Председательствующий – Щиголева Ю.В. Дело № 33-830/2023
номер дела в суде первой инстанции 2-6031/2022
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
27 сентября 2023 года г. Горно-Алтайск
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай в составе:
председательствующего судьи – Черткова С.Н.
судей – Плотниковой М.В., Шнайдер О.А.
при секретаре – Казаниной Т.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Центрального районного суда г. Барнаула Алтайского края от 20 декабря 2022 года, которым
оставлены без удовлетворения исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Алтайскому краевому суду о взыскании компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Черткова С.Н., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации, Алтайскому краевому суд о взыскании компенсации морального вреда. Свои требования истец мотивирует тем, что, что <дата> Алтайским краевым судом ему была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста в связи с обвинением в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты> УК РФ. При избрании меры пресечения определено её отбывание в жилом помещении по адресу: <адрес>. На тот момент условия содержания по данному адресу были бесчеловечными, отсутствовало отопление, санузел, вода, душевая комната и т.п. Несмотря на эти обстоятельства, суд не принял во внимание возражения истца о применении меры пресечения сроком на 3 месяца, то есть по <дата>, в связи с чем, существенно нарушил права, гарантированные Конституцией РФ. Кроме того, при избрании меры пресечения суд существенно нарушил требования ст. 255 УПК РФ, так как 6-месячный срок содержания под стражей по данному уголовному делу на момент избрания меры пресечения в виде домашнего ареста уже истек. Судебной коллегией по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции отменено постановление Алтайского краевого суда от <дата>. Действиями суда первой инстанции существенно нарушены права истца, гарантированные Конституцией РФ, причинен моральный вред. Кроме того, на нервной почве по причине избрания незаконной и необоснованной меры пресечения у истца обострились хронические заболевания - гепатит С, панкреатит отечной формы поджелудочной железы, гипертония, гастрит, активизировались резкие боли в печени, давление, головокружение, что влекло угнетение эмоционального состояния и чувство глубокой депрессии, истощение нервной и иммунной системы, преждевременное старение. Физический вред, причиненный должностными лицами Алтайского краевого суда, истец оценивает в 300000 рублей. Также была нарушена неприкосновенность частной жизни, истец лишен личных семейных, бытовых отношений. Телесная неприкосновенность попиралась, как и нравственная свобода, свобода мысли и т.д. Нарушены гарантии ст.ст. 23, 56 Конституции РФ. Моральный вред, причиненный незаконными действиями суда первой инстанции, истец оценивает в 200000 рублей. На основании изложенного, истец просит взыскать в свою пользу денежную компенсацию морального вреда, причиненного действиями Алтайского краевого суда, в общей сумме 500000 рублей.
Суд вынес вышеуказанное решение, об отмене которого просит в апелляционной жалобе ФИО1, указывая, что к нему незаконно была применена мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на три месяца, судебное постановление об избрании данной меры пресечения отменено судом вышестоящей инстанции, что является основанием для удовлетворения его требований. При избрании меры пресечения определено её отбывание в жилом помещении по адресу: <адрес>, которое было не пригодно для проживания, отсутствовало отопление, санузел, вода, душевая комната и т.п., в связи с чем, он испытывал бытовые неудобства. У него обострились хронические заболевания, он был лишен возможности посещать врачей, проходить обследования и приобретать медицинские препараты, он испытывал физические страдания, присутствовали боли, головокружение, ощущал болезненные симптомы, было нарушено душевное спокойствие, испытывал чувство страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознания неполноценности из-за ограничений при примененной мере. Судом вышестоящей инстанции установлен факт незаконного применения к нему меры пресечения. При рассмотрении настоящего дела судом нарушены процессуальные требования, заключающиеся в том, что ему не вручена копия определения о подготовке дела к судебному разбирательству, проигнорировано его ходатайство о рассмотрении дела с его участием, судебные заседания 03 и 23 ноября 2022 года и 19 декабря 2022 года проведены без него, он был лишен права заявлять об исключении недопустимых доказательств, лишен права заявлять ходатайства и отводы и т.д. О рассмотрении дела 20 декабря 202 года он не был уведомлен.
Изучив материалы дела, включая приобщенные в соответствии с протокольным определением судебной коллегии в порядке абз.2 ч.1 ст.327.1 ГПК РФ, дополнительные доказательства, проверив законность и обоснованность решения в соответствии с ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ исходя из доводов, изложенных в жалобе, заслушав участвующих в судебном заседании лиц, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Суд первой инстанции, исследовав и оценив в соответствии с положениями ст.ст. 12, 56, 67 ГПК РФ предоставленные в материалы дела доказательства в совокупности, проанализировав фактические обстоятельства дела, руководствуясь положениями ст. 53 Конституции РФ, ст.ст. 151, 1070, 1100, 1071 ГК РФ, ст.133 УПК РФ, разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующей реабилитацию в уголовном судопроизводстве» от 29 ноября 2011 года №17 и Постановления Пленума Верховного Суда №33 от 15 ноября 2022 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», пришел к выводу о том, что доводы иска о возложении на ответчиков обязанности по компенсации морального вреда подтверждения материалами дела не нашли, поэтому отказал в удовлетворении иска.
Оснований, по которым возможно не согласиться с выводом суда первой инстанции рассматриваемая апелляционная жалоба не содержит.
ФИО1 причиненный ему вред связывает с фактом ограничения свободы без оснований, а именно с незаконными действиями суда при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, а также ненадлежащими условиями проживания по месту домашнего ареста по адресу: <адрес>.
Так, <дата> постановлением Алтайского краевого суда уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты> УК РФ направлено для рассмотрения по существу в Усть-Калманский районный суд <адрес>вого суда от <дата> мера пресечения в отношении обвиняемого ФИО1 в виде заключения под стражу изменена на домашний арест сроком на 3 месяца, то есть до <дата> включительно, с нахождением его в изоляции от общества в пределах жилого помещения, в котором он проживает, по адресу: <адрес>, с возложением следующих запретов: не общаться со свидетелями, потерпевшим и любыми иными лицами, не являющимися проживающими с ним членами его семьи, без разрешения суда, за исключением осуществляющих защиту адвокатов-защитников, работников медицинских учреждений; не осуществлять отправку почтово-телеграфных отправлений; не использовать средства информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», а также средства телефонной связи, за некоторыми исключениями, указанными в постановлении. Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от <дата> постановление Алтайского краевого суда от <дата> об избрании ФИО1 меры пресечения отменено с вынесением нового судебного решения, а именно в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий, в том числе запрета выходить за пределы жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, в период времени с 22 до 7 часов. Суд апелляционной инстанции указал, что изменяя подсудимому меру пресечения в виде заключения под стражу на домашний арест, суд не учел положения ч.2.1 ст. 107 УПК РФ, согласно которой в срок домашнего ареста засчитывается время содержания под стражей. Совокупный срок домашнего ареста и содержания под стражей независимо от того, в какой последовательности данные меры пресечения применялись, не должен превышать предельный срок содержания под стражей, установленный ст. 109 настоящего Кодекса, в рассматриваемом случае 6 месяцев.
Приговором <данные изъяты> от <дата> ФИО1 признан виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных <данные изъяты> УК РФ и назначить ему наказание: <данные изъяты>. На основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ осужденный ФИО1 освобожден от отбывания назначенного по <данные изъяты> УК РФ наказания ввиду истечения срока давности уголовного преследования. Окончательное наказание ФИО1 назначено с применением ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания по настоящему приговору и наказания по приговору <данные изъяты> от <дата> в виде <данные изъяты> лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии <данные изъяты>. Указано, что срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу. На основании п. «б» ч. 3.1 ст.72 УК РФ зачтено в срок лишения свободы ФИО1 время его содержания под стражей с <дата> до вступления настоящего приговора в законную силу, с <дата> по <дата> по приговору Усть-Калманского районного суда от <дата>, период его содержания под стражей по настоящему приговору с <дата> до <дата> из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. В соответствии с ч. 3.4 ст.72 УК РФ зачтено ФИО1 в срок отбывания наказания время нахождения его под домашним арестом по настоящему делу в период с <дата> по <дата> из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.
Судом апелляционной инстанции <дата> приговор <данные изъяты> от <дата> в отношении ФИО1 изменен – исключены из числа доказательств показания свидетелей - оперативных сотрудников ФИО6 и ФИО7 и следователя ФИО8 в части содержания пояснений ФИО1 по обстоятельствам поджога автомобиля, как на доказательство его вины, в остальной части приговор оставлен без изменения.
Из материалов дела также усматривается, что квартира по адресу: <адрес> расположена в многоквартирном двухэтажном доме на втором этаже, принадлежит на праве общей долевой собственности (по 1/2) доле истцу и ФИО9 Согласно технического плана (лист 1 раздела 5 Выписки из ЕГРН) квартира состоим из трех помещений, имеет печное отопление.
Из ответов <данные изъяты> жилое помещение непригодным для проживания в установленном порядке не признавалось, дать характеристику жилищных условий не представляется возможным, так как по состоянию на <дата> в квартире никто не проживает.
По сведениям <данные изъяты> ФКУ УИИ УФСИН России по Алтайскому краю <дата> ФИО1 поставлен на учет в связи с избранием меры пресечения в виде домашнего ареста, в этот же день в отношении него применены технические средства контроля (<данные изъяты>). <дата> выявлены нарушения запретов, установленных постановлением Алтайского краевого суда, а также установлено, что ФИО1 уничтожил технические средства контроля, выдать данные средства контроля отказался. При исполнении меры пресечения в виде домашнего ареста ФИО1 неоднократно допускал нарушения условий меры пресечения, также в отношении указанного лица было невозможно осуществить доставки в суд (<дата>, <дата>), поскольку ФИО1 в квартиру не запускал, препятствовал проведению проверок по месту исполнения меры пресечения, по данным фактам составлялись акты. <дата> истец снят с учета с мерой пресечения в виде домашнего ареста, в связи с отменой постановления Алтайского краевого суда.
В соответствии со ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных и муниципальных органов или их должностных лиц.
Реализуя указанные принципы, законодатель в п.1 ст.1070 ГК РФ установил, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. Согласно положениям п.2 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.
В силу ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, а также в иных случаях, предусмотренных законом.
Согласно ст.1071 ГК РФ, в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает Министерство финансов Российской Федерации.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Как следует из ч.ч. 1, 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; 4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; 5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры. Право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (ч. 3 ст. 133 УПК РФ). Согласно ч. 4 ст. 133 УПК РФ правила указанной статьи не распространяются на лиц, в отношении которых меры процессуального принуждения или обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности.
Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», действующего в период возникновения спорных правоотношений, суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (абзац второй пункта 1 названного постановления).
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абз. 2 п. 2 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10).
В соответствии с ч.1 ст.12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, указанная норма конкретизирует положения ч.3 ст.123 Конституции РФ, закрепляющей, что судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом согласно ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15 июля 2009 года №13-П, от 07 апреля 2015 года №7-П, от 08 декабря 2017 года №39-П и др.); предусмотренный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда (определения от 02 июля 2015 года №1540-О, от 26 марта 2019 года №643-О и др.).
Из обстоятельств настоящего дела следует, что приговором <данные изъяты> от <дата> ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты> УК РФ, уголовное дело в отношении истца по реабилитирующим основаниям не прекращалось, доводы истца о незаконном применении по уголовному делу в отношении него меры пресечения в виде домашнего ареста, являлись предметом проверки в ходе судебного разбирательства по уголовному делу, а изменение меры пресечения с домашнего ареста на запрет определенных действий судом апелляционной инстанции произведено в том же жилом помещении по адресу: <адрес>, время нахождения ФИО1 под домашним арестом в установленном законом порядке зачтено в срок лишения свободы, на момент зачета времени содержания под домашним арестом наказание ФИО1 отбыто не было, доводы иска о возложении на ответчиков обязанности по компенсации морального вреда подтверждения материалами дела не нашли, в том числе и о ненадлежащих условия жилого помещения, в котором определено его пребывание в период домашнего ареста.
В данном случае, в отношении ФИО1 состоялся обвинительный приговор, в итоге истец осужден к лишению свободы сроком на 5 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, а период его содержания под домашним арестом зачтен в срок наказания. Доказательств непригодности жилого помещения для проживания в материалы дела не представлено.
Судебная коллегия также принимает во внимание, что ФИО1 не представлено доказательств, подтверждающих причинение ему нравственных и (или) физических страданий действиями органов государственной власти, которые нарушили бы его личные неимущественные права.
Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, факты вызова скорой медицинской помощи, а также обострения заболеваний имели место до избрания истцу меры пресечения в виде домашнего ареста, в связи с чем, причинно-следственная связь заболеваний с применением данной меры отсутствует, при исполнении меры пресечения ФИО1 неоднократно допускал нарушение условий меры пресечения.
Доводы апелляционной жалобы о наличии правовых оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку из положений п.1 ст.151 ГПК РФ следует, что компенсация морального вреда подлежит взысканию в случаях, предусмотренных законом, при условии доказанности причинения вреда нематериальным благам и интересам истца. Между тем, доказательства причинения истцу нравственных или физических страданий действиями ответчиков суду не представлены, в материалах дела отсутствуют.
Само по себе несогласие автора жалобы с данной судом оценкой обстоятельств дела не является основанием считать решение суда неправильным.
Не вручение истцу копии определения о подготовке дела к судебному разбирательству не свидетельствует о нарушении процессуальных прав истца, которые привели и могли привести к вынесению незаконного решения.
Ссылка на то, что судебные заседания 03 и 23 ноября 2022 года и 19 декабря 2022 года проведены в отсутствие истца во внимание не принимаются, поскольку при рассмотрении настоящего дела по существу 20 декабря 2022 года в судебном заседании истец принимал участие, им осуществлялись процессуальные действия, относительно которых судом принимались решения, что следует из протокола судебного заседания, на который замечания не подавались, таким образом, истец не был лишен возможности в полной мере пользоваться своими процессуальными правами, в том числе заявлять ходатайства, доказывать свою позицию по делу, излагать свободно свои доводы, давать свое толкование фактов и событий, доказательств, связанных с рассматриваемым делом.
Иные доводы апелляционной жалобы истца, правильности выводов суда об отсутствии оснований для удовлетворения иска не опровергают.
Судебная коллегия полагает, что при разрешении спора судом первой инстанции были правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, правоотношения сторон в рамках заявленных требований и закон, подлежащий применению. Выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам, подтвержденным материалами дела и исследованными судом доказательствами, которым суд дал надлежащую оценку в соответствие с требованиями процессуальных норм.
Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, которые, по смыслу ст. 330 ГПК РФ, могли бы служить основанием для отмены обжалуемого решения, не установлено.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Центрального районного суда г. Барнаула Алтайского края от 20 декабря 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу судебного постановления в порядке, предусмотренном главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.
Объявление в судебном заседании суда апелляционной инстанции резолютивной части апелляционного определения и отложение составления мотивированного апелляционного определения на срок, не превышающий пяти рабочих дней, на исчисление сроков подачи кассационной жалобы не влияют.
Председательствующий судья С.Н. Чертков
Судьи М.В. Плотникова
О.А. Шнайдер
Мотивированное апелляционное определение составлено 29 сентября 2023 года