РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 октября 2022 года город Москва

Тверской районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Утешева С.В., при секретаре Абдусамадовой А.М., с участием прокурора Зайцевой Т.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3996/2022 по иску ФИО1 к ГУ - Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации о признании права на получение единовременной и ежемесячных страховых выплат, взыскании единовременной страховой выплаты, задолженности по ежемесячным страховым выплатам, пени, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ГУ - Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации о признании права на получение единовременной и ежемесячных страховых выплат, взыскании единовременной страховой выплаты в размере 1 000 000 руб., пени за невыплату в установленный срок единовременной выплаты за период с 03 декабря 2020 года по 18 октября 2022 года в размере 3 425 000 руб., пени за невыплату в установленный срок единовременной выплаты начиная с 19 октября 2022 года по день осуществления выплаты, задолженность по осуществлению ежемесячной страховой выплаты в размере 1 181 301 руб. 66 коп., компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб.

Требования мотивированы тем, что ее супруг ФИО2 с 08 мая 2018 года работал в должности водителя-оператора МКМ-200 в ООО «Союзмеханизация». 18 июля 2018 года с ФИО2 произошел несчастный случай на производстве со смертельным исходом, 30 ноября 2018 года составлен акт № 1 о несчастном случае на производстве, между тем, ГУ - Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации отказалось квалифицировать данный несчастный случай, как страховой. 25 ноября 2020 года она обратилась к ответчику с заявлением о назначении единовременной страховой выплаты, на которое ответа не последовало. 12 марта 2022 года она обратилась с жалобой в ФСС России, которая также была оставлена без внимания. Полагает, что ответчик без законных на то оснований не назначил ей единовременную и ежемесячные страховые выплаты, в связи с чем она обратилась в суд с вышеуказанными требованиями.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом, воспользовался право, предусмотренным ст. 48 ГПК РФ, на ведение дела через представителей по доверенности ФИО3, ФИО4, которые в судебном заседании исковые требования поддержали.

Представитель ответчика по доверенности ФИО5 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Представитель третьего лица ООО «Союзмеханизация» по доверенности ФИО6 в судебное заседание явился, просил исковые требования частично удовлетворить, представлен отзыв на иск.

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд полагал возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к следующему.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", как следует из его преамбулы, устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях.

В соответствии ч. 1 ст. 7 Федерального Закона № 125-ФЗ от 24 июля 1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая.

Судом установлено, что с 08 мая 2018 года супруг истца ФИО2 работал в ООО «Союзмеханизация» в должности водителя-оператора, трудовой договор прекращен 18 июля 2018 года по п. 6 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи со смертью работника.

30 ноября 2018 года работодателем составлен акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве, из содержания которого следует, что гибель ФИО2 произошла в период работы 18 июля 2018 года в результате поражения техническим электричеством, основной причиной несчастного случая указано неудовлетворительное производство работ, выразившееся в самовольном проведении погрузо-разгрузочных работ в действующих электроустановках, а также расширение рабочего места и объема задания, самовольное приближение пострадавшего на недопустимое рассмотрение к многофункциональному крану-манипулятору, находящемуся под напряжением в связи с ранее произошедшей аварийной ситуацией.

Изначально экспертная комиссия филиала № 8 Отделения Фонда заключением № 3001-11 от 26 декабря 2018 года квалифицировала несчастный случай, произошедший с ФИО2, как не страховой.

В дальнейшем, в связи с поступлением жалобы ФИО1 в ФСС России 30 марта 2022 года в филиал № 8 Отделения Фонда поступило письмо ГУ-МРО ФСС России с предписанием в срок до 01 апреля 2022 года повторно произвести экспертизу по проверке наступления страхового случая с учетом мнения Департамента организации страхования профессиональных рисков, которым было принято решение об удовлетворении жалобы ФИО1 в части отмены решения Отделения Фонда о признании несчастного случая не страховым.

31 марта 2022 года экспертная комиссия филиала № 8 Отделения Фонда заключением № 784-ЗэНС от 31 марта 2022 года переквалифицировала несчастный случай, произошедший с ФИО2, как страховой.

27 июня 2022 года в адрес ФИО1 филиалом № 39 ГУ-МРО ФСС России направлено письмо об обеспечении по страхованию, в котором указывалось на необходимость предоставления полного комплекта документов для рассмотрения вопроса о страховом обеспечении.

Согласно ч. 2 ст. 7 Федерального закона № 125-ФЗ от 24 июля 1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» в редакции, действующей на момент наступления страхового случая, право на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая имеют:

нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания;

ребенок умершего, родившийся после его смерти;

один из родителей, супруг (супруга) либо другой член семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за состоявшими на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими возраста 14 лет либо хотя и достигшими указанного возраста, но по заключению федерального учреждения медико-социальной экспертизы (далее - учреждение медико-социальной экспертизы) или медицинской организации признанными нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе;

лица, состоявшие на иждивении умершего, ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет со дня его смерти.

В случае смерти застрахованного один из родителей, супруг (супруга) либо другой член семьи, неработающий и занятый уходом за детьми, внуками, братьями и сестрами умершего и ставший нетрудоспособным в период осуществления ухода, сохраняет право на получение страховых выплат после окончания ухода за этими лицами. Иждивенство несовершеннолетних детей предполагается и не требует доказательств.

В соответствии с п. 2 ст. 11 вышеназванного ФЗ в случае смерти застрахованного размер единовременной страховой выплаты составляет один миллион рублей.

Согласно п. 6 ст. 15 ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" в случае смерти застрахованного единовременная страховая выплата производится равными долями супруге (супругу) умершего (умершей), а также иным лицам, указанным в пункте 2 статьи 7 настоящего Федерального закона, имевшим на день смерти застрахованного право на получение единовременной страховой выплаты.

Таким образом, супругу умершего застрахованного единовременная страховая выплата назначается и выплачивается независимо от его нетрудоспособности и нахождения на иждивении застрахованного.

Аналогичные положения содержатся в п. 6 ст. 15 Федерального закона № 125-ФЗ от 24 июля 1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» в редакции, действующей на момент признания произошедшего несчастного случая на производстве страховым, при этом, п. 2 ст. 7 Федерального закона, дополнен в том числе указанием на право на получение единовременной страховой выплаты в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая супругом (супругой) умершего.

Согласно абз. 5 п. 2.1 ст. 7 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ право на получение ежемесячных страховых выплат в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая имеют:

- дети умершего, не достигшие возраста 18 лет, а также его дети, обучающиеся по очной форме обучения, - до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет;

- ребенок умершего, родившийся после его смерти;

- один из родителей, супруг (супруга) либо другой член семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за состоявшими на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими возраста 14 лет либо достигшими указанного возраста, но по заключению учреждения медико-социальной экспертизы или медицинской организации признанными нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе;

- иные нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания, а также лица, состоявшие на иждивении умершего, ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет со дня его смерти.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 имеет право на получение единовременной страховой выплаты в размере 1 000 000 руб. в соответствии с п. 2 ст. 11 Федерального закона № 125-ФЗ, в связи со смертью ФИО8 в результате несчастного случая на производстве признанного страховым.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", к лицам имеющим право на обеспечение по страхованию в случае смерти застрахованного лица относятся: нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания; ребенок умершего, родившийся после его смерти; лица, состоявшие на иждивении умершего и ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет после его смерти.

Право нетрудоспособных иждивенцев на возмещение вреда по случаю потери кормильца не ставится в зависимость от того, состоят ли они в какой-либо степени родства или свойства с умершим кормильцем. Основополагающими юридическими фактами в этом случае являются факт состояния на иждивении и факт нетрудоспособности.

Необходимо иметь в виду, что члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (пункт 3 статьи 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации"). Иждивенство детей, не достигших возраста 18 лет, предполагается и не требует доказательств.

Право на получение страховых выплат в связи со смертью застрахованного может быть предоставлено и в том случае, если решением суда будет установлено, что при жизни застрахованный оказывал нетрудоспособным лицам постоянную помощь, которая являлась для них постоянным и основным источником средств к существованию, несмотря на имеющийся у этих лиц собственный доход.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд не усматривает оснований для удовлетворения требования истца о признании права на получение ежемесячных страховых выплат, взыскании задолженности по ежемесячным страховым выплатам, пени, поскольку у истца отсутствует право на назначение такового рода страхового обеспечения, так как истец не являлась нетрудоспособной, состоявшей на иждивении умершего, доказательства обратного в материалы дела вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ представлены не были.

В силу положений пункта 2 статьи 10 и пункта 7 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ единовременные страховые выплаты выплачиваются не позднее одного календарного месяца со дня назначения указанных выплат, а в случае смерти застрахованного - лицам, имеющим право на их получение, в двухдневный срок со дня представления страхователем страховщику всех документов, необходимых для назначения таких выплат. Ежемесячные страховые выплаты производятся страховщиком не позднее истечения месяца, за который они начислены.

Согласно пункту 8 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ при задержке страховых выплат в установленные сроки субъект страхования, который должен производить такие выплаты, обязан выплатить застрахованному и лицам, имеющим право на получение страховых выплат, пеню в размере 0,5 процента от невыплаченной суммы страховых выплат за каждый день просрочки.

Как разъяснено в пункте 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", если при рассмотрении дела будет установлено, что страховщик незаконно отказал застрахованному лицу в назначении страхового возмещения либо назначил страховые выплаты в меньшем размере, суд восстанавливает нарушенное право застрахованного по его иску путем взыскания основной суммы долга по страховым выплатам. Взыскание предусмотренной пунктом 8 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ пени за период, предшествующий вступлению решения суда в законную силу, в указанном случае не производится, поскольку между сторонами возник спор по существу обязательства и только после его разрешения судом страховщику стало известно об обязанности в бесспорном порядке производить страховые выплаты в размере, определенном в решении.

С учетом вышеприведенных правовых норм юридически значимым при разрешении спора являлось выяснение обстоятельств, когда был установлен размер страховой выплаты, и, как следствие, возникновение у ответчика обязанности назначить и выплачивать истцу выплату в установленном законом размере.

Поскольку право на назначение единовременной страховой выплаты признано за истцом судом при рассмотрении настоящего иска, при этом, ранее данное право ответчиком оспаривалось, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ГУ - Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации пени за несвоевременную выплаты единовременной страховой выплаты.

Разрешая требование о взыскании компенсации морального вреда и отказывая в его удовлетворении, суд принимает во внимание следующее.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Абзац десятый статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

В силу ч. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 Кодекса.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

При определении размеров компенсации суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 20.12.1994 года (с последующими редакциями) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 3 приведенного Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Таким образом, для взыскания компенсации необходимо наличие одновременно следующих обстоятельств: подтверждение факта причинения истцу физических и нравственных страданий, причинная связь между их наступлением и действиями ответчика, вина причинителя (п. 1 - 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности. Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть первая статьи 56 ГПК РФ), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда, при этом, исходит из того, что истцом в материалы дела вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ, не представлены относимые и допустимые доказательства, свидетельствующие о причинении морального вреда, что является основанием для отказа в удовлетворении данного требования.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ГУ - Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации о признании права на получение единовременной и ежемесячных страховых выплат, взыскании единовременной страховой выплаты, задолженности по ежемесячным страховым выплатам, пени, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Признать право ФИО1 на получение единовременной страховой выплаты, в связи со смертью в результате несчастного случая на производстве ФИО2.

Взыскать с ГУ - Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации в пользу ФИО1 единовременную страховую выплату в размере 1 000 000 руб., в удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Судья Утешев С.В.

Решение изготовлено в окончательной форме 03.11.2022.