Дело № 2а-2479/2023

***

***

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 ноября 2023 года город Кола Мурманской области

Кольский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Ивановой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ильницкого Д.А.,

с участием административного истца ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием средств видеоконференц-связи административное дело по административному исковому заявлению ФИО4 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании условий содержания в исправительном учреждении ненадлежащими, взыскании компенсации,

установил:

ФИО3 обратился в суд с административным иском к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18» Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области (далее также - ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, ФКУ ИК-18) о взыскании компенсации за нарушение условий содержания. В обоснование исковых требований указал, что в период *** отбывал наказание в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, где содержался в отрядах № и других. В данных отрядах к умывальникам не было подведено горячее водоснабжение, отсутствовали комнаты для хранения продуктов питания и приема пищи, в душевых и санитарных узлах не было установлено перегородок, что нарушало условия приватности. Указал, что в отрядах количество осужденных превышало лимит наполняемости, спальные места устанавливали в непосредственной близости друг от друга, что также влияло на условия приватности. В отрядах, жилых секциях, бытовых помещениях нарушались санитарно-эпидемиологические требования. Вентиляция с механическим побуждением в отрядах отсутствовала. Вместо унитазов в санитарных узлах были установлены чаши «Генуя». Просил признать условия содержания ненадлежащими, взыскать компенсацию в размере 500 000 рублей.

В судебном заседании административный истец уточнил исковые требования, дополнительно указал, что данные нарушения также присутствовали в периоды его отбывания наказания с *** года по *** года. Дополнения приняты к производству суда определением, занесенным в протокол.

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве административного соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказания России (далее - ФСИН России).

В судебном заседании административный истец настаивал на удовлетворении исковых требований, просил удовлетворить в полном объеме.

Представитель ФСИН России в судебное заседание не явился, уведомлен о дате и времени судебного заседания, мнение по заявленным требованиям не представил.

Представитель административного ответчика ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области в судебное заседание не явился, уведомлен о рассмотрении дела, направил письменные возражения, просил в удовлетворении исковых требований отказать. В возражениях указал на соответствие в Учреждении условий содержания административного истца требованиям законодательства. Обратил внимание на пропуск административным истцом без уважительной причины срока, установленного ст. 219 КАС РФ на обращение в суд с исковыми требованиями о признании условий содержания ненадлежащими.

Заслушав участвовавших в деле лиц, опросив свдетелей, исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.

Правовое положение осужденных регламентировано специальным законом – Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации, а также принятыми на основании и во исполнение его положений Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений.

В соответствии с частью 2 статьи 1 Уголовно исполнительного кодекса Российской Федерации (далее также УИК РФ) одной из задач уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации является охрана прав, свобод и законных интересов осужденных.

В силу части 1 статьи 3 УИК РФ уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации и практика его применения основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации, являющихся составной частью правовой системы Российской Федерации, в том числе на строгом соблюдении гарантий защиты от пыток, насилия и другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения с осужденными.

Исходя из положений статьи 10 УИК РФ, Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом. Права и обязанности осужденных определяются настоящим Кодексом исходя из порядка и условий отбывания конкретного вида наказания.

В соответствии со статьей 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении не препятствует возмещению вреда в соответствии со статьями 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

Требования об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего рассматриваются в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ) и подлежат удовлетворению при наличии в совокупности двух необходимых условий: несоответствия оспариваемого решения или действия (бездействия) закону или иному нормативному акту и нарушение этим решением или действием (бездействием) прав либо свобод заявителя.

В соответствии с ч. 1 ст. 219 КАС РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Как указано в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 47), проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Из представленных административными ответчиками сведений следует, что ФИО3 отбывал наказание в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области в период с *** по ***, а также с *** по ***.

Настоящее исковое заявление ФИО3 поступило в Кольский районный суд ***.

Во время обращения в Кольский районный суд Мурманской области продолжает отбывать наказание в виде лишения свободы, а именно, в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области.

Пропуск срока на обращение в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении заявления (часть 8 статьи 219 КАС РФ).

Пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом (часть 7 статьи 219 КАС РФ).

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020) обращено внимание судов на то, что отказ в удовлетворении административного искового заявления исключительно по мотиву пропуска срока обращения в суд, без принятия судом мер, направленных на выяснение обстоятельств, объективно препятствовавших обращению в суд в установленный законом срок, без установления иных обстоятельств, предусмотренных ч. 9 ст. 226 КАС РФ, а также без исследования фактических обстоятельств административного дела является недопустимым и противоречит задачам административного судопроизводства.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 18 ноября 2004 года № 367-О и от 18 июля 2006 года № 308-О, право судьи рассмотреть заявление о восстановлении пропущенного процессуального срока вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. Признание тех или иных причин пропуска срока уважительными относится к исключительной компетенции суда, рассматривающего данный вопрос, и ставится законом в зависимость от его усмотрения.

В судебном заседании административный истец пояснил, что узнал о нарушениях условий содержания от другого осужденного, содержащегося в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области, после чего сразу обратился в суд.

В Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3(2020), Верховным Судом Российской Федерации приведен анализ Европейским Судом по правам человека Федерального закона от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», из которого также следует, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу 27 января 2020 года, предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения, за исключением лиц, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем Суде в день вступления в силу Закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией в порядке предусмотренном статьей 227.1 КАС РФ вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее 27 января 2020 года), либо независимо от указанных обстоятельств в течение 180 дней, начиная с 27 января 2020 года, в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что право на обращение в суд с административным иском о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания в порядке, установленном статьей 227.1 КАС РФ, административным истцом отбывающим наказание в местах лишения свободы не утрачено, срок на обращение в суд в данном конкретном случае подлежит восстановлению, а причины пропуска срока признанию уважительными.

При разрешении заявленных требований суд учитывает положение статей 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации, согласно которым право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания.

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 25.12.2018 № 47 возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

В силу абзаца 2 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 47 под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на личную безопасность и охрану здоровья.

Согласно пункту 14 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47, условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

В соответствии с ч. 5 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Разрешая доводы о нарушениях прав истца в связи с отсутствием горячего водоснабжения в спорный период, суд принимает во внимание, что требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены действующей в спорный период Инструкцией по проектированию исправительных учреждений и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной Приказом Минюста России от 2 июня 2003 года № 130-дсп, признанной утратившей силу Приказом Минюста России от 22 октября 2018 года № 217-дсп (далее - Инструкция СП 17-02).

Согласно возражениям на исковое заявление, административными ответчиками отсутствие горячего водоснабжения в помещениях, где содержался административный истец, не отрицается. При этом отмечают, что в распоряжении осужденных в пользовании находились электрические плиты и плитки, кухонная посуда для подогрева воды, в связи с чем осужденные не лишены возможность для обеспечения себя горячей водой. Обращают внимание на год постройки здания исправительного учреждения, в период возведения которого требования к оборудованию помещений подводкой горячего водоснабжения отсутствовали.

Вопреки доводам административных ответчиков, Инструкция СП 17-02, предусматривающая оборудование зданий исправительного учреждения горячим водоснабжением и распространяя свое действие на проектирование, строительство, реконструкцию и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений исправительных, лечебных исправительных, лечебно-профилактических учреждений и исправительных центров уголовно-исполнительной системы, не содержит запрета на возможность применения ее действия применительно к объектам, введенным в действие и эксплуатацию до ее принятия, поскольку обратное ставило бы в неравное положение осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, построенных до принятия указанного нормативного правового акта.

С учетом закрепленных положениями национального законодательства гарантий осужденных на размещение в помещениях, отвечающих санитарным требованиям, обеспечение помещений исправительных учреждений горячим водоснабжением с 2004 года являлось и является обязательным, постольку неисполнение административными ответчиками требований закона влечет нарушение прав осужденного на содержание в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности.

Наличие горячего водоснабжение в туалетных помещениях исправительного учреждения непосредственным образом касается обеспечения гуманных условий для содержания лиц, в отношении которых применена мера пресечения заключение под стражу, подозреваемых и осужденных и охраны здоровья людей с точки зрения соблюдения санитарно-эпидемиологических требований, создания благоприятных безопасных условий среды обитания, в связи с чем, эксплуатация объекта с нарушением указанных требований ведет к недопустимому риску для здоровья лиц, находящихся в зданиях учреждения.

Приведение ранее введенных в эксплуатацию зданий в соответствие с актуальными требованиями обусловлено уровнем современных рисков, потребностей, правил, а равно обеспечением санитарного благополучия и безопасных условий для обитания человека.

Обеспечение осужденным один раз в неделю помывки в банно-прачечном комбинате учреждения, где имеется централизованная подводка горячего водоснабжения, а также использование водонагревательных приборов, не свидетельствует об обеспечении надлежащих условий содержания, так как не может в полной мере восполнить необходимость ежедневного использования горячего водоснабжения для использования его как для личной гигиены, так и собственного обслуживания.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что отсутствие горячего водоснабжения является ущемлением прав административного истца на отбывание наказания в условиях, отвечающих санитарным и гигиеническим требованиям, и признает этот довод административного истца обоснованным.

При разрешении доводов истца об отсутствии приватности в санитарных узлах отрядов в которых он содержался, что подтвердили при рассмотрении дела опрошенные в качестве свидетелей осужденные ФИО1 и ФИО2, суд учитывает, что в Кассационном определении Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от *** №, Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что наличие туалетного оборудования, которое отгорожено от остального помещения таким образом, чтобы обеспечивалась приватность отправления санитарно-гигиенических процедур, безусловно является обязательным элементом для признания условий содержания в исправительном учреждении надлежащими.

Из возражений административных ответчиков следует, что туалетные помещения в период содержания ФИО3 находились в отдельных изолированных от жилых секций помещениях. Установленные в туалете напольные чаши «Генуя» и унитазы были огорожены стенками-перегородками и условиями приватности.

Вместе с тем документов, подтверждающих наличие в санитарных помещениях отрядов стенок-перегородок между чашами «Генуя» с закрывающимися дверьми в материалы дела не представлено, в связи с чем доводы административного истца в нарушение части 2 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации не опровергнуты.

В связи с изложенным, суд приходит к выводу, что отсутствие изолированных туалетных кабинок в отрядах безусловно вызывало неудобство при посещении туалета и соответственно причиняло страдания административному истцу и трудности.Доводы административного истца о нарушении условий приватности в душевой суд находит несостоятельными.

Таблицей 22 пункта 9.34 Инструкции СП 17-02 установлен состав и нормативные показатели площадей помещений бань-санпропускников, в соответствии с которым в данное помещение входит помывочная в душевых банях с требованием 1 помывочное место с прибором на 2 кв.м.

Действующим законодательством, регулирующим спорные правоотношения, не предусмотрено установление перегородок между душевыми лейками, их отсутствие не свидетельствует о недостаточной приватности и уединении, поскольку является частью механизма, обеспечивающего безопасность осужденных, персонала учреждения, в целом режима содержании.

При этом суд учитывает, что посещение душевой в целях соблюдения санитарно-гигиенических требований осужденными предназначено для временного пребывания в нем, а именно один раз в неделю (в спорный период), что не свидетельствует о создании административными ответчиками ненадлежащих условий содержания.

Доводы ФИО3 об оборудовании туалетных комнат отрядов чашами «Генуя», а не унитазами, не свидетельствуют о нарушении его прав, так как чаша «Генуя» является разновидностью напольного унитаза. Законодательством, регулирующим указанные вопросы в спорный период, не было предусмотрено обязательное оборудование туалета унитазом в том смысле, который в него вкладывает истец. Подобное устройство используется по прямому назначению, и в материалах дела не имеется сведений о том, что в силу индивидуальных физиологический особенностей истец не мог справлять естественные надобности таким образом, а равно не свидетельствует о жестоком или унижающем человеческое достоинство обращении, незаконном - как физическом, так и психическом - воздействии на человека.

Ссылаясь на ненадлежащие условия содержания, ФИО3 также указал, что в отрядах отсутствовали помещения для хранения продуктов питания и приема пищи.

В соответствии с таблицей 13 пункта 9.11 Инструкции 17-02, определяющей состав и площадь помещений для размещения отряда осужденных в общежитиях с различными условиями содержания осужденных, в состав помещений отряда с обычными и облеченными условиями содержания входит комната хранения продуктов питания с местом для приема пищи.

Сведений об оборудовании отрядов, в которых содержался ФИО3, отдельным помещением для хранения продуктов питания и приема пищи административными ответчиками в нарушение ст. 62 КАС РФ не представлено.

В соответствии с п. 1 ст. 227 КАС РФ решение об удовлетворении требования о признании оспариваемого решения, действия (бездействия) незаконным принимается при установлении двух условий одновременно: решение, действие (бездействие) не соответствует нормативным правовым актам и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Следовательно, признание незаконным действий (бездействия) и решений органов и должностных лиц возможно при несоответствии их нормам действующего законодательства одновременно с нарушением права, свобод и законных интересов административного истца.

Как установлено при рассмотрении дела, помещения отрядов были оборудованы спальными помещениями, в которых были установлены тумбочки, табуреты, что подтвердил при рассмотрении дела истец.

Суд полагает, что само по себе отсутствие комнаты хранения продуктов питания с местом для приема пищи не может повлечь за собой вывод о том, что данное обстоятельство повлекло за собой умаление нематериальных благ истца и, как следствие, не могло повлиять на нарушение прав ФИО3, материалы дела данных фактов не содержат и административным истцом в обоснование этого доводов не приведено, в связи с чем оснований для взыскания компенсации по данному основанию не имеется.

При этом суд отмечает, что основной прием пищи осуществлялся в столовой, оборудованной на территории исправительного учреждения. Таким образом, администрацией учреждения были созданы условия приема пищи лицам, содержащимся в отрядах.

Оценивая доводы административного истца о ненадлежащей вентиляции в отрядах, суд исходит из следующего.

Как пояснил истец, а также опрошенные по его ходатайству в качестве свидетелей осужденные ФИО1, ФИО2, в жилых секциях отрядов имелись окна, однако осужденные их не открывали, опасаясь за свое здоровье, поскольку напротив жилых секций отрядов размещался туберкулезный диспансер.

На основании п. 20.16 Инструкции 17-02 (в помещениях зданий ИУ и СУ в зависимости от их назначения как правило следует предусматривать приточно-вытяжную вентиляцию с механическим и естественным побуждением.

Также п. 20.17 Инструкцией 17-02 предусмотрено, что во всех жилых помещениях режимных зданий, рабочих камерах, палатах стационаров и лечебных корпусов ЛПУ следует предусматривать: приточную вентиляцию с механическим побуждением, вытяжную вентиляцию с естественным побуждением. В общежитиях с комнатной системой содержания или общими спальными помещениями следует предусматривать приточно-вытяжную вентиляцию с естественным побуждением.

Таким образом, обязательный монтаж вентиляции с механическим побуждение в жилых помещениях общежитий законодательством, действующим в спорный период, предусмотрено не было.

Судом установлено, что вентиляция в спорных помещениях отрядов представлена оконными и дверными проемами. При этом санитарный узел отряда представляет собой отдельное помещение. Проветривание отрядов производится естественным путем через оконные проемы и форточки. Допустимые параметры микроклимата и качества воздуха обеспечиваются наличием естественной вентиляции, необходимая циркуляция воздуха осуществляется за счет разности давлений через оконные и вентиляционные проемы. Документов, свидетельствующих о нарушениях микроклимата в спорных помещениях, судом не добыто, административным истцом не представлено.

При этом ограничений для проветривания помещений отряда осужденных не имеется, поскольку окна оборудованы открывающимися створками и форточками. Доказательств невозможности проветривания помещений административным истцом не представлено.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отсутствии нарушений условий содержания административного истца в части приточно-вытяжной вентиляции в помещениях отрядов, в которых он содержался в период нахождения в учреждении ФКУ ИК-18, поскольку в спальных помещениях имелась возможность проветривания помещения с помощью окон, санитарный узел отделен от жилой площади, поэтому помещения осужденных обеспечиваются притоком воздуха с естественным побуждением, что не противоречит Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России, утвержденной приказом Министерства Юстиции от 02.06.2003 г. № 130-ДСП.

Доводы истца о боязни проветривать спальное помещение в связи с близкорасположенным туберкулезным диспансером суд находит надуманными. Сведения о перенесенном заболевании (туберкулез) в связи с проветриванием спального помещения административным истцом не представлено.

Таким образом, вентиляция в жилых помещениях отряда соответствовала действующему в спорный период законодательству, в связи с этим, доводы административного истца в указанной части отклоняются.

Утверждение ФИО3 касающееся несоблюдения санитарно-эпидемиологических требований в помещениях отрядов при рассмотрении дела своего подтверждения не нашло, опровергается информациями о результатах проверок, проведенных Мурманской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в ИУ в период ***, из которых следует, что нарушения санитарно-эпидемиологических и коммунально-бытового обеспечения надзорным органом в ФКУ ИК-18 в спорный период не выявлялось.

Так, в справке по результатам проверки состояния режима и учреждении ОЮ-241/18 УИЕ Минюста России по Мурманской области от *** указано, что осужденные содержатся в нормальных санитарно-бытовых условиях, температура воздуха в лечебных палатах, жилых и других подсобных помещениях, камерах штрафного изолятора, СУС не менее 18 С, что соответствует санитарным нормам. Общежития и помещения карантина укомплектованы необходимым оборудованием. Производится плановый ремонт общежитий, туберкулезного изолятора областной больницы. При беседах с осужденными, содержащимися в больнице, штрафном изоляторе, в строгих условиях содержания жалоб и заявлений на условия режима содержания, питание или неправомерные действия администрации не поступали.

В докладной записке Мурманской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в ИУ от *** отмечено, что весь контингент, содержащийся в учреждениях области, обеспечен индивидуальными спальными местами и постельными принадлежностями, посудой и столовыми приборами, одеждой по сезону в соответствии с утвержденными нормами вещевого довольствия. Санитарно-эпидемиологическое состояние камер и жилых помещений в подразделениях области - удовлетворительное.

Согласно информации, содержащейся в докладной записке от *** на имя заместителя прокурора Мурманской области, весь контингент, содержащийся в учреждениях области, обеспечен индивидуальными спальными местами и постельными принадлежностями, посудой и столовыми приборами, одеждой по сезону в соответствии с утвержденными нормами вещевого довольствия. Санитарно-эпидемиологическое состояние камер и жилых помещений в подразделениях области - удовлетворительное. Температурно-влажностный режим в жилых помещениях соответствует установленным нормам.

Из докладной записки о результатах проверок исполнения законодательства в жилищно-коммунальной сфере государственных учреждений УФСИН России по Мурманской области от *** следует, что весь контингент, содержащийся в учреждениях области, обеспечен индивидуальными спальными местами и постельными принадлежностями, посудой, столовыми приборами и одеждой по сезону, в соответствии с утвержденными нормами. Температурно-влажностный режим в жилых помещениях соответствует установленным нормам, санитарно-эпидемиологическое состояние камер и жилых помещений в подразделениях области - удовлетворительное.

Аналогичная информация содержится в докладных записках надзорного органа от ***, от ***, ***, ***, ***, ***, ***, ***.

Учитывая изложенное, утверждение ФИО3 о нарушениях условий содержания истца в указанной части отклоняется как необоснованное.

Разрешая доводы о переполненности отрядов в спорный период, суд исходит из следующего.

Из представления Мурманской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в ИУ от *** следует, что в учреждении с лимитом наполнения 1600 человек на день проверки содержалось 1660 осужденных. Осужденные размещены в жилых секциях, помещении карантина, в запираемых помещениях, областной больнице и стационаре медчасти. Жилая площадь на одного осужденного составляет не менее 2-х квадратных метров (ст. 99 УИК РФ). Распорядок дня составлен с учетом требований ст. 82 УИК РФ и включает в себя время подъема, отбоя, туалета, принятие душа и т.д. Предусматривается непрерывный восьмичасовой сон и предоставление осужденным личного времени.

Согласно справке от *** о проверке исполнения законодательства в исправительном учреждении № УФСИН России по Мурманской области, лимит наполнения колонии – 1600 осужденных, среднесписочная численность в *** году – 1620 человек, в *** года в колонии содержалось 1672 человека, в *** года – 1701 человек, на *** – 1640 человек.

В силу требований части 1 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения доказывания по административным делам не предусмотрен настоящем Кодексом.

Административный истец обязан подтвердить, что оспариваемым решением, действием (бездействием) нарушены или могут быть нарушены права, свободы и законные интересы административного истца либо возникла реальная угроза их нарушения (пункт 2 части 2 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Суд отмечает, что согласно имеющимся в материалах дела документов Мурманской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в ИУ, фактов нарушения минимальной нормы жилой площади в ОЮ-241/18 УФСИН России по Мурманской области (ФКУ ИК-18) не допускалось, оборудование спальных мест в непосредственной близости друг к другу не зафиксировано, жалоб от осужденных о нехватке санитарных приборов не поступало.

Доказательства обратного, как того требует положение ст. 62 КАС РФ административным истцом суду представлены не было.

Административный истец, утверждая о нарушении условий содержания в период 2002-2009 гг., не представил доказательств того, что он обращался с жалобами на ненадлежащие условия содержания к руководству учреждения, в вышестоящие инстанции, прокуратуру или суд, либо в таких обращениях ему было отказано, а также о сохранении доказательств ненадлежащих условий содержания, в то время как внутренние документы имеют ограниченный срок хранения и несвоевременное обращение административного истца в суд на ненадлежащие условия содержание способствовало уничтожению документов по истечении срока их хранения.

Учитывая отсутствие объективного свидетельства вышеназванным административным истцом обстоятельствам, доказательств нарушения его прав, а также подтверждения наступления для него негативных последствий либо существенных изменений нормального жизненного уровня, указывающего на бесчеловечные условия содержания, в результате оспариваемого бездействия, доводы административного истца в указанной части не принимаются.

Доводы административного истца об иных перечисленных в административном иске нарушениях суд признает несостоятельными, как не нашедшие своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, основанными на субъективном восприятии условий содержания в исправительном учреждении.

Установленное судом нарушение в части отсутствия горячего водоснабжения и не соблюдения приватности в санитарных узлах само по себе объективно доказывает причинение административному истцу страданий (переживаний) в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свобод при существующих ограничениях прав осужденных, отбывающих наказание в местах лишения свободы, поскольку вышеуказанные нарушения не обеспечивают право осужденных на безопасное и санитарно-эпидемиологическое благополучие, могут оказать влияние на жизнь и здоровье осужденных, отбывающих наказание в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу административного истца компенсации за ненадлежащие условия содержания в период отбывания им наказания с *** по *** в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области.

При этом несоответствие указанных условий содержания требованиям действующего законодательства с *** по *** на протяжении 2 месяцев и 14 дней не может быть признано существенным, так как за такой промежуток времени оно не повлекло неблагоприятные для административного истца последствия, то есть не причинило ему нравственных или физических страданий в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, в связи с чем правовые основания для удовлетворения требований ФИО3 отсутствуют.

Учитывая характер причиненных административному истцу нравственных страданий, выразившихся в отсутствии горячего водоснабжения, не соблюдения приватности в санитарных узлах, исходя из принципа разумности и справедливости, степени вины ответчика, индивидуальных особенностей административного истца, отсутствии для административного истца стойких негативных последствий, с учетом продолжительности периода отбывания наказания ***, суд полагает, что в счет компенсации за нарушение условий содержания с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу административного истца подлежит взысканию денежная сумма в размере 18 000 рублей, что достаточно полно и адекватно компенсирует нравственные переживания.

Размер указанной компенсации определен судом также с учетом принципов разумности и справедливости, поскольку обязанность по соблюдению данного принципа, предусмотренного законом, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан. В связи с этим, определяя размер рассматриваемой компенсации, суд должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред лицу, чье право нарушено действиями (бездействием) государственного органа, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Заявленную административным истцом ко взысканию сумму компенсации суд считает необоснованной, не отвечающей последствиям допущенных нарушений.

Иной подход означал бы создание неравных условий для лиц, отбывающих уголовное наказание за совершение преступлений различной степени тяжести и остального законопослушного населения РФ, чьи условия жизни не идентичны по уровню комфорта.

Лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате подобных действий оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя на ограничения, в том числе в правах на неприкосновенность частной жизни, на изменение статуса как личности, что условия содержания лишенных свободы лиц, с учетом режима места принудительного содержания, будут иметь существенные отличия от обычной, привычной обстановки.

Нахождение человека в исправительном учреждении предусматривает наличие неизбежного морального дискомфорта и бытовых неудобств, связанных с отбытием наказания в виде лишения свободы.

Статьей 227.1 КАС РФ предусмотрено, что решение суда при удовлетворении заявленных административным истцом требований о компенсации за нарушение условий содержания должно содержать обоснование размера компенсации и наименование органа (учреждения), допустившего нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также сведения о размере компенсации, наименование органа, осуществляющего полномочия главного распорядителя средств федерального бюджета в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации и представлявшего интересы Российской Федерации по делу о присуждении компенсации.

Статьей 9 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 предусмотрено, что финансовое обеспечение функционирования уголовно-исполнительной системы является расходным обязательством Российской Федерации.

Главным распорядителем средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, является ФСИН России.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 175-180, 227 КАС РФ, суд

решил:

административное исковое заявление ФИО4 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании условий содержания в исправительном учреждении ненадлежащими, взыскании компенсации - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО4 компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 18 000 (восемнадцать тысяч) руб. 00 коп. с зачислением на личный счет ФИО4, открытый в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония 16 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области».

В удовлетворении заявленных требований ФИО4 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Мурманской области», Федеральной службе исполнения наказаний России о признании условий содержания в исправительном учреждении ненадлежащими, взыскании компенсации, на сумму, превышающую 18 000 рублей - отказать.

Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кольский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

***

***

Судья Н.А. Иванова