61RS0017-01-2022-002976-93
Дело № 2-44/2023 (2-2019/2022;)
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
26 декабря 2023 года г. Красный ФИО2, Ростовской области
Красносулинский районный суд Ростовской области в составе:
председательствующего судьи Галагановой О.В.,
при секретаре Никитиной У.П.,
с участием помощника Красносулинского городского прокурора Потехина А.А.
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда с использованием систему видеоконференц-связи с с Красногвардейским районным судом г. Санкт-Петербурга гражданское дело по исковому заявлению ФИО3, ФИО6 к ГБУ РО «Центральная районная больница» в Красносулинском районе, о взыскании компенсации морального вреда, суд,
УСТАНОВИЛ:
ФИО3 (супруга), ФИО6 (дочь) и ФИО7 ( сын) обратились в суд с иском, в котором, с учетом уточнений в порядке ст.39 ГПК РФ, просят взыскать компенсацию морального вреда в размере 4 300 000,00 руб. с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Центральная районная больница» в <адрес>, в связи с некачественным оказанием медицинских услуг ФИО4, умершего ДД.ММ.ГГГГ, а также расходы в размере 21 200,00 руб., понесенные в результате ненадлежащего оказания медицинских услуг.
В обоснование заявленных требований истцы указали, что в мае 2022 года ФИО4 обратился Муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения «Районная больница» <адрес> и <адрес>» <адрес> за оказанием ему медицинской помощи, так как испытывал сильные головные боли.
При осмотре врачом ФИО26 без проведения комплекса мероприятий, направленных на поддержание и восстановление здоровья, ему, в качестве лечебного средства на куске газеты был выписан ФИО9.
Следуя указаниям своего лечащего врача, ФИО4 безоговорочно принимал данный препарат, однако, никакого лечащего действия он ему не оказывал, о чем он неоднократно указывал лечащему врачу.
На все его заявления о том, что его состояние ухудшается, он получал отговорки, что это возрастное, иных действий для оказания квалифицированной медицинской помощи он не получал.
С учетом того, что его состояние ухудшалось с каждым днем, и никакой помощи от МБУЗ «Районная больница» <адрес> и <адрес> он не получал, пришлось обратиться в диагностический центр «<данные изъяты>» <адрес>, для прохождения обследования.
В ходе обследования МРТ головного мозга, артерий головного мозга, шейного отдела позвоночника, ФИО4 рекомендовано обратиться к неврологу, онкологу, МСКТ.
Обратившись в ГБУ <адрес> «<данные изъяты>» в <адрес> и пройдя обследования в данном учреждении у ФИО4 выявлено <данные изъяты>
В заключении указано, что КТ-картина ЗНО стенок клиновидных пазух и ската черепа с инвазией в полость средней черепной ямки слева, муфтообразн охватом левой ВСА, с высокой вероятностью <данные изъяты>.
Как указано в Протоколе прижизненного патолого-анатомического исследования биопсийного материала ГБУ <адрес> «Патолого-анатомическое бюро» у имелась <данные изъяты>
Название «<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты> Это важно для определения тактики лечения пациента.
Следовательно, на данной стадии, в ходе всех проведенных мероприятий у ФИО4 выявлен <данные изъяты>, который ФИО9 не лечится.
03 августа 2022 года по непонятным причинам, в медицинской карточке ФИО4 поваляется запись о том, что при его осмотре выявлены боли в <данные изъяты>
Однако никакого осмотра ФИО4 проходил, на данную дату времени он находился в ГБУ <адрес> «<данные изъяты>» в <адрес>, где проходил полное обследование.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 скончался.
Определением Красносулинского районного суда от 26.12.2023 принят отказ от иска ФИО7, производство по делу в данной части прекращено.
В судебном заседании требования иска были поддержаны ФИО3, ФИО6 и их представителем адвокатом Потаповым С.А., действующим на основании ордера и доверенности.
Истец ФИО6, участвуя в судебном заседании посредством видеоконференц-связи из Красногвардейского районного суда <адрес> поддержала требования иска и ранее данные ей показания о том, что она вместе со своей семьей постоянно проживает в <адрес>. Каждое лето на месяц приезжала с детьми к родителям. Они всегда были на связи, мать, отец, ее брат ФИО8. Вся забота об отце лежала на ее брате ФИО8, когда отцу ампутировали ногу, поскольку она проживала в другом городе, участвовала материально, покупала коляски. В прошлом году в 2021 сделали ремонт, чтобы ему было проще выезжать во двор на коляске. В кухню к нему действительно заходили домашние собаки и кошки, он курил. Все в кухне было приспособлено, чтобы он мог взять еду из холодильника, согреть, досыпать в печь уголь, если дома никого нет. С весны 2022 года ее мама – ФИО3, говорила, что отец стал жаловаться на сильные головные боли и, что при обращении к доктору ФИО11, последний выписывал ибуклин и еще обезбаливающий препарат. При чем назначение делалось на газете. Они посовещавшись приняли решения обследовать отца в частных клиниках, что и было сделано. В августе е 2022 года, когда она уже была у родителей с семьёй они возили отца в <данные изъяты> центр <адрес>. Все вместе носили его на руках на второй этаж, поскольку здание не приспособлено для инвалидов колясочников, каковым был ее отец при жизни. Когда отцу уже был поставлен диагноз <данные изъяты>, она заехала в <данные изъяты> амбулаторию для того, чтобы завести заключение. Медсестра сказала, что доктор только приехал и пьет чай. Она объяснили, что у нее машина без кондиционера, инвалид с <данные изъяты> сидит и «плавится» от жары в машине, на что вышел доктор ФИО11 и нецензурными словами выгнал ее, о чем у нее имеется аудиозапись.ДД.ММ.ГГГГ отец был дома один и приехал лечащий врач ФИО11 и предложил ему госпитализацию, отец отказался, поскольку понимал, что в больницу ему надо ложиться с кем-то из семьи, поскольку в больнице он сам себя не обслужит. Она спрашивала отца, почем он им не позвонил, они же в аптеку и в магазин поехали? Да и доктор имел ее номер телефона и мог поговорить с ней. В Красносулинской ЦРБ им предлагали госпитализацию, но они с мамой отказались, поскольку отец уже не мог вставать, за ним требовался уход, он инвалид без ноги. Она очень страдает от того, что было упущено время, что ФИО11 не выдавал никаких направлений на обследование, они обращались к различным врачам для того, чтобы докопаться до истицы. В <данные изъяты> <адрес> им так и сказали, что упущено время, <данные изъяты>. Отец был сильным человеком, старался много делать сам, в крайних случаях просил о помощи и, не жаловался на то, что у него что-то болит. Умирал отец у нее на руках. Это очень тяжело терять близкого человека. Она до сих пор испытывает чувство не выполненного долга обещала, что вылечит отца, он будет жить, принимать химиотерапию… Сама в течение нескольких месяцев после смерти отца лечилась у <данные изъяты>, но документально подтвердить не может.
ФИО3 пояснила, что приходится вдовой покойному ФИО4. В мае 2022 года супруг стал жаловаться на сильные головные боли, с учетом того, что он крепкий железный человек. Прежде чем вызвать участкового, они вызывали скорую помощь, работник которой рекомендовали обратиться к лечащему врачу по месту жительства. Доктор приехал назначил меновазин, аппликатор на шею и таблетки от давления. Прошли курс лечения. Боли не проходили. Повторно вызвали доктора, который назначил ибуклин. Она работала, доктор приходит к супругу без нее и на обрывках газет на кухне делал назначения, которые она предоставила в материалы дела. У ее супруга в 2017 году был инсульт, но это нигде не зафиксировано. ФИО11 никогда не вел карточку при посещении ее супруга. ДД.ММ.ГГГГ они с супругом зарегистрировали повторно брак. В 2021 году она читала его амбулаторную карту, и прочитала, что хирург общей практики, который принимал в <данные изъяты> амбулатории указал, что супруг жалуется на боли в коленях обеих ног, с учетом того, что правая нога ампутирована выше колена. После МРТ ДД.ММ.ГГГГ. попали в платную РЖД к неврологу, он посмотрел снимки, сказал что нужно срочно, сказал чтобы врач наш дал направление. нужно в ЛОР- отделение <адрес>. С этой бумажкой поехала в больницу, чтобы написали направление в <адрес>, в первый день нас не приняли, повторно поехали на второй день, уже был талон, врач назначил сдать анализы, диски на описание, его возили везде с собой, мед. чеки все имеются. Но продолжали пить ибуклин и мексидол. Несмотря на то, что они с ФИО4 расторгали брак, имели свои семьи, с 2019 года она проживала с ним, затем вновь зарегистрировали брак, мечтали вставить пластиковые окна, радовались детям и внукам.Очень тяжело переживает потерю супруга, несмотря на то, что прошло более года, тяжело от сознания того, что если бы сразу участковый терапевт направил на обследование, то можно было выиграть время и продлить ему жизнь.
Представитель ответчика адвокат Кузнецов А.А. иск не признал, и пояснил, что позиция ответчика по данному делу полностью отражена в ответе в Министерство здравоохранения <адрес> от 13.09.2022 (т.1 л.д.189). ФИО4 состоял на учёте у врача хирурга и врача терапевта с 2012. Диагноз: ампутационная культя нижней третьей правого бедра (на фоне гангрены правой ноги), операция 2012 года, являлся <данные изъяты> группы бессрочно. Амбулаторная карта с 09.08.2022 находится на руках ФИО3, выдана сотрудниками регистратуры на основании ее заявления. ФИО3 категорически отказывалась вернуть амбулаторную карту, в связи с чем с 11.08.2022 заведен дубликат. В период с 2012 по 2019 ФИО4 за медицинской помощью не обращался. В 2019 году активно посещен на дому неврологом. Диагноз: последствия перенесенного ОНМК (БДУ). Назначена терапия, проведен курс лечения сосудистыми препаратами на дому. ДД.ММ.ГГГГ осмотрен активно на дому участковым терапевтом, скорректирована гипотензивная терапия. 16.03.2020 осмотрен активно на дому хирургом. Диагноз: <данные изъяты>. 22.06.2020 консультирован терапевтом в телефонном режиме, в связи со сложной эпид.ситуацией. По результатам консультации рекомендовано дообследование у лор врача. В последующем до марта 2021 года за медицинской помощью не обращался
11.03.2021 по 22.03.2021 активно посещен на дому врачом хирургом и медицинской сестрой. Диагноз: деформирующий артрит левого коленного сустава.
Январь 2022 родственникам ФИО4 повторно в устной форме участковым озвучена необходимость консультации лор-врача. По август 2022 года за медицинской помощью не обращался.
09.08.2022 на прием к участковому врачу терапевату обратились родственники (ФИО3 и ее дочь) ФИО10 с заключением КТ от
03.08.2022 № заключение: КТ картина <данные изъяты>. Участковым терапевтом даны рекомендации по лечению.
10.08.2022 участковым терапевтом посещен на дому. На основании осмотра предложена госпитализация, разъяснены последствия. ФИО4 от госпитализации отказался.
11.08.2022 родственники ФИО12 в категорической форме на основании заявления забрали амбулаторную карту их регистратуры амбулатории. Факт обследования у врача <данные изъяты> родственники скрыли. Документы врачу не предоставили.
11.08.2022 обратились к врачу терапевту в СБУЗ РБ Красный ФИО2 в поликлиническое отделение №. Предоставляли заключение врача онколога ШОД от ДД.ММ.ГГГГ. Диагноз: <данные изъяты>. Для решения вопроса о тактике лечения назначен консилиум специалистов на 17.08.2022
17.08.2022 на основании протокола враче ШОД назначена госпитализация в отделении <данные изъяты> РБ <адрес> на 06.09.2022
23.08.2022 в личной беседе зам. Главного рвача по поликлинической работе с родственниками ФИО4 разъяснен вопрос о дальнейшей тактике ведения пациента, решение экспертного вопроса (усиление группы инвалидности по показаниям), ввиду наличия тяжести состояния предложена госпитализация в терапевтическое отделение № для симптоматического лечения. Последовал отказ в устной форме. Участковым терапевтом скорректирована обезболивающая терапия.
29.08.2022 повторная беседа зам.главного врача по поликлинической работе с ФИО3, повторно предложена госпитализации. Отказ в устной форме.
06.09.2022 выделен транспорт для госпитализации ФИО4 в отделение <данные изъяты> <адрес>.
Адвокат Кузнецов А.А. просил отказать в удовлетворении иска, поскольку из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что между допущенными нарушениями и наступлением смерти ФИО4 отсутствует прямая причинно-следственная связь. Кроме того, ФИО4 проживал в антисанитарных условиях, никто из родственников не осуществлял за ним должный уход.
По ходатайству истца ФИО6 в судебном заседании10.02.2023 допрошен ее супруг ФИО5, который пояснил, что состоит в браке с истцом с 2010 года. Они часто общались с покойным тестем по телефону. Когда у него в доме был брат супруги – ФИО8, то они общались по видеосвязи. В августе 2022 года он 10 дней был в отпуске. Тесть говорил, что его мучают головные боли, а ему два месяца промывают ушные пробки. Тесть заметно сдал с его время нахождения в отпуске. Когда они приезжали в отпуск, то его супруга старалась больше времени провести с отцом. Они всегда вывозили его на пруд. Его супруга очень тяжело перенесла потерю отца, поскольку была к нему очень привязана, несколько недель была на больничном, лечилась у невролога.
По ходатайству адвоката Потапова С.А. допрошен свидетель ФИО13, который пояснил, что его матерью является ФИО1 отец – ФИО14. ФИО15 приходился ему отчимом. Он проживал с ним 1,5-2 года. Еще до того, когда они с его матерью решили съехаться. С лета 2022 года покойного стали мучать головные боли. Каждый раз он звонил матери, консультировался, то встречал скорую помощь, то доктора вызывал.
По ходатайству представителя ответчика адвоката Кузнецова А.А. 10.02.2023 допрошены свидетели:
ФИО13 – о том, что в 1994-1995 году они зарегистрировали брак с ФИО1 Дети ее от первого брака ФИО27 и ФИО8 проживали с ними, он занимался их воспитанием. Отцом они его не называли, поскольку рядом жил их отец ФИО4, они к нему ходили сами. От брака у них совместный сын Евгений. В 2014 году он с ФИО1 развелся, о судьбе своего сына мало что знает, не общаются.
ФИО16 медсестра Комиссаровской амбулатории о том, что ездила к ФИО4 в июне 2022 года делала процедуры по назначению врача Шкургана. Должны были сделать капельницы 10 дней, делали почти три недели, поскольку сын больного ФИО8 просил сделать перерыв, т.к. ему надо было по работе то в Роство, то еще куда-то. Затем в августе после онокдиспансера ездили к ФИО4, брали у него анализы. В какой-то раз была ФИО3, в какой-то раз Евгений или ФИО8 приезжал. ФИО4 жил в летней кухне. Там две кровати и диванчик. Она приезжала его капать, там могло стоять ведро с фекалиями. Могла на следующий день приехать, и та же капельница могла висеть не убранной, ампулы. Она делала капельницу в антисанитарных условиях, выполняя назначения врача. Она разъясняла ФИО3, что ее супруга надо обследовать, надо везти его на МРТ, поскольку назначенное лечение не давало эффекта. Это ее право было принимать решение. Доктору она не докладывала, что назначенное лечение не дает эффекта.
ФИО17 пояснила, что работает медсестрой дневного стационара, в сентябре 2022 года выполняла назначена врача, делала капельницы ФИО4, который, по ее мнению, проживал в антисанитарных условиях. Если они его так любили, то как могли его так содержать, ей непонятно.
ФИО18 - фельдшер скорой медицинской помощи, которая пояснила, что первый раз ее вызвали к ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ. Он жаловался на головные боли. Он проживал в летней кухне. Условия проживания были ужасные, некуда было поставить чемодан. Следов проживания женщины там не было. Эта женщина появилась там перед смертью ФИО4, когда уже был выставлен диагноз.
ФИО19 фельдшер-лаборант, ФИО20 дали аналогичные показания.
ФИО21 – житель <адрес>, <данные изъяты>, показала, что в 2019-2020 году посещала ФИО4 по месту жительства, предлагала оформить обслуживание, но он сказал, что знает, как их найти. В 2021 году она работала в комиссии по выборам. Приезжали к ФИО4 в доме было чисто, ФИО3 перестилала ему постель. Он сидел в инвалидной коляске. В период 2015-2017 г.г. у ФИО4 в кухне грязно было.
Дело рассмотрено в отсутствие представителей третьих лиц ООО «Капитал МС», Территориальный ФОМС по Ростовской области, ФИО22, извещенных о времени и месте судебного заседания.
Заслушав участников процесса, исследовав представленные доказательства, заслушав заключение помощника Красносулинского городского прокурора Потехина А.А., полагавшего, что иск о взыскании компенсации морального вреда подлежит удовлетворению, определение размера вреда оставил на усмотрение суда, суд приходит к следующему.
Согласно статье 3 Всеобщей декларации прав человека и статьи 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, к числу наиболее значимых человеческих ценностей относятся жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной.
Согласно статье 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Здоровье человека - высшее неотчуждаемое благо, без которого утрачивают свое значение многие другие блага и ценности. Провозглашая право на охрану здоровья и медицинскую помощь одним из основных конституционных прав, государство обязано осуществлять комплекс мер по сохранению и укреплению здоровья населения, в том числе посредством развития государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения, установления правовых гарантий получения каждым необходимой медико-социальной помощи.
Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.
Граждане Российской Федерации в соответствии с Законом Российской Федерации от 29.11.2010 N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании" имеют право на получение медицинских услуг, соответствующих по объему и качеству условиям договора медицинского страхования, который содержит перечень медицинских услуг, входящих в территориальную программу, а также на предъявление иска учреждениям здравоохранения и частнопрактикующим врачам, работающим в системе обязательного медицинского страхования, в том числе и на материальное возмещение ущерба в случае причинения вреда здоровью вследствие ненадлежащего качества оказания медицинской и лекарственной помощи, а также условий предоставления медицинской и лекарственной помощи независимо от того, предусмотрено это или нет в договоре медицинского страхования.
Качество медицинской помощи определяется совокупностью признаков медицинских технологий, правильностью их выполнения и результатами их проведения. Некачественное оказание медицинской помощи - оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.
Из положений статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" следует, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (часть 2). Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3).
Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона N 323-ФЗ).
Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В силу статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты> честь и доброе имя, <данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 48, 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.
Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Судом установлено, что ФИО3 и ФИО6 обратились в суд с требованием о компенсации причиненного морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи их супругу и отцу ФИО4 сотрудниками МБУЗ «Районная больница» <адрес> и <адрес> (ныне ГБУ РО «<адрес> больница» в <адрес>).
Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, в течение 2020 по 2021 годы ФИО4 за медицинской помощью обращался редко.
10 января 2022 года ФИО4 обратился к терапевту поликлиники с жалобами на общую слабость, повышение температуры тела до <данные изъяты>. Установлен диагноз «<данные изъяты>». Назначено обследование и лечение, не противоречащее положениям клинических рекомендаций « <данные изъяты>» (утв. Министерством здравоохранения РФ, 2021) Назначенное обследование (ОАК, ОАМ, консультация отоларинголога) больным по неясным причинам пройдено не было.
В период с 10.01.2022 по 09.07.2022 данных о состоянии здоровья ФИО4 медицинская документация не содержит.
Из акта судебно-медицинского исследования трупа № от 16 сентября 2022 года следует, что смерть ФИО4 наступила от заболевания органов дыхания – <данные изъяты>
Определением суда от 13 марта 2023 года по ходатайству сторон по делу назначена судебно-медицинская экспертиза.
Из заключения судебно-медицинского эксперта-гистолога № от 28.07.2023 следует, что у ФИО4 установлен <данные изъяты>
Из заключения судебно-медицинской экспертной комиссии ГБУ РО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» №-пк от 22.11.2023 года следует, что по данным предоставленных медицинских документов в течение 2020 -2021 годов ФИО4 за медицинской помощью обращался редко, каких-либо симптомов, позволяющих заподозрить у него злокачественного новообразования, в том числе при осмотре 10.01.2022 не отмечалось.
Данных о состоянии здоровья ФИО4 в период с 10.01.2022 по 06.07.2022 не имеется, обращений за медицинской помощью в указанный период в предоставленных медицинских документах не зафиксировано.
С 06.07.2022 по 09.08.2022 ФИО4 проходил обследование в ГБУ РО «<данные изъяты>» г. ФИО25 ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 проходил обследование в ГБУ РО «<данные изъяты>» в <адрес>, по результатам которого ему был установлен диагноз «<данные изъяты>».
При анализе предоставленных медицинских документов были выявлены множественные дефекты оказания медицинской помощи, допущенные врачами МБУЗ «Районная больница» <адрес> и <адрес>:
11.03.2021г., 15.03.2021г. и 22.03.2021г. ФИО4 получал лечение у хирурга с диагнозом «<данные изъяты> При исследовании записей хирурга экспертами были выявлены неточности в записях: на момент обращения к хирургу в 2021г. левая нижняя конечность у ФИО4 была ампутирована на уровне средней трети бедра, то есть левый коленный сустав отсутствовал, при этом в разделах «жалобы» и «диагноз» упоминаются «коленные суставы», однако в разделе объективное исследование» описывается состояние только одного коленного сустава (в записи от 15.03.2021г. конкретизировано, что речь идет о правом коленном суставе).
03.08.2022г. ФИО4 обращался к терапевту поликлиники с жалобами на общую слабость, озноб, повышение температуры тела до 37,1°С, боли в правом подреберье, тупого, ноющего характера, длительностью более 7 часов, сопровождающиеся появлением тошноты, чувство горечи во рту, однократной рвотой. При осмотре общее состояние больного расценивалось как относительно удовлетворительное, отмечалась гиперемия кожных покровов, болезненность живота при пальпации в правом подреберье с <данные изъяты> отр. На основании жалоб и результатов объективного осмотра был установлен допустимый в данной ситуации диагноз «<данные изъяты>». На данном этапе тактика ведения больного была выбрана неверно: в нарушение положений клинических рекомендаций "<данные изъяты>" (утв. Министерством здравоохранения РФ, 2021 г.) и "<данные изъяты>" (утв. Министерством здравоохранения РФ, 2020 г.) больной не был в экстренном порядке госпитализирован (наличие острого <данные изъяты> является абсолютным показанием к госпитализации). Оформленного отказа пациента от госпитализации в медкарте не имеется. Обследование было назначено в недостаточном объеме в нарушение положений приказа МЗиСР РФ от 23.11.2004г. № «Об утверждении стандарта медицинской помощи больным ДД.ММ.ГГГГ», приказа М3 РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н "Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи", клинических рекомендаций "Острый холецистит" (утв. Министерством здравоохранения РФ, 2021 г.) и "Острый <данные изъяты>" (утв. Министерством здравоохранения РФ, 2020 г.). При этом необходимо отметить, что дальнейшее клиническое наблюдение, результаты проводимого обследования, а также результаты секционного и гистологического исследований не подтвердили наличие у ФИО4 <данные изъяты>.
10.08.2022г. ФИО4 был осмотрен врачом поликлиники на дому. Запись выполнена крайне неразборчивым почерком, что не позволяет оценить объем проведенного осмотра, правильность установленного диагноза и обоснованность назначенной терапии. Неразборчивость записи является дефектом оформления медицинских документов.
Указанные дефекты оказания медицинской помощи не оказали влияния на течение и исход имевшегося у ФИО4 заболевания, приведшего к наступлению его смерти, в причинно-следственной связи с наступлением смерти не состоят.
Оценивая данное экспертное заключение, суд исходит из того, что оно является допустимым доказательством, поскольку при проведении экспертизы соблюдены требования процессуального законодательства, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ за дачу заведомо ложного заключения, о чем имеются их подписи в тексте заключения, оснований сомневаться в объективности и беспристрастности экспертов не имеется.
Выводы, содержащиеся в заключение экспертов, являются достаточно ясными и полными. Заключение соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Предметом исследования являлись все имеющиеся медицинские документы ФИО4, гистоархив, исследовательская часть заключения изложена подробно и основательно. Заключение содержит описание проведенного исследования, ответы на поставленные судом вопросы.
Данное заключение обоснованно, представленные материалы дела и медицинские документы изучались всеми членами комиссии, анализировались, сопоставлялись с данными специальной медицинской литературы, после чего в процессе коллективного обсуждения составлялись с использованием формальной логики синтезированные экспертные выводы. Оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется, поскольку заключение составлено экспертами, имеющими высшее медицинское образование, высшие и первую квалификационные категории по медицинским специальностям и продолжительный стаж работы по специальности. Сведений о какой-либо заинтересованности ГБУ РО "БСМЭ", экспертов в исходе дела не имеется.
Ввиду изложенного, выводы экспертов, изложенные в заключении, сомнений в их правильности у суда не вызывают. Заключение экспертов отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательства.
Несмотря, но то, что заключение экспертной комиссии №-пк от 22 ноября 2022 года, не установило прямо причинно-следственной связи с имеющимися дефектами в лечении ФИО4, согласно правовому регулированию спорных отношений, возможность возмещения вреда, в том числе морального вреда, не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.
В данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания работниками ответчика ФИО4 могли способствовать ухудшению состояния его здоровья и привести к неблагоприятному для него исходу, то есть к смерти. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.), причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.
Суд считает, что указанные дефекты в лечении указанные заключении экспертной комиссии №-ПК от 22 ноября 2022 года, подтверждают, что оказание медицинской помощи в ГБУ РО «<адрес> больница» в <адрес> было некачественным.
Доводы ответчика, что существенную роль в наступлении летального исхода сыграло несвоевременность обращение ФИО4 за медицинской помощью, отсутствие профилактических осмотров, неудовлетворительные условия содержания больного в домашних условиях, отсутствие внимания со стороны членов семьи, не состоятельны и не являются основанием для освобождения ответчика от ответственности.
При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства, установленные при рассмотрении дела, степень и характер нравственных страданий истцов, степень вины ответчика.
Суд учитывает, что смерть близкого человека является невосполнимой утратой, несомненно связанной с нравственными страданиями истца, сильными переживаниями и волнениями, негативным влиянием на психологическое состояние, суд также учитывает требования разумности и справедливости и приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу ФИО3 компенсации морального вреда в размере 250 000 руб. и в пользу ФИО6 – 250 000,00 руб.
Разрешая требования истцов о взыскании с ответчика расходов в размере 21 200,00 руб., понесенных в результате медицинских обследований в ООО «<данные изъяты>» <адрес> суд не находит оснований для их удовлетворения, поскольку истцами не предоставлено доказательств необходимости несения указанных расходов, направления врачей-специалистов на прохождение указанных обследований.
Согласно ст.103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 600 рублей.
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО3, ФИО6 удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения <адрес> «<адрес> больница в <адрес> ( ОГРН <***>, ИНН<***>) компенсацию морального вреда :
- в пользу ФИО3 (паспорт <данные изъяты> выдан 06.<данные изъяты> по <адрес> в <адрес>, код подразделения <данные изъяты> в размере 250 000,00 руб.
- в пользу ФИО6 (паспорт <данные изъяты> по <адрес> в <адрес>, код подразделения <данные изъяты>) в размере 250 000,00 руб.
В остальной части иска отказать.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Центральная районная больница в <адрес> в доход бюджет госпошлину в размере 600,00 руб.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Ростовского областного суда через Красносулинский райсуд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Судья О.В. Галаганова
Решение в окончательной форме принято 09.01.2024г.