Дело № 2-545/2023
УИД 64RS0022-01-2023-000600-10
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
29 июня 2023 года г. Маркс
Марксовский городской суд Саратовской области в составе:
председательствующего судьи Руденко С.И.,
при секретере судебного заседания ФИО1,
с участием старшего помощника Марксовского межрайонного прокурора Саратовской области Денисова А.С.,
истца ФИО2 и ее представителя – по ордеру адвоката Чепеленко Д.В.
истцов ФИО3 и ФИО7,
ответчика ФИО8,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО7, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к ФИО8, ФИО9 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,
установил:
ФИО2, ФИО7, ФИО4, ФИО5, ФИО4 обратились в суд с иском к ФИО8, ФИО9 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, мотивируя свои требования тем, что в ночь на 19 июля 2020 года ответчики ФИО8 и ФИО9 на почве неприязни, заранее договорившись о совместном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО11, который приходился истцам соответственно сыном, мужем и отцом, совместно нанесли последнему в коридоре <адрес> с целью причинения тяжкого вреда его здоровью телесные повреждения, в результате которых ФИО11 скончался. В отношении ответчиков по указанному факту преступных деяний 23 октября 2020 года Марксовским городским судом Саратовской области был вынесен приговор, согласно которому в судебном заседании ФИО8 и ФИО9 частично вину признали, их преступные действия были расценены судом по ч. 4 ст. 111 УК РФ и им был назначено наказание: ФИО8 - в виде 12 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима, ФИО9 – в виде 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ ответчики в результате своих преступных действий причинили ФИО11, помимо прочих телесных повреждений: <данные изъяты> ФИО11 В результате гибели ФИО11 истцы претерпели глубокую психологическую моральную травму, связанную с потерей близкого родного человека. Гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. Данная утрата является для истцов тяжелейшим событием в жизни, причинившим нравственные страдания, усугублённые тем, что погибший был для них поддержкой и опорой, помогал во всём. В результате трагедии и связанного с этим эмоционального потрясения истцы в течение длительного периода времени испытывают глубокие нравственные страдания, душевные переживания о случившемся. Ссылаясь на указанные обстоятельства, истцы просят взыскать с ответчиков в солидарном порядке в свою пользу по 1 000 000 рублей на каждого из истцов в качестве компенсации морального вреда.
Истец ФИО7 в судебном заседании пояснила, что ФИО9 и ФИО8 - двое преступников, которые убили ее мужа, отца их детей, сейчас им очень тяжело: и морально, и физически. Ей было больно и обидно, когда она узнала о смерти мужа, она не смогла присутствовать на опознании, так как у нее больное сердце и этого бы она не выдержала. У нее остались переживания по поводу смерти супруга, время не лечит. Трое их совместных детей, узнав о гибели отца, сильно плакали. В браке с ФИО11 они прожили много лет. Погибший к детям относился очень хорошо, он детей любил и они его сильно любили. Она с детьми через год после смерти мужа уехала в Москву к свекрови, так как морально было тяжело находиться и у них частным дом, хозяйство, тяжело без мужчины в доме.
Истец ФИО2 в суде пояснила, что погибший ФИО11 являлся ее единственным сыном, у нее есть еще старшая дочь. С сыном у нее были близкие родственные отношения, они с ним регулярно встречались и почти ежедневно общались по телефону. Когда она узнала о смерти сына, ей было плохо, скорую вызывали. Затем ухудшилось состояние здоровья после случившегося, у нее больное сердце, стоит кардиостимулятор уже 8 лет. По прошествии трех лет со дня смерти сына она по прежнему испытывает страдания. Ответчики убили ее сына, изуродовали всего, на нем живого места не осталось, все органы ему отбили. У погибшего с внуками были нормальные родительско-детские отношения, дети вспоминают своего отца.
Представитель истца ФИО2 – адвокат Чепеленко Д.В. в судебном заседании подержал позицию своего доверителя в полном объеме.
Истец несовершеннолетний ФИО4 суду показал, что с отцом у него были хорошие отношения, других пояснений в силу эмоционального состояния дать не смог.
Истцы несовершеннолетние ФИО5, ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежаще.
Ответчик ФИО8 в суде исковые требования не признал, в удовлетворении иска просил отказать, указав, что при рассмотрении уголовного дела в суде потерпевшими не подавался гражданский иск, они утверждали что денег от подсудимых не нужно, а сейчас спустя 3 года решили обратиться в суд о возмещении морального вреда. Недавно он вернулся с СВО и с этого времени сестра потерпевшей ему стала писать в социальных сетях гадости, угрожать. Он неоднократно, находясь в местах лишения свободы, звонил сестре ФИО13, предлагал денег, чтобы помочь детей одеть к школе, пытался загладить причиненный моральный вред, но ему ответили что ничего не нужно. Не отрицал, что истцам причинен моральный вред, но после гибели мужа ФИО7 стала вести аморальный образ жизни, стала употреблять спиртные напитки, вести разгульный образ жизни. Он признал свою вину в смерти ФИО11, раскаялся в содеянном.
Ответчик ФИО9 в суд не явился, о времени и месте слушания дела извещался надлежаще, возражений по заявленным требованиям не представил, об отложении дела не просил.
Суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц.
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, с учетом заключения прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению исходя из принципов разумности и справедливости, суд приходит к следующему.
Жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, являясь нематериальными благами, охраняются государством, что отражено в ст.ст. 21, 22 Конституции РФ, ст. 150 ГК РФ.
В силу ст.ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
По общему правилу, установленному пп. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.
Приговором Марксовского городского суда Саратовской области от 23 октября 2020 года ФИО8 и ФИО9 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.
Указанным приговором ФИО8 назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 12 лет с ограничением свободы сроком на 1 год с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, ФИО9 назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 9 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Саратовского областного суда от 11 января 2021 года приговор Марксовского городского суда Саратовской области от 23 октября 2020 года оставлен без изменений.
В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Указанным приговором установлено и нет необходимости доказывать, что в ночь на ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 и ФИО9 на почве неприязни, заранее договорившись о совместном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО11, совместно нанесли последнему в коридоре <адрес> с целью причинения тяжкого вреда его здоровью множество ударов в область головы и туловища каждый, причинив ему, помимо прочих телесных повреждений, 4 кровоподтека, 13 ссадин, 2 ушибленные раны, 4 кровоизлияния в мягкие ткани головы с внутренней стороны, вдавленный перелом правой теменной кости, перелом правой скуловой кости, многооскольчатый перелом костей носа, кровоизлияния под мягкие оболочки головного мозга, кровоизлияние в желудочки головного мозга, разрыв правой доли печени, разрыв левой почки, наличие около 300 мл крови в брюшной полости, причинившие как по отдельности, так и в совокупности тяжкий вред здоровью ФИО11 по признаку опасности для жизни, в результате которых, а именно от тупой сочетанной травмы тела с переломом костей черепа и повреждением внутренних органов той же ночью наступила смерть ФИО11, к возможности наступления которой ФИО8 и ФИО9 относились неосторожно.
Принимая во внимание, что вина ФИО8 и ФИО9 в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, группой лиц по предварительному сговору, повлекшего по неосторожности смерть ФИО11, установлена судебным актом, в связи с чем в рамках данного дела доказыванию не подлежит.
Истец ФИО7 является супругой погибшего ФИО11, что подтверждается свидетельством о заключении брака <данные изъяты> года (л.д. 16), паспортом <...> (л.д. 9), свидетельством о смерти ФИО11 III-РУ № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 15).
Истец ФИО2 является матерью погибшего ФИО11, что подтверждается свидетельством о рождении IV-РУ № (л.д. 14), паспортом № (л.д. 8), свидетельством о смерти ФИО11 III-РУ № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 15).
Истцы несовершеннолетние ФИО4, ФИО5, ФИО4 являются детьми погибшего ФИО11, что подтверждается свидетельствами о рождении II-РУ № от ДД.ММ.ГГГГ, V-АГ № от ДД.ММ.ГГГГ, II-РУ № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 11-13), свидетельством о смерти ФИО11 III-РУ № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 15).
Согласно правовой позиции, изложенной в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
С учетом обстоятельств, изложенных в приговоре от 23 октября 2020 года по уголовному делу в отношении ФИО8 и ФИО9, осужденных за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, признавая установленным факт смерти ФИО11 в результате преступных действий ФИО8 и ФИО9 суд приходит к выводу о необходимости признания за истцами права на компенсацию морального вреда, поскольку переживания истцов, связанные с гибелью близкого человека – супруга, сына и отца троих несовершеннолетних детей, являются нравственными страданиями, а сам факт родственных отношений и факт преждевременной гибели близкого родственника подтверждает наличие таких страданий.
Доказательств наличия непреодолимой силы, либо умысла потерпевшего (п. 1 ст. 1079 ГК РФ, п. 1 ст. 1083 ГК РФ), стороной ответчиков не представлено.
Согласно требованиям ст.ст. 151, 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от обстоятельств причинения вреда, степени вины нарушителя, характера физических и нравственных страданий потерпевшего, требований разумности и справедливости.
Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
Как указывается в п.п. 27, 28, 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет.
Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами.
Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Лица, совместно причинившие моральный вред, исходя из положений статьи 1080 ГК РФ, отвечают перед потерпевшим солидарно. Суд вправе возложить на таких лиц ответственность в долях только по заявлению потерпевшего и в его интересах (часть вторая статьи 1080 ГК РФ).
При определении размера компенсации морального вреда суд, исходя из положений ст. 1101 ГК РФ учитывает, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов семьи. Утрата истцами супруга, родного сына и отца троих несовершеннолетних детей, безусловно, причиняет им нравственные страдания.
Нравственные страдания истцов являются очевидными: в результате преждевременной смерти супруга, родного сына и отца троих несовершеннолетних детей они лишилась права на общение с близким человеком, его любовь и заботу. Моральные страдания истцов по прошествии времени не утратили своей остроты.
Суд учитывает, что истец ФИО7 состояла с погибшим в зарегистрированном браке более десяти лет, в котором родились трое детей, мать погибшего - ФИО2 имеет преклонный возраст, отягощенный заболеванием сердца. На указанных истцов дополнительно легло бремя воспитания и содержания детей, которые остались без мужского попечения отца.
Государство обеспечивает защиту и охрану жизни граждан, семейных отношений и устанавливает гражданскую правовую ответственность для лиц, действия которых привели к нарушению этих благ. Размер ответственности должен быть адекватен допущенному нарушению.
При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание обстоятельства его причинения, степень вины ответчиков, данные о их личности, семейном, имущественном положении, характер и степень причиненных истцам нравственных страданий, сопровождавшихся тяжелыми эмоциональными переживаниями, чувстве горя, страха, депрессии, их индивидуальные особенности, а также требования разумности и справедливости.
Суд критически относится к доводу ФИО8 о том, что его участие в специальной военной операции должно служить основанием для отказа истцам в удовлетворении требований о компенсации морального вреда, поскольку возможность участия в боевых действиях ему была предоставлена для освобождения от отбытия наказания в виде лишения свободы и не является поводом к освобождению от гражданско-правовой ответственности.
С учетом изложенного, суд находит разумным, справедливым и достаточным взыскать солидарно с ответчиков в пользу каждого из истцов по 700 000 рублей.
Как указывается в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них (статья 40 ГПК РФ, статья 41 КАС РФ, статья 46 АПК РФ).
Если лица, не в пользу которых принят судебный акт, являются солидарными должниками или кредиторами, судебные издержки возмещаются указанными лицами в солидарном порядке (часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ, часть 5 статьи 3 АПК РФ, статьи 323, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).
Согласно ст. 103 ГПК РФ с ответчиков в доход бюджета Марксовского муниципального района Саратовской области подлежит взысканию солидарно государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой истцы были освобождены.
Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
иск ФИО2, ФИО7, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к ФИО8, ФИО9 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО8, ФИО9 в солидарном порядке в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением в размере 700 000 (семьсот тысяч) рублей.
Взыскать с ФИО8, ФИО9 в солидарном порядке в пользу ФИО7 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением в размере 700 000 (семьсот тысяч) рублей.
Взыскать с ФИО8, ФИО9 в солидарном порядке в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением в размере 700 000 (семьсот тысяч) рублей.
Взыскать с ФИО8, ФИО9 в солидарном порядке в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением в размере 700 000 (семьсот тысяч) рублей.
Взыскать с ФИО8, ФИО9 в солидарном порядке в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением в размере 700 000 (семьсот тысяч) рублей.
Взыскать с ФИО8 и с ФИО9 в солидарном порядке в доход бюджета Марксовского муниципального района Саратовской области государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд через Марксовский городской суд Саратовской области путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Срок изготовления мотивированного решения 03 июля 2023 года.
Судья С.И. Руденко