ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 03 октября 2023 г. по делу № 22к-2120/2023
Судья Амиров М.Д.
Верховный Суд Республики Дагестан в составе председательствующего судьи Зульфигарова К.З.,
при секретаре судебного заседания Магомедове А.И.,
с участием:
прокурора отдела прокуратуры РД Устина А.А,
обвиняемого ФИО1, посредством видеоконференц-связи,
защитника – адвоката Абдулаева М.Т.,
рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Абдулаева М.Т. в защиту интересов обвиняемого ФИО1 на постановление Кировского районного суда г. Махачкалы от 20 сентября 2023года, которым в отношении ФИО1, <дата> года рождения, обвиняемого по ч.4 ст. 159 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 3 месяца, всего до 8 месяцев 8 суток, т.е. по 20 декабря 2023 года.
Заслушав доклад судьи Зульфигарова К.З., выступления обвиняемого ФИО1 и адвоката Абдулаева М.Т., поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения прокурора Устина А.А., полагавшего постановление суда оставить без изменения, жалобу - без удовлетворения, суд
установил:
27 января 2022 года возбуждено уголовное дело в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.
12 апреля 2023 года ФИО1 задержан по подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст. 91, 92 УПК РФ, а 15 апреля последнему предъявлено обвинение.
17 апреля 2023 года постановлением суда в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой в последующем неоднократно продлевался.
Срок предварительного следствия по делу продлен до 20 декабря 2023 года.
Обжалованным постановлением суда от 20 сентября 2023 года по ходатайству следователя в отношении ФИО1, <дата> года рождения, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 3 месяца, всего до 08 месяцев 08 суток, то есть по 20 декабря 2023 года.
В апелляционной жалобе адвокат Абдулаев М.Т. не согласился с постановлением суда, считает его подлежащим отмене как незаконное и необоснованное. При этом указывает, что в оспариваемом постановлении содержаться выводы, не соответствующие фактическим обстоятельствам уголовного дела, само постановление вынесено с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, выразившимися в несоответствии обжалуемого постановления требованиям ч.4 ст. 7 УПК РФ, в связи с чем подлежит отмене на основании п.п. 1, 2 ст. 389.15 УПК РФ. Считает, что после последнего продления срока содержания под стражей, вопреки позиции суда, следователем не выполнялся значительный объем следственных действий, более того, доводы изложенные в ходатайстве следователя идентичны ранее заявленным ходатайствам следователя о продлении срока содержания под стражей, при этом, следователем не указаны причины, по которым эти действия не были произведены в установленные ранее сроки содержания обвиняемого под стражей, что свидетельствует о неэффективности организации расследования по уголовному делу. Судом не учтено, что розыск ФИО1 фактически не осуществлялся, поскольку последний самостоятельно явился в следственный орган 23 марта 2023 года, были нарушены разумные сроки уголовного судопроизводства по уголовному делу, в связи с чем, принимались меры прокурорского реагирования об устранении нарушений федерального законодательства и разумных сроков судопроизводства. Указывает, что судом, при вынесении обжалуемого решения не выяснялись причины, по которым запланированные следственные действия остались невыполненными, не дана оценка неэффективности расследования по делу, и за основу взята исключительно тяжесть обвинения и возможность назначения лишения свободы на длительный срок. Полагает, что оценка особой сложности уголовного дела, как того требует положения ч.2 ст. 109 УПК РФ в случаях продления сроков содержания под стражей свыше 6-ти месяцев, судом дана произвольно, без учета отсутствия таких факторов как длительность проведения судебных экспертиз, межрегионального характера преступлений, многоэпизодности, числа потерпевших. Считает, что судом не учтены разъяснения постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 года № 41. В представленных следователем материалах нет сведений, подтверждающих, что ФИО1 скроется от предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, либо может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства или иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. Просит постановление отменить, изменив меру пресечения на иную, не связанную с лишением свободы.
Обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав доводы сторон, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
В соответствии с ч. 2 ст. 109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК РФ, на срок до 6 месяцев. Дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьей того же суда по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации, иного приравненного к нему руководителя следственного органа до 12 месяцев.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста», о том, что лицо может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок. Применение исключительной меры пресечения, каковой является содержание под стражей, осуществляется с целью пресечения возможности продолжения заниматься преступной деятельностью и совершения действий, препятствующих каким-либо путем производству по уголовному делу.
В силу ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст. 97 и 99 УПК РФ.
Указанные положения закона при вынесении обжалованного постановления судом соблюдены.
Как следует из материала судебного производства, мера пресечения в отношении обвиняемого ФИО1 в виде заключения под стражу была избрана и срок содержания под стражей установлен судом с соблюдением требований ст. ст. 97 и 99, 108 и 109 УПК РФ.
При продлении обвиняемому ФИО1 срока содержания под стражей суд проверил обоснованность ходатайства следователя, в производстве которого находится уголовное дело, согласованного в соответствии с требованиями закона с руководителем следственного органа.
Суд, согласившись с доводами ходатайства следователя, в качестве основания продления срока содержания под стражей, указал, что ФИО1 обвиняется в совершении преступления, отнесенного к категории тяжких преступлений, в соучастии с лицами, круг которых следствием еще полностью не установлен, за которые предусмотрено наказание в виде лишение свободы, в том числе на длительный срок, обвиняемый имеет заграничный паспорт со сроком действия до 28 марта 2028 года, находился в розыске.
Суд первой инстанции, с учетом указанных в ходатайстве следователя следственных и процессуальных действий, необходимых выполнению, счел испрашиваемый следователем срок обоснованным, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции, в связи с чем, доводы жалобы о неэффективности производства предварительного расследования не могут быть признаны состоятельными.
При рассмотрении ходатайства следователя суд первой инстанции принял во внимание положения УПК РФ, регулирующие разрешение такого ходатайства, в постановлении суда приведены конкретные фактические обстоятельства, на основании которых принято решение о продлении срока содержания под стражей, учел тяжесть преступления, в совершении которого обвиняется ФИО1, также данные о его личности, которые были известны суду на момент рассмотрения ходатайства и соответственно были приняты во внимание.
Изложенное давали суду первой инстанции оснований полагать, что, находясь на свободе, ФИО1 может скрыться от следствия и суда, оказать давление на свидетелей, чем воспрепятствовать производству по уголовному делу.
Вопрос обоснованности подозрения ФИО1 в причастности к совершению расследуемого преступления судом первой инстанции надлежащим образом проверена без вхождения в обсуждение достаточности доказательств, их проверки и решения вопроса о правильности квалификации его действий, поскольку разрешение данных вопросов не входит в компетенцию суда на этой стадии уголовного судопроизводства, а возможно лишь при рассмотрении судом уголовного дела по существу.
Суд обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для сохранения меры пресечения в виде содержания под стражей ФИО1 с продлением его срока, поскольку изменение меры пресечения на иную не обеспечит в полной мере беспрепятственное расследование уголовного дела на данной стадии предварительного следствия.
Вопреки доводам жалобы, все доводы зашиты были предметом рассмотрения суда первой инстанции и им дана надлежащая оценка.
С учетом изложенного, оснований для отмены меры или изменения пресечения в отношении ФИО1 суд апелляционной инстанции в настоящее время не находит, поскольку, каких-либо новых обстоятельств, в том числе объективных данных о том, что по своему состоянию здоровья обвиняемый не может находиться в условиях следственного изолятора, не установлено.
Судом первой инстанции при рассмотрении ходатайства следователя нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и мотивированного решения, не допущено.
Постановление полностью соответствуют требованиям ч.4 ст. 7 УПК РФ и не противоречит положениям ст. ст. 97, 99 УПК РФ и Постановления Верховного Суда РФ № 41 от 19 декабря 2013 г. «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», Конституции РФ.
Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения постановления суда, в том числе по доводам апелляционной жалобы.
Между тем, постановление суда подлежит изменению в связи с тем, что, удовлетворяя ходатайство следователя о продлении срока содержания ФИО1 под стражей на 3 месяца, не обосновал невозможность окончания расследования уголовного дела в более короткие сроки. В связи с этим постановление суда подлежит изменению в указанной части.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд
постановил:
постановление Кировского районного суда г. Махачкалы от 03 октября 2023 года о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1, <дата> года рождения, изменить, считать продленным срок содержания его под стражей на 2 месяца, всего до 7 месяцев 8 суток, то есть до 20 ноября 2023 года, в остальном постановление суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – удовлетворить частично.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в соответствии с главой 47.1 УПК РФ, в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции. При этом обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.
Судья К.З. Зульфигаров