Дело №2-269/2025

УИД 39RS0001-01-2024-006266-92

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 июля 2025 года г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе

председательствующего судьи Крыльцовой Д.Ю.,

при секретаре Шляховой Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Ленинградского района г. Калининград в интересах несовершеннолетнего ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, расходов по оплате медицинских услуг,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ между несовершеннолетним ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, около <данные изъяты> минут произошел конфликт, в ходе которого ФИО5 нанес ФИО1 несколько ударов в область головы, в результате которых ФИО8 была причинена закрытая тупая черепно-мозговая травма, которая повлекла за собой кратковременной расстройство здоровья продолжительностью не свыше 21 дня и поэтому признаку относится к легкому вреду здоровья. <адрес> просит взыскать в пользу несовершеннолетнего ФИО1 в лице законного представителя ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей, а также судебные издержки в сумме <данные изъяты> рублей.

В судебном заседании помощник прокурора <адрес> ФИО9 исковые требования поддержала, настаивала на их удовлетворении.

Законные представители несовершеннолетнего ФИО1 - ФИО2. ФИО17 поддержали исковые требования, просили их удовлетворить.

Ответчики ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились, уведомлены надлежаще.

Представитель ответчиков по доверенности ФИО6 исковые требования не признал, указывая, что несовершеннолетний ФИО5 не причинял несовершеннолетнему ФИО1 травм, повлекших причинение легкого вреда здоровью, в связи с чем, не имеется оснований для компенсации морального вреда.

Представитель третьего лица – <данные изъяты>. ФИО10» по доверенности ФИО11 относительно исковых требований полагалась на усмотрение суда.

Заслушав участников процесса, исследовав представленные материалы, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда") разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Как следует из материала КУСП 13727/13763 от 17 апреля 2024 года (рапортов оперативного дежурного ОМВД Росси по Ленинградскому району от 17 апреля 2024 года о поступлении сообщения из Детской областной больницы об обращении за медицинской помощью несовершеннолетнего ФИО1, о поступлении сообщения об избиении ребенка, объяснений ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ) ДД.ММ.ГГГГ между несовершеннолетними ФИО1 и ФИО5 произошел конфликт, в ходе которого ФИО5 нанес ФИО1 удары в область головы.

В связи с этим, постановлением Комиссии по делам несовершеннолетних Администрации ГО «Город Калининград» от ДД.ММ.ГГГГ №в отношении ФИО5 применена мера мера воздействия в виде предупреждения.

Как видно из выписного (переводного) эпикриза Детской областной больницы ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> в Детскую областную больницу поступил несовершеннолетний ФИО1, <данные изъяты> рождения с жалобами на головную боль и тошноту, был экстренно госпитализирован, выставлен диагноз: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга.

Из акта медицинского освидетельствования <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что несовершеннолетнему ФИО1 причинена закрытая тупая черепно-мозговая травма: сотрясение головного мозга, кровоподтек левой глазничной области (на веках слева и в области наружного угла глаза).

По ходатайству ответчиков была назначена и проведена комплексная (комиссионная) судебно-медицинская экспертиза, согласно заключению которой уставленный в ГБУЗ «Детская областная больница <адрес>» ФИО1 диагноз «Закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга» экспертная комиссия считает обоснованным. (заключение № от ДД.ММ.ГГГГ СПб ГБУЗ «БСМЭ»).

Таким образом, требование о компенсации морального вреда, заявленное истцом является обоснованным.

Возражая относительно установленной тяжести причиненного ФИО1 вреда здоровью, ответчики ссылаются на видеозапись, сделанную ФИО1 непосредственно после конфликта и размещенной в одной из социальных сетей, на которой ФИО1 выглядит абсолютно здоровым и бодрым, повреждения на его лице отсутствуют.

Указанный довод не может быть признан состоятельными и поставить под сомнение диагноз «Закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга», поставленный врачом в ГБУЗ «Детская областная больница», государственным судебно-медицинским экспертом ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы потерпевших, обвиняемых и др. лиц» ФИО12, а также признанный обоснованным заключением комплексной (комиссионной) судебно-медицинской экспертизы <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ СПб ГБУЗ «БСМЭ», назначенной по ходатайству ответчиков в указанном ими экспертном учреждении и по вопросам, которые они представили.

Кроме того, в ответе на вопрос судебной экспертизы «является ли достоверным поставленный в выписном эпикризе от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ «Детская областная больница <адрес>» несовершеннолетнему ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и отраженный в акте судебно-медицинского освидетельствования № ДД.ММ.ГГГГ, выданном экспертом ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО13, диагноз – «закрытая черепно-мозговая травма» и «сотрясение головного мозга», с учетом состояния данного пациента, наблюдаемого в снятом им же самим видеоролике, а также с учетом представленных в распоряжение эксперта материалов дела №, а также медицинских данных и документов в отношении пациента ФИО1?» эксперты указали, что указанное видео не подлежит судебно-медицинской оценке, поскольку не может являться достоверным подтверждением его объективного состояния, таким образом, не может быть оценен при постановке диагноза врачом, а также иным образом повлиять на его обоснованность и достоверность.

Согласно п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 (ред. от 23.06.2015) «О судебном решении» судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ).

С учетом требований гражданского процессуального законодательства об относимости и допустимости доказательств экспертное заключение должно содержать в себе четкие и однозначные ответы на вопросы, поставленные перед экспертом судом. Лишь в этом случае заключение эксперта может быть принято судом в качестве доказательства, которое оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Оценка заключения экспертов должна производиться судом не произвольно, а по правилам, установленным законом.

В соответствии с частью 1 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам (часть 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Так, проведение комплексной (комиссионной) судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ было поручено судом экспертам СПб ГБУЗ «БСМЭ» ФИО14 и ФИО15, имеющим соответствующую квалификацию для проведения такого вида экспертизы, а также значительный опыт и стаж работ, связанный с экспертной деятельностью. Представленное заключение является достаточным и допустимым доказательством по обоснованности высталвения несовершеннолетнему ФИО1 диагноза, при том, что заключение является полным и всесторонним, каких-либо сомнений относительно квалификации экспертов не усматривается.

Представленная в материалы дела ответчиком рецензия – заключение специалиста № АНО «Центр медико-криминалистических исследований», в котором проверялись обоснованность и аргументированность выводов экспертов СПб ГБУЗ «БСМЭ» ФИО14 и ФИО15 не может служить доказательством, опровергающим выводы экспертов, поскольку не содержит четких и однозначных выводов о нарушении экспертами методических рекомендаций либо иных нормативно-правовых актов. Кроме этого, СПб ГБУЗ «БСМЭ» проведена судебная экспертиза комиссией экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Кроме этого, суд может отвергнуть заключение судебного эксперта в случае, если это заключение находится в явном противоречии с остальными доказательствами по делу, которые бы каждое в отдельности и все они в своей совокупности бесспорно подтверждали бы несоответствие выводов эксперта установленным по делу обстоятельствам. Вместе с тем, таких доказательств материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчиков в пользу истца компенсации морального вреда в размере 75000 рублей.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 данного кодекса.

Согласно договора об оказании платных медицинских услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, акта об оказании услуг по указанному договору и квитанции на сумму 1480 рублей ФИО2 понесены расходы по судебно-медицинскому исследованию с составлением акта №А от ДД.ММ.ГГГГ.

При таком положении указанные расходы подлежат взысканию с ответчиков в пользу истца.

Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчиков в доход местного бюджета надлежит взыскать государственную пошлину, от которой истец был освобожден, в размере – 3000 рублей.

руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора Ленинградского района г. Калининград в интересах несовершеннолетнего ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с ФИО3, паспорт <данные изъяты>, ФИО4, паспорт <данные изъяты>, в пользу ФИО1 в лице законного представителя ФИО2, паспорт <данные изъяты>, в счет возмещения морального вреда 75000 рублей, в счет возмещения расходов 1480 рублей.

Взыскать с ФИО3, паспорт <данные изъяты>, ФИО4, паспорт <данные изъяты> в доход местного бюджета государственную пошлину в размере <данные изъяты>.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 22 июля 2025 года.

Судья: Д.Ю. Крыльцова