Решение по делу № 2-21/2023 от 07.03.2023

Дело №2-21/2023

59RS0001-01-2022-002122-61

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ Федерации

07 марта 2023 года

Дзержинский районный суд города Перми в составе:

председательствующего судьи Абрамовой Л.Л.

при секретаре Таныгиной Л.С.,

с участием пом.прокурора ФИО9,

представителя истцов, действующей по доверенностям от Дата, Дата, ФИО2, представителя ответчика (ГБУЗ ПК «ГКП №4), действующего по доверенности от Дата, ФИО3, представителя ответчика (ГБУЗ ПК «ПССМП), действующего по доверенности от Дата, ФИО3, представителя 3-го лица, действующего по доверенности от Дата, ФИО14,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, ФИО5, ФИО6 к ГБУЗ ПК «Городская клиническая поликлиника №4», ГБУЗ ПК «Пермская станция скорой медицинской помощи», ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А.Тверье» о компенсации морального вреда,

установил:

Истцы обратились в суд с иском (с учетом уточнений в соответствии со ст. 39 ГПК РФ) о солидарном взыскании с ответчиков компенсации морального вреда, просят взыскать с ГБУЗ ПК «Городская клиническая поликлиника №4», ГБУЗ ПК «Пермская станция скорой медицинской помощи», ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А. Тверье» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 2 000 000,00 руб., в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 1 500 000,00 руб., в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000,00 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере по 300,00 руб. в пользу каждого (л.д.97 т.2).

Исковые требования мотивируют тем, что Дата Всемирной организацией здравоохранения была объявлена пандемия новой коронавирусной инфекции (2019-nCo V, далее - COVID-19). Министерством здравоохранения РФ было рекомендовано населению при обнаружении у себя признаков этой инфекции срочно обращаться к врачу за медицинской помощью. 27.06.2020 года ФИО1, Дата года рождения, почувствовав признаки болезни, которые относятся к клинической картине COVID-19, вызвал бригаду скорой медицинской помощи. Вызов был передан в ГБУЗ ПК «Городская клиническая поликлиника №» (далее - ГКБ №), на вызов приехала фельдшер ГКБ №4 ФИО11 По результатам осмотра, ФИО1 был поставлен диагноз «..., ФИО11 категорически отклонила просьбу ФИО1 о взятии у него мазка для диагностики COV1D-19, а также о направлении его на проведение компьютерной томографии органов грудной клетки. На следующий день (Дата) состояние ФИО1 сильно ухудшилось, повышение температуры достигало значения 39,3 °С, в связи с чем, ФИО1 вызвал бригаду скорой помощи. Однако, несмотря на наличие признаков, требующих оказания именно скорой медицинской помощи, вызов был вновь передан в отделение неотложной помощи ГКБ №4 и передан снова ФИО11, которая отказалась от посещения ФИО1 и оценки его состояния, ограничившись указанием по телефону лишь продолжать назначенное ею лечение. 29.06.2020г. состояние ФИО1 продолжало ухудшаться, в связи с чем, был снова осуществлен вызов врача. Врач ФИО12 (ГКБ №4) после осмотра ФИО1 подтвердил продолжение приема назначенных ФИО11 препаратов и взял мазок на COVID-19, также отказавшись вызвать бригаду скорой помощи для транспортировки ФИО1 для проведения компьютерной томографии органов грудной клетки, несмотря на наличие клинических признаков. Дата состояние ФИО1, А. продолжало ухудшаться, в связи с чем, он вновь вызвал бригаду скорой медицинской помощи. Бригада скорой помощи, оценив клиническую картину, сразу приняла решение о необходимости транспортировки ФИО1 в ГБУЗ ПК «Пермский краевой клинический госпиталь для ветеранов войн» для .... После получения указанного заключения, в этот же день ФИО1 доставили на стационарное лечение в ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А. Тверье» (стационар по адресу Адрес, далее - ГКБ им. Тверье), где он находился на лечении до Дата Диагноз основной: подтвержденная ... пришел только Дата). 03.07.2020 г. ФИО1 был доставлен в ГБУЗ ПК «Адресвая клиническая больница» (далее - ПККБ), с этого же дня ФИО1 мог дышать только с кислородной маской; Дата был переведен в реанимацию; Дата ФИО1 перевели на ИВЛ. 14.07.2020 г. ФИО1 умер. В качестве причины смерти указаны: «...». Ненадлежащее оказание медицинской помощи ФИО1, в ГКБ №4 в виде ненадлежащего выполнения необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, приведшие к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, подтверждается экспертизой качества медицинской помощи, проведенной АО «МАКС-М» г. Перми. Ненадлежащее оказание медицинской помощи ФИО1 в ГКБ № (не назначены общие анализы крови и мочи при установленном диагнозе «ОРВИ с явлениями трахеита»; не обслужен вызов Дата; не назначены противовирусные препараты при осмотрах Дата и Дата; пациент не направлен на КТ по СМП при наличии показаний - длительность заболевания, гипертермия, «лающий» кашель, отсутствие эффекта от проводимой терапии, неблагоприятная эпидемиологическая ситуация) подтверждено заключением комплексной медицинской экспертизы по материалам проверки следователя следственного отдела по Индустриальному району г. Перми следственного комитета РФ по Пермскому краю. Истцы, полагают, что смерть ФИО1 наступила в результате ненадлежащей и не своевременно оказанной ему медицинской помощи со стороны ответчиков: в ГБУЗ ПК «Пермская станция скорой медицинской помощи», была дана не соответствующая действительному состоянию и клинической картине болезни ФИО1 оценка, вызов не был передан бригаде скорой медицинской помощи, а дважды передан врачам ГКБ №4, которые не оценили степень тяжести состояния ФИО1, один из вызовов не был обслужен (необоснованный отказ в оказании медицинской помощи), не были даны направления на анализы крови, не был взят мазок на определение COVID-19, не было дано направление на проведение компьютерной томографии органов грудной клетки, что в совокупности привело к стремительному ухудшению тяжести его состояния. Во время стационарного лечения, по мнению истцов, также медицинская помощь была оказана не в полном объеме, так как состояние стремительно ухудшилось и привело к смертельному исходу ФИО1

Определением Дзержинского районного суда города Перми от Дата принят от ФИО4, ФИО5, ФИО6 отказ от исковых требований к ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда. Производство по делу в части прекращено (л.д.165 т.2).

Истцы в суд не явились, о дне слушания дела извещены надлежащим образом. Представитель истцов на иске настаивает, подтвердила изложенные в них обстоятельства. Суду представлены письменные пояснения, приобщенные к материалам дела (л.д.42-473).

Представитель ответчиков ГБУЗ ПК «ГКП №4», ГБУЗ ПК «Пермская станция скорой помощи» действующий по доверенностям от Дата,Дата, ФИО3 с иском не согласен, пояснил, что отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований. Суду представлены письменные пояснения, приобщенные к материалам дела (л.д.90-91, 92-93 т.1, л.д.57-58, 59 т.3).

Представитель ответчика ГБУЗ ПК «ГКБ им.М.А. Тверье» в суд не явился, о дне слушания дела извещены надлежащим образом. Суду представлены письменные пояснения, приобщенные к материалам дела (л.д.128-129 т.1).

Представитель 3-го лица ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая больница», действующий по доверенности от Дата, ФИО14 оставил разрешение исковых требований на усмотрение суда.

Представитель 3- го лица – Министерство здравоохранения Пермского края в суд не явился, о дне слушания дела извещены надлежащим образом. Суду представлен письменный отзыв, приобщенный к материалам дела (л.д.135-136 т.1, л.д.92-95 т.2).

Представители 3-х лиц - территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Пермскому краю (Росздравнадзор), ООО «Центр обработки данных» в суд не явились, о дне слушания дела извещены надлежащим образом.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, допросив экспертов, исследовав материалы дела, обозрев медицинские карты ФИО1 №, 21556/186, выслушав заключение пом.прокурора, полагавшей, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья граждан отнесены соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Согласно статье 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинской услугой признается медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение; медицинским вмешательством - выполняемые медицинским работником и иным работником, имеющим право на осуществление медицинской деятельности, по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также искусственное прерывание беременности.

В соответствии с пунктом 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" качество медицинской помощи определяется совокупностью характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Одним из видов оказания медицинской помощи ненадлежащего качества является невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (исследования, консультации, операции, процедуры, манипуляции, трансфузии, медикаментозные назначения и т.д.).

В силу статьи 79 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи; предоставлять пациентам достоверную информацию об оказываемой медицинской помощи, эффективности методов лечения, используемых лекарственных препаратах и о медицинских изделиях; вести медицинскую документацию в установленном порядке и представлять отчетность по видам, формам, в сроки и в объеме, которые установлены уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; обеспечивать учет и хранение медицинской документации, в том числе бланков строгой отчетности.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группе заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с части 2 статьи 76 данного федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии со статьями 37, 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" Министерством здравоохранения Российской Федерации издаются соответствующие приказы об утверждении стандарта медицинской помощи при соответствующих заболеваниях.

В силу статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи.

В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в абзаце 3 пункта 32 Постановления Пленума от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

В пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").

Судом установлено из медицинских документов, исследованных в ходе судебного разбирательства, что Дата ФИО1 вызвал бригаду скорой помощи. На вызов приехал фельдшер неотложной медицинской помощи ГБУЗ ПК «ГКП №4» ФИО11 На момент осмотра установлен диагноз: ОРВИ с явлениями трахеита. Назначено лечение.

Дата ФИО1 повторно вызывал скорую медицинскую помощь. Однако, диспетчеру, принявшему вызов, фельдшер ГБУЗ ПК «ГКП №4» ФИО11 пояснила, что у пациента вчера был врач, лечение назначено, но для его результатов еще рано. Было принято решение дать консультацию по телефону, в случае ухудшения – вызвать скорую медицинскую помощь.

Дата ФИО1 вызывал неотложную медицинскую помощь. Фельдшером ГБУЗ ПК «ГКП №4» ФИО12 на основании сбора жалоб, анамнеза, объективного осмотра, установлен диагноз: острый трахеит. Скорректировано лечение.

Дата ФИО1 повторно был осмотрен фельдшером ФИО12, взят мазок на COVID-19. Скорректировано лечение, в случае ухудшения - вызвать скорую медицинскую помощь.

Дата ФИО1 был эвакуирован в ГБУЗ «Адресвой клинический госпиталь для ветеранов войн» для проведения компьютерной томографии органов грудной клетки. Согласно заключению врача ФИО15: КТ картина двусторонней полисегментарной интерстициальной пневмонии в виде участков уплотнения легочной ткани по типу матового стекла, с наличием консолидации, утолщения меж-, внутридолькового интерстиция - - высокая вероятность COVID-19, пневмонии, стадия прогрессирования. КТ степень тяжести: тяжелая.

С Дата по Дата ФИО1 находился на лечении в ГБУЗ ПК «ГКБ им.М.А.Тверье». ...

С Дата по Дата ФИО1 находился на лечении в ГБУЗ ПК «ПККБ».

Констатирована биологическая смерть ФИО1 Дата в ....

Причина смерти основная: тромбоз левой общей бедренной вены, непосредственная: острая сердечно-сосудистая и дыхательная недостаточность.

Истец ФИО16 является супругой ФИО1 (л.д.31 т.1), ФИО5 – мать (л.д.32 т.1), ФИО6 (ранее ФИО23) О.А. – сестра (л.д.33, 34 т.1).

В обоснование своих исковых требований, истцы указывают, что смерть ФИО1 наступила в результате ненадлежащей и не своевременной оказанной ему медицинской помощи со стороны ответчиков: в ГБУЗ ПК «Пермская станция скорой медицинской помощи», была дана не соответствующая действительному состоянию и клинической картине болезни ФИО1 оценка, вызов не был передан бригаде скорой медицинской помощи, а дважды передан врачам ГКБ №4, которые не оценили степень тяжести состояния ФИО1, один из вызовов не был обслужен (необоснованный отказ в оказании медицинской помощи), не были даны направления на анализы крови, не был взят мазок на определение COVID-19, не было дано направление на проведение компьютерной томографии органов грудной клетки, что в совокупности привело к стремительному ухудшению тяжести его состояния. Во время стационарного лечения, по мнению истцов, также медицинская помощь была оказана не в полном объеме, так как состояние стремительно ухудшилось и привело к смертельному исходу ФИО1

В материалы дела представлены акты, экспертные заключения (протокол оценки качества медицинской помощи) Медицинской Акционерной страховой компании «Макс-М» от Дата №, от Дата №, от Дата №, от Дата №, от Дата №. Из которых следует, что установлены дефекты оформления медицинской документации, ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностик и лечебных мероприятий в соответствии с порядками СМП, повлекшие за собой ухудшение состояния здоровья, необоснованный отказ застрахованным лицам в оказании медицинской помощи, повлекший за собой ухудшение состояния здоровья (л.д.56-69 т.1).

Как следует из протокола № от Дата заседания лечебно – контрольной подкомиссии врачебной комиссии ГБУЗ ПК «ПССМП» - оказание скорой медицинской помощи ФИО1, Дата года рождения соответствует обязательным требованиям Порядка оказания скорой. В том числе скорой специализированной, медицинской помощи, утвержденного Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от Дата №н (в редакции от Дата №н) (л.д.85-87 т.1).

Дата Министерством здравоохранения Пермского края был утвержден приказ о временном порядке организации работы медицинских организаций Пермского края, оказывающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях и условиях дневного стационара, в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19 (л.д.153-160 т.1).

Дата в следственный отдел по Индустриальному району г.Пермь следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю поступило заявление ФИО6 о ненадлежащем оказании медицинской помощи ФИО1 работниками ГБУЗ ПК «Городская клиническая поликлиника №4» и ГБУЗ ПК «Городская клиническая поликлиника №» (материал проверки КРСП № от Дата).

В рамках проведения проверки проведена комплексная экспертиза ГКУЗОТ «ПКБСМЭ».

Согласно заключению №483 от Дата – Дата ГКУЗОТ «ПКБСМЭ» на основании комплексной медицинской судебной экспертизы, проведенной по материалам проверки КРСП № в соответствии с поставленными на разрешение вопросами экспертная комиссия пришла к следующим выводам: 1) Ответ на вопрос №. Данные, содержащиеся в представленных на экспертизу медицинских документах и материалах проверки КРСП №, свидетельствуют о том, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратился за медицинской помощью Дата с жалобами на кашель, повышение температуры тела, слабость, головную боль. Пациент был осмотрен фельдшером неотложной медицинской помощи ГБУЗ ПК «ГКП №4», ему установлен диагноз ..., даны рекомендации. Дата ФИО1 повторно обратился за медицинской помощью в связи с высокой температурой тела (до 39, 5), однако, осмотрен не был. Дата пациент был осмотрен фельдшером неотложной медицинской помощи ГБУЗ ПК «ГКП №4», ему установлен диагноз «Острый трахеит», изменено лечение. Дата ФИО1 был осмотрен фельдшером неотложной медицинской помощи ГБУЗ ПК «ГКП №4», у него взят мазок на новую коронавирусную инфекцию (COVID-19). В эти же сутки пациент бригадой скорой медицинской помощи (СМП) был транспортирован в ГАУЗ ПК «ПККГВВ» для проведения компьютерной томографии (КТ) органов грудной полости, при которой была выявлена двусторонняя пневмония. ФИО1 был госпитализирован в отделение по оказанию медицинской помощи пациентам с КОВИД-19 ГБУЗ ПК «ГКБ им.М.А.Тверье» с диагнозом «Подозрение на новую коронавирусную инфекцию COVID-19, среднетяжелая форма». Дата пациент был переведен в пульмонологическое отделение ГБУЗ ПК «ПККБ» с диагнозом «Подтвержденная новая коронавирусная инфекция средней степени тяжести». Дата ФИО1 был переведен в отделение реанимации для проведения интенсивной терапии, включающей искусственную вентиляцию легких (ИВЛ). Дата, несмотря на проводимое лечение, наступила смерть ФИО1 Клинические и патоморфологические данные, содержащиеся в представленных на экспертизу медицинских документах, дают основание заключить, что смерть ФИО1 наступила при явлениях острой сердечно-сосудистой и дыхательной недостаточности, вследствие двусторонней пневмонии и тромбоэмболии долевых ветвей легочной артерии, осложнивших тромбоз левой бедренной вены, развившийся на фоне гипертонической болезни, и новую коронавирусную инфекцию (COVID-19), подтвержденную (методом ПЦР от Дата). Ответ на вопросы №,3. Изучение представленных на экспертизу медицинских документов, содержащихся в материалах проверки КРСП №, показало, что медицинская помощь ФИО1 на этапе ГБУЗ ПК «ГКП №4» была оказана с дефектами, а именно: не назначены общие анализы крови и мочи при установленном диагнозе «ОРВИ» (3,5); не обслужен вызов Дата (2); не назначены противовирусные препараты при осмотрах Дата и Дата (3,5); пациент не направлен на КТ по СМП при наличии показаний (длительное лечение ОРВИ с гипертермией, «лающий» кашель, отсутствие эффекта от проводимой терапии, неблагоприятная эпидемиологическая ситуация (3,6). Установление конкретных лиц, допустивших дефекты оказания медицинской помощи, не входит в компетенцию судебно-медицинской экспертной комиссии. Ответ на вопросы №4,5,6,7. Анализ медицинской карты №к стационарного больного показал, что медицинская помощь ФИО1 в ГБУЗ ПК «ГКБ им. М.А.Тверье» была оказана в соответствии с установленным диагнозом «..., по результатам клинической картины и компьютерной томографии органов грудной клетки у него заподозрена коронавирусная инфекция, ему проведены телемедицинская консультация врача инфекциониста, лабораторные (ОАК.ОАМ, биохимический анализ крови, коагулограмма, кровь на инфекции) и инструментальные (ЭКГ) обследования, назначено лечение, включающее антибактериальную и противовирусную терапию, посиндромную терапию, при ухудшении состояния (снижении насыщения крови кислородом –сатурации) пациента к лечению добавлены кислородотерапия (инсуфляция через лицевую маску) и антибактериальный препарат, Дата пациент с подтвержденной коронавирусной инфекцией (положительный мазок) был переведен для дальнейшего лечения в ГБУЗ ПК «ПККБ». Дефектов оказания медицинской помощи а ГБУЗ ПК «ГКБ им.М.А.Тверье» не выявлено. Изучение копии медицинской карты № стационарного больного показало, что медицинская помощь ФИО1 в ГБУЗ ПК «ПККБ» была оказана в соответствии с установленным диагнозом «Коронавирусная инфекция (COVID-19), подтвержденная (Дата №), тяжелое течение. ...», в рамках приказа и клинических рекомендаций (3,6), а именно: пациент регулярно наблюдался врачом, ему проводились консультации клинического фармаколога, инфекциониста, кардиолога, сердечно-сосудистого хирурга, лабораторные (ОАК,ОАМ, биохимический анализ крови, коагулограмма, группа крови и резус фактор, бактериологические исследования, ПЦР, анализ газов крови) и инструментальные (рентгенография органов грудной полости, УЗИ сердца, органов грудной и брюшной полостей, сосудов нижних конечностей и шеи, фибробронхоскопия) обследования, лечение (антибиотикотерапия противовирусная терапия, посиндромная терапия, гепаринотерапия, венотоники), при ухудшении состояния он был переведен в реанимационное отделение, где ему проводилась интенсивная терапия, включающая ИВЛ. Дефектов оказания медицинской помощи не выявлено. Анализ копии карты вызова скорой медицинской помощи № показал, что медицинская помощь на этапе СМП была оказана в соответствии с установленным диагнозом «Внебольничная пневмония ОДН-0», в рамках Порядка, приказа и стандарта (3,7,9), а именно пациент был осмотрен, на основании зафиксированной клинической картины ему был установлен диагноз, проведено симптоматическое лечение (внутримышечное введения медицинских препаратов для снижения температуры тела), выполнена медицинская эвакуация в стационар. Дефектов оказания медицинской помощи не выявлено. Установлены недостатки оформления медицинской документации (не полно описаны жалобы и анамнез, неофициальные сокращения), которые не повлияли на течение патологического процесса у ФИО1 При обращении ФИО1 за медицинской помощью на СМП Дата был оформлен вызов с поводом «температура и кашель» у взрослых, что является поводом для оказания медицинской помощи в неотложной форме и, в соответствии с Приказом (8), вызов был передан в поликлинику по месту жительства. Ответ на вопрос №. Дефекты оказания медицинской помощи, допущенные на этапе ГБУЗ ПК «ГКП №4» сами по себе не могли привести к смерти ФИО1, которая наступила от указанной выше причины. В рассматриваемом случае неблагоприятный исход был обусловлен негативным течением патологического процесса, а не дефектами оказания медицинской помощи. При этом даже правильное (без допущения дефектов) оказание медицинской помощи, учитывая характер патологии приведшей к смерти, не гарантировало благоприятный исход. Таким образом, дефекты оказания медицинской помощи, допущенные на этапе ГБУЗ ПК «ГКП №4», в причинно - следственной связи с наступлением смерти ФИО1 не находятся.

Для разрешения требующих специального познания в области медицины вопросов определением Дзержинского районного суда города Перми от Дата по делу была назначена судебная медицинская экспертиза, ее проведение поручено Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Адрес (л.д.160-164 т.2).

Как следует из заключения эксперта № ГБУЗ «Бюро-судебно – медицинской экспертизы» Адрес от Дата -Дата анализ представленных документов показал, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. была оказана неотложная медицинская помощь сотрудниками (фельдшерами) ГБУЗ ПК «Городская клиническая поликлиника №4». При оказании медицинской помощи на амбулаторном этапе допущены следующие дефекты: 1. Заполнение медицинской документации: - отсутствует полный эпидемиологический анамнез (возвращение из зарубежной поездки за 14 дней до появления симптомов; наличие тесных контактов за последние 14 дней с лицом, находящимся под наблюдением по COVID -19, который в последующем заболел; наличие тесных контактов за последние 14 дней с лицом у которого лабораторно подтвержден ...); - в дневнике осмотров имеются разночтения дат заболевания (по данным осмотра от Дата « …болен 4-5 дней…», по данным от Дата «…болен с 27.06.2020…». 2. лечебного плана: - не назначено противовирусное лечение; - необоснованно назначение антибиотика (кларитромицин). 3. тактического плана: - с Дата учитывая отрицательную динамику на фоне лечения, должно было быть назначено рентгенологическое исследование легких, общий анализ мокроты, общий анализ мочи, общий анализ крови, ЭКГ, либо дано направление на госпитализацию в инфекционное отделение согласно маршрутизации. С учетом жалоб, данных анамнеза заболевания, осмотров в период амбулаторного лечения «.... При наличии подобной клиники диагноз подозрительный или вероятный на случай COVID -19 не мог быть выставлен. В осмотрах отсутствуют жалобы на снижение обоняния, потерю вкуса, уровень сатурации в пределах нормы, легких нет ослабленного дыхания и хрипов, заложенности в грудной клетке, контакт с инфекционными больными отрицает, фактор риска по возрасту отсутствует. Следовательно, согласно Временным методическим рекомендациям «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID -19) версия 7 от 03.06.2-2- га данной этапе случай COVID -19 не рассматривался. На начальном этапе COVID -19 и ОРВИ могут протекать совершенно одинаково, дифферинциальная диагностика в период болезни ФИО1 на момент действия временных методических рекомендаций от Дата) заключалась в специфическом эпидемиологическом анамнезе, ПЦР исследовании. В эпидемиологическом анамнезе контакт с инфекционными больными отрицается, ПЦР исследование, рентгенологическое исследование было назначено при осмотре Дата. Учитывая специфику COVID -19 (схожая клиника с ОРВИ) в тот период, даже при ранней госпитализации и оказании высококвалифицированной помощи предотвратить агрессивное течение инфекции у пациента было невозможно. Можно констатировать, что лечение в условиях ГБУЗ Адрес «Городская поликлиника №4» не способствовало ухудшению состояния ФИО1 Между выявленными дефектами оказания медицинской помощи на данном этапе и смертью ФИО1 причинно –следственной связи нет. Ответ на вопрос об установлении соответствующей квалификации направленных к ФИО1 сотрудников ГБУЗ Адрес «Городская поликлиника №4» не входит в компетенцию членов комиссии, так как не требует специальных медицинских познаний. В представленных в материалах имеется один документ об оказании медицинской помощи ГБУЗ ПК «ПССМП» - карта вызова № Дата (13:42). Во время оказания медицинской помощи сотрудниками «БСМП» выявлены следующие дефекты в нарушение приказа Минздравсоцразвития России № «Об утверждении статистического инструментария станции (отделения, больницы): - имеется некорректное описание пленки ЭКГ – не указаны характеристики сегмента ST и зубца Т; - при оформлении первичной документации врачом скорой медицинской помощи допускались неофициальные сокращения (недописанные слова при описании анамнеза, объективных данных). Других дефектов оказания медицинской помощи не выявлено. В остальном медицинская помощь ФИО1 оказана бригадой СМП ГБУЗ ПК «ПССМП» своевременно (приказ Министерства здравоохранения РФ от Дата № н «Об утверждении порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи (п.5,п.10, п.12), в соответствии установленного диагноза, стандарта оказания скорой медицинской помощи при Пневмонии (приказ МЗ РФ № от Дата). Данные анамнеза в карте вызова форма 110/у ГБУЗ ПК «ПССМП» № от Дата врачом СМП отражены достаточно, физикальное обследование пациента проведено по общепринятой методике, дополнительные исследования выполнены в полном объеме. Назначение лекарственных препаратов выполнено с учетом возраст пациента, инструкции по применению лекарственных препаратов. Преемственность при оказании скорой медицинской помощи не нарушена, выполнена медицинская эвакуация пациента в круглосуточный стационар, маршрутизация соблюдена, согласовывалась с руководством ГБУЗ ПК «ПССМП», соответствует «Временной маршрутизации взрослого населения с внебольничной пневмонией, ОРВИ (средней тяжести, тяжелые), COVID -19 (первичное положительное тестирование, подтвержденный) в государственные учреждения здравоохранения Пермского края», приложение №1 к приказу Министерства здравоохранения Пермского края от Дата №СЭД 34-01-05-141 «О внесении изменений во временную схему маршрутизации взрослого населения с внебольничной пневмонией в государственные учреждения здравоохранения Пермского края» от Дата №СЭД-34-01-05-286. Между выявленными дефектами оказания медицинской помощи на этапе скорой помощи и смертью ФИО1 причинно – следственной связи нет. Диагноз в условиях лечения ГБУЗ Пермского края «Городская клиническая больница им. М.А.Тверье» выставлен правильно, полно, своевременно. Дефектов оказания медицинской помощи на данном этапе не выявлено. Диагностика, лечение оказаны своевременно и правильно, в соответствии с Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID -19) версия 7 от Дата Учитывая тяжесть состояния, развившиеся осложнения, сопутствующие факторы риска (ожирение I ст., гипертоническая болезнь I ст., 2 степени риска, риск 3), которые ухудшали прогноз течения заболевания, даже при ранней госпитализации и оказания своевременной и квалифицированной помощи предотвратить агрессивное течение инфекции и обеспечить наступление благоприятного исхода – сохранение жизни ФИО1 гарантировать было невозможно, так как летальность при имеющейся общей клинической картине была очень высокая. Ухудшение состояния ФИО1 и наступление неблагоприятного исхода (смерть) было обусловлено тяжестью самого заболевания и развившимися осложнениями. (л.д.194-233 т.2).

В судебном заседании с использованием системы видео-конференцсвязи были допрошены эксперты ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, подтвердившие выводы заключения.

Суд признает заключение эксперта № Министерства здравоохранения Оренбургской области ГБУЗ «Бюро СМЭ» от Дата-Дата допустимым доказательством по делу, проведенная экспертиза отвечает всем требованиям закона, в соответствии со ст.86 ГПК РФ содержит подробные описания произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в распоряжении эксперта медицинских документов, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе. Доказательств недостоверности проведенной экспертизы не представлено. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Проанализировав, представленные доказательства в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ и в совокупности с нормами права, суд приходит к выводу о наличии недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи ФИО1 со стороны ответчика ГБУЗ ПК «Городская клиническая поликлиника №4», поскольку нарушен лечебный план: не назначено противовирусное лечение, необоснованно назначен антибиобик (кларитромицин). 29.06.202020 учитывая отрицательную динамику на фоне лечения должно было быть назначено рентгенологическое исследование легких, общий анализ мокроты, общий анализ мочи, общий анализ крови, ЭКГ, либо дано направление на госпитализацию в инфекционное отделение согласно маршрутизации.

В силу вышеизложенного, поскольку судом установлены недостатки при оказании медицинской помощи ФИО1 с ответчика ГБУЗ ПК «Городская клиническая поликлиника №4», повлекшие нарушение прав истцов на качественную медицинскую помощь, ответчиком в соответствии с требованиями ст.56 ГПК РФ не представлены относимые и допустимые объективные доказательства отсутствия вины учреждения относительно выявленных дефектов оказания медицинской помощи, с указанного ответчика в пользу истцов подлежит взысканию компенсация морального вреда.

Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика ГБУЗ ПК «Городская клиническая поликлиника №4» суд исходит из принципа разумности и справедливости, учитывает конкретные обстоятельства дела, а именно характер выявленных дефектов оказания медицинской помощи, учитывая, что с учетом жалоб, данных анамнеза заболевания, осмотров в период амбулаторного лечения диагноз «... (схожая клиника с ОРВИ) в тот период, даже при ранней госпитализации и оказании высококвалифицированной помощи предотвратить агрессивное течение инфекции у пациента было невозможно, а также то, что лечение в условиях ГБУЗ ПК «Городская клиническая поликлиника №4» не способствовало ухудшению состояния ФИО1, между выявленными дефектами оказания медицинской помощи на данной этапе и смертью ФИО1 причинно-следственной связи нет.

Оценив собранные по делу доказательства в совокупности, учитывая характер и степень причиненных истцам невосполнимых нравственных страданий, с учетом всех заслуживающих внимания обстоятельств, суд определяет размер компенсации морального вреда, причиненного истцам в размере 120 000 руб. в пользу каждого.

По мнению суда, именно такой размер, соответствует степени нравственных страданий истцов и согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения.

Судом учитывается, что истцы с потерей родного человека перенесли и до настоящего времени испытывают нравственные страдания, связанные со смертью сына, супруга и брата, ставшей необратимым нарушением семейных связей, относящихся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения, лишены возможности общения с погибшим.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Утрата близкого человека (родственника) рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного стресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Заявленный размер компенсации истцами суд находит завышенным и снижает его с учетом фактических обстоятельств дела, требований разумности и справедливости.

Основания для удовлетворения исковых требований в части требований к ответчику ГБУЗ ПК «Пермская станция скорой медицинской помощи» у суда отсутствуют, поскольку дефекты оказания медицинской помощи не выявлены. Медицинская помощь ФИО1 была оказана бригадой СМП ГБУЗ ПК «ПССМП» своевременно (приказ Министерства здравоохранения РФ от Дата № н «Об утверждении порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи (п.5,п.10, п.12), в соответствии установленного диагноза, стандарта оказания скорой медицинской помощи при Пневмонии (приказ МЗ РФ № от Дата). Данные анамнеза в карте вызова форма 110/у ГБУЗ ПК «ПССМП» № от Дата врачом СМП отражены достаточно, физикальное обследование пациента проведено по общепринятой методике, дополнительные исследования выполнены в полном объеме. Назначение лекарственных препаратов выполнено с учетом возраст пациента, инструкции по применению лекарственных препаратов. Преемственность при оказании скорой медицинской помощи не нарушена, выполнена медицинская эвакуация пациента в круглосуточный стационар, маршрутизация соблюдена, согласовывалась с руководством ГБУЗ ПК «ПССМП», соответствует «Временной маршрутизации взрослого населения с внебольничной пневмонией, ... (первичное положительное тестирование, подтвержденный) в государственные учреждения здравоохранения Пермского края», приложение № к приказу Министерства здравоохранения Пермского края от Дата №СЭД 34-01-05-141 «О внесении изменений во временную схему маршрутизации взрослого населения с внебольничной пневмонией в государственные учреждения здравоохранения Пермского края» от Дата №СЭД-34-01-05-286. Между выявленными дефектами оказания медицинской помощи на этапе скорой помощи и смертью ФИО1 причинно – следственной связи нет.

Исковые требования к ответчику ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им.М.А.Тверье» не подлежат удовлетворению, поскольку диагноз в условиях лечения ГБУЗ Пермского края «Городская клиническая больница им. М.А.Тверье» выставлен правильно, полно, своевременно. Дефектов оказания медицинской помощи на данном этапе не выявлено. Диагностика, лечение оказаны своевременно и правильно, в соответствии с Временными методическими рекомендациями «... инфекции (COVID -19) версия 7 от Дата Учитывая тяжесть состояния... и оказания своевременной и квалифицированной помощи предотвратить агрессивное течение инфекции и обеспечить наступление благоприятного исхода – сохранение жизни ФИО1 гарантировать было невозможно, так как летальность при имеющейся общей клинической картине была очень высокая. Ухудшение состояния ФИО1 и наступление неблагоприятного исхода (смерть) было обусловлено тяжестью самого заболевания и развившимися осложнениями.

По правилам ст.98 ГПК РФ с ответчика ГБУЗ ПК «Городская клиническая поликлиника №4» в пользу истцов подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины, уплаченной при подаче искового заявления в суд (л.д.20-22 т.1).

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Городская клиническая поликлиника №4» в пользу ФИО7 ...), ФИО7 ...), ФИО6 ...) компенсацию морального вреда в размере по 120 000, 00 рублей в пользу каждой, расходы по уплате государственной пошлины в размере по 100, 00 рублей в пользу каждой.

Исковые требования ФИО4, ФИО5, ФИО6 к ГБУЗ ПК «Пермская станция скорой медицинской помощи», ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А.Тверье» о компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Дзержинский районный суд города Перми в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья: подпись

Копия верна. Судья Л.Л.Абрамова

Решение в окончательной форме изготовлено 17.03.2023.