Егорлыкский районный суд <адрес>
№ УИД 61RS0№-55
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
10 июля 2025 года ст. Егорлыкская Ростовской области
Егорлыкский районный суд Ростовской области в составе:
председательствующего судьи Колесниковой И.В.,
с участием:
истца ФИО2,
представителей ответчика – ФИО3, ФИО4,
прокурора – помощника прокурора Егорлыкского района Бодикова О.Г.,
при секретаре судебного заседания Кумченко Е.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению Ростовской области «Центральная районная больница» в Егорлыкском районе о взыскании компенсации морального вреда, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО5,
УСТАНОВИЛ:
В Егорлыкский районный суд Ростовской области обратилась ФИО2 с иском к ГБУ Ростовской области «Центральная районная больница» в Егорлыкском районе о взыскании компенсации морального вреда в размере 10000000,00 рублей, ссылаясь в обоснование своих исковых требований на то, что 27.03.2023 в 01 час 20 минут в приемное отделение ГБУ Ростовской области «ЦРБ» в Егорлыкском районе обратился ее сын ФИО1 с диагнозом – колото-резаное слепое проникающее ранение задней грудной стенки слева с повреждением остистого 11 грудного позвонка. Врачом-анестезиологом реаниматологом ФИО5 был проведен осмотр ФИО1, по результатам которого установлено тяжкое состояние больного. При этом ФИО5 в ротовой полости ФИО1 выявлено наличие крови и желудочного содержимого, что изначально предполагало высокую вероятность развития осложнений, однако при эндотрахеальном наркозе, который определил сам ФИО5, второй анестезиолог-реаниматолог вызван не был. Далее врачом анестезиологом-реаниматологом ФИО5 с помощью ларингоскопа была предпринята первая попытка интубации трахеи, при которой последним травмирована слизистая оболочка гортани, гортаноглотки и корня языка клинком ларингоскопа, с последующим кровотечением в дыхательные пути, в результате чего наступило угрожающее жизни состояние ФИО1 В результате действий ФИО5 наступила смерть ФИО1 вследствие механической асфиксии от закрытия дыхательных путей кровью, что привело к развитию дыхательной и сердечно-сосудистой недостаточности, явившихся непосредственной причиной смерти. Эти обстоятельства установлены вступившим в законную силу постановлением Егорлыкского районного суда Ростовской области от 01.04.2025, которым уголовное дело в отношении ФИО5, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, то есть по нереабилитирующим основаниям. Между дефектами оказания медицинской помощи, допущенными анестезиологом-реаниматологом ФИО5 и наступлением смерти ФИО1 имеется прямая причинно-следственная связь. Истец просит учесть характер и степень перенесенных ею нравственных страданий, выразившихся в длительности следствия и судопроизводства (более двух лет). Истец лишилась своего сына, являющегося молодым человеком, у которого была впереди вся жизнь, ее сын планировал жениться. Истец лишилась не только своего сына, но и продолжения ее рода (будущих внуков). ФИО1 при жизни постоянно проживал с истцом по одному адресу, любил ее. Она навсегда лишилась заботы и любви со стороны сына. Супруг истца (отец ФИО1) умер в 2013 году, ФИО1 был единственным мужчиной в семье истца, ее опорой, будущего без него истец не представляет. Истец постоянно посещает могилу сына, ухаживает за ней, до настоящего времени не может принять случившееся.
Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования, изложенные в исковом заявлении доводы поддержала, просила иск удовлетворить.
Представители ответчика ГБУ Ростовской области «Центральная районная больница» в Егорлыкском районе ФИО3, ФИО4, не оспаривая доводы истца о допущенных дефектах медицинской помощи, оказанной сыну истца ФИО1 в ГБУ Ростовской области «Центральная районная больница» в Егорлыкском районе, в результате чего наступила смерть ФИО1, просили уменьшить размер взыскиваемой компенсации морального вреда до 100000,00 рублей, ссылаясь на то, что ГБУ Ростовской области «Центральная районная больница» в Егорлыкском районе является бюджетным учреждением, осуществляет свою деятельность в рамках своих бюджетных обязательств и выделенных на эти цели денежных средств, а также от иной приносящей доход деятельности, которые расходуются на обеспечение деятельности учреждения, в том числе на заработную плату работникам, которая не может быть уменьшена, на лекарственные средства, оснащение аппаратурой и ее ремонт, в связи с чем удовлетворение иска о компенсации морального вреда повлечет перераспределение денежных средств учреждения и скажется на качестве оказываемых лечебным учреждением медицинских услуг; при рассмотрении требований истца о компенсации морального вреда просили учитывать, что лечебное учреждение не влияет на продолжительность предварительного следствия.
Представитель ответчика ФИО3 пояснил, что при поступлении ФИО1 в лечебное учреждение из-за невозможности определения глубины внутренних повреждений и наличия внутреннего кровотечения были выявлены показания экстренного оперативного лечения. Выбор врачом-анестезиологом ФИО5 в пользу общей анестезии был сделан ввиду невозможности выполнения операции под местной анестезией из-за возбуждения пациента и отсутствия продуктивного контакта с ним. При выполнении ФИО5 интубации трахеи ФИО1 с помощью ларингоскопа, в связи с тем что голосовая щель ФИО1 была расположена нетипично выше, чем у обычного человека, была травмирована слизистая оболочка гортани, носоглотки и корня языка клинком ларингоскопа с последующим кровотечением в дыхательные пути, при этом врач предпринял все попытки для оказания ФИО1 помощи, вызвал второго анестезиолога, который прибыл в течение 10 минут, ввел ларингоскоп пациенту, после чего оперативно проводились реанимационные мероприятия. Со стороны ГБУ Ростовской области «ЦРБ» в Егорлыкском районе медицинская помощь оказана в полном объеме и своевременно. Врач-анестезиолог ФИО5 по неосторожности причинил смерть ФИО1
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5 в судебное заседание не прибыл, о месте и времени судебного заседания извещен, поэтому на основании ч. 3 ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в его отсутствие.
Третье лицо ФИО5 в отзыве на исковое заявление просил исковые требования ФИО2 оставить без удовлетворения, ссылаясь на то, что отсутствуют основания для возложения на ГБУ Ростовской области «Центральная районная больница» в Егорлыкском районе гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда, поскольку его вина не установлена вступившим в законную силу приговором суда; наличие постановления о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию в отсутствие иных доказательств не может являться безусловным основанием для удовлетворения иска.
Прокурор Бодиков О.Г. полагал, что исковые требования ФИО2 о компенсации морального вреда обоснованы, при этом при определении размера компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению.
Выслушав истца, представителей ответчика, заключение прокурора, исследовав и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.
Согласно свидетельству о рождении ФИО1 (л.д. 5), свидетельству о смерти ФИО1 (л.д. 6) умерший ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходился истцу ФИО2 сыном.
Из искового заявления, пояснений ФИО2 следует, что основанием ее обращения в суд с требованием о компенсации причиненного морального вреда явилось ненадлежащее оказание медицинской помощи (дефекты оказания медицинской помощи) ее сыну ФИО1, приведшее, по ее мнению, к его смерти.
Статьей 41 Конституции РФ закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан".
Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").
Статьей 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п. 3, 9 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").
В п. 21 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").
В силу положений ст. ст. 10, 19, 22 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" граждане имеют право на доступную и качественную медицинскую помощь. Пациент имеет право на диагностику, лечение в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, получение консультаций врачей-специалистов, получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях, и результатах оказания медицинской помощи.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Статьей 38 Конституции РФ и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса РФ).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).
Из вышеуказанных норм Конституции РФ, Семейного кодекса РФ, положений ст.ст. 150, 151 Гражданского кодекса РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.
В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.
Согласно п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Статья 1101 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Стандарт медицинской помощи предполагает обязательное использование методик, необходимых для диагностики заболеваний, характера и объема лекарственных средств, манипуляций процедур, адекватных уровню развития современной науки. Надлежащая медицинская услуга, исходя из анализа правовых норм, регламентирующих оказание медицинских услуг, характеризуется совокупностью признаков: может оказываться лишь надлежащим медицинским работником; должна быть своевременной. Несвоевременное или некачественное оказание медицинской услуги, не проведение медицинскими работниками показанных пациентам всех объемов диагностических или лечебных мероприятий; методологически и технически неправильное выполнение диагностических и лечебных вмешательств, в том числе, не проведение необходимых исследований (отступление от медицинских стандартов), ненадлежащее оформление медицинской документации (не соответствие действий (бездействия) медицинского работника протоколам ведения больных (медицинским стандартам), является противоправным действием (бездействием), нарушением профессиональных обязанностей медицинскими работниками.
Из разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует что, суду надлежит устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1).
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Как следует из Журнала регистрации амбулаторных больных приемным отделением ГБУ Ростовской области «Центральная районная больница» в Егорлыкском районе за период с 21.02.2023 по 22.04.2023 (л.д. 56-58), медицинской карты стационарного больного (л.д. 66-96) ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 27.03.2023 в 01 час 05 минут поступил в приемное отделение ГБУ Ростовской области «Центральная районная больница» в Егорлыкском районе с резанной раной в области спины, с признаками алкогольного опьянения, был осмотрен дежурным врачом, в 01 час 20 минут госпитализирован в хирургическое отделение ГБУ Ростовской области «Центральная районная больница» в Егорлыкском районе с диагнозом: открытая рана нижней части спины и таза, 27.03.2023 в 01:30 часов ФИО1 помещен в операционную без получения информационного добровольного согласия пациента на анестезиологическое обеспечение медицинского вмешательства; в 01:47 часов после премедикации водного наркоза выполнена первая попытка интубации трахеи – неудачно в ротовой полости визуализируется алая кровь, в легких дыхания нет, выполнена экстубация, вызван второй анестезиолог; в 01:51 часов выполнена вторая попытка интубации трахеи; в 01:59 часов начаты реанимационные мероприятия; в 02:29 часов константирована биологическая смерть ФИО1, наступившая в операционной ГБУ Ростовской области «Центральная районная больница» в Егорлыкском районе, посмертный диагноз: механическая асфиксия, аспирация дыхательных путей кровью, содержимым желудка; судебно-медицинский диагноз: аспирация крови при дефекте введения эндотрахеальной трубки при даче наркоза в условиях экстренного оказания медицинской помощи.
Из постановления суда (л.д. 13-14) следует, что по факту смерти ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, по факту причинения смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. В рамках возбужденного уголовного дела мать ФИО1 – ФИО2 признана потерпевшей, врач анестезиолог-реаниматолог отделения анестезиологии и реанимации с палатами реанимации и интенсивной терапии ГБУ Ростовской области «ЦРБ» в Егорлыкском районе ФИО5 привлечен в качестве обвиняемого.
Постановлением Егорлыкского районного суда Ростовской области от 01.04.2025 уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО5, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, было прекращено в связи с истечением срока давности уголовного преследования.
В рамках расследования уголовного дела проведены судебно-медицинские экспертизы.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы (экспертизы трупа) ГБУ Ростовской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» №218-Э от 25.04.2023 (л.д. 98-108) причиной смерти ФИО1 явилась аспирация (вдыхание) крови при дефекте введения эндотрахеальной трубки при даче наркоза в условиях экстренного оказания медицинской помощи. Колото-резанное слепое непроникающее ранение задней грудной стенки слева с пересечением остистого отростка 11 грудного позвонка квалифицируется как средней тяжести вред, причиненный здоровью человека по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель, в прямой причинной связи с наступившей смертью не состоит.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы Южного филиала ФГКУ «Судебно-экспертный центр следственного комитета Российской Федерации» от 30.08.2024 №ЮФ 4/223-23 поводом для обращения ФИО1 в ГБУ Ростовской области «ЦРБ» в Егорлыкском районе за медицинской помощью явилось слепое непроникающее колото-резанное ранение мягких тканей задней поверхности грудной клетки с полным пересечением остистого отростка 11 грудного позвонка. Вышеуказанное ранение относится к повреждениям, причинившим средней тяжести вред, причиненный здоровью человека по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель, прямая причинно-следственная связь между колото-резанным ранением и наступлением смерти ФИО1 отсутствует. При оказании ФИО1 медицинской помощи ГБУ Ростовской области «ЦРБ» в Егорлыкском районе экспертной комиссией обнаружены следующие дефекты: хирургом и анестезиологом-реаниматологом неверно определена тяжесть состояния больного –«тяжелая», план лечения (оперативный) был сформирован без учета результатов лабораторных и инструментальных исследований; при прогнозировании трудной интубации и, следовательно, высокого риска развития осложнений, анестезиологом-реаниматологом не был рассмотрен вопрос о проведении первичной хирургической обработки раны под местной анестезией, не был сформулирован основной и резервный план действий, не было организовано присутствие необходимых специалистов в операционной (второго анестезиолога-реаниматолога, бронхоскописта); не выполнена вторая попытка интубации трахеи; после безуспешных попыток интубации трахеи с помощью прямой ларингоскопии (не более 2-х попыток) анестезиолог-реаниматолог не выполнил третью попытку интубации с помощью оборудования для непрямой ларингоскопии. В случае безуспешной интубации, безуспешной вентиляции с помощью лицевой маски и/или надгортанного воздуховодного устройства незамедлительно, не дожидаясь развития нарушений газообмена, не выполнил или организовал выполнение инвазивного доступа к верхним дыхательным путям в варианте экстренной крикотиреотомии. Во время первой попытки интубации трахеи анестезиологом-реаниматологом были причинены повреждения слизистой гортани, гортаноглотки и корня языка. Это привело к развитию неконтролируемого кровотечения в дыхательные пути. Санация (т.е. удаление крови и желудочного содержимого) из дыхательных путей анестезиологом-реаниматологом не проводилась до приезда второго врача. Ошибочное введение интубационной трубки в просвет пищевода анестезиологом-реаниматологом, проводившим вторую попытку интубации трахеи. Дефекты оказания медицинской помощи, допущенные анестезиологом-реаниматологом, проводившим первую попытку интубации трахеи, причинили тяжкий вред здоровью ФИО1 Между дефектами оказания медицинской помощи, допущенными анестезиологом-реаниматологом, проводившим первую попытку интубации трахеи и наступлением смерти ФИО1 имеется прямая причинно-следственная связь.
Вышеуказанные заключения судебно-медицинских экспертиз, наличие вины в причинении вреда, причинно-следственной связи между дефектами оказания ФИО1 медицинской помощи, допущенными анестезиологом-реаниматологом ГБУ Ростовской области «ЦРБ» в Егорлыкском районе ФИО5, и наступлением смерти ФИО1 не оспаривалось представителями ответчика, ходатайств о назначении по делу судебной медицинской экспертизы ответчиком не заявлялось.
Доводы ответчика о том, что травмирование слизистой оболочки гортани, носоглотки и корня языка связано с нетипичным расположением голосовой щели у ФИО1, не влияют на выводы о наличии вины ответчика в некачественном оказании медицинской помощи ФИО1, повлекшей наступление его смерти.
Разрешая исковые требования ФИО2 о компенсации морального вреда, учитывая пояснения истца, данные в ходе рассмотрения дела по существу, то, что гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов семьи, неимущественное право на родственные и семейные связи, причинили ей физические и нравственные страдания, суд исходит из того, что ГБУ Ростовской области «ЦРБ» в Егорлыкском районе должно возместить истцу моральный вред, причиненный смертью близкого родственника.
Определяя размер компенсации морального вреда, принимая во внимание фактические обстоятельства, при которых наступила смерть сына истца, наличие вины ответчика, характер перенесенных истцом переживаний в результате ненадлежащего оказания ее сыну медицинской помощи, пережитых нравственных страданий, связанных с гибелью близкого родственника, степень ее родственных отношений с умершим, продолжительность времени, прошедшего с момента смерти ФИО1 до обращения с иском в суд, требования разумности и справедливости, требования истца о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, с ответчика ГБУ Ростовской области «ЦРБ» в Егорлыкском районе в пользу ФИО2 следует взыскать компенсацию морального вреда в сумме 1000000 рублей.
Так как исковые требования о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, истец ФИО2 при подаче иска была освобождена от уплаты государственной пошлины, на основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика ГБУ Ростовской области «ЦРБ» в Егорлыкском районе подлежит взысканию в доход бюджета муниципального образования «Егорлыкский район» государственная пошлина в размере 3000 рублей.
Руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198, 209 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Центральная районная больница» в Егорлыкском районе, ОГРН <***>, в пользу ФИО2, <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 1000000 (одного миллиона) рублей 00 копеек.
В остальном исковые требования ФИО2 оставить без удовлетворения.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Центральная районная больница» в Егорлыкском районе в доход бюджета муниципального образования «Егорлыкский район» государственную пошлину в размере 3000 (трех тысяч) рублей.
Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Егорлыкский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Решение суда в окончательной форме изготовлено 21 июля 2025 года.
Судья: