УИД 78RS0№-66
Дело №
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
21 марта 2025 года <адрес>
Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга в лице председательствующего судьи Маковеева Т.В., при помощнике ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО2, обратилась в суд с иском о признании недействительным договора дарения квартиры по адресу: Санкт-Петербург, <адрес> от 10.06.2019г., заключённого между ФИО1 и ФИО3, в порядке ст. 178, ст. 179 Гражданского кодекса российской Федерации.
В обоснование иска указав, что ФИО2 приходиться дочерью ФИО1, умершего 27.06.2021г. 22.01.2022г. от нотариуса узнала, что спорная квартира на основании договора дарения от 10.06.2016г. не входит в наследственную массу, а принадлежит ФИО3, которая избегая конфликта, завещала ? долю в праве на квартиру истцу. Решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга № от 11.12.2023г. в удовлетворении исковых требований истца ФИО2 о признании договора дарения, со ссылкой на ст. 177 ГК РФ, недействительным, отказано. При рассмотрении дела судом было отказано в назначении по делу дополнительной экспертизы, мнение врачей невролога, психолога, геронтолога относительно возможности умершим ФИО1 в юридически значимый период понимать значение своих действий, и осознано выражать волю, не выявлено, довод истца о заблуждении в силу состояния его здоровья и психики с момента заключения договора дарения судом не рассматривался. Полагая, что ответчик в силу состояния здоровья ФИО1 ввела его в заблуждение, недобросовестно обманув, дала подписать оспариваемый договор дарения, тогда как при жизни ФИО1 высказывал волеизъявление на передачу квартиры обоим дочерям ФИО2 и ФИО3
Истец ФИО2, в судебном заседании участия не принимала, извещена надлежащим образом, направила для участия в деле представителя ФИО6, который в судебное заседание не явился, направил ходатайство о занятости истца на работе, командировке адвоката в курской области.
Ранее в судебном заседании исковые требования поддержал, ходатайствовал о назначении посмертной судебной медицинской экспертизы с привлечением врача невролога и клинического психолога, на разрешение которой поставить вопросы: мог ли ФИО1 в силу установленного комиссией экспертов психиатров психического заболевания – легкого когнитивного расстройства, с учётом степени развития этого заболевания на момент юридически значимых действий - подписания им договора дарения 10.06.2019г., с неврологической точки зрения в полной мере осознавать свои действия и руководить ими, а также осознано выражать свою волю на их (действие) совершение; какова вероятность и степень влияния имевшегося ФИО1 психического заболевания – легкого когнитивного расстройства, на его поведение с точки зрения клинической психологии.
Ответчик ФИО3, представитель ответчика адвокат ФИО7, в судебном заседании участие не принимали, извещены надлежаще.
Ранее в судебном заседании исковые требования не признали, поддержали доводы, изложенные в отзыве, согласно которого указали, что решениями судов, а также заключением посмертной судебной медицинской экспертизы, было установлено, что юридически значимый период ФИО1 отдавал отчет своим действиям и мог ими руководить, доказательств обмана и заблуждения истцом не представлено. Ходатайствовали о применении пропуска истцом срока исковой давности по признанию сделки недействительной в порядке ч.2 ст. 181 ГК РФ, поскольку с момента, когда истцу стало известно об оспоримой сделки, до подачи настоящего иска срок давности 1 год истек.
Разрешая ходатайства стороны истца об отложении судебного заседания, в силу положений ст. 167 ГПК РФ, суд учитывает, что истец и ее представитель были извещены о дате судебного заседания, которая в предыдущем судебном заседании была согласована с адвокатом ФИО6, который не представил суду надлежащих доказательств, в подтверждение срочности выезда в командировку, в подтверждение невозможности сторон явиться в судебное заседание, в связи, с чем оснований для отложения заседания не имеется.
Суд, изучив материалы дела, оценив представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, полагая возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие сторон, извещенных надлежаще, приходит к следующему.
В силу ст. 9 Гражданского кодекса РФ граждане по своему усмотрению осуществляют свои права, в том числе обладают правом по своему усмотрению распоряжаться принадлежащим имуществом: дарить, продавать, завещать его.
В соответствии с п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Согласно п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
В соответствии со ст. 178 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения. Перечень случаев, имеющих существенное значение, приведенный в ст. 178 Гражданского кодекса РФ является исчерпывающим. При этом заблуждение относительно обстоятельств, побудивших сторону заключить соглашение, не может рассматриваться как основание для признания сделки недействительной по ст. 178 Гражданского кодекса РФ.
Под заблуждением понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки. Внешнее выражение воли в таких случаях не соответствует ее подлинному содержанию.
В соответствии со ст. 179 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Из материалов настоящего гражданского дела, приобщенных копий из материалов гражданского дела №, установлено, что решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга 32-1676/2023 от 11.12.2023г., в удовлетворении иска ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения от 10.06.2019г. квартиры по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, признании права собственности на долю в наследственном имуществе – отказано. Решение вступило в законную силу 23..07.2024г.
Решением суда, апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда 333-16707/2024 от 23.07.2024г., определением третьего кассационного суда общей юрисдикции № от 15.01.2025г., установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3, приходящейся ему дочерью, был заключен Договор дарения квартиры, в соответствии с которым ФИО1 (умерший 27.06.2021г.) подарил ФИО3 принадлежащую ему на праве собственности <адрес>, расположенную в <адрес>, которая зарегистрирована за ответчиком 20.06.2019г.
ФИО2 22.01.2022г. получила свидетельство о праве на наследство на часть наследственного имущества, после чего той стало известно об оспариваемом договоре дарения от 10.06.2019г.
Из материалов гражданского дела №, видно, что 03.11.2022г. ФИО2 обратилась с иском в суд, оспаривая договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, указав, что умерший ФИО1 при жизни страдал рядом хронических заболеваний, следствие которых чувствовал себя плохо: не узнавал людей, забывал обстоятельства, путал время и даты, при жизни высказывал намерение завещать квартиру в равных долях дочерям, не имея намерения за заключение договора дарения, со ссылкой на ст. 177, ст. 178 ГК РФ.
Разрешая заявленные требования, судом была назначена судебная посмертная психиатрическая экспертиза в ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №» по результатам которой установлено, что ФИО1, 04.07.1937г.р., на момент составления оспариваемого договора дарения мог понимать значение своих действий и руководить ими, в связи, с чем оснований для признания указанного договора недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ не имелось.
Кроме того, экспертным заключением было установлено, что наличие у подэкспертного в юридически значимый период выраженных нарушений психики не подтверждено объективными данными медицинской документации. Указаний на наличие у подэкспертного в юридически значимый период выраженных когнитивных, эмоционально-волевых, аффективных нарушений, психопатологических расстройств, которые могли бы нарушать мотивацию и волевую регуляцию поведения, способности подэкспертного к смысловой оценке ситуации, осознанию юридических особенностей сделки и прогноза её последствий, в медицинской документации не имеется.
Судами первой, апелляционной и кассационной, инстанций не усмотрели необходимости в назначении дополнительной судебной посмертной психиатрической экспертизы.
При этом судами апелляционной и кассационной, инстанций, установлено, что воля ФИО1 на дарение квартиры была выражена с соблюдением требований, предъявляемых к форме и содержанию договора дарения квартиры, при этом оснований полагать, что даритель при подписании договора мог заблуждаться относительно его правовых последствий, не установлено, как и не предоставлено доказательств того, что ФИО1, совершая сделку дарения, не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.
Учитывая установленные решениями судов обстоятельства, которые не подлежат разрешению повторно (ст. 61 ПК РФ), суд не усматривает оснований для назначения судебной посмертной судебной медицинской экспертизы с привлечением врача невролога и клинического психолога, поскольку поствоеннее вопросы о том, мог ли умерший ФИО1, с учётом степени развития этого заболевания на момент юридически значимых действий с неврологической точки зрения в полной мере осознавать свои действия и руководить ими, а также осознано выражать свою волю на их (действие) совершение, вероятность и степень влияния имевшегося заболевания на его поведение, уже являлись предметом исследования комиссией экспертов ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №».
Доказательств того, что испаряемая сделка была совершена ответчиком путем введения ФИО1 в заблуждение, путем обмана, в материалы дела не представлено.
Разрешая требования стороны ответчика о применении пропуска срока исковой давности к заявленным требованиям, суд приходит к следующему выводу.
В силу п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Ранее судебным решением № от 11.12.2023г. установлено, что о нарушении своего права истцу стало известно 29.08.2022г. после получения письма ФИО3 о необходимости освобождения квартиры, на момент подачи иска 03.11.2022г., истцом заявлены требования о признании недействительным договора дарения квартиры по адресу: Санкт-Петербург, <адрес> от 10.06.2019г., заключённого между ФИО1 и ФИО3, со ссылкой на ст. 177, ст. 178 ГК РФ.
Таким образом, учитывая установленные судом обстоятельства дела, обращаясь в суд с иском об оспаривании вышеуказанного договора дарения 03.11.2022г. по иным правовым основаниям, истец достоверно знала об исполнении договора дарения, поэтому срок исковой давности начал течь по заявленным исковым требованиям с 29.08.2022г., когда истцу доподлинно было известно о совершенной сделке.
При таких обстоятельствах, суд приходит к вводу, что правовых оснований для признания договора дарения квартиры по адресу: Санкт-Петербург, <адрес> от 10.06.2019г., недействительным, отсутствуют, срок исковой давности для предъявления таковых требований на момент подачи настоящего иска 21.03.2024г. истек.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении искового заявления ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения - отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга.
Судья:
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.