Председательствующий Курсевич А.И. Дело № 33-5314/2023

2-355/2023

УИД: 55RS0003-01-2020-000634-25

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 31 августа 2023 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе

председательствующего Кудря Т.Л.,

судей областного суда Дзюбенко А.А., Дьякова А.Н.,

при секретаре Сухановой А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе ФИО1 в лице представителя ФИО2 на решение Ленинского районного суда г. Омска от 12 мая 2023 г. по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании завещания недействительным, признании права собственности на квартиру, истребовании имущества из чужого незаконного владения, по встречному иску ФИО4 к ФИО1, ФИО3 о признании добросовестным приобретателем.

Заслушав доклад судьи областного суда Кудря Т.Л., пояснения представителя ФИО1 ФИО2, поддержавшей жалобу; пояснения представителя ФИО3 ФИО5, представителя ФИО4 ФИО6, выразивших согласие с постановленным решением, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась с иском к ФИО3, ФИО4 о признании завещания недействительным, признании права собственности на квартиру, истребовании имущества из чужого незаконного владения. В обоснование заявленные требований указала, что 2 февраля 2019 г. умерла её мать ФИО7, <...> г.р., в состав наследства входит квартира, расположенная по адресу: г. Омск, <...>. Она и её брат ФИО8 на момент смерти матери проживали в Германии. Ответчик ФИО3 является дальней родственницей, которая проживала у её матери в квартире, помогала ей по дому. При этом истец периодически высылала денежные средства матери. В последнее время при разговоре с матерью по телефону она стала замечать, что мать стала делать огромные паузы, говорила путано. После похорон истец узнала о том, что имеется завещание на имя ответчика, удостоверенное 25 сентября 2018 г. нотариусом ФИО9 Полагала, что завещание ФИО7 является недействительным, так как в момент его составления наследодатель по своему психическому состоянию не могла понимать значение своих действий с учетом имеющихся у нее заболеваний (<...>). Уточнив исковые требования, просила признать недействительным завещание, составленное ФИО7 на имя ФИО3, нотариально удостоверенное 25 сентября 2018 г.; прекратить (аннулировать) запись от 4 сентября 2020 г. о государственной регистрации права собственности на квартиру по адресу: г. Омск, <...> за ФИО3; признать недействительным договор купли-продажи квартиры, заключенный между ФИО3 и ФИО4; прекратить (аннулировать) запись от 20 февраля 2021 г. о государственной регистрации права собственности на квартиру за ФИО10; признать за истцом ФИО1 в порядке наследования по закону после смерти матери ФИО7, умершей 2 февраля 2019 г., право собственности на 3/8 доли в праве собственности на квартиру; истребовать из владения ФИО4 9/16 долей в квартире.

Решением Ленинского районного суда г. Омска от 27 августа 2020 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 15 февраля 2021 г., в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 29 июня 2021 г. решение Ленинского районного суда г. Омска от 27 августа 2020 г. и апелляционное определение Омского областного суда от 15 февраля 2021 г. отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела в качестве соответчика привлечен ФИО4, а в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО8, управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области, нотариус ФИО9, нотариус ФИО11

ФИО10 обратился со встречными требованиями к ФИО1, ФИО3 о признании добросовестным приобретателем 9/16 долей в праве собственности на квартиру по адресу: г. Омск, <...>. Указал, что 18 февраля 2021 г. приобрел по договору купли-продажи у ФИО3 9/16 долей в праве собственности на спорное жилое помещение. При покупке квартиры в ЕГРН отсутствовали сведения о запретах, обременениях в отношении спорного жилого помещения. Осуществляя правомочия собственника, он выполнил ремонтные работы в квартире, несет расходы по содержанию жилья. Квартира является единственным жилым помещением для его семьи, а ФИО1 и ФИО12 длительное время на постоянной основе проживают на территории ФРГ и не нуждаются в жилых помещениях в России.

Истец ФИО1 в судебном заседании участия не принимала, о времени и месте уведомлялась надлежаще, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 заявленные уточненные исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, указанным в иске и в уточненных исковых заявлениях. Пояснила, что ФИО3 проживала совместно с ФИО7 в спорной квартире, при этом коммунальные платежи не оплачивала, финансовой помощи ФИО7 не оказывала. ФИО1 всегда осуществляла контроль за ФИО7, неоднократно предлагала ей переехать для проживания в Германию, однако ФИО7 не соглашалась. ФИО1 и ФИО8 навещали мать, приезжали в Россию раз в три года. Были удивлены тем, что ФИО7 составила завещание на ФИО3 Полагала, что ФИО7 не осознавала значение своих действий и не могла ими руководить в момент составления завещания. ФИО1 доверяла ФИО3, но между ними не было достигнуто соглашение о том, что ФИО3 будет передана квартира за осуществляемый уход за ФИО7 ФИО8 имеет психическое заболевание, в связи с чем ФИО7 намеревалась сохранить жилое помещение в России для своего сына ФИО8 До момента смерти ФИО7 ФИО3 не проживала с ФИО7, так как к этому времени она вышла замуж и переехала на другое место жительства. Последний раз ФИО1 видела ФИО7 в 2016 г., а августе 2019 г. приехала в Россию после похорон матери. В 2016 г. ФИО1 не замечала явных проявлений нездоровья матери. Оснований обращаться в суд за признанием ФИО7 недееспособной и установлением в отношении нее опеки не было. У ФИО7 были выявлены заболевания: <...>, что отражено в заключении эксперта. У ФИО7 были жалобы на спутанность сознания, забывчивость, замыкание в разговоре.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, направила в суд своего представителя. Направила в суд заявление с просьбой рассмотреть дело в её отсутствие и возражения на иск. Не согласна с заключением экспертизы, проведенной Кузбасской клинической психиатрической больницей, так как комиссия экспертов опиралась на заявление истца и показания заинтересованных лиц, фактически не исследованы материалы дела, показания нотариуса ФИО9

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО5 исковые требования не признала. Пояснила, что дети никакого участия в жизни ФИО7 не принимали. Изначально при рассмотрении дела были даны пояснения о неприязненных отношениях ФИО1 с матерью, о факте рукоприкладства ФИО8 в отношении матери, после которого он был госпитализирован <...>. ФИО3 проживала совместно с ФИО7, заботилась о ней. У ФИО3 и ФИО7 были доверительные отношения, на её имя была оформлена доверенность на получение пенсии ФИО7 С детьми ФИО7 у ФИО3 были хорошие отношения. После своего замужества ФИО3 не проживала совместно с ФИО7, но продолжала ее навещать, покупала лекарства. Организацией похорон ФИО7 занималась ФИО3 При жизни ФИО7 говорила, что хочет оформить завещание на ФИО3, это было всем известно, в том числе её детям. ФИО3 странности в поведении ФИО7 не замечала, ФИО7 сама заполняла квитанции, считала на калькуляторе, когда ФИО7 осталась одна проживать в квартире, она сама себя обслуживала, пользовалась сотовым телефоном, стирала, отказалась от социального работника.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного разбирательства извещен надлежаще. Ранее в судебном заседании исковые требования не признал, встречное исковое заявление поддержал. Указал, что после развода с женой решил приобрести собственное жилье. В интернете нашел комнату, использовал открытые источники. По цене данное предложение его устраивало, он посмотрел жилье. ФИО3 и ее представителя ФИО5 ранее не знал. При приобретении доли возникали вопросы о порядке совместного пользования жилым помещением, но ФИО8 пояснил, что постоянно живет в Германии. Затем ФИО8 уехал в Германию. Ему было известно, что квартира являлась предметом судебных споров, об этом сообщила представитель ФИО3 – ФИО5 В квартиру он не вселялся, только поменял замки, в комнате с балконом сделал ремонт, оштукатурил стены, завез ламинат, поставил входную дверь, заменил сантехнику в местах общего пользования, трубы, со вторым собственником эти действия не согласовывал, так как он находится в Германии, просил у ФИО1 его телефон, но она пояснила, что не знает, где он находится. Прекратил пользоваться квартирой летом 2022 <...> покупке комнаты ФИО8 направлялось письмо о преимущественном праве покупки. Ответ ФИО8 не представил.

Представитель ответчика ФИО4- ФИО6 иск ФИО1 не признал. Полагал необоснованными выводы проведенной по делу экспертизы, указывая, что экспертиза проведена при неполном изучении документов, имеющих существенное значение для дела. Ранее экспертиза была проведена в БУЗОО «КПБ им. Солодникова», на экспертизу были представлены материалы дела и медицинская документация, в связи с чем выводы эксперта более полные и содержат ссылки на материалы дела. Эксперт не смог установить степень расстройства, которое могло повлиять на способность выражать волю. Для составления завещания ФИО7 обратилась к нотариусу, с ней провели беседу. Из материалов дела следует, что у нотариуса не было оснований усомниться в воле ФИО7 по составлению завещания. ФИО3 не была посторонним человеком, доказательств того, что ФИО8 и ФИО1 были на связи с матерью и передавали ей деньги, не усматривается. Завещание не может быть признано недействительным, следовательно, сделка между ФИО3 и ФИО4 также не имеет признаков недействительности. ФИО3 как собственник, распорядилась принадлежащим ей имуществом. До совершения сделки по продаже доли ФИО3 уведомила ФИО8 о совершаемой сделке, ФИО8 показывал ФИО4 квартиру. Впоследствии был определен порядок пользования квартирой и разделены лицевые счета. В настоящий момент в квартире проживает ФИО4, у него есть ключи, ФИО8 в квартире не проживает. По своему лицевому счету ФИО13 несет бремя содержания жилого помещения. На момент совершения сделки все судебные споры были завершены, все решения вступили в законную силу. ФИО4 обладал этой информацией, запретов и ограничений в отношении объекта недвижимости не было. ФИО4 при приобретении доли действовал осмотрительно, стоимость доли была ниже стоимости отдельной квартиры.

Третье лицо финансовый управляющий ФИО4 - А.А.А. в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного разбирательства извещен надлежаще.

Третье лицо нотариус ФИО9 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом. Ранее в судебном заседании пояснила, что с умершей ФИО7 познакомилась, когда она обратилась с заявлением о принятии наследства после смерти мужа. Она не скрывала факт наличия у них совместных детей, проживающих в Германии. Нотариус уведомила наследников об открытии наследства. ФИО1 прислала письмо об отказе от наследства. ФИО8 не отказался, но 6-ти месячный срок пропустил, ему было разъяснено о необходимости обращения в суд. ФИО7 не согласилась включать сына в список наследников, пропустивших срок. Ему направлялись письма, но он не предпринимал действий по принятию наследства. <...> ФИО7 пришла составлять завещание, пояснила, что планирует составить завещание на третье лицо, при том, что у нее есть родные дети, но они проживают в Германии, а ФИО3 находится с ней рядом и помогает. При составлении завещания ФИО7 пояснила, что дети знают о завещании, о чем ей карандашом в своем экземпляре завещания была сделана пометка. Сомнений о состоянии ее здоровья не возникало, ФИО7 самостоятельно расписывалась в документах, читала текст завещания. Выглядела ФИО7 обычно, задержек в ответах не было.

Третье лицо ФИО8, нотариус ФИО11, представители филиала ППК «Роскадастр» по Омской области в судебном заседании участия не принимали, о времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежащим образом.

Решением Ленинского районного суда г. Омска от 28 марта 2022 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, признано недействительным завещание ФИО7, аннулирована запись в ЕГРН о государственной регистрации права собственности на квартиру за ФИО3, истребованы из владения ФИО4 9/16 долей в праве собственности на квартиру; прекращена запись в ЕГРН о государственной регистрации права собственности на 9/16 долей в праве общей собственности на квартиру за ФИО4; признано за ФИО1 в порядке наследования по закону после смерти ФИО7 3/8 долей в праве общей собственности на квартиру. Встречные исковые требования ФИО4 удовлетворены, он признан добросовестным приобретателем 9/16 долей в праве общей собственности на квартиру. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Дополнительным решением Ленинского районного суда города Омска от 17 мая 2022 г. разрешен вопрос о взыскании с ФИО3 в пользу ФИО1 судебных расходов.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 20 июля 2022 г. решение Ленинского районного суда г. Омска от 28 марта 2022 г. оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 29 ноября 2022 г. решение Ленинского районного суда г. Омска от 28 марта 2022 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 20 июля 2022 г. отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении решением Ленинского районного суда г. Омска от 12 мая 2023 г. постановлено:

«В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным завещания, составленного ФИО7, <...> года рождения, умершей <...> на имя ФИО3, удостоверенного нотариусом ФИО9, зарегистрированного в реестре № <...> от 25.09.2018; прекращении записи от 04.09.2020, номер государственной регистрации права № <...> в Едином государственном реестре недвижимости о государственной регистрации права собственности на квартиру по адресу: <...> 3 за ФИО3; признании недействительным договора купли-продажи квартиры по адресу: г. <...>, заключенного между ФИО3 и ФИО4; прекращении записи от 20.02.2021, номер государственной регистрации права № <...> в Едином государственном реестре недвижимости о государственной регистрации права собственности на 9/16 доли в праве собственности на квартиру по адресу: <...> за ФИО4; признании за ФИО1 в порядке наследования по закону после смерти ФИО7 право собственности на 3/8 доли в праве собственности на квартиру по адресу <...>; истребовании из владения ФИО4 9/16 долей в праве собственности на квартиру по адресу: <...> отказать.

Встречные исковые требования ФИО4 удовлетворить.

Признать ФИО4 добросовестным приобретателем 9/16 долей в праве общей долевой собственности на <...>

В апелляционной жалобе представитель ФИО1 ФИО2 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении первоначальных исковых требований. Не соглашается с выводами суда о преюдициальном значении для настоящего дела фактов, установленных решением Ленинского районного суда г. Омска по гражданскому делу № 2-2060/2019 по иску ФИО8 к ФИО3 о признании завещания недействительным, ссылаясь на наличие иного субъектного состава и не идентичного предмета спора. Отмечает, что по результатам проведенной в рамках рассмотрения гражданского дела № 2-2060/2019 экспертизы БУЗОО «КПК им. Н.Н. Солодникова» было сообщено о невозможности дать заключение, эксперты не пришли к выводу о том, что ФИО7 в силу состояния здоровья могла понимать значение своих действий, исследование не проводилось. Таким образом, в рамках гражданского дела № 2-2060/2019, учитывая отказ от дачи заключения, не было надлежащих доказательств в обоснование доводов стороны истца о неспособности наследодателя понимать значение своих действий и руководить ими. При этом при новом рассмотрении дела после исследования дополнительных доказательств и опроса свидетелей была проведена психолого-психиатрическая экспертиза в ГБУЗ «Кузбасская Клиническая психиатрическая больница», согласно выводам которой умершая ФИО7 на момент составления не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Кроме того, в материалах дела имеется медицинская документация, подтверждающая наличие у ФИО7 <...>. Также свидетели, которые части виделись с умершей подтвердили изменение в сознании ФИО7, которая часто говорила несвязные вещи, теряла нить разговора, периодически не ориентировалась пространстве, последнее время почти не выходила из дома. При этом нотариус, не обладая специальными познаниями в области психиатрии, не могла объективно дать заключение при составлении завещания о том, что ФИО7 отдавала отчет своим действиям и могла руководить ими. Считает, что совокупность установленных в ходе рассмотрения обстоятельств и представленных доказательств подтверждает, что ФИО7 страдала заболеваниями, которые могли препятствовать понимаю значения совершаемых действий. Обращает внимание на процессуальное поведение ответчика ФИО3, которая на протяжении всего судебного разбирательства ни разу не явилась в судебное заседание, а также не обеспечила явку свидетелей, которые бы подтвердили, что наследодатель при жизни высказывала намерения составить завещание на имя ФИО3 Напротив, при жизни ФИО7 всегда была озабочена тем, чтобы её сын ФИО8, <...>, инвалидность, не остался без жилья. Считает, что ФИО4 не является добросовестным приобретателем, поскольку на момент покупки доли в спорной квартире ему было известно о наличии судебных споров, а также о наличии у второго собственника недвижимости <...>. При этом ФИО4 никогда не жил в спорной квартире, не вселялся в нее. В материалы дела представлены выписка из ЕГРН, согласно которой у ФИО4 имелось большое количество квартир и долей в квартирах. ФИО4 угрожал её брату ФИО8, запугивал его. В настоящее время ФИО8 не выходит на связь, его местонахождение неизвестно.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО3, ссылаясь на необоснованность приведенных в ней доводов, просит решение суда оставить без изменения. Поскольку при рассмотрении настоящего дела участвуют те же лица, что и при рассмотрении гражданского дела № 2-2060/2019, то суд пришел к верному выводу о преюдициальном характере вступившего в законную силу решения Ленинского районного суда г. Омска, по итогам рассмотрения которого не подтвердились доводы о наличии у ФИО7 таких нарушений сознания, которые бы повлекли отсутствие у нее возможности понимать значение своих действий и руководить ими. Учитывая, что при рассмотрении гражданского дела № 2-2060/2019 в нем принимала участие в качестве третьего лица ФИО1, то последняя не вправе оспаривать обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда.

Лица, участвующие в деле, о разбирательстве дела в суде апелляционной инстанции извещены надлежащим образом.

Изучив материалы дела, обсудив доводы жалобы, возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В соответствии со ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Согласно ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания (п. 1).

Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме (п. 2).

Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства (п. 5).

В соответствии с пп. 1, 2 ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

В силу п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

По смыслу приведенной нормы неспособность наследодателя в момент совершения завещания понимать значение своих действий или руководить ими, является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что <...> ФИО7, <...> г.р., составила завещание, в соответствии с которым она завещала квартиру, расположенную по адресу: <...>, ФИО3, которая приходилась ФИО7 свойственницей по мужу, длительное время проживала с ней, других родственников в г. Омске ФИО7 не имела, ее дети постоянно проживают в ФРГ. Завещание удостоверено нотариусом нотариального округа г. Омска ФИО9 (т. 1 л.д. 104).

<...> ФИО7 умерла (т. 1 л.д. 11).

В состав наследства ФИО7 вошла доля в праве общей собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...> размере 3/4, оставшаяся 1/4 доля принадлежала ФИО8

Наследниками по закону первой очереди после смерти ФИО7 являются ее дети: сын - ФИО8 и дочь - ФИО1, которые своевременно обратились к нотариусу с заявлением о принятии наследства.

Решением Кировского районного суда города Омска от 13 июля 2020 г., вступившим в законную силу, за ФИО8 признана обязательная доля в наследстве ФИО7, в размере 3/16.

Таким образом, наследование по завещанию осуществляется в отношении 9/16 долей (за вычетом ? и 3/16 долей ФИО8).

Первоначально в Ленинский районный суд г. Омска с исковыми требованиями к ФИО3 о признании завещания ФИО7 недействительным по основанию, предусмотренному ст. 177 ГК РФ, обратился сын наследодателя ФИО8

Делу присвоен номер № 2-2060/2019. К участию в данном деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, была привлечена ФИО1 (истец по настоящему делу).

В рамках гражданского дела № 2-2060/2019 по ходатайству истца ФИО8 была назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам БУЗОО Омской области «Клиническая психиатрическая больница им. П.П. Солодникова».

Согласно мотивированному сообщению комиссии экспертов, на основании анализа представленной медицинской документации и материалов гражданского дела ответить на вопрос о способности ФИО7 понимать характер и значение своих действий в день подписания завещания не представляется возможным.

Решением Ленинского районного суда г. Омска от 5 августа 2019 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 13 ноября 2019 г., по делу № 2-2060/2019, в удовлетворении исковых требований ФИО8 о признании завещания ФИО7 отказано.

5 февраля 2020 г. в Ленинский районный суд г. Омска поступило исковое заявление ФИО1, содержащее требование о признании завещания ФИО7 недействительным по тому же основанию, что и исковое заявление ФИО8

При первоначальном рассмотрении дела в удовлетворении исковых требований ФИО1 было отказано решением Ленинского районного суда г. Омска от 27 августа 2020 г., оставленным без изменения апелляционным определением Омского областного суда от 15 февраля 2021 г.

Определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 29 июня 2021 г. названные судебные постановления отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суд первой инстанции назначил судебную психолого-психиатрическую экспертизу, производство которой было поручено экспертам ГБУЗ «Кузбасская клиническая психиатрическая больница».

Удовлетворяя при новом рассмотрении исковые требования о признании завещания недействительным, суд основывался на заключении комиссии врачей ГБУЗ «Кузбасская клиническая психиатрическая больница», согласно которому у ФИО7 имелись <...>, которые нарушали у ФИО7 способность понимать значение своих действий, на день составления завещания ФИО7 не могла свободно и разумно распоряжаться своим имуществом, понимать значения своих действий и руководить ими.

Вывод о недействительности завещания послужил основой для аннулирования записи о регистрации права собственности ФИО3, истребования из владения ФИО4 9/16 долей в праве общей собственности на спорную квартиру и признания за ФИО1 в порядке наследования 3/8 долей на квартиру.

Судом апелляционной инстанции решение суда оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 29 ноября 2022 г. решение Ленинского районного суда г. Омска от 28 марта 2022 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 20 июля 2022 г. были отменены в связи с допущенными существенными процессуальными нарушениями.

Исходя из содержания искового заявления ФИО1 ссылалась на то, что у ФИО7 были выявлены заболевания: <...>. У ФИО7 были жалобы на спутанность сознания, забывчивость, замыкание в разговоре. По мнению истца, на момент составления завещания ФИО7 не понимала значения своих действий. Кроме того, истец полагала, что её мать не могла составить завещание в пользу дальней родственницы ФИО3, поскольку родной сын ФИО7 - ФИО8 планировал вернуться в Россию и нуждался в жилье.

Сторона ответчика ФИО3 возражала относительно заявленных требований, указала, что с 2005 г. по 2012 г. ФИО3 проживала совместно с ФИО7 ФИО3 работала, приобретала продукты питания, поддерживала порядок в квартире, оплачивала ремонт. В 2012 г. ФИО3 вступила в брак и проживала отдельно, однако ухаживала за ФИО7 до дня смерти последней.

Решением Кировского районного суда <...> от <...>, вступившим в законную силу, по иску ФИО3 к ФИО8 о признании права собственности в порядке наследования, встречному исковому заявлению ФИО8 к ФИО3 об установлении юридического факта принятия наследства, признании права собственности в порядке наследования признано право собственности ФИО3 в порядке наследования по завещанию после смерти ФИО7 на 9/16 долей в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <...> <...>; признано право собственности ФИО8 в порядке наследования по закону после смерти ФИО7 на 3/16 долей в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <...>; признано право собственности ФИО8 в порядке наследования по закону после смерти ФИО14 на 1/4 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: г<...>.

Согласно завещанию от имени ФИО7, личность завещателя установлена, дееспособность проверена, завещание зачитано вслух до подписания, содержание ст. 1149 ГК РФ разъяснено завещателю. В завещании стоит подпись и расшифровка подписи ФИО7

Завещание на момент открытия наследства не отменено, не изменено, доказательств обратного материалы дела не содержат.

В суде первой инстанции нотариус ФИО9 дала приведенные выше пояснения относительно составления и удостоверения завещания. При этом сомнений относительно состояния ее здоровья у нотариуса не возникало. ФИО7 в кабинет зашла одна. С кем она пришла, нотариусу неизвестно. Самостоятельно расписывалась в документах, читала текст завещания.

Из представленной на запрос суда нотариусом ФИО9 копии завещания, хранящегося в архиве нотариуса, на оборотной стороне имеются записи нотариуса: «Тамара ухаживает есть дети они в курсе».

Опрошенная в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции свидетель <...> Н.А. пояснила, что знакома с ФИО1, которая проживает в Германии, знала ее родителей. Постоянно созванивалась с ФИО7 по-домашнему и сотовому телефонам. ФИО1 опекала родителей, постоянно передавала денежные средства. Последней раз были у ФИО7 осенью 2018 г., умерла она в 2019 г. зимой. ФИО7 жаловалась на плохое самочувствие, головные боли. В поведении была рассеяна, волновалась, заторможенная. Ранее была активная, гостеприимная, заботливая. Они беспокоились за состояние ФИО7, однако ФИО3 говорила, что не стоит беспокоиться. При последнем посещении ФИО7 – ФИО3 не было, она в квартире не проживала. В квартире был беспорядок, захламленность, характерная для возраста, антисанитарии не было. Пищу ФИО7 готовила сама, накрывала на стол. При посещениях ФИО7 их узнавала, обращалась по имени, интересовалась детьми, внуками свидетеля. ФИО7 была самостоятельная, сама ходила в магазин за продуктами питания, но потом у нее заболели ноги, она не выходила. Домашних животных у ФИО7 не было. ФИО1 хотела забрать мать жить к себе, но ФИО7 там некомфортно, не подошел климат. У ФИО7 были хорошие отношения с детьми и мужем ФИО1, она переживала за сына ФИО8, думала он вернется в Россию, переживала, что он останется без жилья. О завещании, оставленном ФИО7, свидетелю ничего неизвестно.

Свидетель <...> Т.П. показала, что она проживала по соседству с ФИО7 В доме проживает с момента постройки. Знакома с детьми ФИО7 – ФИО1 и ФИО8 Оба проживают в Германии. Ей известно, что дети матери передавали приличные суммы денег. Она посещала квартиру ФИО7, ей известно, что друзья семьи Грибковой покупали ей стиральную машину, установили новую газовую плиту, счетчики на газ, воду, сын ФИО8 поменял все окна на пластиковые. У ФИО8 двойное гражданство, он хотел вернуться в Россию. ФИО7 всегда была довольна детьми, обид на них не высказывала, скучала, она ездила к ним, еще при жизни мужа. ФИО7 не высказывала намерений оставить квартиру ФИО3 Во второй половине 2018 г. ФИО7 никуда не ходила, у нее была нарушена координация, тряслись руки. Однажды приезжала ФИО3 с мужем и увезли ФИО7, куда они ездили ФИО7 отказывалась говорить. ФИО7 в деньгах не нуждалась. Квартира сейчас стоит пустая. Свидетель является старшей по дому и собирает показания, поэтому ей известно, что в квартире в настоящее время никто не проживает. ФИО8 ей рассказывал, что приходил мужчина и хотел выкупить комнату. Свидетель видела покупателя, когда он пришел с женой, говорил, что хочет купить комнату, свидетель ему сказала, что будут еще суды в отношении квартиры. Свидетель по поручению ФИО1 писала письмо ФИО3 о том, что будут еще судебные разбирательства, чтобы не продавала долю. ФИО3 данное письмо получила. Новый собственник ФИО4 в квартире не проживал, за квартиру не платил, имеются долги. У ФИО8 тоже есть задолженность по коммунальным платежам. ФИО4 поменял входную дверь в квартиру. ФИО7 проживала с ФИО15, которая приехала из деревни. На момент смерти ФИО7 проживала одна, она сама готовила еду на газовой плите, покупала продукты. С осени 2018 г. ФИО7 перестала выходить из квартиры. Кто оплачивал коммунальные услуги, ей неизвестно. Квитанции она передавала ФИО7 Социального работника у ФИО7 никогда не было. В квартире ФИО7 требовалась уборка, ФИО7 сама выносила мусор. животных не было. Состояние квартиры требовало проведения текущего ремонта.

Также в ходе судебного разбирательства оглашались показания свидетеля <...> Г.С., данные в судебном заседании 22 июля 2020 г. (т. 1 л.д. 119-124), согласно которым часто навещал мать ФИО1, последний раз в январе 2019 г. Она говорила, что болит часто голова, также замечал, что при разговоре могла говорить не по теме. Проживала ФИО7 одна, бывало, что жила с квартиранткой.

Согласно ответу Министерства здравоохранения Омской области от 24 января 2023 г. № <...>, из представленного медицинского свидетельства о смерти, оформленного БУЗОО ««ГПБ № 1 им. Кабанова А.Н.», причиной смерти ФИО7 указаны: <...> (т. 5 л.д. 141-144).

Из Министерства здравоохранения Омской области 21 февраля 2023 г. поступил ответ на запрос суда, согласно которому ФИО7 обращалась за медпомощью в БУЗОО «Станция скорой медицинской помощи» 24 января 2019 г., была доставлена в БУЗОО «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи № 1», в период с 2010 г. по январь 2019 г. регулярно обращалась в поликлинику БУЗОО «Городская клиническая больница № 1 имени Кабанова А.Н.». В период с 28 декабря 2017 г. по 3 января 2018 г. проходила лечение <...> БУЗОО «ГКБ № 1 им. Кабанова А.Н.» (т. 5 л.д. 185).

Из представленного на запрос суда ответа БУЗОО «ГПБ № 1 им. Кабанова А.Н.» следует, что ФИО7, <...> г.р., прикреплена для наблюдения к БУЗОО «ГКБ им. Кабанова А.Н.». Обращалась в 2018 г.: 25 июня 2018 г. - фельдшером установлен диагноз: <...>; 26 июня 2018 г. - хирургом установлен диагноз: <...>; 27 июня 2018 г., 28 июня 2018 г. - терапевтом установлен диагноз: <...>; 20 июля 2018 г., 2 августа 2018 г., 23 августа 2018 г. – терапевтом установлен диагноз: <...>; 11 сентября 2018 г., 26 сентября 2018 г. – терапевтом установлен диагноз: <...>; 20 декабря 2018 г., 24 декабря 2018 г. - терапевтом: <...>; 22 января 2019 г. – терапевтом установлен диагноз: <...> (т. 5 л.д. 91-92).

Согласно копии медицинской карты амбулаторного больного № <...>, 18 июня 2013 г. ФИО7 осмотрена <...>

Судом при рассмотрении дела установлено, что ФИО7 не состояла на учете у врача-психиатра.

Определением Ленинского районного суда г. Омска от 20 августа 2021 г. по ходатайству стороны истца была назначена посмертная амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кузбасская клиническая психиатрическая больница».

Согласно выводам судебно- психиатрической экспертизы, выполненной комиссией экспертов государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кузбасская клиническая психиатрическая больница» от 15 сентября 2021 г. (т. 2 л.д. 127-130) ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., <...>

Между тем, как было указано ранее, в производстве Ленинского районного суда г. Омска находилось гражданское дело № 2-2060/2019 по иску ФИО8 к ФИО3 о признании завещания недействительным, ФИО1 была привлечена к участию в дело в качестве третьего лица определением Ленинского районного суда г. Омска от <...>

Требования ФИО8 в рамках указанного спора были мотивированы тем, что последнее время ФИО7 не осознавала свои действия, страдала болезнью Паркинсона и другими заболеваниями, многое забывала, из дома выходила редко, поэтому не осознавала своих действий и поступков.

Из пояснений ФИО1 в рамках рассмотрения дела № 2-2060/2019 следует, что семья ФИО15 были всегда её любимыми родственниками. Она очень часто звонила ФИО15, интересовалась здоровьем мамы, всегда доверяла этой семье. Приехать в г. Омск сама не могла, потому что уже длительное время ухаживала за больным супругом. Знала, что брат купил маме ноутбук, чтобы иметь возможность общаться с ней по скайпу. С мамой общалась по стационарному телефону, потом купили ей мобильный телефон, но пользоваться она им не могла, это было примерно в 2017 г. У неё возникали сомнения о состоянии здоровья матери, но ФИО15 уверяла, что все в порядке. Ей известно о том, что от мамы как-то поступило предложение включить родственника М. (отец ФИО15) в число наследников. Деньги для мамы передавала через знакомую, которая приезжала в Россию и хорошо знала ФИО15 Была и договоренность о том, что все расходы на погребение оплатит ФИО1, но рассчитался ФИО8 Она всегда обеспечивала маму всем необходимым. Однажды мама обиделась на то, что она не приедет и грозилась передать квартиру городу. Удивлением для неё стал тот факт, когда в новый год с 2018 по 2019 мама попала в больницу, а ей никто не сообщил. Странностью в поведении мамы выражалась также в том, что она хотела переделать ручки на окнах, переживала, что ее обманут мошенники. Мама сказала ФИО15, что ее бросили на произвол судьбы. Пояснила, что последний раз приезжала в 2016 г. Неоднократно звала мать к себе в Германию, но она отказывалась. С братом не общается, когда он приезжал в Россию последний раз, пояснить не могла, не знает. О существовании завещания узнала от ФИО15, когда просто предложила ей переехать в мамину квартиру, тогда и узнала, что она и так собирается переехать на законных основаниях.

В рамках гражданского дела 2-2060/2019 по ходатайству истца ФИО8 была назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам БУЗОО Омской области «Клиническая больница им. Н.Н. Солодникова». Для проведения экспертизы судом были направлены медицинская карта пациента ФИО7 БУЗОО «ГКБ им. Кабанова», карта больного ФИО7 БУЗОО «ГКБ им. Кабанова», медицинские карты пациента ФИО7 из БУЗОО «ГКБ им. Кабанова» № <...><...>, № <...><...>, № <...><...>, копия медицинской карты амбулаторного больного ФИО7 № <...> из БУЗОО «Клиническая психиатрическая больница имени Н.Н. Солодникова».

Согласно поступившему мотивированному сообщению о невозможности дать экспертное заключение от 25 июля 2019 г. № <...>/А, при проведении комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы на основании анализа представленной медицинской документации, материалов гражданского дела комиссия БУЗОО «Клиническая психиатрическая больница имени Н.Н. Солодникова» пришла к заключению, что <...>

Решением Ленинского районного суда г. Омска от 5 августа 2019 г. по делу 2-2060/2019, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 13 ноября 2019 г., в удовлетворении исковых требований ФИО8 о признании завещания ФИО7 недействительным было отказано.

При рассмотрении гражданского дела № 2-2060/2019 суд пришел к выводу о недоказанности у ФИО7 таких нарушений сознания, которые бы повлекли отсутствие у неё возможности понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещания.

В соответствии с ч. 2 ст. 209 ГПК РФ после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному гражданскому делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» разъяснено, что, исходя из смысла ч. 4 ст. 13, ч. 2 и 3 ст. 61, ч. 2 ст. 209 ГПК РФ лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами. В указанном случае суд выносит решение на основе исследованных в судебном заседании доказательств.

Как видно, при рассмотрении судами дела №2-2060/2019 в нем участвовала в качестве третьего лица ФИО1, следовательно, она не вправе оспаривать обстоятельства, установленные постановлениями судов по названному делу. Более того, в ходе рассмотрения данного дела третьим лицом ФИО1 была подготовлена и направлена в суд апелляционная жалоба, которая оставлена без удовлетворения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 13 ноября 2019 г. по делу 2-2060/2019.

Конституционным Судом Российской Федерации выражена правовая позиция, что положения ч. 2 ст. 209 ГПК РФ, закрепляющие последствия вступления в законную силу решения суда, не нарушают конституционные права граждан, поскольку направлены на пресечение рассмотрения судами тождественных требований (между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям) (определение от 25 сентября 2014 г. № 2140-О).

Приведенные нормы процессуального законодательства обеспечивают непротиворечивость судебных постановлений, а предъявление ФИО1 самостоятельного иска об оспаривании завещания ФИО7 направлено на преодоление вступивших в законную силу судебных постановлений по ранее рассмотренному с участием тех же лиц тождественному спору.

Таким образом, судом первой инстанции обоснованно в соответствии с положениями ст. 61 ГПК РФ при разрешении настоящего спора учтены ранее установленные судом обстоятельства состояния ФИО7 и его влияния на возможность составления завещания, осознания своих действий.

Критически оценивая заключение судебной экспертизы, выполненной государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Кузбасская клиническая психиатрическая больница» от <...>, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости применения правил преюдиции при рассмотрении заявленного спора, что исключает возможность принятия доказательств, по сути направленных на иную оценку обстоятельств, ранее установленных вступившими в законную силу судебными постановлениями по гражданскому делу № 2-2060/2019.

Доводы апелляционной жалобы о наличии в материалах дела медицинской документации, которой подтверждается наличие у ФИО7 признаков <...> выводов суда по существу спора не опровергают, поскольку выявленные у наследодателя нарушения в психической сфере без учета обстоятельств совершенных поступков и действий сами по себе не являются безусловным основанием для выводов о неспособности понимать ею значение совершаемых действий и руководить ими.

По своему смыслу гражданский закон в системном единстве с другими нормативными правовыми актами Российской Федерации, устанавливает презумпцию вменяемости, то есть изначально предполагает лиц, участвующих в гражданском обороте, психически здоровыми. Выводы, изложенные экспертами в заключении судебной психолого-психиатрической экспертизы, с достоверностью не свидетельствуют о невозможности наследодателя понимать значение своих действий или руководить ими в момент совершения завещания.

Также оценивая заключение судебно – психиатрической экспертизы, выполненной комиссией экспертов государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кузбасская клиническая психиатрическая больница», суд отметил, что требованиям достоверности данное доказательство с точки зрения полноты, всесторонности проведенной экспертизы не отвечает, поскольку при проведении экспертизы не были исследованы показания нотариуса и медицинская документация, в том объеме, в каком она исследовалась в мотивированном сообщении о невозможности дать экспертное заключение ( по гражданскому делу № 2-2060/2019).

Полагая указанные выводы обоснованными, судебная коллегия учитывает, что в исследовательской части заключение судебно- психиатрической экспертизы, выполненной комиссией экспертов государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кузбасская клиническая психиатрическая больница» приведены краткие ссылки на анализ медицинской документации, проведенный экспертами ГБУЗ Омской области ОКПБ им. Н.Н. Солодникова.

Между тем в мотивированном сообщении экспертов ОКПБ им. Н.Н. Солодникова приведен анализ медицинской документации в объеме 6 страниц печатного текста (стр. 8-13 мотивированного о сообщения).

Вывод проведенной по настоящему делу судебно-психиатрической экспертизы, согласно которому наличие <...>

Оценивая критически результаты психологического исследования, судебная коллегия учитывает, что они основаны на показаниях указанных выше свидетелей, при этом сообщенные свидетелями обстоятельства являются исключительно их субъективным восприятием и не могут быть определяющими для соответствующих выводов.

Совокупность исследованных судом доказательств, в том числе, характер и последовательность действий ФИО7 по составлению завещания в пользу родственницы ее покойного супруга, осуществляющей уход и заботу о ней с 2005 г. до момента составления завещания, как и само решение о составлении завещания, а также доверенности на получение пенсии, не носили импульсивный характер, доказывает осознанность совершенных ФИО7 вышеуказанных действий.

Каких-либо действий со стороны ФИО3, искажающих волеизъявление завещателя, ни судом первой, ни судом апелляционной инстанции установлено не было.

В судебном заседании сторона истца не оспаривала, что дети умершей ФИО7 длительное время проживают за пределами Российской Федерации, фактически навещали ФИО7 по мере возможности, так ФИО1 последний раз навещала мать в 2016 г., интереса в спорной квартире не имеет, указывает о необходимости учитывать интересы её брата – ФИО8, который выражал намерение вернуться для постоянного проживания в Российскую Федерацию.

Ссылка стороны истца, что ФИО3 воспользовалась болезненным состоянием ФИО7 при составлении последней завещания в сентябре 2018 г., состоятельной не является, поскольку соответствующим доказательствами не подтверждена. Само по себе неудовлетворительное состояние здоровья наследодателя ФИО7, в том числе психического, безусловно не свидетельствует о её невозможности в момент совершения сделки отдавать отчет своим действиям и понимать существо сделки.

Указывая на наличие у ФИО7 диагноза «<...>», сторона истца не учитывает, что правовое значение при рассмотрении настоящего гражданского дела, имеет не само по себе наличие какого-либо заболевания или расстройства у наследодателя, а возможность лица, при совершении оспариваемого распоряжения и завещания понимать значение своих действий и руководить ими.

Также несостоятельны доводы истца о том, что на состояние наследодателя оказывало влияние принятие лекарственных препаратов ФИО7, <...>», поскольку объективных доказательств приема лекарственных средств медицинские документы и материалы дела не содержат.

Пояснения <...> учтены судом в совокупности с другими доказательствами, в связи с чем сделан вывод о том, что свидетельские показания не являются исчерпывающими доказательствами, подтверждающими состояние ФИО7, установление наличия или отсутствия психического расстройства, а аткже состояния эмоционально-волевой сферы и индивидуально-психологический особенностей, которые могли бы снизить или ограничить способность ФИО7 руководить своими действиями в момент составления завещания.

С учетом изложенного, поскольку объективных доказательств того, что в момент совершения оспариваемого завещания, у ФИО7 произошло такое ухудшение состояния здоровья или эмоционально-волевой сферы, которые лишали бы ее способности понимать значение своих действий или руководить ими, истцом не представлено, порядок составления, подписания и удостоверения завещания не нарушен, у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения исковых требований о признании завещания недействительным, как и производных требований о прекращении (аннулировании) записи от <...>, номер государственной регистрации права № <...> в ЕГРН на спорную квартиру за ФИО3

Разрешая требования истца по первоначальному иску о признании недействительным договора купли-продажи, заключенного между ФИО3 и ФИО4, аннулировании записи в Едином государственном реестре недвижимости за ФИО4, а также встречного иска ФИО4, суд исходил из следующего.

Материалами дела подтверждается, что 18 февраля 2021 г. между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи доли квартиры, согласно которому продавец передала в собственность покупателю 9/16 долей в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: г. Омск, <...>, стоимостью 1 000 000 руб. (т. № <...> л.д. 3-4).

Согласно выписке из ЕГРН за ФИО4 с 20 февраля 2021 г. зарегистрировано право общей долевой собственности на 9/16 долей квартиры на основании договора купли продажи от 18 февраля 2021 г.

Заочным решением Кировского районного суда г. Омска по делу № 2-1538/2021 от <...> по иску ФИО4 к ФИО8 определен порядок пользования жилым помещением по адресу: г. Омск, <...>, предоставлена в пользование ФИО4 комната, обозначенная в техническом паспорте № <...>, площадью 19,0 кв. м, в пользование ФИО8 предоставлена комната, обозначенная в техническом паспорте № <...>, площадью 14 кв. м, места общего пользования, обозначенные в техническом паспорте №№ <...>кухня, коридор, шкаф, ванная, туалет) определены в совместное пользование ФИО4 и ФИО8; определен порядок участия в общих расходах на оплату коммунальных платежей и обслуживание жилья по адресу: г. Омск, <...>, а также на оплату взносов на капитальный ремонт многоквартирного дома пропорционально долям в праве собственности на жилое помещение, при котором ФИО4 производит оплату 9/16 долей начисленных платежей, ФИО8 производит оплату 7/16 долей начисленных платежей.

Обращаясь в суд с требованиями о признании договора купли-продажи, заключенного между ФИО4 и ФИО15 недействительным, истец указала, что поскольку имущество выбыло помимо воли ФИО7, следовательно, ФИО3 приобрела право собственности незаконно и не могла отчуждать имущество ФИО4

Руководствуясь положениями ст.ст. 301, 302 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от <...> № <...>, установив, что ФИО4 возмездно приобрел долю в праве собственности на квартиру по договору купли-продажи, удостоверенному нотариусом, за покупку квартиры продавцу уплачено 1 000 000 руб., сделка исполнена, при этом на момент совершения сделки в ЕГРН содержались сведения о единственном титульном владельце спорных 9/16 долей - ФИО3, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО4 является добросовестным приобретателем 9-16 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. Омск, <...>. Поскольку ФИО4 является добросовестным приобретателем, не подлежат применению последствия недействительности сделки.

Суд апелляционной инстанции соглашается с приведенными выводами, полагая, что материалы дела не содержат доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что ФИО4 знал или должен был знать о наличии каких-либо правопритязаний на спорную квартиру со стороны ФИО1 ФИО4 после заключения договора купли-продажи вселился в спорное жилое помещение, проводил ремонт, оплачивал коммунальные услуги, то есть фактически договор купли-продажи сторонами был исполнен. Достоверных и достаточных доказательств того, что при совершении сделки ФИО4 должен был усомниться в праве ФИО3 на отчуждение квартиры, стороной истца представлено не было.

Тот факт, что на имя ФИО4 ранее было зарегистрировано право собственности на иные объекты недвижимости, сам по себе не свидетельствует о наличии в действиях ответчика недобросовестного поведения, как и не свидетельствует о недействительности договора купли-продажи.

Судебная коллегия соглашается с обоснованностью и законностью принятого решения, основанному на правильном применении норм материального права и надлежащей оценке доказательств по делу, не усматривая оснований для отмены законного судебного постановления по доводам апелляционной жалобы.

Доводы апелляционной жалобы в своей совокупности сводятся к несогласию стороны истца с изложенными выводами суда, оценкой фактических обстоятельств дела, основаны на субъективном толковании норм материального и процессуального права, при этом не содержат ссылок на обстоятельства, которые не были исследованы судом либо опровергали его выводы. Доводы направлены на переоценку собранных по делу доказательств и установленных судом обстоятельств, однако обжалуемый судебный акт постановлен исходя из собранных по делу доказательств в их совокупности, которые получили оценку суда с учетом требований ст. 67 ГПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ст. 330 ГПК РФ основанием для безусловной отмены решения, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда г. Омска от <...> оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 в лице представителя ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение составлено <...>