Решение по делу № 2-184/2023 от 19.07.2023 - о компенсации морального вреда, утраченного заработка, судебных расходов.

Дело № 2-184/2023 (2-6407/2022) 66RS0004-01-2022-005751-92

Мотивированное решение изготовлено 19.07.2023 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 12 июля 2023 года

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего Пономарёвой А.А., при секретаре судебного заседания Баженовой А.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителей ответчика ФИО3, ФИО4, помощника прокурора Ленинского района г. Екатеринбурга Перенисеевой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней <данные изъяты>, к индивидуальному предпринимателю ФИО5 о компенсации морального вреда, утраченного заработка, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1, действуя в своих интересах и интересах несовершеннолетней дочери <данные изъяты>., обратилась в суд с иском к ИП ФИО5 о взыскании в пользу ребенка морального вреда в размере 1000000 руб., взыскании в свою пользу утраченного заработка в сумме 41237,60 руб., расходов на оформление нотариальной доверенности 2300 руб., услуг представителя 35000 руб., почтовых расходов 78 руб.

Исковые требования в части взыскания утраченного заработка с учетом пояснений в судебном заседании представителя истца 27.09.2022 (л.д.73) и личных пояснений в судебном заседании 12.07.2023 г. истец не поддержала.

В обоснование заявленных требований истец пояснила, что 14.05.2022 г. около 12 часов дня ее дочь ФИО7 с отцом (супругом истца) посетила парк аттракционов «<данные изъяты>» на территории Парка культуры и отдыха имени В.В. Маяковского (<...>). При нахождении в парке они направились к аттракциону «Трицератопс», подойдя к аттракциону, дочь поднялась по лестнице, которая находится рядом с ним, начала садиться в сидение аттракциона и в этот момент упала в зазор между аттракционом и лестницей. Причиной падения явилось неплотное прилегание лестницы к аттракциону. В результате падения дочери истца причинен вред здоровью в виде <данные изъяты>, в период с 14.05.2022 по 25.05.2022 Варвара находилась на стационарном лечении, в период с 26.05.2022 по 03.06.2022 на амбулаторном лечении. В добровольном порядке ответчик причиненный вред не возместил.

Ответчик исковые требования не признал, в письменных возражениях пояснил, что факт посещения <данные изъяты> 14.05.2022 г. парка аттракционов он не оспаривает, однако полагает, что его вина в получении ребенком травмы отсутствует. К аттракциону <данные изъяты> в сопровождении отца прошла без приобретения жетона, вследствие чего сотрудник ответчика, который контролирует посадку в сидение аттракциона, пристегивает ремни безопасности рядом с аттракционом отсутствовал. На территории парка в доступных местах располагаются таблички о правилах поведения посетителей, в том числе, указано на то, чтобы родители не оставляли своих детей без присмотра. Причиной падения явилось то обстоятельство, что <данные изъяты> самостоятельно без ведома работника ответчика, но с согласия своего родителя, прошла к качалке-динозавру, поднимаясь по лестнице рядом с качалкой-динозавром, оступилась и упала. Размер заявленной суммы компенсации морального вреда ответчик полагал завышенной, указав на то, что первоначально в переписке от имени истца заявлялась сумма 300000 руб.

Определением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 30.09.2022 г. по гражданскому делу назначена судебно-медицинская экспертиза, на разрешение которой поставлены вопросы:

какие повреждения здоровья имелись у <данные изъяты> после падения в парке аттракционов динопарк «<данные изъяты>» 14.05.2022 г.?

каковы характер, количество и локализация этих повреждений?

какова степень тяжести причиненного вреда здоровью ребенка в результате повреждений?

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № 67Е при обращении за медицинской помощью в ДКГБ № 9 14.05.2022 г. и в дальнейшем у <данные изъяты>. обнаружена <данные изъяты>, что подтверждается данными ультразвукового исследования селезенки (<данные изъяты>) в динамике с постепенным ее регрессом, а также данными компьютерной томографии селезенки от 16.05.2022 г.

При обследовании в ДГКБ № <данные изъяты>. устанавливался диагноз: «<данные изъяты>», однако достоверных данных за наличие <данные изъяты> экспертами не установлено, оперативное вмешательство ребенку не проводилось. По исследованию компьютерной томографии от 16.05.2022 достоверно утверждать о наличии <данные изъяты> также нельзя. Обнаруженная у <данные изъяты> при контрольном ультразвуковом исследовании полностью регрессировала, без развития осложнений.

Таким образом, по выводам экспертизы <данные изъяты> в виде <данные изъяты> не имеет признаков опасности для жизни, повлекла за собой временное нарушение функций органов и систем продолжительностью до трех недель, согласно п. 4 «в» действующих «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных постановлением Правительства РФ 17.08.2007 № 552 и в соответствии с п. 8.1 раздела II Приказа № 194н МЗ и СР РФ от 24.04.2008 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» квалифицируется как повреждение, причинившее легкий вред здоровью.

Истец и ее представитель ФИО6 в судебном заседании заявленные требования (за исключением требований о взыскании утраченного заработка) поддержали, с выводами судебной экспертизы в части отсутствия последствий травмы в виде повышенной подвижности правой почки не согласились. Истец пояснила, что к качалке «Трицератопс» и расположенной рядом с ней лестнице имеется свободный проход, рядом располагается детская площадка для игр. Падение дочери произошло только из-за того, что лестница (посадочная площадка) находилась на слишком большом расстоянии от самой качалки. Вследствие неожиданного падения дочь истца получила сильный испуг, травма живота причинила ей физическую боль, необходимость стационарного и затем амбулаторного лечения, ограничения в двигательной активности составляли более 3 месяцев. Представитель истца ФИО6 дополнительно пояснил, что аттракцион «Трицератопс» является источником повышенной опасности, вследствие чего ответчик должен был принять меры для исключения причинения им травм.

Представители ответчика ФИО3, ФИО4 в судебном заседании доводы возражений поддержали, выводы судебно-медицинской экспертизы не оспаривали. Настаивали на отсутствии вины и причинно-следственной связи между получением ребенком травмы и действиями ответчика.

Помощник прокурора Ленинского района г. Екатеринбурга Перенисеева А.А. в заключении по делу указала, что заявленные требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, однако размер компенсации подлежит установлению с учетом требований разумности и справедливости.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в п. 1 ст. 20 и ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации.

В соответствии с положениями ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Закономобязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п. 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.Закономможет быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно разъяснениям п. 11. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. N1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" установленнаястатьей 1064ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить ответчик.Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В судебном заседании установлено, что 14.05.2022 г. на территории парка аттракционов «<данные изъяты>» (расположен в Центральном парке культуры и отдыха имени В.В.Маяковского г. Екатеринбург) <данные изъяты> года рождения, при нахождении на игровом оборудовании «Качалка «Трицератопс» упала между посадочной площадкой (лестницей) и качалкой, что повлекло причинение ей травмы в виде <данные изъяты>.

Факт падения ребенка ответчиком не оспаривается.

Согласно положениям ст. 7 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" при оказании услуг населению продавец (исполнитель) обязан обеспечить безопасность процесса оказания услуг.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» индивидуальные предприниматели и юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны обеспечивать безопасность для здоровья человека выполняемых работ и оказываемых услуг, а также продукции производственно-технического назначения, пищевых продуктов и товаров для личных и бытовых нужд при их производстве, транспортировке, хранении, реализации населению. Граждане в силу ст. 8 закона имеют право на возмещение в полном объеме вреда, причиненного их здоровью или имуществу вследствие нарушения другими гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами санитарного законодательства, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В судебном заседании установлено, что игровое оборудование «Качалка «Трицератопс» со стороны пешей дорожки (л.д. 58) не имеет ограничений для прохода к нему детей, рядом располагается детская площадка для детских игр.

Игровое оборудование «Качалка «Трицератопс» согласно фотографий (л.д. 41-42) и паспорта (ПС-157-49476017-15) предназначено для его эксплуатации в стационарном состоянии. Состоит из посадочной площадки, самой качалки «Трицератопс» с расположенным на нем сверху посадочным сидением.

Из пояснений истца, не оспариваемых ответчиком, падение ребенка произошло между посадочной площадкой и качалкой (л.д. 42). Расположение посадочной площадки на таком расстоянии от качалки, которое бы исключало падение между ними ребенка, ответчиком не доказано.

Указание ответчика на наличие возле игрового оборудования информационного стенда с Правилами поведения и техники безопасности на качалке электромеханической «Динозавр» (л.д.41), а также наличие на ступеньках посадочной площадки информации: «без жетона на качалку не входить» (л.д. 42) требований к ответчику об обеспечении безопасности нахождения на игровом оборудовании не отменяет.

Согласно паспорту игрового оборудования принцип работы оборудования является следующий: необходимо сесть на сидение, после чего пристегнуться ремнем безопасности, после опустить жетон в жетоноприемник, расположенный в посадочной площадке.

Таким образом, доводы ответчика о том, что в случае приобретения жетона на оборудование был бы исключен факт падения несостоятельны. Активация жетона согласно паспорту оборудования происходит после того, как ребенок сел на сидение и пристегнулся ремнем безопасности.

При установленных обстоятельствах суд полагает, что падение <данные изъяты> и причинение ей травмы находится в прямой причинной связи с необеспечением ответчиком безопасного использования игрового оборудования, необеспечением доступа к оборудованию только в присутствии работника ответчика (вход к игровому оборудованию является открытым для любого посетителя). Вина в причинении ребенку вреда здоровью ответчиком (ст. 56 ГПК РФ) не оспорена, что влечет за собой его обязанность по компенсации морального вреда.

Грубой неосторожности со стороны родителя ребенка, которая бы содействовала возникновению или увеличению вреда, в результате которой размер возмещения должен быть уменьшен (п. 2 ст. 1083 ГК РФ), судом не установлен.

Под моральным вредом согласно разъяснениям пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм компенсации морального вреда» понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права, в том числе здоровье.

На основании разъяснений пункта 12 приведенного Постановления обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По общему правилу компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

В силу абз. 2 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд должен принимать во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

На основании разъяснений пункта 14 приведенного Постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 Постановления).

На основании разъяснений пункта 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм компенсации морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, также следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

В судебном заседании установлено, что в связи с падением <данные изъяты> получила травму: <данные изъяты>. В связи с травмой находилась на стационарном лечении в ГАУЗ СО «<данные изъяты>» (л.д.4) с 14.05.2022 по 24.05.2022 с диагнозом: <данные изъяты>. В дальнейшем находилась на амбулаторном лечении с 14.05.2022 по 03.06.2022 г. (л.д. 7-8).

После выписки из стационара ребенку даны рекомендации по наблюдению хирурга по месту жительства, ограничению физической нагрузки на 3 месяца, проведение дополнительных обследований.

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № 67Е <данные изъяты> ФИО7 в виде <данные изъяты> не имеет признаков опасности для жизни, повлекла за собой временное нарушение функций органов и систем продолжительностью до трех недель, согласно п. 4 «в» действующих «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных постановлением Правительства РФ 17.08.2007 № 552 и в соответствии с п. 8.1 раздела II Приказа № 194н МЗ и СР РФ от 24.04.2008 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» квалифицируется как повреждение, причинившее легкий вред здоровью.

С учетом изложенного, суд полагает возможным определить размер компенсации морального вреда в сумме 100000 рублей. Данная сумма компенсации отвечает требованиям разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям причиненной ребенку травмы, позволяет компенсировать ребенку перенесенные ей физические страдания (физическую боль, ограничения в двигательной активности) и нравственные страдания (испуг, необходимость длительного медицинского наблюдения). Оснований для установления размера компенсации морального вреда в большем размере судом не усматривается, поскольку наличие на сегодняшний день иных последствий от травмы истцом не подтверждено.

Оснований для взыскания с ответчика штрафа, предусмотренного п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей судом не установлено, поскольку штраф подлежит взысканию за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя. Доказательств обращения к ответчику с письменной претензией истцом не представлено. Письмо (л.д.48) не содержит информации о заявителе и адресе, заявителем не подписано.

На основании ст. 98 ГПК РФ понесенные истцом расходы в связи с рассмотрением дела подлежат возмещению ответчиком, за исключением расходов по оплате судебно-медицинской экспертизы, поскольку выводы экспертизы не подтвердили заявленных доводов истца.

Расходы по оплате услуг нотариуса в сумме 2300 руб. и почтовые расходы в сумме 78 руб. подтверждены квитанцией, подлежат возмещению ответчиком в полном объеме. Расходы по оплате услуг представителя по договору от 20.05.2022 г. подлежат взысканию с учетом положений ч. 1 ст. 100 ГПК РФ и определяются, исходя из объема оказанных юридических услуг и категории спора, в сумме 20000 руб.

На основании ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина подлежит взысканию в доход местного бюджета с ответчика и составляет 300 руб. 00 коп.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН <***>) в пользу <данные изъяты> (<данные изъяты> года рождения) компенсацию морального вреда в размере 100000 руб. 00 коп., в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) расходы по оплате услуг нотариуса 2300 руб. 00 коп., оплате юридических услуг 20000 руб. 00 коп., почтовые расходы 78 руб. 00 коп., в удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину 300 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Ленинский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья (подпись) А.А. Пономарёва

Копия верна:

Судья

Секретарь судебного заседания