Судья Гаранина Е.М.
Дело №2-4679/2023
УИД 52RS0001-02-2023-002584-77
НИЖЕГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
Дело №33-13623/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г.Нижний Новгород 5 сентября 2023 г.
Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе:
председательствующего судьи Пятовой Н.Л.,
судей Кувшиновой Т.С., Кочневой А.С.,
при секретаре судебного заседания Федосеевой В.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, действующему в интересах ФИО3, о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок, исключении из наследственной массы недвижимого имущества,
по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Автозаводского районного суда г.Нижнего Новгорода от 23 мая 2023 года,
заслушав доклад судьи Кувшиновой Т.С., объяснения истца ФИО1, её представителей ФИО4, ФИО5,
установил а:
истец ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, ссылаясь на следующие обстоятельства.
[дата] умер ФИО6 – её отец. В установленный законом 6-месячный срок она обратилась к нотариусу г.Нижнего Новгорода ФИО7 с заявлением о принятии наследства имущества, было открыто наследственное дело [номер].
При жизни в собственности ФИО6 находилась квартира по адресу: [адрес], доля жилого строения и доля земельного участка по адресу: [адрес]
В октябре 2018 года истец узнала, что отец при жизни распорядился этим имуществом, по договорам дарения от 04.03.2015 и от 20.07.2015 подарил все ФИО8
[дата] ФИО8 умер.
Истец обратилась к нотариусу г.Нижнего Новгорода ФИО9 с заявлением о принятии наследства и выдаче свидетельства о праве на наследство по закону после смерти ФИО8 (её родного брата). Также к нотариусу обратился ФИО2 с заявлением о принятии наследства и выдаче свидетельства о праве на наследство по завещанию на имя дочери ФИО3
Истец обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительными указанных договоров дарения.
11.08.2022 Автозаводским районным судом г.Нижнего Новгорода принято решение по гражданскому делу [номер], которым в удовлетворении исковых требований отказано. Апелляционным определением Нижегородского областного суда от 10.01.2023 данное решение оставлено без изменения.
Вместе с тем, в процессе рассмотрения этого гражданского дела была истребована медицинская документация ФИО6, из содержания которой истец узнала, что в период заключения оспариваемых сделок у ее отца были диагностированы заболевания, связанные с деятельностью головного мозга, при которых он не мог в должной степени осознавать значение и юридические последствия сделок (договоров дарения).
Истец просила признать недействительным договор дарения квартиры от 04.03.2015, заключенный между ФИО6 и ФИО8; признать недействительным договор дарения доли жилого строения и доли земельного участка от 20.07.2015, заключенный между ФИО6 и ФИО8; применить последствия недействительности сделок и исключить из наследственной массы после смерти ФИО8 квартиру, расположенную по адресу: [адрес], 1/2 долю жилого строения без права регистрации проживания, расположенного на садовом земельном участке по адресу: [адрес] общей площадью 114 кв.м., с кадастровым номером [номер] и 1/2 долю земельного участка под жилым строением площадью 898 кв.м. по тому же адресу.
Решением Автозаводского районного суда г.Нижнего Новгорода от 23 мая 2023 года постановлено:
«В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, действующему в интересах ФИО3, о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок, исключении из наследственной массы недвижимого имущества- отказать в полном объеме».
Истцом ФИО1 на указанное решение подана апелляционная жалоба с просьбой его отменить в связи с неправильным применением норм материального и процессуального права. Так, она указывает, что ссылаясь на пропуск истцом срока исковой давности суд не определил дату, с которой начинается отсчет годичного срока, чем нарушил положения статьи 198 ГПК РФ. Суд не учел, что стороной оспариваемых договоров дарения она не являлась, о них узнала только в ходе рассмотрения иного гражданского дела 02.08.2022.
При рассмотрении апелляционной жалобы истец ФИО1 и её представители ФИО4, ФИО5 её доводы поддержали.
Иные лица, участвующие в деле, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о дне и времени рассмотрения жалобы извещены надлежащим образом.
Законность и обоснованность судебного решения проверена судебной коллегией по правилам положений, предусмотренных главой 39 ГПК РФ. В силу части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Проверив материалы дела, выслушав явившихся в судебное заседание участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда приходит к следующему.
Согласно статье 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) – пункт 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ.
Статьей 167 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Судом установлено, и из материалов дела усматривается следующее.
[дата] умер отец истца - ФИО6
Обратившись к нотариусу с заявлением о принятии наследства, ФИО1 узнала, что имущество, которое она считала принадлежащим отцу, при его жизни отчуждено путем заключения договоров дарения.
Так, по договору дарения квартиры от 04.03.2015 ФИО6 подарил своему сыну ФИО8 квартиру [адрес] и долю в праве общей долевой собственности на общее имущество жилого дома (л.д.19). По договору дарения от 20.07.2015 ФИО6 подарил сыну ФИО8 ? долю жилого строения без права регистрации проживания, расположенного на садовом земельном участке по адресу: [адрес] и 1/2 долю земельного участка под жилым строением площадью 898 кв.м., по тому же адресу.
Данные договоры дарения и переход права собственности зарегистрированы в установленном законом порядке Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Нижегородской области.
[дата] ФИО8 умер.
Являясь наследником по закону, ФИО1 обратилась к нотариусу г.Нижнего Новгорода ФИО7 с заявлением о принятии наследства, и ей стало известно, что имеются завещания в пользу несовершеннолетней ФИО3
16.06.2020 Автозаводским районным судом г.Нижнего Новгорода принято решение по гражданскому делу [номер], которым отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, действующему в интересах несовершеннолетней ФИО3, о признании завещаний ФИО8 от 02.10.2018 и от 28.01.2019 недействительными (л.д.53-55).
После этого ФИО1 обратилась в суд с иском ФИО2, действующему в интересах несовершеннолетней ФИО3, о признании договоров дарения, совершенных её отцом ФИО6 в пользу сына ФИО8 недействительными, применении последствий недействительности сделок, указывая, что ФИО6 их не подписывал. При рассмотрении данного дела судом были проведены две судебные почерковедческие экспертизы, ссылаясь на которые суд пришел к выводу, что подписи в договорах дарения от 04.03.2015 и от 20.07.2015 выполнены самим ФИО6, под действием постоянного по своему характеру «сбивающего» фактора, обусловленного возрастным изменением - старческим возрастом. В иске ФИО1 отказано.
По настоящему делу ФИО1 просила признать договоры дарения от 04.03.2015 и от 20.07.2015, заключенные между ФИО6 и ФИО8 недействительными сделками по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса РФ, поскольку ФИО6 хотя и был дееспособным, но находился в момент их совершения в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.
Истец указала, что в августе 2022 года в ходе рассмотрения иного дела ознакомилась с медицинской документацией умершего ФИО6, узнала о наличии у него заболевания головного мозга, при наличии которого он не мог осознавать значение и юридические последствия сделок.
Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из пропуска истцом годичного срока исковой давности, установленного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ, о применении которого заявлено ответчиком, по требованию о признании оспоримой сделки недействительной, истечение которого в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске.
Суд указал, что универсальное правопреемство не влечет изменения исчисления сроков исковой давности для истца, при этом истцом не представлено тех или иных доказательств нахождения наследодателя в спорный период в таком состоянии, которое лишало бы его возможности понимать значение своих действий, и реализовать свое право на защиту, в случае, если наследодатель полагал бы право нарушенным. Наследодатель ФИО6 скончался 10.04.2018 и не оспаривал самостоятельно данные сделки, соответственно, именно с этого момента, то есть с даты открытия наследства, к наследникам перешло право на их оспаривание и началось течение годичного срока исковой давности.
Судебная коллегия полагает, что при рассмотрении дела судом допущены нарушения материального и процессуального права, выражающиеся в следующем.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 №9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.
Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
В своем решении суд первой инстанции указал, что юридически значимыми обстоятельствами по делам об оспаривании сделок по основанию, указанному в пункте 1 статьи 177 Гражданского кодекса РФ, являются наличие или отсутствие психического расстройства у гражданина в момент совершения конкретной сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
В целях исследования данного вопроса и последующего проведения по делу судебно-психиатрической экспертизы сторона истца ходатайствовала об истребовании медицинской документации в отношении ФИО6 Аналогичное ходатайство было заявлено и ответчиком ФИО2
Однако, в нарушение требований статьи 166 ГПК РФ, ходатайства об истребовании доказательств и назначения судебной экспертизы судом разрешены не были.
Исходя из положений статей 200, 181 (пункт 2), 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяемых в совокупности, срок исковой давности по требованию о признании договоров дарения, совершенных ФИО6, недействительными сделками, должен исчисляться с того момента, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Предположительно, началом течения срока исковой давности в данном случае являются даты заключения соответствующих договоров – 04.02.2015 и 20.07.2015.
Между тем, истец заявила о нахождении ФИО6 в момент совершения сделок в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. При подтверждении данного обстоятельства в ходе проведения по делу судебно-психиатрической экспертизы, срок исковой давности следовало исчислять с даты, когда ФИО1 узнала или должна была узнать о нарушении прав ФИО6, и о нарушении своих прав на получение наследства.
В связи с тем, что судом первой инстанции не исследовался вопрос о том, мог ли ФИО6 по своему психическому состоянию после совершения им указанных договоров дарения осознавать наличие возможности оспорить их в судебном порядке, а также не установил даты, когда ФИО1 не только узнала о договорах дарения, но и имела возможность ознакомиться с ними, узнать о том, кто является надлежащим ответчиком по требованию о признании договоров дарения недействительными сделками, вывод суда о начале течения срока исковой давности с момента открытия наследства 10.04.2018 является ошибочным.
Исследуя вопрос о сроках реализации права на судебную защиту, Конституционный Суд Российской Федерации в ряде определений (от 14.12.1999 №220-О, от 03.10.2006 №439-О и др.) со ссылкой на правовые позиции, сформулированные в Постановлении от 16.06.1998 №19-П, неоднократно указывал, что положения, устанавливающие срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, а также определяющие начало течения срока исковой давности, сформулированы таким образом, что наделяют суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела.
Суд первой инстанции правильно сослался на разъяснения, данные в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в силу которых, если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
Однако данное разъяснение исходит из того, что момент начала течения срока исковой давности не вызывает сомнений, тогда как при рассмотрении настоящего дела не были установлены конкретные обстоятельства, позволяющие определить начало течения срока исковой давности, когда ФИО1 могла реализовать право на судебную защиту.
При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции ФИО1 пояснила, что в ходе рассмотрения иного дела хотела предъявить требование о признании договоров дарения, совершенных ФИО6, недействительными сделками, но судом в принятии такого заявления было отказано.
Данный вопрос судом первой инстанции не выяснен, сведения об этом в материалах настоящего дела отсутствуют, тогда как это обстоятельство подлежало оценке в целях установления наличия либо отсутствия уважительных причин для пропуска ФИО1 срока исковой давности, и разрешения её ходатайства о его восстановлении.
При указанных обстоятельствах решение суда об отказе в иске только по основанию пропуска ФИО1 срока исковой давности нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 №16 «о применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», если суд апелляционной инстанции придет к выводу о том, что решение суда первой инстанции, принятое только на основании признания иска ответчиком либо только в связи с истечением срока исковой давности или признанием неуважительными причин пропуска срока обращения в суд, без исследования и установления иных фактических обстоятельств дела (часть 4.1 статьи 198 ГПК РФ), является незаконным и (или) необоснованным, то он на основании части 1 статьи 330 и статьи 328 ГПК РФ отменяет решение суда первой инстанции. В такой ситуации с учетом положений абзаца второго части 1 статьи 327 ГПК РФ о повторном рассмотрении дела судом апелляционной инстанции оно подлежит направлению в суд первой инстанции для его рассмотрения по существу заявленных требований.
Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определил а:
решение Автозаводского районного суда г.Нижнего Новгорода от 23 мая 2023 года отменить.
Гражданское дело направить в суд первой инстанции для рассмотрения по существу заявленных требований.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в Первый кассационной суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12.09.2023.