Судья Блохина Е.П. 33-1901/2023

2-1521/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

02 августа 2023 года г. Нальчик

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики в составе:

Председательствующего Макоева А.А.

Судей: Кучукова О.М. и Бейтуганова А.З.

при секретаре Кишевой А.В.

с участием прокурора Абдул-Кадырова А.Б.

по докладу судьи Бейтуганова А.З.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1 и ФИО4 на решение Нальчикского городского суда КБР от 05 мая 2023 года по гражданскому делу по искам ФИО3, действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО1, ФИО4 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Кабардино-Балкарской Республике о взыскании за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования их супруги и матери ФИО2,

установила:

ФИО3, действующий в своих интересах и интересах несовершеннолетнего сына ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Кабардино-Балкарской Республике о взыскании за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования его супруги и матери несовершеннолетнего ФИО1 - ФИО2, в свою пользу 1 000 000 рублей, в пользу несовершеннолетнего ФИО1 2 000 000 рублей. Взыскать за счет казны Российской Федерации, понесенные расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 рублей.

ФИО4 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Кабардино-Балкарской Республике о взыскании за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда 1 000 000 рублей, причиненного в результате незаконного уголовного преследования ее матери ФИО2 Взыскать за счет казны Российской Федерации, понесенные расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 рублей.

Определением Нальчикского городского суда КБР от ДД.ММ.ГГГГ гражданские дела по указанным искам ФИО4 и ФИО3, действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО1, объединены в одно производство.

ФИО3, действующий в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО1 и ФИО4 в обоснование исковых требований с учетом дополнений указали, что 2 марта 2015 года ГСУ СК России по СКФО в отношении ФИО2 - супруги ФИО3, матери ФИО4 и несовершеннолетнего ФИО1, незаконно возбуждено уголовное дело по четырем эпизодам части 3 статьи 159 УК РФ. В отношении нее была избрана мера пресечения в виде ареста, и она незаконно содержалась под стражей в СИЗО-2 города Пятигорска с 4 марта 2015 года по 26 февраля 2016 года.

21 сентября 2018 года Нальчикским городским судом КБР в отношении ФИО2 вынесен оправдательный приговор с правом на реабилитацию, который Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда КБР 5 марта 2019 года оставлен без изменения.

Их семья полагала, что на этом все закончилось, ФИО2 восстановили на работе, жизнь начала налаживаться и они, как страшный сон, вспоминали эти четыре года незаконного уголовного преследования. Однако, в апреле 2019 года заместителем Генерального прокурора Российской Федерации Кикотем А.В. на приговор Нальчикского суда КБР от 21 сентября 2018 года и апелляционное определение Верховного Суда КБР от 5 марта 2019 года было подано кассационное представление. Постановлением судьи Верховного Суда КБР от 26 июня 2019 года в передаче кассационного представления отказано.

30 августа 2019 года Генеральная прокуратура Российской Федерации обратилась с кассационным представлением по уголовному делу в отношении ФИО2 и ФИО8 в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.

4 марта 2020 года Пятый кассационный суд общей юрисдикции приговор Нальчикского городского суда КБР от 21 сентября 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда КБР от 5 марта 2019 года отменил и передал уголовное дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда КБР от 10 августа 2020 года приговор Нальчикского городского суда КБР от 21 сентября 2018 года оставлен без изменения.

По кассационному представлению Генеральной прокуратуры Российской Федерации 24 мая 2021 года Пятый кассационный суд общей юрисдикции отменил апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда КБР от 10 августа 2020 года и передал уголовное дело в отношении ФИО2 и ФИО8 на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

30 июля 2021 года судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда КБР приговор Нальчикского городского суда КБР от 21 сентября 2018 года оставила без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя без удовлетворения.

29 ноября 2021 года Генеральная прокуратура Российской Федерации обратилась с кассационным представлением по уголовному делу в отношении ФИО2 и ФИО8 Кассационным определением от 13 сентября 2022 года Пятый кассационный суд общей юрисдикции кассационное представление на приговор Нальчикского городского суда КБР от 21 сентября 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда КБР от 30 июля 2021 года оставил без удовлетворения.

Таким образом, незаконное преследование их супруги и матери ФИО2 продлилось более семи лет и, соответственно, нравственные страдания их семьи тоже длились все эти годы. Они испытывали страдания и унижения ввиду распространенной в отношении их супруги и матери ложной информации о совершении 4-х эпизодов тяжких преступлений. Первоначальным приговором Нальчикского городского суда КБР от 16 января 2017 года ФИО2 была приговорена к 1 году 9 месяцам 20 дням лишения свободы и находилась в статусе осужденной до отмены приговора Верховным Судом КБР. Об этом судачили все соседи, знакомые, коллеги, студенты, преподаватели учебного заведения, где обучалась ФИО4, в связи с чем у нее даже возникала мысль бросить учебу, чтобы избежать разговоров о ее маме, которая в тот момент содержалась в СИЗО. Об этом писали все СМИ республики. На страницах СМИ полностью обсуждалась их семейная жизнь, их кредиты, разговоры, взаимоотношения. Их семья стала предметом обсуждения и осуждения всей республики.

Истец ФИО3 также указал, что он является пенсионером МВД по КБР, в период прохождения службы в МВД получил минно-взрывную травму, в результате которой стал инвалидом 2 группы. В виду полученных травм у него выявлен ряд заболеваний и за ним требовался постоянный уход. Когда его супругу водворили в следственный изолятор, он остался один с малолетним ребенком на руках, которому на тот момент не исполнилось шести лет. Ребенок также имел различные заболевания и как никто нуждался в уходе и заботе матери. Для ухода за ребенком ему пришлось уволиться из органов внутренних дел в мае 2015 года. В результате сильнейшего стресса из-за разлуки с материю у ребенка ухудшилось здоровье. В соответствии с заключениями невролога и по результатам психологических обследований в 2015 года и в 2016 году у ФИО1 в результате депривации, в том числе эмоциональной, от матери, выявлены, а в дальнейшем подтверждены, гиперактивность с дефицитом внимания, астено-невротический синдром, невротическая реакция, задержка речевого развития, инсомния, инфантильность, несамостоятельность, эмоциональная депривация, слабая сформированность мелкой моторики.

В 2017 году в очередной раз пришлось обратиться за медицинской помощью с жалобами на агрессивность, плаксивость, негативное поведение, двигательную расторможенность, нарушение мелкой моторики; жалобы отмечены около 2-х лет после провоцирующей ситуации. Незаконное уголовное преследование его супруги со стороны Генеральной прокуратуры Российской Федерации, которое возобновилось спустя год после вступления в законную силу оправдательного приговора, и последующие три года еще больше подорвали его здоровье и здоровье его сына, так как их эмоциональное состояние, переживания не могли не отразиться на здоровье ребенка, у которого начались истерики из-за страха, что мама опять его бросит. По настоящее время их ребенок проходит наблюдение и лечение у психологов и неврологов в связи с развившимся у него чувством неуверенности. Ребенок тяжело адаптировался к школе, его эмоциональное состояние не стабильно.

Истец ФИО4 также указала, что на момент отмены апелляционного определения от 5 марта 2019 года она уже была замужем и возобновление уголовного преследования ее матери уже вызвали вопросы и недовольство в ее новой семье. Незаконное уголовное преследование ее матери в течение 7,5 лет значительно подорвало состояние здоровья всех членов их семьи, испортило отношения в ее новой семье.

Истцы полагают, что отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда. Также указывают, что их позиция о правомерности взыскании компенсации морального вреда не только в пользу потерпевшего, но и его родственников, подтверждается позицией Верховного Суда Российской Федерации.

В письменных возражениях на исковые заявления Управление Федерального казначейства, представляющее интересы ответчика Министерства финансов Российской Федерации, указывает, что исковые требования истцов не признает и просит в удовлетворении исковых требований отказать.

В возражениях указано, что из содержания оправдательного приговора Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 13 сентября 2022 года в отношении ФИО2 следует, что истцы не подвергались непосредственному уголовному преследованию, статус подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления им не присваивался и поэтому оснований для взыскания в их пользу компенсации морального вреда в соответствии со статьей 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Решением Нальчикского городского суда КБР суда от 05 мая 2023 года с учетом дополнительного решения от 30 мая 2023 года в удовлетворении исковых требований ФИО3 и ФИО4 отказано.

Не согласившись с принятым решением суда, считая его незаконным и необоснованным, вынесенным с неправильным применением норм материального и процессуального права, ФИО3 и ФИО4 подали на него апелляционную жалобу, в которой, приведя, по сути, доводы, аналогичные доводам, изложенным в исках, просят решение отменить, приняв по делу новое решение, удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Изучив материалы гражданского дела, заслушав участников судебного заседания, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суд, руководствуясь положениями статей 150, 151, 1070, 1095, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, 13, 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в его постановлениях от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», от 29 ноября 2011 года №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», исходил из того, что истцы не относятся к лицам, непосредственно подвергшимся незаконному уголовному преследованию и (или) мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу или по делу об административном правонарушении.

Судебная коллегия, соглашаясь с такими выводами суда, оснований для их переоценки, исходя из доводов апелляционной жалобы, не усматривает.

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего кодекса; 4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего кодекса; 5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры (часть 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 указанного кодекса, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (часть 3 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" физические лица, не указанные в части 2 статьи 133 УПК РФ, незаконно подвергнутые в ходе производства по уголовному делу мерам процессуального принуждения, а также юридические лица, которым незаконными действиями (бездействием) и решениями суда, прокурора, следователя, дознавателя, органа дознания в ходе производства по уголовному делу причинен вред (например, вследствие незаконного наложения ареста на имущество юридического лица), не отнесены уголовно-процессуальным законом к кругу лиц, имеющих право на реабилитацию. Однако в случае причинения вреда указанным лицам они имеют право на его возмещение в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ (часть 3 статьи 133 УПК РФ, статья 139 УПК РФ).

Из положения статей 135 и 138 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следует, что возмещение имущественного вреда и восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав реабилитированного производится в уголовно-процессуальном порядке.

В соответствии с частью 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу пункта 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Судом установлено и это следует из материалов дела, что в отношении истцов уголовное преследование не осуществлялось, статус подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления не присваивался, каких-либо ограничений на их права не накладывалось.

При таких данных суд, с учётом приведённых норм материального права и разъяснений по их применению, оснований заявленных требований, пришёл, вопреки доводам апеллянта, к правильному и обоснованному выводу об отказе в удовлетворении иска.

Доводы жалобы, по сути, направлены на несогласие с выводами суда об обстоятельствах дела, иную оценку установленных обстоятельств и не свидетельствуют о нарушении судом норм материального или процессуального права.

С учетом изложенного и руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Нальчикского городского суда КБР от 05 мая 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1 и ФИО4 - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 07 августа 2023 года.

Председательствующий А.А. Макоев

Судьи: О.М. Кучуков

А.З. Бейтуганов