Дело № 33-14404/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 27.09.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Рябчикова А.Н.,

судей Мартыновой Я.Н.,

ФИО1,

с участием прокурора Балакиной И.Н., при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Дробахиной Е.В., рассмотрела в открытом судебном заседании материалы гражданского дела № 2-23/2023 по исковому заявлению ФИО2 к государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Свердловская областная клиническая больница №1», государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Городская клиническая больница №14», государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Сысертская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, взыскании расходов на ритуальные услуги, расходов по оплате государственной пошлины, поступившее по апелляционной жалобе истца на решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 11.04.2023.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения истца ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя ответчиков ГАУЗ СО «СОКБ № 1» - ФИО3, ГАУЗ СО «ГКБ № 14» - ФИО4, ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ» - ФИО5, возражавших против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

Истец ФИО2 обратилась в суд с иском к ответчикам ГАУЗ СО «СОКБ № 1», ГАУЗ СО «ГКБ № 14», ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ» о компенсации морального вреда, взыскании расходов на ритуальные услуги, расходов по оплате государственной пошлины.

В обоснование требований указано, что 14.09.2021 ( / / )12., являющийся отцом истца, заболел, у него поднялась высокая температура. 16.09.2021 из ГАУЗ СО «ГКБ № 14» вызван врач, которым установлен предварительный диагноз: ... под вопросом, взят ..., выдан ... 18.09.2021 поступила информация об отрицательном результате теста на .... 21.09.2021 из ГАУЗ СО «ГКБ № 14» повторно вызван врач, который подтвердил диагноз ..., назначил препараты: ....

В связи с ухудшением состояния здоровья 22.09.2021 вызвана скорая помощь, врачом сделана кардиограмма, поставлен диагноз - ... под вопросом. В приемном покое ГАУЗ СО «ГКБ № 14» сделан рентген легких, выявлены .... Признаков ... не выявлено, оснований для госпитализации не установлено.

( / / )4 обратился в частную медицинскую клинику 23.09.2021, где проведено внутривенное лечение гептралом, установлен диагноз - обострение гастрита.

Бригадой скорой помощи ( / / )4 доставлен в ГАУЗ СО «ГКБ № 14» 24.10.2021, где ему сделали экспресс-тест на ..., который показал отрицательный результат. Каких-либо изменений легких не установлено, температура в норме.

По настоянию истца ( / / )4 был направлен в ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ». При поступлении экспресс-тест на ... показал положительный результат. Результаты КТ показали ... .... Находился на стационарном лечении до 07.10.2021, после чего выписан на амбулаторное лечение по месту жительства.

В связи с ухудшением состояния ( / / )4 11.10.2021 был вызван врач из ГАУЗ СО «ГКБ №14», а также бригада скорой помощи. Скорая помощь не приехала, врач ГАУЗ СО «ГКБ № 14» назначил препараты от боли в ноге. 16.10.2021 состояние здоровья ( / / )4 ухудшилось, поднялся уровень сахара в крови до 22 ед.

Также, 17.10.2021 была вызвана скорая помощь, ( / / )4 жаловался на сильные боли в ноге, температуру, слабость, скачки сахара в крови. По результатам проведенной кардиограммы была выявлена ..., а также установлен диагноз: .... Поскольку транспортировать ( / / )4 до машины скорой помощи истец самостоятельно не смогла, от госпитализации в стационар они отказались, вызвали платную службу перевозки больных и обратились в ГАУЗ СО «СОКБ № 1», где было проведено ..., установлен ..., наложен ГИПС, поставлен укол .... На просьбу сделать КТ - отказано, оснований для госпитализации не установлено.

В последствие, <дата> у ( / / )4 упала сатурация до ..., а давление – до ..., вследствие чего бригадой скорой помощи он был доставлен в Госпиталь ветеранов войн. По результатам проведенного ... было установлено ... – ....

Смерть ( / / )4 наступила <дата> в <дата>., причиной послужила ....

В рамках проведенной экспертизы страховой компанией ... по обращению истца были выявлены нарушения предоставления медицинской помощи ( / / )4 в ГАУЗ СО «СОКБ № 1», в ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ», которая была привлечена к административной ответственности по ч. 2 ст. 19.20 КоАП РФ, а также в ГАУЗ СО «ГКБ № 14», где сотрудниками СУ СК РФ по Свердловской области установлены признаки преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 124 УК РФ.

Из-за ненадлежащего оказания ответчиками медицинской помощи наступила скоропостижная смерть ( / / )4, что причинило истцу, как дочери, физические и нравственные страдания, которые она оценивает в 2 000 000 руб. Кроме того, истец понесла расходы на погребение в размере 60 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 300 руб., которые истец просит взыскать солидарно с ответчиков.

Решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 11.04.2023 исковые требования удовлетворены частично, с ГАУЗ СО «ГКБ №14» в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 150000 рублей, государственная пошлина 300 рублей, с ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ» в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 100000 рублей, государственная пошлина 300 рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано. Также с ФИО2 в пользу ГАУЗ СО «СОКБ №1» взысканы расходы на проведение судебной экспертизы 8 816 руб. 25 коп.

С данным решением не согласился истец, представила апелляционную жалобу, в которой указывает на несогласие с размером компенсации морального вреда, взысканной судом, поскольку присужденные суммы компенсации не отвечают требованиям разумности и справедливости. Просит изменения суммы в сторону увеличения, полагая их размер чрезмерно заниженным. Также истец не согласен с отказом в удовлетворении исковых требований к ответчику ГАУЗ СО «СОКБ № 1».

В суде апелляционной инстанции истец поддержала доводы апелляционной жалобы, представители ответчиков ГАУЗ СО «СОКБ №1» - ФИО3, ГАУЗ СО «ГКБ № 14» - ФИО4, ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ» - ФИО5 возражали против доводов апелляционной жалобы. Прокурор Балакина И.Н. дала заключение, согласно которому полагала решение законным и обоснованным.

Заслушав участников процесса, заключение прокурора, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность постановленного по делу судебного решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, оценив имеющиеся в деле доказательства, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3 ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (п. 4 ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно ч. 1 ст. 37 указанного закона, медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 указанного закона).

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 2-3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Пунктом 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями ст.ст. 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично им также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

Пунктом 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 (ст.ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены общие основания ответственности за причинение вреда. Согласно данной норме закона вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 3-4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания, причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Как установлено по материалам дела и никем не отрицается, ( / / )4, <дата> года рождения, который приходился отцом истцу ФИО2 скончался <дата>. Согласно справки о смерти № <№> от <дата>, причина смерти – ....

Обстоятельства смерти ( / / )4 а также обстоятельства обращения ( / / )4 в медицинские учреждения (ГАУЗ СО «СОКБ № 1», ГАУЗ СО «ГКБ № 14», ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ») подробным образом отражены в исковом заявлении, в показаниях сторон, изложены в решении суда, а также в других письменных материалах гражданского дела, исследованных в судебном заседании.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что непосредственно до наступления смерти ( / / )4, ему оказывалась медицинская помощь в ГАУЗ СО «СОКБ № 1», ГАУЗ СО «ГКБ № 14», ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ».

На основании определения суда от 06.06.2022 по гражданскому делу назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно выводам, содержащимся в экспертном заключении ...» <№> от <дата>, медицинская помощь на амбулаторном этапе в ГАУЗ СО «ГКБ № 14» ФИО6 оказана своевременно по отношению к моменту обращения, диагноз установлен правильно, в соответствии с имеющимися жалобами и данными клинического, лабораторного обследования, которое проведено верно, но не в полном объеме, а именно: недостатком диагностики явилось невыполнение клинического анализа крови на амбулаторном этапе.

Медицинская помощь на этапе приемного отделения ГАУЗ СО «ГКБ №14» 22.09.2021 оказана своевременно, в соответствии с «Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» версия 11 от 07.05.2021, но не в полном объеме, а именно: не выполнены клинический анализ крови, биохимический анализ крови, общий анализ мочи, электрокардиография, которые были показаны ( / / )4 с учетом длительной ... (более 9 дней), отсутствия изменений на рентгенографии ..., возраста более ... лет, наличия ... (...). Кроме того, с учетом сохранения клиники ..., принадлежности пациента к группе риска по тяжелому течению коронавирусной ... ( / / )4 была показана госпитализация в стационар.

На стационарном этапе в ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ» объем оказанной помощи, алгоритм обследования соответствует временным методическим рекомендациям «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» версия 12 от 21.09.2021. Генно-инженерный биологический препарат был назначен в соответствии с ВМР. Недостатком проведенного лечения является отсутствие лабораторного исследования крови на ферритин, в выписном эпикризе не указана ... ..., которая является причиной ..., при котором высок риск развития ...;

На этапе амбулаторной помощи в ГАУЗ СО «СОКБ № 1» объем оказанной помощи, алгоритм обследования соответствовал жалобам, и установленному диагнозу.

Экспертами отмечено, что смерть ( / / )4 наступила в результате течения ..., осложнившейся развитием .... Наличие у ( / / )4 тяжелой ... способствовали тяжести течения ... и наступлению смерти.

При этом, экспертами сделан вывод, что выявленные недостатки оказания помощи ГАУЗ СО «ГКБ №14», ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ» в совокупности с поздним обращением за медицинской помощью, неоднократным отказом ( / / )4 от госпитализации отсрочили диагностику имеющегося заболевания и, наряду с другими причинами (наличие сопутствующей патологии и индивидуальные особенности реактивности организма) в совокупности способствовали (создавали условия) выраженности тяжести течения заболевания и могут иметь с наступлением неблагоприятного исхода косвенную (непрямую) причинно-следственную связь.

Экспертное заключение выполнено специалистами, имеющими высокий профессиональный уровень, длительный стаж работы, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Суд принял вышеуказанное заключение в качестве допустимого доказательства, которое оценил по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства, собранного по делу, их совокупности.

На основании оценки собранных по делу доказательств судом первой инстанции достоверно установлено, что в действиях работников ГАУЗ СО «ГКБ № 14», ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ» при оказании медицинской помощи ( / / )4 имели место дефекты оказания медицинской помощи.

Выводы суда первой инстанции о том, что допущенные сотрудниками ответчиков ГАУЗ СО «ГКБ № 14», ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ» дефекты оказания медицинской помощи ( / / )4 указывают на наличие косвенной (опосредованной) причинной связи между их действиями и наступившими последствиями, которые могли способствовать ухудшению состояния здоровья ( / / )4 и привести к неблагоприятному для него исходу, то есть к смерти, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.

Суд, делая вывод о взыскании компенсации морального вреда с ГАУЗ СО «ГКБ № 14», ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ» в пользу истца, правомерно исходил из того, что истец испытала нравственные страдания, выразившиеся в переживании за состояние здоровья отца, которому в результате действий работников больниц была оказана ненадлежащая медицинская помощь, выразившаяся в виде дефектов лечения и диагностики.

При определении размера компенсации морального вреда суд, руководствуясь положениями ст. 151, ч. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, принял во внимание степень близости истца и его погибшего отца, характер их семейных взаимоотношений, факт их раздельного проживания, учитывая, что назначением денежной компенсации морального вреда является сглаживание изменения обычного хода жизни родственников погибшего ( / / )4, также учитывая фактические обстоятельства причинения истцу морального вреда, с учетом характера и длительности нравственных страданий, индивидуальные особенности истца и конкретные обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных им страданий, учитывая степень вины причинителей вреда при оказании медицинской помощи. Разрешая спор, суд пришел к выводу, что причиненный истцу моральный вред может быть частично компенсирован денежной выплатой с ГАУЗ СО «ГКБ №14» в сумме 150000 руб., с ГАУЗ СО «Сысертская ЦРБ» в сумме 100000 руб. Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, отвечает критериям разумности и справедливости. Поскольку каких-либо недостатков оказания медицинской помощи ( / / )4 со стороны ГАУЗ СО «СОКБ № 1» не установлено, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца к ГАУЗ СО «СОКБ № 1».

Судебная коллегия соглашается с названными выводами суда первой инстанции о наличии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда и его размере, основанными на законе и фактических обстоятельствах дела. Мотивы, по которым суд пришел к такому выводу, а также оценка доказательств, приведены в решении суда, и считать их неправильными у судебной коллегии оснований не имеется.

В силу ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие юридически значимых обстоятельств. Данные сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио - и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ч. 1). Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2).

Доказательства должны быть относимыми (доказательства должны иметь значение для рассмотрения и разрешения конкретного дела - ст. 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и допустимыми (обстоятельства, которые должны быть подтверждены какими-то определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами - ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3).

Таким образом, при рассмотрении дела суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также остаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца, доказательств, свидетельствующих об отказе в оказании истцу необходимой медицинской помощи, доказательств ненадлежащее оказанной медицинской помощи ( / / )13., либо доказательств того, что действия или бездействия работников ГАУЗ СО «СОКБ № 1» состояли в причинно-следственной связи со смертью ( / / )14., материалы дела не содержат, и таких доказательств ни суду первой, ни и суду апелляционной инстанции не представлено.

Отсутствие нарушений со стороны ответчика ГАУЗ СО «СОКБ № 1» в рассматриваемый период достоверно установлено судом первой инстанции, поэтому в удовлетворении исковых требований к данному ответчику судом отказано правомерно. Судом первой инстанции дана обстоятельная правовая оценка доводам истца с обоснованием мотивов их отклонения, которые подробно изложены в оспариваемом решении.

Доводы апелляционной жалобы о заниженном размере компенсации морального вреда не содержат правовых оснований к отмене правильного судебного решения, не опровергают выводов суда и не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, основаны на неправильном толковании действующего законодательства Российской Федерации, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являющихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, и к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, тогда как у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания к переоценке этих доказательств.

Следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда суд правильно принял во внимание невосполнимость понесенной истцом потери, душевные и нравственные страдания истца в связи со смертью отца, утрату родственных связей, наличие недостатков в оказании медицинской помощи пациенту, отсутствие прямой причинно-следственной связи между имевшими место недостатками и неблагоприятным исходом болезни пациента. Оснований полагать, что размер компенсации определен судом с нарушением требований закона, не имеется. Оснований для изменения указанной суммы также не имеется.

Таким образом, судебная коллегия полагает, что решение суда в части определения размера компенсации морального вреда отвечает требованиям разумности и справедливости, при определении его размера судом учтены все фактические обстоятельства дела, влияющие на размер компенсации морального вреда, подтверждены надлежащими доказательствами.

Следовательно, доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене правильного судебного решения, не опровергают выводов суда и не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, основаны на неправильном толковании действующего законодательства Российской Федерации, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являющихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, и к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, тогда как у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания к переоценке этих доказательств.

Выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального права применены верно, процессуальных нарушений не допущено, поэтому оснований, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения решения суда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ч. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 11.04.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий:

А.Н. Рябчиков

Судьи:

Я.Н. Мартынова

ФИО1