Дело № 2-Я-126/2025
УИД 21RS0014-02-2025-000101-78
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
5 мая 2025 года с. Янтиково
Урмарский районный суд Чувашской Республики
в составе:
председательствующего судьи Калининой Л.А.,
при секретаре судебного заседания Ильиной Л.Ф.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, мотивируя свои требования тем, что приговором Урмарского районного суда Чувашской Республики от 10.10.2024 ответчик признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей – его матери К.И. По данному делу он признан потерпевшим. Преступными действиями ФИО2 ему причинен моральный вред и нравственные страданиях, которые продолжаются по настоящее время. На протяжении всей жизни у него с матерью были очень тесные родственные и семейные связи. Потеря матери является для него сильнейшим травмирующим фактором, необратимым обстоятельством, нарушающим его психическое благополучие, а также неимущественное право на семейные связи. Ссылаясь на ст. 150, 151, 1069, 1101 ГК РФ просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 3 000 000 руб.
В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, по изложенным в исковом заявлении основаниям и вновь привел их суду. Дополнительно пояснил, что смерть его матери нанесла ему глубокую психологическую травму. Несмотря на то, что его мать была лишена в отношении него родительских прав детско-родительские связи между ним и матерью утрачены не были. Родители забирали его все время его нахождения в интернате на школьные каникулы, после окончания школы интерната он вернулся в родительский дом и проживал вместе с матерью и отцом. Окончив профтехучилище, он уехал жить и работать в адрес, однако продолжал поддерживать отношения с матерью, постоянно был с ней на связи, ежегодно приезжал к матери в деревню на праздники и в отпуск, помогал финансово. Неоднократно он предлагал матери переехать к нему в адрес, однако она не соглашалась. После смерти отца и братьев мать К.И. оставалась для него единственным близким человеком. Ее утрата стала для него сильнейшим потрясением.
Ответчик ФИО2, отбывающий уголовное наказание в местах лишения свободы, извещенный о времени и месте судебного заседания, представил суду возражение на иск, в котором указал, что исковые требования не признает. Мотивирует тем, что умершая К.И. по закону матерью истца ФИО1 не являлась в силу того, что была лишена в отношении него родительских, в связи с чем ФИО1 не имеет права на компенсацию морального вреда и является ненадлежащим ответчиком. ФИО1 доказательств того, что он поддерживал с умершей К.И. взаимоотношения и какую роль она играла в его жизни не представил.
Представитель ответчика ФИО2 - ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, объяснения поручила давать своему представителю.
Представитель представителя ответчика ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в возражениях ФИО2 на иск и вновь привел их суду. Дополнил, что умершая в результате преступления К.И. была лишена родительских прав в отношении истца ФИО1, соответственно она не является ему близким родственником, членом его семьи, что в свою очередь лишает ФИО1 права требовать компенсации морального вреда со смертью от преступления К.И. Доказательств причинения морального вреда истец суду не представил.
Выслушав истца, представителя ответчика, представителя представителя ответчика, свидетелей, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению исходя из принципов разумности и справедливости, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.
Приговором Урмарского районного суда Чувашской Республики от 10.10.2024 г., вступившим в законную силу 26.10.2024 г., ответчик ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Настоящим приговором установлено, что ФИО2 в период времени с 17 часов 00 минут до 22 часов 00 минут (более точное время следствием не установлено) 12.07.2024, находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в домохозяйстве по адресу: адрес, в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений со своей сожительницей К.И., действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти последней, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть указанные последствия, с достаточной силой нанес К.И. множество ударов руками и ногами по различным частям тела. Тем самым ФИО2 причинил К.И. сочетанную тупую травму головы, шеи и туловища. Данная сочетанная тупая травма головы шеи и туловища квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека. В результате полученной сочетанной тупой травмы головы шеи и туловища, осложнившейся правосторонним гемопневмотораксом, левосторонним гемотораксом, гемоперитонеумом, травматическим шоком, жировой эмболией сосудов легких, острой дыхательной недостаточностью и отеком головного мозга, К.И. скончалась на месте происшествия через определенный промежуток времени не позднее 05 часов 10 минут 13.07.2024.
ФИО2 в судебном заседании виновным себя признал полностью, в содеянном раскаялся, не оспаривал обвинение и квалификацию. Приговор им обжалован не был.
Вопрос о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, потерпевшему ФИО1 в рамках рассмотрения уголовного дела не разрешался.
В силу части 1 статьи 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации", ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу акты федеральных судов, мировых судей и судов субъектов Российской Федерации обязательны для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.
Согласно части 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Учитывая изложенное при рассмотрении настоящего гражданского дела является установленным и доказыванию не подлежит, установленный ранее приговором суда факт того, что смерть К.И. наступила от виновных действий ФИО2
В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Таким образом, в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.
В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными гл. 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. № 33"О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу пункта 14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
В связи с тем, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает разъяснения, содержащиеся в п. п. 25, 27, 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", согласно которых, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание также поведение самого потерпевшего при причинении вреда. Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).
В абз. 3 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" указано, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.
В соответствии со статьей 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации от 18 декабря 2001 года N 174-ФЗ право на компенсацию морального вреда в связи со смертью гражданина имеют близкие родственники, к которым относятся: супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки.
Таким образом, законодателем определен круг лиц, имеющих право на получение компенсации морального вреда, в связи с утратой близких людей.
Судом из свидетельства о рождении II-РЛ № от дата установлено, что истец ФИО1 приходится умершей в результате преступных действий К.И. сыном.
Как следует из приговора Урмарского районного суда ЧР от 10.10.2024 г. К.И. умерла 13.07.2024 г.
При таких обстоятельствах, поскольку вина ФИО2 в причинении смерти К.И. при изложенных в приговоре суда обстоятельствах доказана, также доказано, что истец ФИО1 является сыном умершей К.И., исковые требования ФИО1 являются обоснованными.
Доводы ответчика, его представителя и представителя представителя ответчика о том, что оснований для удовлетворения иска ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда причиненного смертью матери не имеется, поскольку К.И. была лишена родительских прав в отношении истца суд полагает необоснованными в силу того, что в соответствии с положениями статьи 71 Семейного кодекса Российской Федерации все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого родители лишены родительских прав, теряют только эти родители, но не их ребенок.
При определении размера компенсации морального вреда, причиненного истцу ФИО1 в связи со смертью матери, суд принимает во внимание, что смерть близкого человека - матери нарушила сложившиеся семейные связи и личные неимущественные права истца, при этом отсутствует возможность когда-либо восполнить эту утрату и восстановить в полной мере нарушенное право.
Из близких родственников у истца никого не осталось, кроме дяди. Отец истца и родные братья умерли раньше матери. С матерью истец поддерживал тесные семейные связи. Они часто общались по телефону, сын приезжал к матери в период отпуска и в праздничные дни, поддерживал ее материально. Указанное в судебном заседании было подтверждено свидетелями П.Т., П., К.А., К.
В результате смерти матери истец не может не испытывать чувство невосполнимой потери, состояние дискомфорта, душевные страдания и боль.
Доказательств своего материального положения ответчик суду не представил. В то же время, при определении размера компенсации морального вред суд учитывает то обстоятельство, что ответчик осужден к лишению свободы на срок 8 лет, в настоящее время отбывает наказание.
На основании изложенного, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО2 в пользу истца ФИО1 в сумме 800 000 руб.
Данный размер согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.
Учитывая, что при подаче искового заявления истец освобожден от уплаты государственной пошлины в силу закона, с ответчика на основании ст. 103 ГПК РФ подлежит взысканию государственная пошлина в размере определенном положениями п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 800000 (Восемьсот тысяч) руб. 00 коп.
Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3 000 (Три тысячи) рублей.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Чувашской Республики в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Урмарский районный суд Чувашской Республики.
Судья Л.А. Калинина.
Мотивированное решение составлено 7 мая 2025 г.