Судья: Антипова И.М. Дело № 33-6007/2023 (2-840/2023)

Докладчик: Сучкова И.А. УИД 42RS0013-01-2023-000599-70

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кемерово 06 июля 2023 года

судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе

председательствующего: Казачкова В.В.

судей: Сучковой И.А., Вязниковой Л.В.

при секретаре: Свининой М.А.

с участием прокурора: Коровиной Е.А.

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи И.А. Сучковой гражданское дело по апелляционной жалобе представителя Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» ФИО1 на решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 04 апреля 2023 года по иску ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

установила:

ФИО2 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу "Угольная компания "Южный Кузбасс" (далее - ПАО "Южный Кузбасс") о компенсации морального вреда.

Требования мотивирует тем, что в период работы в ПАО «Южный Кузбасс» у истца развились профессиональные заболевание в виде:

- <данные изъяты> (Акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ). Заключением МСЭ впервые в ДД.ММ.ГГГГ была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>%. По заключению МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% была установлена <данные изъяты>. В соответствии с заключением врачебной экспертной комиссией № от ДД.ММ.ГГГГ степень вины ПАО «Южный Кузбасс» составляет 87,4 %.

- <данные изъяты>, связанная с воздействием производственных факторов <данные изъяты> (Акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ). Заключением МСЭ впервые в ДД.ММ.ГГГГ была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>%. По заключению МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% была установлена <данные изъяты>. В соответствии с заключением врачебной экспертной комиссией № от ДД.ММ.ГГГГ степень вины ПАО «Южный Кузбасс» составляет 76,6 %.

В соответствии с Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ работодатель добровольно в счет морального вреда выплатил 368 663,69 рублей.

В соответствии с Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ работодатель добровольно в счет морального вреда выплатил 110 403,28 рублей.

Выплаченные суммы считает недостаточными, поскольку претерпевает физические и нравственные страдания, <данные изъяты>.

В соответствии с программой реабилитации пострадавшего показаны <данные изъяты>

Полагает, что сумма компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием: <данные изъяты>, утратой профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% должна составить 800 000 руб., а с учетом вины ПАО «Южный Кузбасс»: 800 000 х 87,4%=699 200 руб., а учитывая добровольно выплаченную сумму ответчиком: 699 200 - 368 663,69 = 330 536,31 руб. Также, сумма компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием: <данные изъяты>, утратой профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% должна составить 600 000 руб., а с учетом вины ПАО «Южный Кузбасс»: 600 000*76,6% = 459 600 руб.

Также заявлено требование о взыскание судебных расходов в размере 10 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

В судебном заседании представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности от 25.11.2022, поддержал исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО1, действующая на основании доверенности от 06.09.2021, возражала против удовлетворения требований.

Решением Междуреченского городского суда Кемеровской области от 04 апреля 2023 года постановлено: иск ФИО2 к Публичному акционерному обществу "Угольная компания "Южный Кузбасс" о взыскании компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества "Угольная компания "Южный Кузбасс" в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда за профессиональное заболевание <данные изъяты> в общей сумме 42 796,72 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 8 000 рублей, отказав в удовлетворении иска в остальной части.

Взыскать с Публичного акционерного общества "Угольная компания "Южный Кузбасс" государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

В апелляционной жалобе представитель ПАО «Южный Кузбасс» ФИО1, действующая на основании доверенности в порядке передоверия от ДД.ММ.ГГГГ, сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ, просит решение отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Указывает, что судом не учтены положения абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», положения ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 20 июня 1996 г. № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности, также нормы ст.ст. 45,46,48 Трудового кодекса Российской Федерации.

Кроме того, судом неправильно истолкованы нормы Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации и коллективного договора по ПАО «Южный Кузбасс», подлежащих применению к спорным отношениям, что привело к повторному взысканию в пользу истца ФИО2 компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

Считает, что стороны трудовых отношений пришли к соглашению о конкретном размере компенсации морального вреда, поскольку истец после выплаты ему компенсации морального вреда возражений не заявлял.

Кроме того, указывает, что сумма в размере 8 000 руб., взысканная судом за услуги представителя завышена, не соответствует принципам разумности и справедливости, сложности дела.

На апелляционную жалобу прокурором поданы возражения.

В заседание судебной коллегии стороны, надлежащим образом извещенные о месте и времени апелляционного рассмотрения дела в порядке ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также путем размещения соответствующей информации на официальном интернет-сайте Кемеровского областного суда, не явились, своих представителей не направили, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявили.

Изучив материалы дела, заслушав мнение прокурора, полагавшего решение суда законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений относительно доводов апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со ст. 327.1 ч. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда и удовлетворения доводов апелляционной жалобы по следующим основаниям:

В силу части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части (пункт 2).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством, подлежащим применении при разрешении требований работника о компенсации морального вреда.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из содержания пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в абзацах втором и четвертом пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в период работы в ПАО «Южный Кузбасс» у истца развились профессиональные заболевания, что подтверждается его трудовой книжкой (л.д.7-9), актами о случаях профессиональных заболеваний (л.д.12,13).

Согласно записи в трудовой книжке истец был уволен ДД.ММ.ГГГГ по собственному желанию в связи с выходом на пенсию п<данные изъяты> (л.д.9 оборот).

У истца установлены профессиональные заболевания:

<данные изъяты> (Акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ) (л.д.13). Заключением МСЭ впервые в ДД.ММ.ГГГГ была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>%. По заключению МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% была установлена <данные изъяты> (л.д.10).

<данные изъяты> (Акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ) (л.д.12). Заключением МСЭ впервые в ДД.ММ.ГГГГ была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>%. По заключению МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% мне была установлена <данные изъяты> (л.д.11).

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда от ДД.ММ.ГГГГ № истец работал водителем автомобиля, <данные изъяты>

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда от ДД.ММ.ГГГГ № истец работал <данные изъяты>

Согласно заключения врачебной экспертной комиссии ФГБНУ «Научно- Исследовательский Институт Комплексных Проблем Гигиены и Профессиональных Заболеваний» № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 25), установлено проф. заболевание <данные изъяты> общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту <данные изъяты>. Степень вины пропорциональная стажу: вина ПАО «Южный Кузбасс»-76,6%.

Согласно заключения врачебной экспертной комиссии ФГБНУ «Научно- Исследовательский Институт Комплексных Проблем Гигиены и Профессиональных Заболеваний» № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.26), установлено профессиональное заболевание <данные изъяты> общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту 29 <данные изъяты> Степень вины пропорциональная стажу: вина ПАО «Южный Кузбасс»-87,4%.

Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания (далее - ПРП) от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлены диагнозы: <данные изъяты>

Поскольку утрата здоровья является невосполнимой, истец в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В досудебном порядке ФИО2 по профессиональному заболеванию <данные изъяты> на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ выплачивалась единовременная компенсация в счет возмещения морального вреда в сумме 110 403,28 рублей. Размер компенсации рассчитан согласно п.10.2.2 Коллективного договора по трудовым и социальным гарантиям трудящихся ПАО «Южный Кузбасс», исходя из средней заработной платы работника, с учетом вины предприятия в 76,6 %, (л.д.54).

В досудебном порядке ФИО2 по профессиональному заболеванию <данные изъяты> на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ выплачивалась единовременная компенсация в счет возмещения морального вреда в сумме 368 663,69 рублей. Размер компенсации рассчитан согласно п.5.4 ФОС, п.10.2.2 Коллективного договора по трудовым и социальным гарантиям трудящихся ПАО «Южный Кузбасс», исходя из средней заработной платы работника, с учетом вины предприятия в 87,4 %, (л.д.55).

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные по делу доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заболевания истца - <данные изъяты> являются профессиональными, непосредственной их причиной явилась тяжесть трудового процесса истца и вредность, необеспечение ответчиком безопасных условий труда и признал за ФИО2 право на компенсацию морального вреда в соответствии с положениями ст. 150, ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принял во внимание степень нравственных и физических страданий истца, исходя из фактических обстоятельств настоящего дела, принципа разумности и справедливости, учитывая <данные изъяты>

- по заболеванию <данные изъяты>, в размере 200 000 рублей, что составило с учетом вины ответчика в 76,6% сумму 153 200 рублей, а учитывая ранее произведенную ответчиком выплату (110 403,28 руб.) взыскал 42 796,72 руб.

-по заболеванию <данные изъяты> в размере 400 000 рублей, что составило с учетом вины ответчика в 87,4% сумму 349 600 рублей, а учитывая ранее произведенную ответчиком выплату (368 663,69 руб.) пришел к выводу, что оснований для до взыскания денежных средств по данному профессиональному заболеванию не усматривается.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судебная коллегия в полной мере соглашается с выводами суда первой инстанции.

В п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Исходя из разъяснений, изложенных п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 учитывая, что факт причинения вреда здоровью истцу подтвержден и вина ответчика установлена, исковые требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда ФИО2 заявлены правомерно.

То обстоятельство, что истцу причинен моральный вред, который подлежит компенсации, ответчик не оспаривает. Напротив, выплата компенсации на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ и на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ свидетельствует о согласии ответчика с тем, что причинение морального вреда истцу имело место быть.

При этом, то обстоятельство, что на основании вышеуказанного приказа истцу уже выплачена компенсация морального вреда, не является безусловным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, в связи с чем доводы жалобы ПАО «Южный Кузбасс» судебная коллегия находит несостоятельными.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, не оформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Из разъяснений данных в абзаце 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Исследовав юридически значимые обстоятельства, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, приняв во внимание, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, и их защита должна быть приоритетной, суд обоснованно исходил из установленного факта длительного воздействия в период работы у ответчика на организм ФИО2 вредных производственных факторов, которые привели к возникновению у него профессиональных заболеваний.

Доводы, изложенные в жалобе относительно несогласия с размером судебных расходов, не могут служить основанием для отмены либо изменения решения суда в указанной части, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм процессуального права, а по существу направлены на переоценку выводов суда, оснований для которой судебная коллегия не находит.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 10, 11, 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием; расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. 2 и 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В обосновании понесенных судебных расходов представлен договор на оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между истцом и ФИО3, предметом которого является оказание юридических услуг по делу о компенсации морального вреда в связи с установленной утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессиональных заболеваний, и цена по договору составляет 10 000 рублей, оплата по данному договору в размере 10 000 руб. подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.30,31).

При решении вопроса о распределении судебных расходов судом первой инстанции соблюден необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, учтены соотношение расходов с объемом защищаемого права, а также фактическим объемом и характером услуг, оказанных представителем истца, на основании чего обосновано взысканы судебные расходы в размере 8 000 руб.

Судебная коллегия считает, что в ходе рассмотрения дела суд правильно определил характер правоотношений между сторонами.

Нарушений норм материального права судом не допущено, выводы суда не противоречат обстоятельствам дела и представленным суду доказательствам, согласуются с приведенными в судебном решении правовыми нормами.

В целом доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, повторяют позицию ответчика, занятую в суде первой инстанции, в связи с чем, признаются судебной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием в силу положений ст. 330 ГПК РФ для отмены обжалуемого решения суда.

Руководствуясь ч.1 ст. 327.1, ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 04 апреля 2023 года в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий: В.В. Казачков

Судьи: И.А. Сучкова

Л.В. Вязникова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06.07.2023