Изготовлено в окончательной форме 24.06.2025 года
Дело №2-177/2025
УИД: 76RS0016-01-2024-003951-79
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
4 июня 2025 года г. Ярославль
Дзержинский районный суд г. Ярославля в составе
председательствующего судьи Черничкиной Е.Н.,
при секретаре Работновой И.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, в котором, с учетом уточнения требований, просит взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 379 615 руб. (л.д. 39 – 45).
Исковые требования мотивированы тем, что 04.03.2024г. произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля БМВ Х1, государственный регистрационный знак № принадлежащего истцу, под ее управлением, и автомобиля Мерседес Бенц С180, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2 04.05.2024г. производство по факту дорожно-транспортного происшествия прекращено по истечении сроков давности привлечения к административной ответственности. По мнению истца, дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО2, который двигался со значительным превышением установленного скоростного режима, в нарушение дорожных знаков проехал перекресток Тутаевского шоссе и ул. Урицкого прямо по полосе движения, предназначенной только для поворота налево. Вследствие грубого превышения им скорости у ответчика значительно снизилось время для преодоления остановочного/тормозного пути, что привело к дорожно-транспортному происшествию. Так как дорожно-транспортное происшествие произошло после перекрестка, у истца, в свою очередь, не было объективной возможности принять во внимание движения автомобиля на скорости 130 км/ч по полосе, которая после перекрестка не должна быть занята. В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю истца причинены повреждения. Согласно отчету специалиста ООО «Амулет» стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца составляет 379 615 руб.
Судом по ходатайству стороны истца в качестве соответчика к участию в деле привлечена ФИО3
В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала. Пояснила, что двигалась на автомобиле БМВ с соблюдением требований Правил дорожного движения РФ. Видела автомобиль Мерседес до перекрестка, знала, что левая полоса, на которой он находился, предназначена только для движения налево, а потому не могла предполагать, что автомобиль Мерседес проедет в прямом направлении. Именно поэтому начала маневр перестроения.
В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО4 исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении. Пояснил, что, истец ФИО5 двигалась на автомобиле БМВ по правой полосе движения со скоростью около 35 км/ч, после перекрестка включила сигнал поворота, посмотрев в зеркала заднего и бокового вида, убедилась в безопасности и приступила к маневру перестроения. ФИО2 не имел права в этот момент находиться на левой полосе движения, так как до перекрестка из этой полосы разрешено движения лишь налево. Средняя скорость его движения составляла 133 км/ч. Полагал, что бремя содержания имущества лежит на собственнике, а потому наличие доверенности, выданной ФИО3 ФИО2, не снимает с нее ответственности за возмещение ущерба истцу. Просил учесть данные о личности ФИО2, который систематически привлекается к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения РФ при управлении транспортным средством.
В судебном заседании ответчик ФИО2, его представитель по устному ходатайству ФИО6 исковые требования не признали. Указали, что истец ФИО1 допустила нарушение п.8.4 Правил дорожного движения РФ, что и находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортном происшествием. Причинно-следственная связь между допущенными ФИО2 нарушениями Правил дорожного движения РФ и произошедшим дорожно-транспортным происшествием отсутствует. Пояснили, что автомобиль ФИО3 передала автомобиль Мерседес ФИО2 на основании доверенности – ФИО2 являлся на дату дорожно-транспортного происшествия законным владельцем данного автомобиля. Размер материального ущерба, причиненного истцу, не оспаривали. Альтернативные доказательства размера ущерба представлять отказались.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие. Исковые требования не признала, подтвердив позицию ФИО2 Пояснила, что ФИО2 – ее сын. Автомобиль Мерседес она передала ему на основании доверенности.
В судебном заседании эксперт ФИО7, проводивший судебную экспертизу, выводы, изложенные в экспертном заключении, подтвердил. Пояснил, что ФИО1 нарушила требования п.8.4 Правил дорожного движения РФ: она обязана была пропустить автомобиль, двигавшийся прямолинейно, независимо от скорости его движения и независимо от полосы, по которой он двигался. По этой причине им из причинно-следственной связи с ДТП исключено нарушение водителем автомобиля Мерседес п.9.1 Правил дорожного движения РФ. Водитель автомобиля БМВ располагала технической возможностью увидеть автомобиль Мерседес. Препятствий для этого не имелось: расстояние от автомобиля Мерседес до места столкновения в момент возникновения для водителя автомобиля БМВ опасности составляло более 70 метров, погода была ясной, обзор ничего не закрывало. Среднее время реакции водителя составляет от 0,3 секунды от 1,6 секунды. Автомобиль БМВ двигался в опасной зоне в течение 2 секунд. Угол поворота при перестроении меняется не настолько, чтобы у водителя автомобиля БМВ отсутствовала возможность видеть автомобиль Мерседес. В свою очередь, движение с высокой скоростью увеличивает силу удара в момент столкновения, что с большой степенью вероятности приводит к увеличению стоимости восстановительного ремонта транспортных средств.
В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено при имеющейся явке.
Заслушав объяснения истца, представителя истца, ответчика, представителя ответчика, эксперта ФИО7, исследовав письменные материалы дела, административный материал по факту дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к следующим выводам.
В силу ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
В соответствии со ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса (абз.1 п.1). Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064) (абз.2 п.3).
Из материалов дела следует, что 04.03.2024г. в 14.35 час. по адресу: <...> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля БМВ Х1, государственный регистрационный знак № принадлежащего истцу ФИО1, под ее управлением, и автомобиля Мерседес Бенц С180, государственный регистрационный знак № принадлежащего ответчику ФИО3, под управлением ответчика ФИО2
Транспортные средства получили механические повреждения.
Из объяснений ФИО1, данных ею 04.03.2024г., следует, что она на автомобиле БМВ двигалась по Тутаевскому шоссе г. Ярославля в сторону г. Тутаева по крайней правой после со скоростью 30 – 40 км/ч. После светофора, установленного на перекрестке Тутаевского шоссе и ул. Урицкого, посмотрела в зеркало бокового вида, убедилась, что левая полоса движения свобода и начала маневр перестроения в левую полосу движения. В момент перестроения, когда передняя часть ее автомобиля находилась на левой полосе, а задняя часть на правой, произошло столкновение с автомобилем Мерседес Бенц, двигавшимся с высокой скоростью. Удар пришелся в левую боковую часть автомобиля БМВ. После столкновения она применила торможение, автомобиль остановился.
По объяснениям водителя ФИО2 от 19.03.2024г., он двигался на автомобиле Мерседес Бенц по Тутаевскому шоссе г. Ярославля в сторону г. Тутаева. Проехав перекрёсток ул. Урицкого и Тутаевского шоссе по крайней правой полосе, он совершил маневр перестроения в левую полосу движения и продолжил прямолинейное движение, совершая опережение других автомобилей. Автомобиль БМВ приступил к маневру перестроения из крайней правой полосы в крайнюю левую полосу движения, создав ему помеху, в связи с чем и произошло столкновение.
Определением старшего ИДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Ярославской области от 04.03.2024г. по факту дорожно-транспортного происшествия возбуждено дело об административном правонарушении.
Определением старшего инспектора группы по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Ярославской области от 24.04.2024г. назначена видеотехническая экспертиза по делу об административном правонарушении.
Определением старшего инспектора группы по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Ярославской области от 03.05.2024г. назначена автотехническая экспертиза по делу об административном правонарушении.
Постановлением старшего инспектора группы по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Ярославской области от 04.05.2024г. производство по факту дорожно-транспортного происшествия прекращено на основании п.6 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ – по причине истечения срока давности привлечения к административной ответственности.
Исходя из разъяснений, данных в п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п.2 ст.15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п.2 ст.401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п.2 ст.1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
В соответствии с ч.1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.
По ходатайству ответчика ФИО2 судом была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ИП ФИО7
В ходе проведения судебной экспертизы эксперт ФИО7 исследовал, в том числе, материалы дела по факту дорожно-транспортного происшествия, заключение ЭКЦ УМВД России по Ярославской области от 27.05.2024г., видеофайлы, выполненные на подъезде к месту и на месте рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия от 04.03.2024г., учитывал расстановку объектов регулирования дорожного движения на месте дорожно-транспортного происшествия.
Их схемы расстановки объектов регулирования дорожного движения на месте дорожно-транспортного происшествия следует, что крайняя левая полоса перед перекрестком Тутаевского шоссе и ул. Урицкого г. Ярославля в направлении от центра города предназначена для движения на перекрёстке только налево на ул. Урицкого, о чем предписывает горизонтальная разметка на проезжей части и дорожный знак 5.15.2 «Движение по полосам только налево».
Из видеозаписей, произведенных видеорегистратором, установленным в салоне автомобиля, двигавшегося попутно с автомобилем Мерседес Бенц, камерами наружного наблюдения, установленными на стационарных опорах на перекрёстке ул. Урицкого и Тутаевского шоссе г. Ярославля обзором против движения автомобиля Мерседес Бенц и в сторону движения автомобиля Мерседес Бенц, следует, что Мерседес Бенц под управлением ФИО2 двигался по Тутаевскому шоссе в направлении от центра г. Ярославля в сторону ул. Урицкого. Приближаясь к перекрестку ул. Урицкого и Тутаевского шоссе, автомобиль Мерседес Бенц располагался в левой полосе движения, предназначенной для дальнейшего движения через перекресток только налево. Указанный перекресток Мерседес Бенц пересек в прямом направлении, двигаясь в левой полосе.
Автомобиль БМВ двигался по Тутаевскому шоссе в направлении от центра г. Ярославля в сторону ул. Урицкого. Приближаясь к перекрестку ул. Урицкого и Тутаевского шоссе, автомобиль БМВ располагался в правой полосе движения. Указанный перекресток БМВ пересек, двигаясь в правой полосе. Со слов ФИО1, скорость движения автомобиля БМВ составляла 30 – 40 км/ч.
Проехав перекресток, водитель автомобиля БМВ ФИО1 включила указатель левого поворота и приступила к маневру перестроения из правой в левую полосу. Через 2 секунды, когда передняя часть автомобиля БМВ находилась на левой полосе, а задняя на правой, произошло столкновение автомобиля БМВ с автомобилем Мерседес Бенц. Столкновение произошло на полосе движения автомобиля Мерседес Бенц (левой).
В заключении ЭКЦ УМВД России по Ярославской области от 27.05.2024г. №61-70 эксперт пришел к выводам о том, что средняя скорость движения автомобиля Мерседес Бенц перед столкновением составляет 130,5 – 135,7 км/ч, время в опасной зоне (с момента выезда автомобиля БМВ в крайнюю левую полосу до момента столкновения) составляет 2 секунды.
Перед столкновением транспортные средства двигались попутно, продольные оси автомобилей располагались под острым углом. Контактирование происходит левой боковой частью автомобиля БМВ с правой частью автомобиля Мерседес Бенц.
С технической точки зрения водитель автомобиля БМВ ФИО1 должна была руководствоваться п.п. 8.1, 8.2, 8.4, 9.1, 10.1, 10.2 Правил дорожного движения РФ. Водитель автомобиля Мерседес Бенц ФИО2 с технический точки зрения должен был руководствоваться п.п. 1.3, 9.1, 10.1, 10.2 Правил дорожного движения РФ.
Проанализировав механизм дорожно-транспортного происшествия, оценив действия водителей с технической точки зрения, судебный эксперт пришел к выводам о том, что водитель автомобиля БМВ лишь частично выполнила п.8.1 Правил дорожного движения РФ, не выполнила п.8.4 Правил дорожного движения РФ. Водитель автомобиля Мерседес Бенц не выполнил п.п.1.3, 9.1, 10.1, 10.2 Правил дорожного движения.
При этом эксперт пришел к выводу о том, что в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием находится несоблюдение водителем автомобиля БМВ ФИО1 требований 8.4 Правил дорожного движения РФ и несоблюдение водителем автомобиля Мерседес Бенц ФИО2 требований п.п.10.1, 10.2 Правил дорожного движения РФ.
Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч.1 ст.67 ГПК РФ).
Как указал Конституционный суд РФ в Определении от 27.05.2021г. №1052-О, результаты экспертизы не имеют для суда заранее установленной силы и оцениваются им по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств; результаты такой оценки суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (части 1, 2 и 4 ст. 67, ч.3 ст. 86 ГПК РФ). Гарантиями прав участвующих в деле лиц в случае возникновения сомнений в правильности и обоснованности экспертного заключения выступают установленная уголовным законодательством ответственность за дачу заведомо ложного экспертного заключения (ч.2 ст. 80 ГПК РФ, ст. 307 УК РФ), предусмотренная ч.2 ст. 87 ГПК РФ возможность ходатайствовать перед судом о назначении повторной экспертизы, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам, и право заявить эксперту отвод при наличии оснований, закрепленных ст. 18 ГПК РФ, а также установленные данным Кодексом процедуры проверки судебных постановлений вышестоящими судами и основания для их отмены или изменения.
Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что оно составлено в соответствии с требованиями действующего законодательства, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ответы на все поставленные вопросы, является ясным, полным, последовательным, не допускает неоднозначного толкования.
Эксперт имеет соответствующее образование, достаточный стаж экспертной работы, предупрежден судом об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.
Доказательств, указывающих на недостоверность данной экспертизы либо ставящих под сомнение выводы эксперта, сторонами не представлено. В судебном заседании ФИО7 подтвердил сделанные им в заключении выводы, ответил на все поставленные перед ним сторонами и судом вопросы.
В связи с изложенным, суд считает экспертное заключение, составленное ИП ФИО7, относимым и допустимым доказательством.
Оценив представленные доказательства по делу каждое в отдельности и в их взаимной связи, суд приходит к выводу, что в действиях обоих водителей в сложившейся дорожной ситуации имеются нарушения Правил дорожного движения РФ.
Так, согласно п. 8.4 Правил дорожного движения РФ при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения.
Истец ФИО1, управляя автомобилем БМВ, произвела перестроение в левую полосу движения и не уступила дорогу автомобилю Мерседес Бенц, двигавшемуся по ней прямо без изменения направления движения.
Доводы представителя истца о том, что с момента начала маневра перестроения водитель БМВ ФИО1 не могла обнаружить опасность для движения, являются несостоятельными.
Опасность для движения - это ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения ДТП (п. 1.2 Правил дорожного движения РФ).
Согласно п. 7 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008г. №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» при решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия судам следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.
Возможность предотвратить столкновение с точки зрения водителя автомобиля БМВ связана со своевременным прекращением им маневра перестроения при обнаружении приближающегося сзади транспортного средства, двигающегося попутно без изменения направления движения.
Судебный эксперт, устанавливая нарушение п.8.4 Правил дорожного движения РФ в действиях водителя БМВ ФИО1, учел, что при выполнении маневра перестроения существует определенная трудность в визуальном обнаружении транспортных средств, находящихся несколько позади и сбоку от автомобиля. Судебный эксперт произвел расчеты и пришел к выводам о том, что в момент начала перестроения автомобиля БМВ автомобиль Мерседес Бенц находился от него на расстоянии 72,5 – 75,38 м и был в зоне видимости водителя автомобиля БМВ через зеркало заднего вида. В судебном заседании он подтвердил, что водитель автомобиля БМВ, исходя из погодных условий, дорожной обстановки, конструктивных особенностей транспортного средства, могла и должна была увидеть автомобиль Мерседес, посмотрев в зеркало заднего вида.
Пункт 8.4 Правил дорожного движения РФ обязывает водителя при перестроении уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения, независимо от скорости движения последних.
Ссылки истца и ее представителя на то, что причиной дорожно-транспортного происшествия явилось нарушение ФИО2, управлявшим автомобилем Мерседес, требований п.9.1 Правил дорожного движения РФ, основаны на неверном применении правовых норм, регулирующих спорные правоотношения, носят субъективный характер.
Судебный эксперт, правильно толкуя положения ПДД РФ, пояснил, что нарушение водителем автомобиля Мерседес п.9.1 Правил дорожного движения РФ не отменяет обязанность водителя автомобиля БМВ по соблюдению требований п.8.4 Правил дорожного движения РФ. Именно поэтому он исключил нарушение водителем автомобиля Мерседес п.9.1 Правил дорожного движения РФ из причинно-следственной связи с рассматриваемым дорожно-транспортным происшествием.
Суд также принимает во внимание то, что, проехав в прямом направлении, водитель ФИО2 двигался на разрешающий сигнал светофора, указатель поворота налево не включил. При должной степени осмотрительности ФИО1 могла и должна была понять об отсутствии у водителя Мерседес намерения совершить маневр поворота налево. Время с момента возникновения опасности до столкновения (2 секунды) не превышало среднего времени реакции водителя (максимально – 1,6 секунды). Данное обстоятельство указывает на то, что водитель автомобиля БМВ ФИО1, осуществляя перестроение, не контролировала свой маневр в достаточной степени.
Таким образом, водитель автомобиля БМВ ФИО1 располагала технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем Мерседес Бенц путем прекращения маневра перестроения на полосу движения автомобиля Мерседес Бенц.
Согласно п.10.1 Правил дорожного движения РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
В соответствии с п.10.2 Правил дорожного движения РФ в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.
Максимально допустимая Правилами дорожного движения РФ скорость на участке дорожно-транспортного происшествия составляет 60 км/ч. Автомобиль Мерседес Бенц двигался со скоростью 130,5 – 135,7 км/ч, что превышает установленный п.10.2 Правил дорожного движения РФ скоростной режим.
Возможность предотвратить столкновение с точки зрения автомобиля Мерседес Бенц разрешается путем применения им мер торможения. Соотнеся расстояние, на котором автомобиль Мерседес Бенц находился от автомобиля БМВ в момент возникновения опасности (момент выезда автомобиля БМВ в левую полосу движения) и остановочный путь автомобиля Мерседес Бенц, судебный эксперт пришел к выводу о том, что в момент возникновения опасности автомобиль Мерседес Бенц не располагал технической возможностью предотвратить столкновение путем применения торможения. Вместе с тем, при максимально допустимой Правилами дорожного движения РФ скорости движения автомобилей на месте происшествия водитель автомобиля Мерседес Бенц имел техническую возможность предотвратить столкновение путем применения торможения. Следовательно, превышение водителем автомобиля Мерседес Бенц ФИО2 скорости движения находится в причинно-следственной связи со столкновением.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что и водителем автомобиля БМВ – истцом ФИО1, и водителем автомобиля Мерседес Бенц – ответчиком ФИО2 были допущены нарушения Правил дорожного движения РФ, которые находятся в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием.
Определяя вину водителей, суд полагает, что степень вины водителя ФИО2 меньше, чем степень вины водителя ФИО1, поскольку именно последняя создала помеху для движения транспортного средства под управлением ответчика, тогда как в силу п.8.4 Правил дорожного движения РФ, предписывающего маневрирующему водителю во всяком случае предоставить преимущество проезда транспорта, который движется в попутном направлении без изменения движения, должна была действовать в сложившейся дорожной ситуации с большей степенью предусмотрительности и осторожности. Именно она создала помеху в движении автомобилю Мерседес Бенц, имея очевидную возможность предотвратить столкновение, просто выполнив требования п. 8.4 Правил дорожного движения РФ.
Допущенное водителем ФИО2 нарушение установленного п. 10.2 Правил дорожного движения РФ скоростного режима содействовало развитию аварийной ситуации, инициированной ответчиком ФИО1 Кроме того, превышение скорости автомобилем Мерседес Бенц однозначно повлияло на силу удара при столкновении с автомобилем БМВ, привело к увеличению размера ущерба, причиненного транспортным средствам.
С учетом всех обстоятельств дела, характера допущенных водителями нарушений, суд определяет степень вины истца ФИО1 в дорожно-транспортном происшествии 70%, степень вины ответчика ФИО2 - 30%.
В соответствии со ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п.1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п.2).
Согласно разъяснениям, содержащимся в п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. №25, при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.
При определении размера убытков, причиненных истцу в результате повреждения транспортного средства, суд исходит из представленных истцом ФИО1 доказательств понесенных ею фактических расходов на ремонт автомобиля БМВ. Согласно заказ-наряду, составленному ООО «Амулет», стоимость запасных частей и расходных материалов составляет 251 215 руб. (51 050 руб. + 225 665 руб. = 251 215 руб.), стоимость работ составляет 128 400 руб. (9900 руб. + 118 500 руб. = 128 400 руб.). Общая стоимость восстановительного ремонта автомобиля БМВ составляет 379 615 руб.
Стоимость восстановительного ремонта автомобиля БМВ ответчиками не оспаривалась, доказательств существования иного, более разумного и распространенного в обороте способа исправления таких повреждений подобного имущества ими не представлено, из обстоятельств дела наличие такого способа с очевидностью не следует.
Вместе с тем, взыскание с ответчика стоимости восстановительного ремонта без учета износа и оставление при этом замененных деталей у истца приведет к неосновательному обогащению последней. При указанных обстоятельствах суд снижает заявленный размер ущерба на определенную ИП ФИО8 утилизационную стоимость запасных частей, в размере 4200 руб. Доказательств иной стоимости утилизации запасных частей автомобиля БМВ в деле не имеется. Материальный ущерб, причиненный истцу в результате дорожно-транспортного происшествия, составляет 375 415 руб.
Таким образом, размер ущерба, подлежащего возмещению истцу, составляет 112 624,5 руб. из расчета: 375 415 руб. х 30% = 112 624,5 руб.
Характеристика личности участников дорожно-транспортного происшествия не является обстоятельством, имеющим юридическое значение для определения их вины и размера подлежащего взысканию ущерба.
Исходя из абз.2 п.1 ст.1079 ГК РФ, обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Согласно п. 2 указанной статьи владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.
В силу п. 1 ст. 935 ГК РФ законом на указанных в нем лиц может быть возложена обязанность страховать, в том числе, риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц или нарушения договоров с другими лицами.
Частью 1 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002г. №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» предусмотрено, что владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств. В силу ч. 6 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002г. №40-ФЗ владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.
На момент дорожно-транспортного происшествия 04.03.2024г. собственником автомобиля Мерседес Бенц являлась ФИО3
Гражданская ответственность ответчиков за вред, причиненный третьим лицам при управлении транспортным средством, на момент дорожно-транспортного средства не была застрахована.
В соответствии со ст.210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.
Из содержания ст.ст.210, 1079 ГК РФ следует, что ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности передано иному лицу в установленном законом порядке (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) либо источник повышенной опасности выбыл из владения собственника в результате противоправных действий других лиц.
Как разъяснено в п.20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по смыслу статьи 1079 ГК РФ, лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование и он пользуется им по своему усмотрению.
В подтверждение того обстоятельства, что на момент дорожно-транспортного происшествия 04.03.2024г. законным владельцем автомобиля Мерседес Бенц являлся ФИО2 ответчиками в материалы дела представлена доверенность, выданная 01.01.2024г. собственником автомобиля ФИО3 ФИО2 Согласно данной доверенности ФИО2 уполномочен управлять указанным в ней транспортным средством, заключать договоры ОСАГО, осуществлять все действия по распоряжению транспортным средством, в том числе купле-продаже. Указанная доверенность никем не оспорена, недействительной не признана. На момент дорожно-транспортного происшествия ФИО2 управлял автомобилем Мерседес Бенц в своих личных целях и в своем интересе
При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что в момент дорожно-транспортного происшествия 04.03.2024г. автомобиль Мерседес Бенц находился под управлением его законного владельца ФИО2, который в силу действующего законодательства обязан возместить причиненный вред.
Доводы представителя истца о том, что надлежащим ответчиком в любом случае является собственник автомобиля, противоречит положениям ст.1079 ГК РФ, в силу которой за вред, причиненный источником повышенной опасности, несет лицо, которое на момент ДТП владело им на законном основании. Перечень таких законных оснований не ограничен правом собственности.
В силу изложенного материальный ущерб в сумме 112 624,5 руб. в пользу истца суд взыскивает с ФИО2
В иске к ФИО3 суд истцу отказывает.
На основании ст.103.1 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика ФИО2 в бюджет г. Ярославля госпошлину в размере 4379 руб.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) в возмещение ущерба 112 624 руб. 50 руб.
В иске к ФИО3 (паспорт №) отказать.
Взыскать с ФИО3 в бюджет г. Ярославля госпошлину в размере 4379 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через Дзержинский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Судья Е.Н. Черничкина