№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 марта 2023 года г.Улан-Удэ

Октябрьский районный суд г.Улан-Удэ Республики Бурятия в составе судьи Цыденовой Н.М.,

при секретаре судебного заседания Дамбаеве О.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1121/2025 по исковому заявлению ФИО1 в интересах несовершеннолетней дочери ФИО2, ФИО3 в интересах несовершеннолетней дочери ФИО4 к АО "АЛРОСА" (ПАО) о возмещении компенсации морального вреда в результате гибели отца,

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО1, ФИО3 обращаясь в суд с иском, просят взыскать с ответчика АО «Алроса» в пользу ФИО2 в лице законного представителя ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10000000 руб.; в пользу ФИО4 в лице законного представителя ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 10000000 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ г. в Мирнинского улусе Республики Саха (Якутия) на руднике «Удачный» в результате разрушения буровой штанги (аварии на опасном производственном объекте) отломленными кусками штанги и кусками породы был смертельно травмирован машинист буровой установки АК «Алроса» (ПАО) ФИО5, который от полученных травм скончался (умер). Указанное потверждается актом о несчастном случае на производстве № 5/23 от ДД.ММ.ГГГГ г. (формы Н-1), свидетельством о смерти ФИО5 Причиной несчастного случая на производстве стало нарушение работодателем АО «Алроса» (ПАО) норм трудового законодательства по обеспечению безопасных условий труда (ст. 22, ст. 212, ст.214 ТК РФ), а именно (указанных в п.10 акта о несчастном случае на производстве): нарушения технологического процесса: нарушения, допущенные и.о. горного мастера ФИО6 (ответственным за проведение работ) и нарушения, допущенные машинистом буровой установки ФИО7 (старшего в процессе бурения). Имеют право на компенсацию морального вреда члены семьи погибшего (несовершеннолетние дети) ФИО5: дочь ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., от имени которой действует ее мать ФИО1; дочь ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г., от имени которой действует ее мать ФИО3 При оценке характера нравственных страданий просит учесть обстоятельства: отсутствие со стороны погибшего грубой неосторожности (был трезвый, допущен до работы). Актом о несчастном случае на производстве грубая неосторожность исключена; неестественностью смерти ФИО5 (от полученных тяжких телесных повреждений); скоропостижностью смерти ФИО5 (в возрасте 33 лет); осознанием мучений и боли, которую испытывал погибший в момент несчастного случая; фактом гибели при исполнении трудовых обязанностей; невозможностью не думать на протяжении оставшейся жизни о погибшем; фактом трагической гибели любимого человека; фактом утраты кормильца. Дочери погибшего ФИО8 и ФИО9 в связи с гибелью отца претерпели колоссальные нравственные страдания, утрата близкого и любимого человека для детей причинило невыносимую душевную боль, явилось для них ужасными мучениями. Погибший ФИО5 был хорошим человеком, с особой заботой ухаживал за детьми, обеспечивал всем необходимым. При жизни был позитивным человеком, никогда не грустил, ко всему относился с оптимизмом, был добродушным и очень жизнерадостным человеком. Для детей невыносима боль утраты самого близкого и любимого человека, Эрдэни очень любил детей. Буровая установка «SANDVIK DD4221» принадлежит АО «Алроса» (ПАО) является источником повышенной опасности. Кроме того, сам рудник «Удачный» (и непосредственно подземные горные работы) является опасным производственным объектом и источником повышенной опасности. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, то есть обязанность возлагается на АО «Алроса» (ПАО). АО «Алроса» (являясь горно-металлургическим предприятием) единовременное пособие в качестве возмещения морального вреда детям ФИО2, ФИО4 (в течение 6 месяцев после гибели) не произвело. При жизни ФИО5 получал 235771,45 руб. ежемесячно, что за 12 месяцев составляло 2829257,4 руб. Возмещение компенсации морального вреда в пользу ФИО2, ФИО4 не может быть меньше установленных Отраслевым тарифным соглашением, не может быть меньше 2829257,4 руб.

Определением суда от 24.03.2025 г. к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО7, ФИО6, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14

Истцы ФИО1, ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены надлежаще, направили заявления о рассмотрении дела без их участия.

Представитель истцов по доверенности ФИО15 в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Пояснил, что погибший умер в возрасте 33 лет от удара буровой штанги, то есть от производственной травмы, он умер на месте происшествия. Иск подан в интересах двоих его несовершеннолетних детей. Дети претерпели нравственные страдания, им не хватает отца, старшему ребенку 10 лет, младшему 4 года. Обращает внимание на п.7.5.1 отраслевого соглашения металлургического комплекса, действовавшего в 2023-2025гг. Данным соглашением предусмотрено, что в случае гибели работника вследствие производственной травмы работодатель, кроме возмещения морального вреда выплачивает единовременное пособие в размере не менее одного годового заработка на каждого члена семьи. В данном случае детям погибшего положена компенсация морального вреда и также приложили справку о годовом доходе погибшего. Просил удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика АО «АЛРОСА» по доверенности ФИО16 в судебное заседание не явился, направил заявление о рассмотрении дела без участия представителя. Направил письменный отзыв на иск, в котором указывает, что ФИО5 на момент несчастного случая работал на участке ГКР №9 СШСУ МСШСТ УКС АО «Алроса» (ПАО) в должности машинист буровой установки 5 разряда с полным рабочим днем под землей. Несчастный случай, приведший к смерти, произошел ДД.ММ.ГГГГ г. в 11.20 ч. В результате расследования несчастного случая комиссия ответчика

установила:

условия труда, обеспеченные потерпевшему, их соответствие требованиям охраны труда и безопасности; обстоятельства несчастного случая, причины несчастного случая; лица, ответственные за допущенные нарушения, о чем составлен акт № 5/23 о несчастном случае на производстве по форме Н-1 и акт расследования группового несчастного случая по форме 5. В соответствии с указанными актами, в целях обеспечения условий труда, соответствующих требованиям охраны труда и безопасности ответчиком в отношении обеспечены условия труда потерпевшему, соответствующие требованиям охраны труда и безопасности. На основании Коллективного договора, в соответствии с приказом АК «Алроса» (ПАО) от ДД.ММ.ГГГГ № 02-УКС-1/2673-П ФИО17 (мать потерпевшего) предоставлена единовременная выплата компенсационной суммы в размере 3360573,16 руб., которая включает компенсацию морального вреда членам семьи потерпевшего. Просит принять законное и обоснованное решение и удовлетворить исковые требования с учетом приведенным обстоятельств, а также требования разумности и справедливости.

Прокурор Ильина А.П. в судебном заседании полагала, что у ФИО5, ФИО2 возникло право на получение компенсации морального вреда с учетом требования разумности и справедливости, учитывая поведение ФИО18 полагаю возможным удовлетворить иск частично и взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 2829 258 рублей в пользу каждого из истцов.

Третьи лица ФИО7, ФИО6, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 в судебное заседание не явились, извещались надлежаще.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В силу положений абзацев 4 и 14 ч.1 ст.21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.

Статья 22 Трудового кодекса РФ предусматривает обязанность работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4,15,16 части 2).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 ст.210 Трудового кодекса РФ).

Частью 1 ст. 212 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац 2 ч.2 ст.212 Трудового кодекса РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом РФ, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и 13 ч.1 ст. 219 Трудового кодекса РФ).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 ст. 237 Трудового кодекса РФ).

В Трудовом кодексе РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 ст.2 Гражданского кодекса РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность, жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных созданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. ст. 1064-1101 Гражданского кодекса РФ) и ст. 151 Гражданского кодекса РФ.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему нравственных и физических страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размере компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права гражданина.

Как разъяснено в пункте 14 указанного постановления под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В силу пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" в случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ. При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Согласно п.46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Из материалов дела следует, что ФИО5 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., является дочерью ФИО5 и ФИО19, что подтверждается свидетельством о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ г.

Согласно свидетельству о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ г., ФИО19 вступила в брак с ФИО20, сменила фамилию на ФИО21.

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г. является дочерью ФИО5 и ФИО3, что подтверждается свидетельством о рождении <...> от ДД.ММ.ГГГГ г.

Согласно акту № 5/23 от ДД.ММ.ГГГГ г. о несчастном случае на производстве, комиссия пришла к выводу, что пострадавший ФИО5 находился в непосредственной близости от буримого шпура в опасной зоне (зоне действия бурового инструмента буровой установки) с целью недопущения попадания буровой мелочи в шпур. Диагноз: <данные изъяты>. Нахождение пострадавшего в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения не установлено.

Таким образом, согласно акту № 5/23 от ДД.ММ.ГГГГ г. о несчастном случае на производстве, факт грубой неосторожности пострадавшего ФИО5 не установлен. При этом, указанный акт о несчастном случае на производстве, в установленном порядке оспорен не был, недействительным не признан, является достоверным доказательством обстоятельств несчастного случая.

При разрешении спора суд находит установленным факт причинения истцам морального вреда и приходит к выводу о наличии у ответчика обязанности по возмещению причиненного морального вреда, поскольку смерть ФИО5 произошла в результате нарушения технологического процесса, не обеспечения контроля со стороны руководителей и специалистов за ходом выполнения работы, нарушение требований по эксплуатации буровой установки, инструкции по охране труда и безопасному выполнению работ для машиниста буровой установки.

Более того, работодатель не освобожден от гражданско-правовой ответственности по возмещению морального вреда в результате несчастного случая на производстве, поскольку именно на работодателя, в данном случае на АО «Алроса» (ПАО) возложена обязанность по обеспечению безопасности и условий труда, которые должны соответствовать требованиям охраны труда.

Согласно п.7.5 Отраслевого тарифного соглашения по горно-металлургическому комплексу РФ на 2023-2025 годы, в случае гибели работника в результате несчастного случая на производстве или острого отравления, связь с производственной деятельностью которого подтверждена материалами акта установленной формы, работодатель в качестве возмещения морального вреда выплачивает сверх установленных законодательством сумм единовременное пособие в размере не менее годового заработка на каждого члена семьи погибшего работника, включая нетрудоспособных и родившихся после его смерти детей (в случае беременности вдовы на момент гибели работника), исчисленного за последние 12 месяцев, в срок не более 6 месяцев со дня смерти работника.

Согласно п. 8.14.4.1 коллективного договора между АК «Алроса» (ПАО) и Общественной организацией межрегиональный профессиональный союз работников АК «Алроса» (ПАО) «Профалмаз» на 2023-2025 годы, в случае смерти работника Компании в результате несчастного случая по вине Компании на производстве или его смерти в течение года со дня наступления несчастного случая от полученных при несчастном случае травм: Компания предоставляет единовременную выплату одному из членов семьи (супруг (а), ребенок, один из родителей, родной брат, родная сестра) умершего работника Компании в размере: материальной помощи на погребение в сумме 53000 руб. и дополнительно в размере 125% от годовой заработной платы работника, но не менее 2000000 (два миллиона) руб. Указанная выплата включает компенсацию морального вреда членам семьи погибшего (умершего) работника.

Из справки АК «Алроса» (ПАО) от ДД.ММ.ГГГГ г. следует, что ФИО5 работал в компании с ДД.ММ.ГГГГ г., в том числе с ДД.ММ.ГГГГ в должности машиниста буровой установки компании по ДД.ММ.ГГГГ и его заработная плата за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила 2829257,37 руб., среднемесячная заработная плата составила 235771,45 руб.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда в пользу несовершеннолетних детей погибшего – ФИО2, ФИО4 в размере 2829258 руб., суд учитывает обстоятельства причинения вреда, возраст погибшего, которому на момент смерти было 33 года, родственные отношения между несовершеннолетними истцами и погибшим, утраченную возможность общения детей с родным отцом ФИО5, при этом, смерть отца является обстоятельством, в силу которого, несовершеннолетние ФИО2, ФИО4 испытывают нравственные и физические страдания, выразившиеся в психологической травме, обусловленной невосполнимой потерей близкого человека, отсутствие возможности получать материальную помощь от погибшего.

При этом определяя размер компенсации морального вреда, исходя из конкретных обстоятельств несчастного случая, степени вины ответчика, длительности и характера нравственных страданий истцов, с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу об определении размера компенсации морального вреда, причиненного несовершеннолетним детям погибшего – истцам ФИО2, ФИО4 в связи со смертью отца ФИО5 в размере по 2829258 руб. каждому.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истцы были освобождены, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, связи с чем, с ответчика подлежат взысканию расходы по оплате госпошлины в размере 20000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 в интересах несовершеннолетней дочери ФИО2, ФИО3 в интересах несовершеннолетней дочери ФИО4 к АО "АЛРОСА" (ПАО) о возмещении компенсации морального вреда в результате гибели отца удовлетворить частично.

Взыскать с АО "АЛРОСА" (ПАО) (ОГРН <***>) в пользу ФИО2 в лице законного представителя ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 2829258 (два миллиона восемьсот двадцать девять тысяч двести пятьдесят восемь) руб.

Взыскать с АО "АЛРОСА" (ПАО) (ОГРН <***>) в пользу ФИО4 в лице законного представителя ФИО3 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 2829258 (два миллиона восемьсот двадцать девять тысяч двести пятьдесят восемь) руб.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с АО "АЛРОСА" (ПАО) (ОГРН <***>) в пользу муниципального образования г.Улан-Удэ государственную пошлину в размере 20000 руб.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Бурятия путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Октябрьский районный суд г.Улан-Удэ.

Судья Н.М.Цыденова