Решение по делу № 2-121/2025 от 27.06.2025 - о признании договора дарения земельного участка с жилым домом недействительным и применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности.

Дело № 2-121/2025

УИД: 58RS0034-01-2025-000160-03

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

р.п. Шемышейка Пензенской области 25.06.2025

Шемышейский районный суд Пензенской области в составе председательствующего судьи Бибичева А.В.,

при секретаре Гуриной О.В.,

с участием представителя истца ФИО1 – адвоката Лощиловой И.А., действующей на основании удостоверения и ордера,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения земельного участка с жилым домом недействительным и применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения земельного участка с жилым домом недействительным, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности, в обоснование иска указал, что в октябре 2018 года ответчик, являющаяся его дочерью, попросила оформить на неё договор дарения, принадлежащего ему имущества – земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>. При этом ФИО2 сообщила ему, что будет помогать ему по хозяйству, ухаживать за ним, оплачивать квитанции за свет, воду, помогать в приобретении дров, газовых баллонов, продуктов питания, лекарственных препаратов, а он по-прежнему будет хозяином дома и участка, сможет там жить и беспрепятственно пользоваться указанным выше имуществом. 02.11.2018 договор дарения земельного участка с жилым домом был заключен, затем зарегистрирован в Росреестре, то есть ответчик является собственником жилого дома и земельного участка. После заключения договора ФИО2 крайне редко приезжала в деревню, уход за истцом не осуществляла, за домом и участком не ухаживала. Коммунальные и иные расходы, связанные с осуществлением ухода за подаренным имуществом, оплачиваются до настоящего времени истцом. После смерти супруги истца, скончавшейся 01.12.2024, отношения с дочерью испортились, ФИО2 выгнала его из дома, в котором он постоянно проживал. Он вынужден жить у своей сестры. Сделка по дарению ими исполнена не была, поскольку после заключения договора в 2018 году, он, как и ранее, продолжал проживать в доме, пользоваться земельным участком, нес бремя расходов, а ФИО2 свои права и обязанности как собственник не реализовала, в спорное домовладение не вселялась, расходы не несла, данные истцу обещания не исполнила, то есть ответчик до настоящего времени спорный дом и участок в дар не приняла. Фактически оформление договора дарения было формальным переводом права собственности. Считает, что заблуждался относительно договора, в связи с чем, имеются основания для признания его недействительным и применения последствий недействительности сделки. Просил признать недействительным договор дарения земельного участка с жилым домом, расположенных по адресу: <адрес>, от 02.11.2018, применить последствия недействительности сделки и прекратить права собственности ФИО2 на указанные дом и участок.

Истец ФИО1, извещенный о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явился. В судебном заседании 17.06.2025 были оглашены объяснения истца в письменной форме, согласно которым в октябре 2018 года его дочь попросила оформить договор дарения на дом и землю, сказав, что дарение это просто формальность и он по-прежнему будет хозяином данного имущества, пользоваться им, как и раньше. Он поверил дочери, тому, что она просит оформить данный договор, чтобы избежать лишних трат при нотариальном оформлении наследства. Дочь обещала помогать с домом и землей, но обещание не сдержала. После того, как дочь оформила на себя дом и землю, она в нём не проживала, приезжала редко один или два раза в год, ремонт дома, сараев и бани не делала, денег на ремонт не давала. Осенью 2024 года его супруга попала в больницу, он также был госпитализирован. После их выписки они находились в квартире дочери в городе Пензе, он ухаживал за женой, но в какой-то момент дочь выгнала его из квартиры, сказав, чтобы он более не появлялся ни в квартире, ни в деревенском доме. Тогда он вернулся жить в дом, спустя некоторое время узнал о смерти супруги. После похорон его состояние ухудшилось, и его сестра предложила ему поехать жить к ней, поскольку дочь запрещала ему жить в доме, отказалась от него и отказалась за ним ухаживать. Муж его дочери, который бывший полицейский, приезжал в апреле 2025 года в деревню и говорил, чтобы он (истец) в доме не появлялся. Об этом ему известно со слов соседей. Просит исковые требования удовлетворить в полном объеме, дело рассмотреть без его участия, с участием его представителя.

Представитель истца – адвокат Лощилова И.А. в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме, пояснила суду, что в 2018 году ответчик просила своего отца заключить с ней договор дарения, чтобы избежать лишних трат в при оформлении наследства в будущем. Истец, заключая договор дарения, заблуждался относительно природы данного договора, считал, что сможет проживать в доме и пользоваться земельным участком до конца своей жизни. В период после заключения договора дарения, ФИО2 крайне редко навещала своих родителей, не помогала им по хозяйству, коммунальные и другие платежи за дом, а также участок не оплачивала, эти расходы нес ответчик. После смерти своей матери, ответчик вообще выгнала истца из дома, запретив там появляться. Считает, что, заключая договор дарения истец заблуждался относительно природы данного договора, ответчик не приняла недвижимое имущество в дар, в дом не вселилась, коммунальные услуги не оплачивает, лицевые счета на себя не перерегистрировала, в домовую книгу изменения касательно собственника дома не внесены, а написанием заявления в правоохранительные органы на своего отца, чинит препятствия для его проживания в доме. Подписать документ, в котором она, гарантировано, разрешает проживать своему отцу в доме, предложенный стороной истца, ответчик отказывается. Ответчик нарушает положения Конституции Российской Федерации, касающиеся заботы о родителях и права на жилище. С учетом изложенного имеются основания для признания договора дарения недействительным и применения последствий недействительности сделки.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании просила оставить исковые требования без удовлетворения, считает доводы своего отца несостоятельными и надуманными. Она не выгоняла истца из дома, о том, что он уехал жить к своей сестре, ей стало известно от посторонних лиц. У неё даже не было ключа от дома, как она могла выгнать отца и не пускать в дом. Свои обязанности как дочь она всегда исполняла, по мере возможности приезжала в деревню, навещала маму и отца, покупала продукты, лекарства, но не брала чеки, так как не знала, что они могут понадобиться. Договор дарения оформили для того, что избежать траты на оформление наследства в дальнейшем. В настоящее время после смерти мамы, действительно, отношения с отцом испортились и видимо под влиянием окружающих его лиц, он решил обратиться с этим иском. Если отцу необходимо и дальше проживать в доме, то она не будет этому препятствовать.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельного требования относительно предмета спора, – Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пензенской области, извещенный о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явился, представив в суд заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца и представителя третьего лица.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения участников процесса, свидетелей, суд приходит к следующему.

На основании п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно п. 1, 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать своё имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Судом установлено, что истец ФИО1 являлся собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, что подтверждается реестровыми делами на указанные объекты недвижимости, копии которых получены из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пензенской области

Пунктом 2 статьи 218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно п. 1, 4 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В соответствии с ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передаёт или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить её от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ч. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества, заключенный между гражданами, подлежит нотариальному удостоверению.

Вместе с тем, редакция ч. 3 ст. 574 ГК РФ, действующая на момент заключения договора дарения – 02.11.2018, предусматривала, что договор дарения недвижимого имущества подлежал государственной регистрации и нотариального удостоверения не требовал.

Как усматривается из материалов дела, 02.11.2018 между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО2, был заключен договор дарения земельного участка с жилым домом.

Договор дарения был заключен в простой письменной форме и 15.11.2018 за ответчиком ФИО2 было зарегистрировано право собственности на жилой дом и земельный участок.

По условиям договора дарения ФИО1 подарил принадлежащие ему на праве собственности земельный участок на землях населенных пунктов, предоставленный для ведения личного подсобного хозяйства, площадью 2 900кв.м. с кадастровым номер, и жилой дом с кадастровым номер, находящиеся по адресу: <адрес>, а ФИО2 (дочь истца) приняла в дар указанные земельный участок и жилой дом.

Согласно п. 2.3 указанного договора ФИО1 гарантирует, что он заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне не выгодных для себя условиях и настоящий договор не является для него кабальной сделкой.

В соответствии с пунктом 4.4 договора дарения, стороны, действуя разумно и добросовестно, подтвердили, что дееспособности не лишены, под опекой, попечительством и патронажем не состоят, на учете в ПНД и НД не состоят, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть подписываемого ими документа, отсутствуют обстоятельства, вынуждающие их совершить сделку на крайне невыгодных для них обстоятельств.

Как было установлено в судебном заседании спорный договор дарения по форме, содержанию, порядку заключения соответствует требованиям действующего законодательства, при его заключении между сторонами было достигнуто соглашение по всем существенным условиям сделки, договор заключен по обоюдному желанию, без принуждения, при осознании истцом действий по отчуждению имущества. Договор прочитан, подписан лично сторонами и в последующем прошел соответствующую регистрацию.

Дополнительных условий, кроме указанных в договоре дарения, до и в момент заключения сделки между сторонами не обсуждалось, объективных доказательств обратного стороной истца не представлено.

Согласно ч. 1, 2 ст. 578 ГК РФ даритель вправе отменить дарение, если одаряемый совершил покушение на его жизнь, жизнь кого-либо из членов его семьи или близких родственников либо умышленно причинил дарителю телесные повреждения. В случае умышленного лишения жизни дарителя одаряемым право требовать в суде отмены дарения принадлежит наследникам дарителя. Даритель вправе потребовать в судебном порядке отмены дарения, если обращение одаряемого с подаренной вещью, представляющей для дарителя большую неимущественную ценность, создает угрозу ее безвозвратной утраты.

Такие обстоятельства в своём исковом заявлении и пояснениях, данных суду, истец и его представитель не привели.

Из положений ст. 153 ГК РФ следует, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. 1, 2 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

По смыслу приведенных положений статьи 178 ГК РФ, сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности, правовые последствия, в частности, если под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учётом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

Суд исходит из положений пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, статей 12 и 56 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Таким образом, доводы истца о не понимании природы и последствий заключенного договора либо притворности сделки в частности с целью прикрыть договор купли продажи, (пожизненной ренты), и тому подобное, является надуманными и несостоятельными.

Из материалов дела следует, что истец имел намерение совершить сделку дарения, собственноручно подписал договор, содержащий все существенные условия, которые в свою очередь изложены четко, ясно и исключают возможность его неоднозначного толкования.

Свидетель Ч.М.Н. в судебном заседании 17.06.2025 пояснила суду, что ФИО2 попросила своих родителей подарить ей дом и участок, чтобы потом не тратить деньги на оформление наследства. Всегда хозяином дома и земли был ФИО1, они, как соседи, всегда воспринимали это именно так. Он всегда сам все делал, следил за домом, а дочь редко приезжала. Она видела как ФИО1 плакал и жаловался, что дочь его выгнала из дома, он тогда плохо себя чувствовал, ему вызывали скорую медицинскую помощь, и ему пришлось уехать жить к сестре. Она была очевидцем, как ФИО2 приезжала в дом к отцу со своим мужчиной, они дали ей и другим соседям понять, что их не интересует, где будет жить отец.

Аналогичные пояснения в судебном заседании 17.06.2025 дали свидетели П.В.М., Ж.А.Н., также проживающие по соседству со спорным домом.

Свидетель О.С.Г., проживающий с ответчиком в незарегистрированном браке, в судебном заседании пояснил суду, что отца ФИО2 никто из дома не выгонял и не препятствовал тому, чтобы он проживал в нём и дальше. С соседями её отца действительно была конфликтная ситуация, когда они приезжали в дом, но они не говорили им, что не пустят ФИО1 в дом, такого не было.

Оценивая показания свидетелей, допрошенных в судебном заседании, суд исходит из того, что обстоятельства конфликта ФИО1 со своей дочерью ФИО2 и факт не проживания истца в спорном доме по состоянию здоровья, известные свидетелям, не влияют на действительность заключенного между ними 02.11.2018 договора дарения, никто из свидетелей не сообщил суду об обстоятельствах, подтверждающих тот факт, что, подписывая договор дарения, ФИО1 заблуждался относительно предмета договора.

Истец не представил каких-либо допустимых, убедительных доказательств, достоверно указывающих на факт его заблуждения относительно природы заключаемой сделки. Согласно требованиям ст. 162 ГК РФ, в случае если оспариваемый договор притворен, то сторона истца лишается права приводить свидетельские показания, а значение имеют лишь письменные доказательства, которых стороной истца представлено не было.

Доказательств, подтверждающих, что оспариваемая сделка была совершена под влиянием существенного заблуждения, а воля истца была направлена на совершение какой-либо другой сделки, отличной от договора дарения, в материалы дела не представлено. Договор дарения заключен с соблюдением действующего законодательства, воля сторон была направлена на его совершение.

Тот факт, что ответчик ФИО2, не выполняет свои обязанности как дочь по оказанию помощи своему родителю, не ухаживает за отцом, не помогает финансово, возникновение между ними конфликта на этой почве, то есть ухудшение отношений между истцом и ответчиком, само по себе не является основанием для признания недействительным договора дарения, заключенного между сторонами более шести лет назад.

Довод представителя истца о нарушении ответчиком обязанности, предусмотренной Конституцией Российской Федерации, а именно заботиться о своём родителе, не имеет юридического значения по данной категории споров.

Кроме того, не нашел своего объективного подтверждения тот факт, что ответчик выгнала своего отца из дома и запрещает ему проживать в нём, напротив ответчик в судебном заседании пояснила, что не будет препятствовать тому, чтобы отец проживал в доме. При этом истец уехал из дома не в связи с тем, что его оттуда выгнала дочь, а по причине ухудшения состояния здоровья и невозможности в таком состоянии самостоятельно проживать в частном доме.

В силу изложенного, оценивая приведенные обстоятельства в совокупности, их относимости, достоверности и достаточности, суд полагает необходимым в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения земельного участка с жилым домом недействительным, применении последствий недействительности сделки и прекращении права собственности, отказать.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения земельного участка с жилым домом недействительным, применении последствий недействительности сделки и прекращении права собственности оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано сторонами, иными участвующими в деле лицами, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Шемышейский районный суд Пензенской области в течение одного месяца со дня изготовления решения.

Мотивированное решение изготовлено 27.06.2025.

Председательствующий А.В. Бибичев