УИД: 39RS0002-01-2024-007018-14

гражданское дело № 2-638/2025 (№ 2-6653/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Калининград 31 января 2025 года

Центральный районный суд г. Калининграда в составе председательствующего судьи Вирюкиной К.В.,

при секретаре Андрулёнисе Р.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к МВД России, УМВД России по Калининградской области, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Калининградской области о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

< Дата > в суд поступило исковое заявление ФИО1 к МВД России, УМВД России по Калининградской области, Министерству Финансов РФ в лице УФК по Калининградской области о взыскании компенсации морального вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием, в размере 100000 руб.

В обоснование заявленных требований истец указывает, что < Дата > в СО ОМВД России по Ленинградскому району города Калининграда возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ по факту тайного хищения имущества А.Э.П. < Дата > в СО ОМВД России по Ленинградскому району города Калининграда возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ по факту тайного хищения имущества, принадлежащего М.Н.А. < Дата > из помещения клиники «Продвижение» по < адрес >. В ходе предварительного следствия уголовное дело № соединено в одно производство с уголовными делами №№, №, 12№, №, №, №, в которых установлена причастность истца в совершении преступлений. Соединенному уголовному делу присвоен общий №. В ходе проведенного предварительного следствия по уголовному делу доказательств причастности истца к совершению хищения имущества, принадлежащего М.Н.А., добыто не было. Постановлением следователя СО ОМВД России по Ленинградскому району города Калининграда от < Дата > уголовное преследование в части хищения имущества М.Н.А. прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления. Таким образом, уголовное преследование истца длилось более 2 лет. Прокурором неоднократно выносились требования и постановления на бездействия должностных лиц при расследовании уголовного дела. Постановлениями Ленинградского районного суда г. Калининграда от < Дата > и < Дата > признано незаконным бездействие следователя СО ОМВД Ленинградского района г. Калининграда при расследовании уголовного дела №.

В ходе рассмотрения к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены прокуратура Калининградской области, ОМВД России по Ленинградскому району г.Калининграда.

Истец ФИО1, извещенный надлежащим образом о рассмотрении дела, в судебном заседании участия не принимал, в направленной судом в его адрес расписке с разъяснением прав на личном участии в судебном заседании при рассмотрении дела путем организации видеоконференцсвязи не настаивал.

Ответчики МВД России, УМВД России по Калининградской области, Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Калининградской области, надлежаще извещенные судом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание представителей не направили, заявлений и ходатайств не представили.

Третье лицо прокуратура Калининградской области, надлежаще извещенное о рассмотрении дела, в судебное заседание представителя также не направило, заявлений и ходатайств не представило.

Третье лицо ОМВД России по Ленинградскому району г. Калининграда, извещенное о рассмотрении дела, представителя в судебное заседание не направило, в материалах дела имеется письменный отзыв представителя данного третьего лица ФИО2 на иск, в котором она просит отказать истцу, указывая, что по уголовному делу истцу было предъявлено обвинение, наличие повода и оснований для возбуждения уголовных дел неоднократно проверялись, как руководителем следственного органа, так и прокурором, постановление о возбуждении уголовного дела не обжаловалось, следствием принимались исчерпывающие меры по установлению всех обстоятельств расследуемых преступлений и изобличению лиц, виновных в их совершении, критерии оценки морального вреда истцом не приведены, расчет суммы компенсации отсутствует, что свидетельствует о его незаконном желании обогатиться за счет средств бюджета РФ, истцом не представлено доказательств наличия морального вреда, причинно-следственная связь между действиями сотрудников органов внутренних дел и наступившими негативными, по мнению истца, последствиями, не установлена, не доказана, как и доводы о том, что в связи с уголовным преследованием истец претерпел существенные страдания, которые повлекли ухудшение состояния его здоровья и морально-нравственные переживания, из представленных истцом документов не следует вывод, что ему был причинен моральный вред и не представлено доказательств причинения нравственных и физических страданий, размер заявленной суммы ничем не обоснован, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Исследовав материалы дела, изучив представленные в нем доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что < Дата > в СО ОМВД России по Ленинградскому району города Калининграда возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ в отношении неустановленного лица, которое в период времени с 07:00 часов < Дата > до 22:00 < Дата > путем свободного доступа, находясь в помещении палаты № второго отделения хирургии Калининградской областной клинической больницы, расположенной по < адрес >, тайно похитило мобильный телефон марки < ИЗЪЯТО > в корпусе бирюзового цвета, чем причинило А.Э.П. значительный материальный ущерб на сумму 15000 руб.

< Дата > следователем СО ОМВД России по Ленинградскому району города Калининграда возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, по факту того, что < Дата > в период времени с 12:45 до 12:55 часов неустановленное лицо, находясь в помещении клиники «Продвижение», расположенной по < адрес >, путем свободного доступа, тайно похитило мобильный телефон марки < ИЗЪЯТО >, принадлежащий М.Н.А., в результате чего последней был причинен значительный материальный ущерб в размере 10000 руб.

К совершению указанных выше преступлений следствием была установлена причастность ФИО1

< Дата > ФИО1 допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу №.

В ходе предварительного следствия уголовное дело № было соединено в одно производство с уголовными делами №, №, №, №, №, №, к совершению преступлений по которым была установлена причастность ФИО1, с присвоением соединенному уголовному делу №.

В ходе проведенного предварительного следствия по уголовному делу доказательств причастности ФИО1 к совершению тайного хищения имущества, принадлежащего М.Н.А., имевшего место < Дата >, из помещения клиники «Продвижение», расположенной по < адрес >, получено не было.

Допрошенный в качестве подозреваемого ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признал.

Постановлением следователя СО ОМВД России по Ленинградскому району г.Калининграда от < Дата > уголовное преследование ФИО1 в части тайного хищения имущества, принадлежащего М.Н.А., имевшего место < Дата >, из помещения клиники «Продвижение», расположенной по < адрес >, прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Вместе с тем по иным эпизодам названного выше уголовного дела приговором Ленинградского районного суда г. Калининграда от < Дата > ФИО1 был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, с назначением окончательного наказания на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ в виде 3 лет 7 месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима; мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу.

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ, вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию включает в себя, в том числе, право на устранение последствий морального вреда.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Моральный вред, в частности, может заключаться во временном ограничении или лишении каких-либо прав.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, если вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде (ст. 1100 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В таких случаях от имени казны Российской Федерации выступает соответствующий финансовый орган (ст. 1071 ГК РФ).

На основании ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2).

Руководствуясь положениями вышеуказанных правовых норм, суд приходит к выводу о том, что факт причинения истцу ФИО1 морального вреда в результате незаконного уголовного преследования имеет место быть.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает степень нравственных страданий, причиненных истцу, связанных с его индивидуальными особенностями, принципы разумности и справедливости.

Факт незаконного уголовного преследования истца в рамках уголовного дела № (с даты допроса в качестве подозреваемого < Дата > по дату прекращения уголовного преследования < Дата >), подтвердился, в связи с чем ФИО1 имеет право на возмещение морального вреда в порядке реабилитации.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о том, что в ходе предварительного следствия в отношении ФИО1 по уголовному делу № он был незаконно привлечен к уголовной ответственности, при этом мера пресечения в отношении истца, связанная с изоляцией от общества за преступление, которое он не совершал, истцу не избиралась, иные вменяемые эпизоды хищения ФИО1 чужого имущества нашли подтверждение в ходе судебного следствия и ему было назначено наказание в виде лишения свободы.

При этом действительно, постановлением Ленинградского районного суда г.Калининграда от < Дата > признавалось незаконным бездействие следователя СО ОМВД России по Ленинградскому району г. Калининграда при расследовании уголовного дела № по жалобе ФИО3

Разрешая вопрос о надлежащем ответчике по делу, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. N 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», суд исходит из того, что надлежащем ответчиком по требованию о компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности является Российская Федерация в лице Министерства финансов Российской Федерации.

Исходя из изложенного, основываясь на приведенных выше нормах права, учитывая фактические обстоятельства, при которых был причинен истцу моральный вред, личность истца, степень его нравственных страданий, связанных с неправомерным подозрением и обвинением в совершении преступления, длительность уголовного преследования, требования разумности и справедливости, а также отсутствие доказательств причинения истцу физических страданий, суд полагает возможным взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., в удовлетворении остальной части требований отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,-

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Центральный районный суд г. Калининграда в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья подпись К.В. Вирюкина

Мотивированное решение составлено 14 февраля 2025 года.