В О Р О Н Е Ж С К И Й О Б Л А С Т Н О Й С У Д

№ 33-6805/2023

Дело № 2-11/2023

УИД 36RS0006-01-2020-005277-89

Строка 2.204

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 сентября 2023 года г. Воронеж

судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего Кузнецовой Л.В.,

судей Безрядиной Я.А., Храпина Ю.В.,

при секретаре Тринеевой Ю.Ю.,

с участием прокурора Трухачевой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Воронежского областного суда по докладу судьи Безрядиной Я.А.

гражданское дело № 2-11/2023 по иску Копылевской Аллы Николаевны, Копылевской Елены Ивановны к обществу с ограниченной ответственностью «Скорая помощь 072» о взыскании компенсации морального вреда

по апелляционным жалобам общества с ограниченной ответственностью «Скорая помощь 072» и Пруцкова Дмитрия Рудольфовича

на решение Центрального районного суда г. Воронежа от 31 мая 2023 г. (судья районного суда Клочкова Е.В.),

УСТАНОВИЛ

А :

Копылевская А.Н. и Копылевская Е.И. обратились в суд с иском к ООО «Скорая помощь 072» о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ в 22.20 час. к ФИО9, который является для Копылевской А.Н. отцом, а для Копылевской Е.И. – супругом, была вызвана платная скорая помощь ООО «Скорая помощь 072». Поводом послужило повышение у него артериального давления и сильные боли в области шейно-воротниковой зоны.

Прибывшие сотрудники - врач скорой медицинской помощи Пруцков Д.Р. и фельдшер скорой и неотложной помощи ФИО8 в лице ООО «Скорая помощь 072» заключили с ФИО9 договор от ДД.ММ.ГГГГ об оказании платных медицинских услуг на сумму 5 600 руб. ФИО9 жаловался на сильные боли в области шейно-воротниковой зоны, но сотрудники скорой помощи сказали, что волноваться не стоит, так как это остеохондроз. После сбора анамнеза сотрудники ООО «Скорая помощь 072» поставили диагноз: «Гипертоническая болезнь, кардиоцеребральный вариант. Риск ССО IV, криз (неосложненный)». Далее ФИО9 были введены внутримышечно элзепам 0,1% 1 мл., дротаверин 2% 4 мл., клофелин 0,001% 1 мл., внутривенно: эбрантил 0,5% 5 мл., магния сульфат 25% 5 мл. После убытия медицинских сотрудников, спустя некоторое время ФИО9 скончался по адресу своего проживания. Госпитализация сотрудниками скорой медицинской помощи ФИО9 не предлагалась.

Решением Центрального районного суда г. Воронежа от 31.05.2023, с учетом определения об исправлении описки от 13.07.2023, с ООО «Скорая помощь 072» в пользу Копылевской А.Н. и Копылевской Е.И. взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 руб. в пользу каждой, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 600 руб. по 300 руб. в пользу каждой. С ООО «Скорая помощь 072» в пользу ТОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» взысканы расходы по оплате судебной экспертизы в размере 68 106 руб. (т. 5 л.д. 121-136, 137-138).

В апелляционной жалобе ответчик ООО «Скорая помощь 072» просит решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, отказать в удовлетворении требований в полном объеме. В жалобе указано, что смерть ФИО9 не находится в прямой причинно-следственной связи с действиями сотрудников ответчика. Районным судом ошибочно установлено, что допущены дефекты оказания медицинской помощи. Кроме того, ответчик указывает, что при проведении судебной экспертизы были предоставлены в экспертное учреждение не все имеющиеся доказательства. Судом первой инстанции не проведен анализ имеющихся в материалах дела заключений экспертов, необоснованно отклонены выводы представленного ответчиком экспертного заключения. Также полагает размер взысканной компенсации морального вреда не соответствующим требованиям разумности и справедливости (т. 5 л.д. 174-183).

Третье лицо ФИО1 просит решение суда отменить, отказать в удовлетворении требований в полном объеме. Указывает, что медицинская помощь ФИО9 была оказана им в полном объеме в соответствии с Порядком и стандартами оказания медицинской помощи и скорой медицинской помощи. Заключение судебной экспертизы является недопустимым доказательством по делу. Кроме того указывает, что не был извещен о судебном заседании, назначенном на 31.05.2023 (т. 5 л.д. 203-308).

В письменных возражениях ФИО2, ФИО4 просят решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы ответчика и третьего лица - без удовлетворения (т. 6 л.д. 2-9, 10-21).

В возражениях на апелляционную жалобу прокуратурой Центрального района г. Воронежа указано на законность принятого судебного акта (т. 6 л.д. 32-36).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика по доверенности ФИО5 доводы жалобы поддержал, просил решение районного суда отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Представитель истцов по ордеру адвокат Чернышова И.А. против удовлетворения апелляционных жалоб возражала, поддержала доводы письменных возражений.

В заключении представитель отдела прокуратуры Воронежской области Трухачева А.В. полагала постановленное районным судом решение законным и обоснованным, не подлежащим отмене по доводам апелляционных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о дне слушания извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении не поступало.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия, руководствуясь положениями части 1 статьи 327 и части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, письменных возражений, выслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

В силу статьи 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Стандарт медицинской помощи предполагает обязательное использование методик, необходимых для диагностики заболеваний, характера и объема лекарственных средств, манипуляций процедур, адекватных уровню развития современной науки. Надлежащая медицинская услуга, исходя из анализа правовых норм, регламентирующих оказание медицинских услуг, характеризуется совокупностью признаков: может оказываться лишь надлежащим медицинским работником; должна быть своевременной. Даже запоздалое обращение пациента за медицинской услугой не освобождает медицинских работников от обязанности проведения показанных пациенту диагностических и лечебных мероприятий. Несвоевременное или некачественное оказание медицинской услуги, не проведение медицинскими работниками показанных пациентам всех объемов диагностических или лечебных мероприятий; методологически и технически неправильное выполнение диагностических и лечебных вмешательств, в том числе, не проведение необходимых исследований (отступление от медицинских стандартов), ненадлежащее оформление медицинской документации (не соответствие действий (бездействия) медицинского работника протоколам ведения больных (медицинским стандартам), является противоправным действием (бездействием), нарушением профессиональных обязанностей медицинскими работниками.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи (пункт 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, истец ФИО2 является дочерью, а ФИО4 – супругой ФИО9

ДД.ММ.ГГГГ в 22.20 час. к ФИО9 была вызвана платная скорая помощь ООО «Скорая помощь 072», поводом послужило повышение у него артериального давления и сильные боли в области шейно-воротниковой зоны.

Прибывшие сотрудники - врач скорой медицинской помощи ФИО1 и фельдшер скорой и неотложной помощи ФИО8 в лице ООО «Скорая помощь 072» заключили с ФИО9 договор от ДД.ММ.ГГГГ об оказании платных медицинских услуг на сумму 5 600 руб. ФИО9 жаловался на сильные боли в области шейно-воротниковой зоны, а также на повышение артериального давления.

После сбора анамнеза сотрудники ООО «Скорая помощь 072» поставили диагноз: «Гипертоническая болезнь, кардиоцеребральный вариант. Риск ССО IV, криз (неосложненный)». Далее ФИО9 были введены внутримышечно элзепам 0,1% 1 мл., дротаверин 2% 4 мл., клофелин 0,001% 1 мл., внутривенно: эбрантил 0,5% 5 мл., магния сульфат 25% 5 мл. После убытия медицинских сотрудников, спустя некоторое время ФИО9 скончался по адресу своего проживания.

По факту оказания медицинских услуг, не отвечающих требованиям безопасности, повлекших по неосторожности смерть ФИО9 было возбуждено уголовное дело №.

Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа № 3077 от 08.10.2019 у ФИО9 имела место внезапная коронарная смерть на фоне мелкоочагового диффузного и периваскулярного кардиосклероза.

Постановлением старшего следователя следственного отдела по Коминтерновскому району г. Воронежа СУ СК России по Воронежской области от ДД.ММ.ГГГГ была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено комиссии экспертов БУЗ ВО «Воронежское областное бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению № 120.19 БУЗ ВО «Воронежское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» причиной летального исхода ФИО9 явилась внезапная коронарная смерть на фоне гипертонической болезни. По результатам проведенного анализа, каких-либо недостатков оказания медицинской помощи, находящихся в причинно-следственной связи со смертью ФИО9 экспертами комиссии не усматривается. Неотложная медицинская помощь ФИО9 сотрудниками ООО «Скорая помощь 072» ДД.ММ.ГГГГ была оказана своевременно и в полном объеме.

Постановлением следователя следственного отдела по Коминтерновскому району г. Воронежа СУ СК России по Воронежской области от ДД.ММ.ГГГГ была назначена дополнительная комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам ГБУ РО «Бюро СМЭ имени Д.И. Мастбаума».

Согласно заключению № 46 ГБУ РО «Бюро СМЭ имени Д.И. Мастбаума» первоначальной причиной смерти явилось заболевание - острый инфаркт миокарда в стадии некроза (обозначаемый в Международной статистической классификации болезней и проблем связанных со здоровьем, 10-го пересмотра, как «121.9 Острый инфаркт миокарда неуточненный»). Уточнить конкретную локализацию очага инфаркта миокарда по имеющимся данным не представляется возможным ввиду отсутствия макроскопического описания инфаркта в акте судебно-медицинского исследования.

Непосредственно причиной смерти послужило осложнение-нарушение сердечного ритма по типу фибрилляции желудочков. Между вышеперечисленным заболеванием с одной стороны и смертью ФИО9 с другой стороны -присутствует прямая причинно-следственная связь.

По данным жалоб, анамнеза и клинической картины, описанных в первичной медицинской документации, у пациента не было данных за острый коронарный синдром. Однако, сравнение доступных ЭКГ от мая 2019 г. и октября 2019 г. демонстрирует динамику подъема сегмента STв I и aVL отведении с намечающимся подъемом в отделениях V2-V3. Учитывая разницу во времени снятия при снятии ЭКГ ДД.ММ.ГГГГ можно констатировать, что пациент имел стойкий подъем STи. Эти данные, несмотря на отсутствие типичной клинической картины, должны быть расценены как острый коронарный синдром с подъемом сегмента ST. Поскольку острый коронарный синдром с подъемом сегмента ST ДД.ММ.ГГГГ не был распознан, то и лечение его не проводилось и, соответственно, медицинская помощь не оказывалась.

Недостаток диагностики - по результатам электрокардиографии не распознан острый коронарный синдром у ФИО9 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, связи с чем, не было проведено соответствующее лечение, что создало условия для не корригируемого мерами медицинской помощи прогрессирования патологического процесса, с развитием острого инфаркта миокарда вплоть до наступления смерти ФИО9 Следует учитывать, что своевременно и правильно назначенное и проведенное лечение могло бы воспрепятствовать прогрессированию острого коронарного синдрома и повысить вероятность наступления благоприятного исхода (сохранение жизни пациента).

Таким образом, вышеизложенное является основанием для выводов: об отсутствии прямой причинно-следственной связи между недостатком диагностики острого коронарного синдрома с одной стороны, и смертью ФИО9 с другой стороны; о наличии непрямой (то есть косвенной) причинно-следственной связи между этими событиями.

Возражая относительно доводов истцов, ответчик ссылался на отсутствие допущенных дефектов при оказании медицинской помощи, а также на недоказанность прямой причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и наступившими последствиями в виде смерти ФИО9

Для проверки доводов сторон, по ходатайству стороны истцов, определением Центрального районного суда г. Воронежа от 08.12.2022 по делу назначена комплексная посмертная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам ТОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению ТОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № 39 при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО9 был выявлен стенозирующий атеросклероз артерий сердца с атероматозом и кальцинозом, с кровоизлиянием в бляшку (IV стадия, 3 степень, сужение передней межжелудочковой ветви левой венечной артерии в области устья до 75 %, на остальном протяжении до 50 %, огибающей ветви левой венечной артерии до 50 %), мелкоочаговый диффузный и периваскулярный кардиосклероз, а также увеличение размеров и веса сердца, гипертрофия миокарда желудочков сердца. Данная патология сердечно-сосудистой системы является наиболее частой причиной внезапной сердечной смерти у лиц старше 40 лет, то есть этиология и патогенез (развитие) патологического процесса у ФИО9 связаны с осложнением нестабильной атеросклеротической бляшки (тромбозом) коронарной артерии

Смерть ФИО9 наступила в результате острой коронарной смерти на фоне гипертонической болезни.

Медицинская помощь ФИО9 сотрудниками ООО «Скорая медицинская помощь 072» ДД.ММ.ГГГГ была оказана своевременно, не в полном объеме и частично неправильно.

Лекарственные препараты: клофелин, эбрантил, сульфат магния входят в Стандарт скорой медицинской помощи при гипертензии, утвержденный приказом Министерством здравоохранения Российской Федерации № 470н от 05.07.2016 элзепам и дротаверин в указанный стандарт не входят.

Согласно Клиническим рекомендациям Скорая медицинская помощь под редакцией академика РАН С.Ф. Багненко, утвержденным правлением Российского общества скорой медицинской помощи и профильной комиссией по специальности «Скорая медицинская помощь» Минздрава России в 2014-2015 годах, а именно Клиническим рекомендациям по оказанию скорой медицинской помощи при повышении артериального давления, медицинская помощь при неосложненном гипертоническом кризе без повышения симпатической активности внутривенно струйно медленно под контролем АД вводится урапидил (эбрантил) в дозе 12,5 мг. При недостаточном эффекте - повторно инъекция урапидила (эбрантила) в той же дозе не раньше, чем через 5 мин. Артериальное давление необходимо снижать в течение 30-60 мин не более чем на 25 % исходной величины. Далее стабилизировать АД принято в течение нескольких часов. При оказании медицинской помощи ФИО9 применение дополнительных гипотензивных препаратов: клофелина и сульфата магния не оправдано. Тем более применение нескольких гипотензивных препаратов, внутримышечное их введение может привести к неконтролируемому снижению АД. В связи, с чем неправильная тактика в оказании медицинской помощи ФИО9 привела к снижению АД в течение 20 мин более чем на 25 % исходной величины, а именно с 210/120 мм рт. ст. до 130/80 мм рт. ст., что является недостатком оказания медицинской помощи.

Между выявленным недостатком оказания медицинской помощи и смертью ФИО9 причинно-следственная связь отсутствует, так как этиология и патогенез (развитие) острой коронарной смерти не связаны с изменениями уровня артериального давления (снижение АД в течение 20 мин более чем на 25 % исходной величины, а именно с 210/120 мм рт. ст. до 130/80 мм рт. ст.), а связаны с осложнением нестабильной атеросклеротической бляшки (тромбозом) коронарной артерии.

Применение лекарственных препаратов: элзепам и дротаверин клиническими рекомендациями по оказанию скорой медицинской помощи при повышении АД не предусмотрено. Существенной роли в снижении АД они не имеют.

Дефектов диагностики ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ, в частности, по результатам ЭКГ, не выявлены. ДД.ММ.ГГГГ клиническая картина «Острого коронарного синдрома» отсутствовала. Медицинская помощь сотрудниками ООО «Скорая помощь 072» оказывалась в соответствии с установленным диагнозом.

Учитывая данные медицинской документации - данные анамнеза, жалоб, данным объективного осмотра и ЭКГ, поставленный врачом ФИО3 диагноз ФИО9 соответствовал клинической картине.

В настоящее время в судебной медицине отсутствуют какие-либо научно-обоснованные медицинские технологии и рекомендованные экспертные методики, позволяющие моделировать исходы заболевания (смерть, выздоровление и т.д.) у лиц с тяжелой формой сердечно-сосудистого заболевания.

Все лекарственные препараты, которые были применены для оказания скорой медицинской помощи ФИО9, кроме элзепама и дротаверина, входят в действующий Стандарт скорой медицинской помощи при гипертензии, утвержденный приказом Министерством здравоохранения Российской Федерации №н от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи бригадой ООО «Скорая помощь 072» ФИО9 и его смертью отсутствует.

Правильно оценив заключения экспертов ТОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № 39, ГБУ РО «Бюро СМЭ имени Д.И. Мастбаума» № 46 в совокупности с другими представленными доказательствами по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при этом критически оценив экспертное заключение о качестве оказания медицинской помощи от 27.09.2022, подготовленное ФИО15, учитывая имеющиеся дефекты в оказании медицинской помощи, тяжесть причиненных истцам физических и нравственных страданий ввиду смерти близкого человека, требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу каждого из истцов компенсации морального вреда в размере 100 000 руб.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судебная коллегия не усматривает оснований ставить под сомнение выводы экспертов ТОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы». При проведении исследования ими использовались данные, имеющиеся в материалах дела, медицинская документация, экспертиза проведена в соответствии с установленным порядком её проведения, согласно статье 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение содержит подробное описание проведенного исследования, его выводы содержат ответы на поставленные судом вопросы, то есть, заключение соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Квалификация и уровень экспертов сомнений у судебной коллегии не вызывают, более того, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Судебной коллегией не установлено обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, на основании которых можно усомниться в правильности или обоснованности заключения экспертов. Оснований расценивать заключение экспертов как недопустимое доказательство не имеется.

Доказательств, опровергающих содержащиеся в заключении экспертов выводы, суду первой либо апелляционной инстанции не представлено. Кроме того, указание о несогласии с выводами экспертизы не может свидетельствовать о необоснованности выводов экспертов.

При этом судом первой инстанции указано, что при проведении судебной экспертизы ТОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» оригиналы проведенных ФИО9 ЭКГ представлены не были по причине их отсутствия в материалах настоящего гражданского дела, а также в материалах уголовного дела.

По этой причине, в основу решения суда, в том числе, положено заключение ГБУ РО «Бюро СМЭ имени Д.И. Мастбаума», проведенное в рамках уголовного дела, поскольку на момент производства экспертизы эксперты обладали результатами ЭКГ, проведенной ФИО9 как в мае 2019 г., так и от ДД.ММ.ГГГГ.

При этом судом первой инстанции верно не принято во внимание экспертное заключение о качестве оказания медицинской помощи от 27.09.2022, подготовленное ФИО15, поскольку данный эксперт не предупреждался судом об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение, кроме того, данное лицо является специалистом, а не экспертом.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, с учетом установленных по делу обстоятельств, правоотношений сторон, надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, руководствуясь статьями 151, 1064, 1068, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации», пришел к правильному выводу о том, что медицинская помощь ФИО9 оказана не в полном объеме, и частично неправильно, о наличии причинной связи между дефектами оказания медицинской помощи, хотя и не явившихся причиной смерти ФИО9, но повлиявших на качество оказанной пациенту медицинской помощи, не отвечающей установленным порядкам и стандартам, утвержденным уполномоченным федеральным органом исполнительной власти Министерства здравоохранения Российской Федерации и наступившими последствиями в причинении морального вреда истцам, в связи с чем, признал за ними право на компенсацию морального вреда.

При этом суд указал, что отсутствие прямой причинно-следственной связи между дефектами медицинской помощи, оказанной ФИО9, и наступившими последствиями в виде летального исхода, в данном случае не имеет определяющего значения.

Ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза, и как следствие, неправильное лечение пациента, не проведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.д.) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Районным судом принято во внимание, что заключением судебной экспертизы установлена неправильная тактика в оказании медицинской помощи ФИО9 по снижению артериального давления, заключением ГБУ РО «Бюро СМЭ имени Д.И. Мастбаума» установлен острый коронарный синдром с подъемом сегмента ST ДД.ММ.ГГГГ, который не был распознан.

При определении размера компенсации морального вреда судом учитывались все существенные для разрешения данного вопроса обстоятельства, в том числе: степень вины ответчика, характер и степень физических и нравственных страданий истцов, а также требования разумности и справедливости, ввиду чего судебная коллегия не находит оснований для его изменения.

Доводы ответчика и третьего лица о допущенных судом процессуальных нарушениях, выразившихся в не извещении о времени и месте судебной заседания, не предоставлении времени для ознакомления с заключением экспертов, судебная коллегия находит несостоятельными.

Частью 1 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

Согласно пункту 3 части 2 статьи 117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и другие участники процесса считаются извещенными надлежащим образом судом, если судебное извещение вручено представителю лица, участвующего в деле.

Как следует из телефонограмм от 24.05.2023 представитель ответчика адвокат Зотов Л.А., представитель третьего лица адвокат Новиков К.Б. извещены о судебном заседании, назначенном на 16.00 час. 31.05.2023. Также разъяснено право на ознакомление с заключением эксперта (т. 5 л.д. 102).

Из отметки в справочном листе следует, что 24.05.2023 представитель ответчика Зотов Л.А. ознакомился с заключением эксперта.

Согласно протоколу судебного заседания от 31.05.2023, дело рассмотрено с участием представителей ответчика Зотова Л.А., ФИО6, ФИО7, представителя третьего лица Новикова К.Б. (т. 5 л.д. 114-118).

Изложенные в апелляционных жалобах доводы, направленные на опровержение выводов районного суда, сводятся к необходимости переоценки исследованных судом первой инстанции доказательств, однако оснований для иной оценки имеющихся в деле доказательств не имеется. Районным судом при рассмотрении дела правильно определены юридически значимые обстоятельства, нарушения норм процессуального закона не допущено, в связи с чем, оснований для отмены либо изменения судебного постановления не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 327 - 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А :

решение Центрального районного суда г. Воронежа от 31 мая 2023 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Скорая помощь 072» и ФИО1 - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 29 сентября 2023 г.

Председательствующий:

Судьи коллегии: