78RS0008-01-2021-007732-23

Дело № 2-985/2022 14 июня 2022 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Кавлевой М.А.,

при секретаре Шмыглиной П.О.,

с участием прокурора Шестаковой М.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда в размере 600 000 рублей, ссылаясь в обоснование требований на то обстоятельство, что 20.11.2018 около 19 часов 45 минут водитель ФИО2 совершил наезд на пересекавшего проезжую часть ФИО1, в результате указанного дорожно-транспортного происшествия истец получил повреждения, которые расцениваются как вред здоровью средней тяжести, постановлением ОГИБДД УМВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 16.90.2019 производство по делу об административном правонарушении в отношении ответчика прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП Российской Федерации, решение Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 20.12.2019 постановление должностного лица отменено, поскольку в ходе проведенного административного расследования противоречия в объяснениях ФИО2 и ФИО1 по обстоятельствам дела устранены не были, вопрос о наличии либо отсутствии у водителя ФИО2 технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие при рассмотрении дела не устанавливался, автотехническая экспертиза проведена не была, производство по делу было прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности. По мнению истца, поскольку ответчик управлял источником повышенной опасности, то он обязан компенсировать истцу причиненный моральный вред.

Истец ФИО1 в судебное заседание явился, исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика ФИО2 в судебное заседание явился, указал на признание ответчиком исковых требований по праву, заявленный размер морального вреда считал завышенным, указал на отсутствие у ответчика технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие, наличие вины в действиях самого истца.

Выслушав объяснения сторон, заключение прокурора, исследовав и оценив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов настоящего дела, а также истребованных судом материалов по делу об административном правонарушении, медицинской карты СПб ГБУЗ «Городская Александровская больница» в отношении истца, следует, что 20.11.2018 около 19.45 по адресу: Санкт-Петербург, ул. Маршала Тухачевского, д. 23, водитель ФИО2, управляя автомобилем Нисан X-Trail государственный номер <№>, двигаясь по ул. Маршала Тухачевского в направлении от Апрельской ул. в сторону ул. Стасовой, совершил наезд на пешехода ФИО1 <дата> рождения, пересекавшего проезжую часть ул. Маршала Тухачевского вне зоны пешеходного перехода, слева направо относительно движения автомобиля. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия ФИО1 был госпитализирован в СПб ГБУЗ «Городская Александровская больница».

По результатам оказания ответчику медицинской помощи установлены следующие повреждения его здоровья от произошедшего дорожно-транспортного происшествия: <_> Комплекс повреждений при наличии вывиха, перелома костей конечностей по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше 3-х недель (более 21 дня) расценивается как вред здоровью средней тяжести.

Согласно результату биохимической лаборатории СПб ГБУЗ «Городская Александровская больница» в момент дорожно-транспортного происшествия ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения, содержание этанола в крови составляло 1,21 promill.

Постановлением заместителя начальника ОГИБДД УМВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 16.09.2019 производство по делу об административном правонарушении прекращено в связи с отсутствием в действиях ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП Российской Федерации /л.д. 3-5/.

Решением судьи Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 20.12.2019 по делу № 12-572/19 постановление заместителя начальника ОГИБДД УМВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 16.09.2019 отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности /л.д. 6-8/.

Из указанного решения следует, что основанием для отмены постановления от 16.09.2019 послужило то обстоятельство, что в ходе проведенного административного расследования противоречия в объяснениях ФИО2 и ФИО1 по обстоятельствам дела устранены не были, вопрос о наличии либо отсутствии у водителя ФИО2 технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие при рассмотрении дела не устанавливался, автотехническая экспертиза проведена не была.

При рассмотрении настоящего дела ответчик указал на отсутствие у него технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие, поддержал свои объяснения, данные в рамках административного дела, указал, что двигался с разрешенной скоростью около 40 км/ч, истец пересекал проезжую часть вне зоны пешеходного перехода, в темпе быстрого бега, увидел истца на расстоянии около 3-х метров, применил экстренное торможение, но наезда избежать не удалось.

Согласно объяснениям истца он переходил проезжую часть вне зоны пешеходного перехода спокойным темпом, пересек половину дороги и почувствовал удар, автомобиль ответчика он не видел, перед тем, как начать переходить проезжую часть, убедился в отсутствии автомобилей.

В связи с противоречивостью версий сторон относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия судом по ходатайству ответчика была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено ФБУ Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

Согласно заключению эксперта № 1240/09-2 от 29.04.2022 экспертным путем при заданных исходных данных определить скорость движения автомобиля Нисан X-Trail не представляется возможным. С технической точки зрения в сложившейся дорожно-транспортной ситуации при заданных исходных данных водитель автомобиля согласно своей версии не располагал технической возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие с момента входа пешехода в полосу движения автомобиля, а согласно версии пешехода водитель автомобиля мог как располагать, так и не располагать технической возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие с момента входа пешехода в полосу движения автомобиля. С технической точки зрения в сложившейся дорожно-транспортной ситуации при заданных исходных данных в действиях водителя автомобиля согласно своей версии противоречий требованиям ПДД Российской Федерации не усматривается, а согласно версии пешехода действия водителя автомобиля могли как противоречить требованиям абз. 2 п. 10.1 ПДД Российской Федерации, так и в его действиях противоречий требованиям ПДД Российской Федерации могло не усматриваться /л.д. 121/.

Из мотивировочной части заключения судебной экспертизы следует, что место наезда на пешехода находится не далее конечного положения передней левой части автомобиля, в версии водителя автомобиля в части места наезда на пешехода несостоятельности не усматривается, а определить состоятельность его версии в других частях и версии пешехода не представляется возможным, в том числе по причине отсутствия зафиксированных трасологических признаков, в связи с чем исследование проводилось по двум версиям.

В соответствии с п. 1 ст. 55, ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, для суда необязательно и подлежит оценке в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд не усматривает оснований не доверять заключению судебной экспертизы, поскольку заключение соответствует требованиям ч. 2 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 8 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, обладает необходимыми познаниями, в связи с чем отсутствуют основания усомниться в его компетентности, выводы эксперта представляются ясными и понятными, а потому оно является допустимым по делу доказательством.

В соответствии с положениями ст. 87 Российской Федерации в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличии противоречий в заключениях нескольких экспертов, суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведения которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Однако никаких обстоятельств, дающих основание сомневаться в правильности и обоснованности вышеуказанной экспертизы, не установлено, доказательств в опровержение выводов судебной экспертизы не представлено.

В ходе рассмотрения дела судом в качестве свидетеля была допрошена К., являющаяся очевидцем дорожно-транспортного происшествия, что зафиксировано в материалах административного дела. Указанный свидетель поддержала данные ею объяснения в ходе проведенного административного расследования, указала, что 20.11.2018 двигалась на своем автомобиле в попутном с ответчиком направлении позади него, скорость автомобиль ответчика была около 40 км/ч, в попутном направлении двигался плотный поток транспортных средств, истец быстро перебегал проезжую часть слева направо относительно автомобиля ответчика, свидетель увидела пешехода в момент, когда он пробегал перед фарами встречных автомобилей, ответчик сделал всё возможное, чтобы избежать дорожно-транспортное происшествие, однако задел истца левым передним боком автомобиля /л.д. 94/.

Оснований не доверять показаниям указанного свидетеля у суда не имеется, свидетель предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, её показания последовательны, непротиворечивы, согласуются с материалами дела, данными ею объяснениями в рамках административного расследования, доказательств заинтересованности свидетеля в исходе рассматриваемого дела, суду не представлено, в связи с чем показания данного свидетеля принимаются судом в качестве надлежащего доказательства по делу.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что версия ответчика относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия подтверждена иными доказательствами по делу, в том числе показаниями свидетеля, тогда как надлежащих доказательств, подтверждающих версию истца в материалы дела не представлено, при этом ходатайство истца о допросе в качестве свидетеля его супруги судом отклонено, поскольку присутствие супруги истца в момент дорожно-транспортного происшествия не зафиксировано материалами административного расследования, данный свидетель заинтересован в исходе дела как член семьи истца, в связи с чем его показания не могут быть приняты судом в качестве надлежащего доказательства по делу.

При таких обстоятельствах, поскольку версия ответчика относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия нашла свое подтверждение в ходе рассмотрения настоящего дела, а доказательств обратного не представлено, с учетом выводов заключения судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что с технической точки зрения в сложившейся дорожно-транспортной ситуации в действиях ответчика противоречий требованиям ПДД Российской Федерации не усматривается, ответчик не располагал технической возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие с момента входа пешехода в полосу движения автомобиля.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2, 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с ч. 2, 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Положениями ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Верховный Суд Российской Федерации в Постановлении Пленума от 20.12.1994 N 1 разъяснил, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, по своему характеру моральный вред является вредом неимущественным, что не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения. Предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

На основании изложенного, принимая во внимание, что из представленных доказательств следует, что причиной дорожно-транспортного происшествия послужили, в том числе, неосторожные действия самого истца, который, находясь в состоянии алкогольного опьянения, переходил проезжую часть вне зоны регулируемого пешеходного перехода, и сам поставил себя в условия, опасные для жизни и здоровья, при этом, в действиях ответчика противоречий требованиям ПДД Российской Федерации не усматривается, ответчик не располагал технической возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие, вместе с тем, ответчик как владелец источника повышенной опасности несет ответственность независимо от вины, также учитывая полученные истцом повреждения здоровья и период лечения, причиненный ему вред здоровью средней тяжести, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей. Оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда в заявленном истцом размере суд не усматривает, денежная сумма в размере 50 000 рублей с учетом обстоятельств дела отвечает требованиям разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 8 ст. 333.30 Налогового кодекса Российской Федерации, учитывая, что истец был освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в суд, с ответчика в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 67, 68, 71, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 21 июня 2022 года.