокурора Садновой Е.Э.,
при секретаре судебного заседания Родионовой Д.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о возмещении вреда, причиненного преступлением, указав в обоснование заявленных требований, что ФИО2 осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, в результате его действий погиб ее сын ФИО3 Истец тяжело переживает смерть сына, так как проживала с совместно с ним, находилась на его иждивении в силу пенсионного возраста и состояния здоровья. В связи с чем, просила взыскать с ФИО2 в свою пользу в компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.
Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме, пояснив суду, что в силу преклонного возраста проживала вместе с сыном в одной квартире, он помогал ей по хозяйству, в том числе и материально. После смерти сына ее состояние здоровья значительно ухудшилось, необходимо приобретать лекарства. Кроме пенсии, иных источников дохода не имеет.
Ответчик ФИО2 принимавший участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи с исковыми требованиями согласился, указав, что готов выплатить компенсацию морального вреда. Суду пояснил, что является <****>, в связи с чем, при отбывании наказания в виде лишения свободы не работает.
Прокурор в своем заключении указал, что требования подлежат удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости.
Заслушав истца, ответчика, заключение прокурора, исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь представленных доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Приговором Красноуфимского районного суда Свердловской области от 05.09.2022 по уголовному делу №1-1-179/2022 в отношении ФИО2 установлено, что 14.12.2021 в период с 21 часа до 21 часов 56 минут ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в квартире по адресу <...>, действуя умышленно, в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, вооружился в указанной квартире ножом, и применяя его, как предмет, используемый в качестве оружия, нанес тыльной стороной ручки ножа не менее двух ударов в область головы ФИО3, после чего нанес его режущей частью не менее двух ударов в область груди потерпевшего, причинив ему телесные повреждения в виде колото-резаного ранения живота с повреждением левой доли печени, которое сопровождалось массивным внутренним и наружным кровотечениями, что обусловило остановку сердечной деятельности и дыхания, прекращение функции центральной нервной системы, от которых ФИО3 скончался в ГАУЗ СО «Красноуфимская ЦБ».
Действия ФИО2 состоят в прямой причинно – следственной связи с наступлением смерти ФИО3
Приговором Красноуфимского районного суда Свердловской области от 05.09.2022 по уголовному делу 1-1-179/2022, ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Кроме этого, указанным приговором разрешен гражданский иск сестры погибшего, с ФИО2 в пользу ФИО7 взыскана компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей. Приговор вступил в законную силу.
Разрешая требование истца о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.
В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).
В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).
Как разъяснено в п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Истцом заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением нравственных страданий, возникших в результате смерти ФИО3 – сына ФИО1, что подтверждается копией повторного свидетельства о рождении VIII-АИ №1-109/2014, выданного Артинским оЗАГС Свердловской области 15.03.1990.
В обоснование заявленного размера компенсации морального вреда истец ссылается на депрессивную симптоматику на протяжении долгого времени, гибель сына привела к невосполнимым и необратимым обстоятельствам, нарушившим психическое состояние и благополучие, а также неимущественное право истца на родственные связи.
Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО7 суду пояснила, что приходится дочерью ФИО1 и сестрой погибшего ФИО3 Из близких родственников у брата осталась несовершеннолетняя дочь ФИО4, которая также хотела заявить требования о компенсации морального вреда. При жизни ФИО3 проживал совместно с матерью ФИО1, оказывал ей разного рода помощь, в том числе и материальную, у них были доброжелательные отношения. После смерти брата психологическое состояние ФИО1 ухудшилось, она стала рассеянной, замкнутой.
Судом также установлено, что заочным решением Красноуфимского районного суда Свердловской области от 14.02.2023 удовлетворены исковые требования ФИО5, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО4, согласно которого с ФИО2 в пользу ФИО4 взыскана компенсация морального вреда, причиненного преступлением в размере 1 000 000 рублей.
Статьей 38 Конституции РФ и корреспондирующими ей нормами ст.1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).
Из Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ее взаимосвязи с нормами Конституции РФ, СК РФ, положениями ст. 150, 151 ГК РФ следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику. В данном случае не наступает правопреемство в отношении права на компенсацию морального вреда, поскольку такое право у членов семьи лица, которому причинен вред жизни или здоровью, возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ, в том числе семейных связей.
Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что истец ФИО1 является пенсионером, испытывает сильные нравственные переживания в связи с утратой близкого человека, который был для нее опорой и поддержкой, чьей смертью нарушена целостность семейных связей, а также в связи с отсутствием возможности когда-либо восполнить эту утрату и восстановить в полной мере нарушенное право.
Смерть ФИО3 сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие истца, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.
Также ответчиком в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не оспорены доводы истца, заявленных в обоснование претерпевания страданий в связи со смертью сына. Кроме того, суд учитывает, что ответчиком никаких мер к возмещению причиненного истцу морального вреда в досудебном порядке не предпринято, доказательств обратного в материалы дела не представлено.
Исходя из вышеизложенного, учитывая принцип разумности и справедливости, принимая во внимание характер нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, полученных истцом в результате смерти человека, родного и близкого для истца, индивидуальных особенностей ФИО1, а также вину ФИО2 в смерти ФИО3, его имущественное состояние, суд считает возможным взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 500 000 рублей.
В силу ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчиков.
Принимая во внимание размер удовлетворенных судом неимущественных требований истца, в доход местного бюджета с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением удовлетворить.
Взыскать с ФИО2, <****>, в пользу ФИО1, <****>, компенсацию морального вреда, причиненного преступлением в размере 500 000 рублей.
Взыскать с ФИО2, <****>, в доход в местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Красноуфимский районный суд Свердловской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения.
Решение отпечатано судьей собственноручно в совещательной комнате.
Судья Ю.Д. Мангилева