УИД 23RS0041-01-2025-002547-39

К делу № 2-3295/25

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 июля 2025 года Первомайский районный суд

г. Краснодара в составе

председательствующего Медоевой Е.Н.

помощника судьи Бесчастного А.В.

с участием представителя прокуратуры Краснодарского края по доверенности ст. пом. прокурора Центрального административного округа гор. Краснодара ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством видеоконференцсвязи гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Краснодарскому краю о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

УСТАНОВИЛ:

первоначально истцы ФИО1 и ФИО2 обратились в Прикубанский районный суд г. Краснодара с исковым заявлением к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Краснодарскому краю о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование.

В обоснование требований указали, что с 2012г. по 2013г. в отношении ФИО1 было возбуждено 13 уголовных дел по признакам составов преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 285, и п. В ч.3 чт. 286 УК РФ.

26.06.2013г. в отношении ФИО1 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезе и надлежащем поведении. Приговором Читинского гарнизонного военного суда от 13.03.2015г. ФИО1 был признан виновным в совершении 11 преступлений, предусмотренных п.в ст.286 УК РФ, осужден на 10 лет колонии общего режима с ограничением права в течение 3,5 лет занимать должности в государственных органах и органах самоуправления и взят под стражу в зале суда.

В период с 13.03.2015г. по 29.05.2015г. по приговору суда истец находился в следственном изоляторе г. Читы. Апелляционным определением судебной коллегией по уголовным делам Восточно-Сибирского окружного военного суда от 29.05.2015г. приговор Читинского гарнизонного суда от 13.03.2015 отменен, дело направлено на новое рассмотрение, ранее избранная мера пресечения оставлена без изменения. С 09.06.2015г. по 17.01.2020г. уголовное дело в третий раз рассматривалось Читинским гарнизонным военным судом и Постановлением от 10.10.2019г., вступившим в силу на основании апелляционного определения от 17.01.2020г. уголовное дело было возвращено прокурору. 02.12.2020г. уголовное преследование в отношении ФИО1 в части обвинения по 9 эпизодам в совершении преступления, предусмотренного п.В ч. 3 ст. 286 УК РФ было прекращено по п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ. 02.12.2020г. истцу вновь было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.285 УК РФ. 03.08.2022г. Читинским гарнизонным судом в отношении ФИО1 вынесен оправдательным приговор, 11.10.2022г. Апелляционным определением судебной коллегии Восточного окружного военного суда, оправдательный приговор в отношении ФИО1 вступил в законную силу.

Истец ФИО1 указывает, что в результате незаконного уголовного преследования, избрания меры пресечения, находясь в статусе подозреваемого и обвиняемого, в течение длительного времени ему причинены нравственные страдания, нарушено право на честное имя, он лишился должности и был уволен с военной службы. Его жена, являющаяся соистцом по делу также испытывала нравственные страдания и ограничения, вызванные незаконным преследованием мужа в течение 10 лет, испытывала чувство страха за него, чувствовала подавленность; кроме того, информация о том, что ее супруг совершил инкриминируемые деяния, на протяжении уголовного преследования размещалась в сети интернет, а также публиковалась в средствах массовой информации, что причиняло ей нравственные страдания.

На основании изложенного, ссылаясь на длительное незаконное уголовное преследование, истцы просили взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Краснодарскому краю за счет казны Российской федерации компенсацию морального вреда в размере 100 000 000 руб. в пользу ФИО1 и 10 000 000руб. в пользу ФИО2

23 апреля 2025 года определением Прикубанского районного суда г. Краснодара гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Краснодарскому краю о взыскании компенсации морального вреда передано по подсудности в Первомайский районный суд г. Краснодара.

17 июня 2025года гражданское дело поступило в Первомайский районный суд города Краснодара, принято к производству.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве третьего лица привлечена прокуратура Краснодарского края.

В судебном заседании, проведенном посредством видеоконференцсвязи на базе Курского гарнизонного военного суда ФИО1 доводы искового заявления поддержал, указывая на наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование на протяжении 9 лет 11 месяцев 3 дней в размере 100 000 000 рублей, просил удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, уведомлена надлежащим образом и своевременно, ранее 09.06.2025 года в Первомайский районный суд города Краснодара от ФИО2 поступило заявление – обоснование возмещения ей компенсации морального вреда, который истица ФИО10 оценила в 10 000 000 рублей (л.д.170-177). Из пояснений ФИО1 данных в ходе судебного заседания посредством видеоконференцсвязи, его жена ФИО2 в настоящее время находится в другом городе с несовершеннолетним ребенком, о дате и времени судебного заседания уведомлена, против рассмотрения дела в ее отсутствие не возражает. ФИО1 на рассмотрении дела в отсутствие истицы ФИО2 настаивает.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации, Управления федерального казначейства по Краснодарскому краю действующая на основании доверенностей, ФИО5 в судебном заседании против удовлетворения требований возражала по основаниям, изложенным в отзыве. Просила в иске ФИО1 отказать, в части требований ФИО10 в.В. производство по делу прекратить.

Представитель прокуратуры Краснодарского края, действующая на основании доверенности ст. помощник прокурора Центрального административного округа г. Краснодара ФИО4, в судебном заседании учитывая тот факт, что за истцом закреплено право на реабилитацию, полагала исковые требования в части взыскания компенсации морального вреда в пользу ФИО1 подлежащими удовлетворению, но не в заявленном размере, а с учетом принципа разумности и соразмерности в размере 500 000 рублей. При этом, указала, что оснований для удовлетворения требований ФИО2 не имеется.

Суд, выслушав стороны, прокурора, участвующего в деле, исследовав материалы дела, пришел к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 08.11.12г. руководителем ВСО ВСУ СК РФ по ВВО ФИО6 в отношении истца было возбуждено уголовное дело №05/00/0008-12 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст.285 УК РФ.

21.11.12г. было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст.285 УК РФ.

13.12.12г. было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления предусмотренного ч. 3 ст.285 УК РФ.

25.12.12 было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст.285 УК РФ.

17.12.12г. у истца ФИО1 отобрано обязательство о явке.

14.06.13г. было возбуждено 8 уголовных дел по признакам составов преступлений, предусмотренных ч. 3 ст.285 УК РФ.

20.06.13г. было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного п. В ч. 3 ст.286 УК РФ.

25.06.13г. вынесено постановление о частичном прекращении уголовного преследования по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ по подозрению в совершении 2-х преступлении предусмотренных ч.3 ст.285 УК РФ.

26.06.13г. истцу предъявили обвинение в совершении 11 тяжких преступлений, предусмотренных п.в ч.3 ст.286 УК РФ. При этом, постановление о прекращении уголовного преследования по вмененным составам преступлений, предусмотренных ч.3 ст.285 УК РФ возбуждённым в отношении ФИО1 не вынесли, в результате чего через 7 лет истцу было предъявлено обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.285 УК РФ.

26.06.13г. ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

27.12.13г. уголовное дело было направлено в Читинский гарнизонный военный суд для рассмотрения по существу.

10.02.14г. Читинский гарнизонный военный суд вынес Постановление о возвращении уголовного дела судом прокурору.

С 21.04.14г. по 18.07.14г. повторно проводилось предварительное следствие и 01.08.14г. уголовное дело направлено в суд.

13 марта 2015г. приговором Читинского гарнизонного военного суда ФИО1 был признан виновным в совершении 11 преступлений, предусмотренных п.в ч.3 ст. 286 УК РФ, осуждён на 10 лет колонии общего режима с ограничением права в течение 3,5 лет занимать должности в государственных органах и органах самоуправления, истец взят под стражу в зале суда.

В период с 13 марта до 29 мая 2015г. но приговору суда ФИО1 находился в Следственном изоляторе г. Читы.

29 мая 2015г. судебная коллегия по уголовным делам Восточно-Сибирского окружного военного суда Апелляционным определением №22-33/2015 отменила приговор как не законно изданный и направила дело на новое рассмотрение в ином составе суда, оставив ранее избранную меру пресечения без изменения.

С 09.06.15г. по 17.01.20г. уголовное дело третий раз рассматриваюсь Читинским гарнизонным военным судом.

10.10.19r. через 4 года и 5 месяцев рассмотрения уголовного дела, суд удовлетворил ходатайство государственного обвинителя и на основании п.1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ и вынес Постановление о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения.

17.01.20г. Апелляционным определением 2 Восточного окружного военного суда постановление от 10.10.19г. вступило в законную силу, и уголовное дело направили заместителю военного прокурора ВВО на прокурорский участок в г. Чите.

04.02.20г. уголовное дело поступило во 2 ВСО ВСУ СК России по ВВО, и 11.02.20г. ему присвоили новый №.

02.12.20г. уголовное преследование в отношении ФИО1 в части касающегося обвинения по 9 эпизодам в совершении преступления, предусмотренного п.в ч.3 ст.286 УК РФ было прекращено по п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ.

02.12.20г. истцу было вновь предъявлено обвинение в совершении 2-х тяжких преступлений, предусмотренных ч.3 ст.285 УК РФ.

01.04.21 г. уголовное дело в четвёртый раз с обвинительным заключением, утверждённым военным прокурором ВВО, г.л.-том юст. ФИО7 было направлено для рассмотрения в Читинский гарнизонный военный суд.

03.08.22г. в отношении ФИО1 Читинским гарнизонным военным судом вынесен оправдательный приговор, с правом на реабилитацию.

11.10.22г. Апелляционным определением 2 Восточного окружного военного суда оправдательный приговор в отношении ФИО1 вступил в законную силу.

06.02.23г. заместитель военного прокурора Восточного военного округа п-к юст. ФИО8, который осуществлял надзор за соблюдением законности в ходе предварительного следствия, подал кассационное представление на оправдательный приговор суда от 03.08.2022г. и Апелляционное определение от 11.10.22г.

04.04.23г. Кассационный военный суд прекратил кассационное производство по кассационному представлению п-ка юст. ФИО8 в связи с тем, что 03.04.23г. от него поступила просьба об отзыве поданного кассационного представления.

Таким образом, незаконное уголовное преследование в отношении ФИО1 длилось в течение 9 лет 11 месяцев 3 дней, то есть с 08.11.12г. по 11.10.22г.

В том числе 26 месяцев, а именно с 08.11.12г. по 11.12.13г., с 21.04.14г. по 31.07.14г. и с 11.02.20г. по 02.12.20г. велось предварительное следствие.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении длилась 9 лет 4 месяца 15 дней, то есть с 26.06.13г. по 11.10.22г.

Срок нахождения истца под стражей с 13 марта по 29 мая 2015г., то есть 77 дней.

Согласно ст. 2 Конституции РФ человек его права и свободы являются высшей ценностью, признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина-обязанность государства.

Согласно ч.1 ст. 17 Конституции РФ в РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным нормам и принципам международного права и в соответствии с Конституцией РФ.

Согласно ч. 1 ст. 45 Конституции РФ государственная защита прав и свобод человека и гражданина в РФ гарантируется.

Согласно ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ч.1 п.1, 3 ч.2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в т.ч. право на возмещение морального вреда, связанного с уголовным преследованием имеют подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор и обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1,2,5 и 6 ч. 1 ст.24 и п. 1 и 4-6 ч.1 ст. 27 УК РФ.

Исходя из требований законодательства факт незаконного или необоснованного привлечения к уголовной ответственности, является основанием для возмещения компенсации морального вреда независимо от вины причинителя.

В соответствии с правовым смыслом ст. 151 ГК РФ, моральный вред заключается в нравственных страданиях, которые лицо испытало в результате нарушения его личных неимущественных прав.

Согласно п.1 ст.1070 ГК РФ вред, причинённый гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается за счет казны РФ.

Согласно ч. 1 ст. 242.2 Бюджетного кодекса РФ обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного действиями государственных органов РФ или их должностных лиц, возложена на Министерство финансов России.

Согласно п. 3 от имени Министерства финансов России по специальному поручению могут выступать в суде государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

Основанием для обращения в суд за компенсаций морального в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование ФИО1 считает и указывает, что все 10 лет уголовного преследования он испытывал нравственные страдания, связанные с необоснованным, незаконным, явно обвинительным и заказным характером уголовного дела, пренебрежением следователя и надзирающих прокуроров, их явно негативном отношением к нему, игнорированием его процессуальных прав, ограничением в сроках ознакомления с материалами дела и особенно вещественными доказательствами, с необходимостью являться но вызовам органов следствия и суда, с проведением дома истца двух и одного обыска в служебном кабинете в присутствии солдат и подчиненных, с постоянной опасностью какого-либо подвоха со стороны следствия, с давлением следователя и его руководства на ФИО10 и его защитника, с распространением в средствах массовой информации и на государственных каналах порочащих его сведений о, якобы, преступной деятельности, умалении его чести, достоинства и доброго имени, с утратой социальных связей и доверия на работе, с отстранением от работы и последующим увольнением, выселением во время нахождения ФИО1 в СИЗО его семьи из служебной квартиры, с отсутствием возможности содержать семью и оказывать помощь своей матери. Находясь в СИЗО, в непривычных для него условиях строгой изоляции от общества, от семьи (жена осталась одна с тремя детьми, младшему ребёнку был 1 год и 5 месяцев) ФИО10 испытывал стрессовое состояние и нравственные страдания от одиночества, общения с уголовными элементами-рецидивистами, совершившими тяжкие преступления. Дополнительные страдания вызывало осознание неэффективности судебной системы, отсутствие защиты интересов личности со стороны государства, не возможности ввиду нахождения под подпиской о не выезде и надлежащем поведении, постоянных судебных процессах трудоустроиться, не возможности ввиду жёсткой экономии денежных средств купить товары первой необходимости или продукты для детей. ФИО10 указывает, что испытывал чувство беззакония, безысходности, несправедливости, разочарования, эмоциональную подавленность и беспомощность, переосмыслил свои взгляды на справедливость и добропорядочность. Полученная моральная травма сказывается до сих пор на его здоровье, а воспоминания о судебных процессах и условиях содержания в камерах СИЗО периодически служат причиной бессонницы и депрессий. Кроме этого, пояснил, что 23 года безупречной военной службы в одночасье было растоптано, из-за не законного уголовного преследования истец лишился своей должности и был уволен из рядов ВС РФ, при этом он не только все потерял к чему стремился, но и лишился 10 лет жизни, которые ему никто не вернёт, и все к чему стремился, вся его жизнь пошла под откос, была разорвана репутация как офицера, командира и начальника, опорочено честное и доброе имя, ФИО10 лишился права на доброе имя как положительную социальную оценку моральных и иных качеств личности. Кроме этого, ФИО2, также как и ФИО10 в результате его незаконного обвинения в совершении тяжких преступлений и уголовного преследования испытывала нравственные страдании и переживания, изменилось в худшую сторону отношение не только к ФИО10 но и к членам его семьи.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из пунктов 1, 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части 1 статьи 27 этого кодекса (в частности, в связи с отсутствием события преступления (пункт 1 части 1 статьи 24), отсутствием в деянии состава преступления (пункт 2 части 1 статьи 24), наличием в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (пункт 5 части 1 статьи 27).

В силу части 1 статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений, данных в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Ввиду того, что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Таким образом, если суд в рамках гражданского судопроизводства признал доказанным факт причинения гражданину морального вреда в результате указанных в пункте 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации незаконных действий (бездействия) органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда и пришел к выводу о необходимости присуждения ему денежной компенсации, то в судебном акте должны быть приведены достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой заявителю, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, при этом оценка таких обстоятельств не может быть формальной.

Компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2024 N 48-КГ24-18-К7)

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применив положения ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

В рассматриваемом случае факт причинения истцу морального вреда доказан вступившим в законную силу оправдательным приговором Читинского гарнизонного военного суда от 03.08.2022г.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемых истцу преступлений, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца, ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Так же судом, при определении размера компенсации морального вреда учитывается, что до возбуждения уголовного дела, ФИО10 всю свою жизнь посвятил служению Родине, от рядового и до полковника прошел все командные должности от командира отделения до начальника штаба дивизии, имевшего в подчинении 11 отдельных воинских частей(организаций) более 7500 человек из них более 500 офицеров и 1000 прапорщиков.

За годы службы награждался государственными и ведомственными наградами, являлся ветераном ВДВ и военной службы, имел безупречный послужной список, в 2012г. был кандидатом для поступления в военную академию генерального штаба ВС РФ, в октябре 2012г. рассматривался на вышестоящую воинскую должность командира 37 бригады штатно-должностная категория «генерал майор».

Так же при определении размера компенсации морального вреда в порядке реабилитации судом учитывается, и то, что были возбужденны в отношении ФИО10 13 уголовных дел с указанием того, что в его действиях усматривались 13 составов тяжких преступлений и нахождении его в связи с этим в статусе подозреваемого, обвинение в совершении 11 тяжких преступлений, за каждое из которых предусмотрено наказание до 10 лет лишения свободы, нахождение на протяжении более 9 лет в статусе обвиняемого и подсудимого, избрание в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, длившееся более 9 лет, лишившая его конституционных прав на свободу перемещения, выбора места жительства, право на отпуск и ежегодное санаторно-курортное лечение, которые не подлежат восстановлению, право на труд, проведении в 2013 и 2020 годах обыска в жилище в присутствии супруги и 6-летней дочери и военнослужащих срочной службы, в 2012г. обыска в рабочем кабинете в присутствии подчиненных офицеров и военнослужащих срочной службе, нахождения в течении 2 месяцев 16 дней (77 суток), то есть с 13.03 по 29.05.2015г. в Следственном изоляторе г. Читы., утрата должности и увольнением из рядов ВС РФ, лишением возможности дальнейшего служебного роста и обучения в военной академии генерального штаба, утрата социальных связей и невозможностью трудоустройства в связи с постоянным участием в судебных процессах и подготовкой к ним, необходимостью являться по указанию следователей на неоднократные допросы и участия в различных следственных действиях.

Принимая во внимание данные обстоятельства, а также исходя из требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании в пользу истца ФИО1 компенсации морального вреда, но не в заявленном размере, а в размере 1 000 000 рублей.

Доводы ответчика о том, что в деле отсутствуют документы, подтверждающие наступление нравственных или физических страданий основаны на неверном толковании норм материального и процессуального права, в силу которых факт причинения такого вреда незаконным уголовным преследованием предполагается и не требует специального доказывания, таким образом, истец имеет право на компенсацию морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, размер которой определяется судом с учетом всех фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и его индивидуальных особенностей.

При этом, требования истца ФИО2 о взыскании в ее пользу компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием ее мужа ФИО1 суд считает необоснованными и не подлежащими удовлетворению, так как нормами действующего законодательства возможность денежной компенсации морального вреда родственникам гражданина, супруге, подвергшегося уголовному преследованию, осужденного и признанного виновным, в отношении которого приговор отменен не предусмотрена.

Так, исходя из содержания статей 151, 1069, 1070 Гражданского кодекса РФ за счет казны РФ взыскивается компенсация морального вреда либо в случае прямо предусмотренном законом, либо в связи с незаконными действиями, либо бездействиями государственных органов в отношении непосредственно лица, требующего компенсацию.

Кроме этого, в соответствии с частью 1 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

В части 2 указанной нормы определен круг лиц, имеющий право на реабилитацию и соответственно на возмещение вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием.

Так, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют:

1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор;

2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения;

3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего кодекса;

4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего кодекса;

5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры (часть 2 статьи 133 УПК РФ).

Право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 УПК РФ, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (часть 3 статьи 133 УПК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" физические лица, не указанные в части 2 статьи 133 УПК РФ, незаконно подвергнутые в ходе производства по уголовному делу мерам процессуального принуждения, а также юридические лица, которым незаконными действиями (бездействием) и решениями суда, прокурора, следователя, дознавателя, органа дознания в ходе производства по уголовному делу причинен вред (например, вследствие незаконного наложения ареста на имущество юридического лица), не отнесены уголовно-процессуальным законом к кругу лиц, имеющих право на реабилитацию. Однако в случае причинения вреда указанным лицам они имеют право на его возмещение в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ (часть 3 статьи 133 УПК РФ, статья 139 УПК РФ).

Таким образом, исходя из положений ст. 133 УПК РФ, 1069, 1070 ГПК РФ компенсация морального вреда по указанным выше основаниям предусмотрена непосредственно реабилитированному, компенсации подлежит моральный вред, находящийся в причинно-следственной связи между незаконным уголовным преследованием и страданиями лица, которому оно подвергалось.

Таким образом, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 о компенсации морального вреда в порядке реабилитации ее супруга ФИО1 за незаконное уголовное преследование у суда нет, в удовлетворении исковых требований ФИО1 следует отказать.

Согласно ч.2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

На основании изложенного, руководствуясь положениями статей 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Краснодарскому краю о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование удовлетворить в части.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование в размере 1 000 000,00 (один миллион) рублей.

В иске ФИО2 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Краснодарскому краю о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Первомайский районный суд города Краснодара в апелляционном порядка в течение одного месяца со дня его изготовления в мотивированном виде путем подачи апелляционной жалобы.

Судья

Первомайского районного суда г. Краснодара п Е.Н. Медоева

Решение изготовлено 28 июля 2025года.