Дело № 2-517/2022

УИД 42RS0012-01-2022-000848-39

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Мариинский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Гильмановой Т.А.

при секретаре Устюжаниной Н.Н.

с участием истца ФИО1,

представителя третьего лица прокурора Тарасун Ю.Г.

представителя третьего лица ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Мариинске Кемеровской области 09 июня 2022 года гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование.

Исковые требования обоснованы следующим. 07.01.2021 в ГУ МВД России по Кемеровской области - Кузбассу в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело № 1 21 01320023 000001 по признакам состава преступления, предусмотренного п. «г» ч.1 ст.258 УК РФ.

19.06.2021 постановлением старшего дознавателя ОД Отдела МВД России по Мариинскому району Я. уголовное дело № 1 21 01320023 000001 прекращено за отсутствием в его действиях признаков состава преступления, предусмотренного п. «г» ч.1 ст.258 УК РФ, то есть по основанию, предусмотренному частью 2 статьи 24 УПК РФ. Одновременно с этим в соответствии со статьей 134 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию.

Под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 УПК РФ).

Согласно статье 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, признается за лицом, в отношении которого подобное преследование прекращено по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 24 УПК РФ.

В соответствии с абз.2 п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм гл.18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в ч.2 ст.133 УПК РФ, о чем в соответствии с требованиями статьи 134 УПК РФ они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.

Пунктом 2 указанного Постановления разъясняется, что с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК РФ, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства.

В соответствии с п.1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны РФ.

В соответствии с частью 1 и пунктом 3 части 2 статьи 133 УПК РФ, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

На основании части 1 статьи 136 УПК РФ официальное извинение реабилитированному за причиненный ему вред от имени государства приносит прокурор, данное официальное извинение по требованию реабилитированного производится посредством официального письменного признания на телевидении и в газетных изданиях, что подтверждается, в частности, судебной практикой Верховного Суда РФ.

Истец ФИО1 считает, что он, как лицо, в отношении которого было возбуждено, а позже прекращено уголовное дело, т.е. осуществлялось уголовное преследование, имеет полное право на компенсацию морального вреда.

В соответствии с правовым смыслом статьи 151 ГК РФ моральный вред заключается в нравственных страданиях, которые лицо испытало в результате нарушения его личных неимущественных прав.

Моральный вред истцу был причинен в результате:

- возбуждения в отношении него уголовного дела с указанием того, что в его действиях усматривался состав преступления, которое он не совершал - незаконная охота, на особо охраняемой природной территории либо в зоне экологического бедствия или в зоне чрезвычайной экологической ситуации;

- его фактическое нахождение в статусе подозреваемого в том преступлении, которое не совершал;

- его последующее вынужденное увольнение с места работы (старший помощник Мариинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях).

Незаконное и необоснованное обвинение ФИО1 в совершении преступления, привело к тому, что с ним перестали общаться родственники, полагая, что он, будучи сотрудником правоохранительных органов, занимался незаконной деятельностью. По этой же причине от истца отвернулись коллеги и друзья, перестали здороваться знакомые и соседи. Все указанные лица выражали по отношению к истцу осуждение и презрение, думали, что его «посадят» в места лишения свободы.

Учитывая, что населенный пункт, в котором ФИО1 постоянно проживает со своей семьей, является небольшим провинциальным городом, а также принимая во внимание ранее занимаемую им должность, истца знает большое количество населения, так же, как и он сам.

На фоне данных событий среди населения города стали распространяться лживые слухи, что истец является не только злостным браконьером, но и лицом, пользующимся своим служебным положением в целях иной противоправной деятельности, в связи с чем в отношении него и возбудили уголовное дело, и, как следствие, уволили с работы, и скоро очень надолго «посадят» в места лишения свободы.

Факт уголовного преследования ФИО1 негативно отразился на жизни его семьи, что сказывается и по сей день, даже после прекращения уголовного дела.

К семье истца - и родителям также стали относиться с пренебрежением, всячески выказывая свое негативное отношение к ним.

Окружение полагало, что если ФИО1 «преступник и должен сидеть в тюрьме», то и его семья виновата в этом и даже поддерживала его.

Малолетние дочери истца долго не могли понять, почему другие дети постоянно спрашивают у них: «Когда вашего папу посадят в тюрьму?».

Отец истца - уважаемый человек. Всю свою жизнь прожил в данном городе, занимал руководящие должности и является пенсионером органов МВД. Истцу было очень стыдно перед ним за происходящие события и распространяющиеся слухи о нем, при этом учитывая, что его вины в этом не было. Они очень долго не общались, отец не мог поверить в невиновность истца.

Все данные обстоятельства являются очень унизительными.

На протяжении всего периода следствия ФИО1 находился в состоянии постоянного нервного напряжения. Он не понимал и до настоящего времени не понимает, за что его хотели привлечь к уголовной ответственности, почему истец и его семья должна подвергаться подобным унижениям, в связи с чем испытывал сильные нравственные страдания.

На фоне переживаний у истца развилась депрессия, его постоянно сопровождает бессонница.

При проведении предварительного следствия он находился в постоянном напряжении, т.к. факт возможного вызова истца и его родных на допрос, проведения очных ставок, экспертиз и проведения других следственных действий, для ФИО1, как для законопослушного, добропорядочного гражданина и офицера правоохранительных органов, является неприемлемым.

Поскольку его доводы и аргументы кому-либо были малоинтересны, как в следственных органах, так и в прокуратуре Кемеровской области, а в прекращении уголовного дела неоднократно отказывали, истец практически перестал верить в законность, правосудие и справедливость в жизни.

Согласно п.2 ст.1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда, определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности предполагает возникновение нравственных страданий у человека.

Истец был лишен привычного и стабильного образа жизни, работы, которая ему приносила не только материальный достаток, но доставляла моральное удовлетворение.

Он фактически лишен возможности работать и зарабатывать деньги. До настоящего времени не может найти себе подходящее место работы.

ФИО1 дважды пытался восстановиться на прежнее место работы но, учитывая наличие вышеупомянутого обстоятельства, дискредитирующего звание сотрудника прокуратуры, ему в трудоустройстве отказано.

Фактом необоснованного возбуждения в отношении него уголовного дела он был дискредитирован в глазах общества, а также был лишен возможности карьерного роста и стабильного заработка, уважения окружающих и других сопутствующих благ. Вся его жизнь перевернулась в один миг. Истец был унижен не только как человек, но и как офицер, достойно служивший на благо общества 15 лет. Все, к чему он стремился, строил и добивался, перестало существовать.

Образовавшийся в биографии истца не по его вине и воле факт уголовного преследования лишает ФИО1 полноценно реализовывать свое конституционное право на труд, поскольку ставит под сомнение его благонадежность, как сотрудника, и его профессионализм, как специалиста. При этом учитывая менталитет и предрассудки населения, то обстоятельство, что уголовное преследование в отношении истца прекращено в связи с отсутствием в его действиях признаков состава преступления, в сознании людей все равно будет преобладать негативное отношение к нему и его семье.

Как известно, репутация зарабатывается годами стабильной, качественной работы, знаниями и умением общаться с людьми.

Репутация штука хорошая, но и хрупкая, как стекло, а презрение липнет к человеку, как стригущий лишай (Абель Поссе).

Таким образом, причиненный истцу моральный вред справедливо оценивает в 5 000 000 (пять миллионов) рублей.

При определении размера выплат судья учитывает, в том числе, уровень инфляции, как того требуют положения части 4 статьи 135 УПК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса РФ обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов РФ или их должностных лиц, возложена на Министерство финансов РФ.

Исковое заявление о возмещении вреда, причиненного в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, в соответствии с частью 6 статьи 29 ГПК РФ может быть подано реабилитированным по его выбору в суд по месту своего жительства или в суд по месту нахождения ответчика. Исходя из положений статей 23 и 24 ГПК РФ такие дела подсудны районным судам.

Истец просил суд взыскать в пользу ФИО1 с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны РФ компенсацию морального вреда в порядке реабилитации, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в размере 5 000 000 (пять миллионов) рублей.

Обязать прокурора принести ФИО1 официальные письменные извинения за причиненный ему вред незаконным уголовным преследованием, а также через официальные средства массовой информации сообщить о реабилитации ФИО1.

Впоследствии ФИО1 представил заявление об увеличении исковых требований, мотивированное следующим.

Учитывая, что с рядом принятых в ходе предварительного расследования по уголовному делу процессуальных решений истец не был ознакомлен, 12.04.2021 в ГУ МВД России по Кемеровской области - Кузбассу истцом был направлен запрос о выдачи копии постановления от 07.01.2021 о возбуждении в отношении ФИО1 уголовного дела № 1 21 01320023 000001 по признакам состава преступления, предусмотренного п. «г» ч.1 ст.258 УК РФ, а так же иных процессуальных решений, принятых в период предварительного расследования по уголовному делу.

Однако ответ на запрос ГУ МВД России по КО до настоящего времени не поступил, в связи с чем предоставить в суд вышеуказанные документы, необходимые для полного, всестороннего и объективного рассмотрения дела по существу, не представляется возможным.

При определении размера выплат судья учитывает, в том числе, уровень инфляции, как того требуют положения части 4 статьи 135 УПК РФ.

Аналогичная позиция изложена в Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.05.2021 N 18-П «По делу о проверке конституционности части третьей статьи 131 и статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а также пункта 30 Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО3».

В частности, Конституционный Суд РФ указал, что часть четвертая статьи 135 УПК РФ предусматривает производство выплат в возмещение реабилитированному вреда с учетом уровня инфляции, т.е. с учетом индекса роста потребительских цен по месту работы или жительства реабилитированного на момент начала уголовного преследования, рассчитанного государственными органами статистики Российской Федерации в субъекте РФ на момент принятия решения о возмещении вреда (пункт 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве"). Такой подход представляется справедливым с учетом того, что данные лица незаконно и необоснованно подверглись уголовному преследованию и поэтому в максимально полном объеме, в том числе с учетом обесценивания денежных средств в результате экономических явлений, должны получить возмещение.

Изложенные в исковом заявлении факты подтверждают то обстоятельство, что в отношении ФИО1 имело место незаконное уголовное преследование в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч.1 ст.258 УК РФ, в результате чего ему были причинены нравственные страдания, посягающие на основные принадлежащие гражданину нематериальные блага - достоинство личности.

Оценивая представленные истцом доказательства в совокупности с фактическими обстоятельствами дела, считает факт причинения ему морального вреда достоверно установленным, так как уже само по себе незаконное уголовное преследование причиняет нравственные страдания человеку, затрагивая его честь и достоинство и, в конечном счете, нарушая его право на доброе имя, как положительную социальную оценку моральных и иных качеств личности, с учетом обстоятельств привлечения истца к уголовной ответственности, категории преступления, в котором он обвинялся, продолжительности уголовного преследования, характера и степени нравственных страданий, причиненных незаконным уголовным преследованием, требования о взыскании компенсации морального вреда находит обоснованными.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда просит суд учесть характер и объем причиненных ему нравственных страданий, фактические обстоятельства причинения вреда, выразившихся в пребывании ФИО1 в фактическом статусе обвиняемого в совершении преступления, которого он не совершал, а также исходить из того, что в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности испытывал сильные нравственные страдания, которые не нуждаются в подтверждении.

Кроме того, просит учесть, что при вышеизложенных обстоятельствах длительность уголовного преследования, невозможность ведения обычного образа жизни в связи с продолжавшимся предварительным расследованием, отсутствием у истца, как лица, являвшегося сотрудником прокуратуры и имеющего длительный стаж работы, наличия судимости, значительно способствовали увеличению уровня стрессово-негативного восприятия ситуации, в которой он оказался в результате незаконного уголовного преследования, а также испытанного страха быть незаконно осужденным.

Таким образом, учитывая, что в январе 2021 года ставка по инфляции составляла 5,2 % годовых, при ключевой ставке Банка России 4,25 % годовых, а на момент подачи искового заявления (апрель 2022 года) ставка по инфляции составляла 16,69 % годовых, при ключевой ставке Банка России 17 % годовых, т.е. уровень указанных показателей вырос более чем в три раза, считает необходимым увеличить исковые требования до 12 000 000 (двенадцать миллионов) рублей, поскольку данный размер компенсации, с учетом изложенных истцом обстоятельств, в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, а также будет способствовать восстановлению его нарушенных прав.

Согласно пункту 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса РФ обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов РФ или их должностных лиц, возложена на Министерство финансов РФ.

Исковое заявление о возмещении вреда, причиненного в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, в соответствии с частью 6 статьи 29 ГПК РФ может быть подано реабилитированным по его выбору в суд по месту своего жительства или в суд по месту нахождения ответчика. Исходя из положений статей 23 и 24 ГПК РФ такие дела подсудны районным судам.

Истец просит суд взыскать в пользу ФИО1 с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны РФ компенсацию морального вреда в порядке реабилитации, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в размере 12 000 000 (двенадцать миллионов) рублей.

Обязать прокурора принести ФИО1 официальные письменные извинения за причиненный ему вред незаконным уголовным преследованием, а также через официальные средства массовой информации сообщить о реабилитации ФИО1.

В судебном заседании истец ФИО1 настаивал на удовлетворении увеличенных заявленных исковых требований, поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что в настоящее время не сможет обосновать свои доводы о том, что у него ухудшилось состояние здоровья ( слабость, , общее состояние депрессивное, подавленность сложившейся ситуацией) в виду того, что не имеет возможности пригласить в качестве свидетеля того медицинского работника, который непосредственно оказывал ему медицинскую помощь. Сам лично за медицинской помощью в государственное учреждение или в медицинские учреждения истец не обращался ввиду того, что был намерен восстановиться на прежнее место работы, посчитал, что это могло отрицательно повлиять.

Просит обратить внимание суда на то, что непосредственно инициированием доследственной проверки, а также в последующем возбуждением уголовного дела, он был фактически лишен своего постоянного места работы, где проработал 15 лет. В ходе расследования по данному уголовному делу, был значительный разрыв во времени между сообщением о происшествии, это было 3 ноября и 30 ноября 2020, когда прокуратура Кемеровской области без проведения должной проверки, то есть без проведения служебной проверки, направила данные материалы в порядке ст.144-145 УПК РФ в орган дознания, то есть будучи тогда, когда он еще имел статус спец субъекта. Почему данная проверка проводилась в отношении него и этим занимались органы дознания, не понятно, что происходило с материалами практически целый месяц, почему не проводилась проверка. Есть прямые указания прокуратуры Кемеровской области об отмене данного материала об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, после чего 7 января 2021, было возбуждено уголовное дело, что также может свидетельствовать в подтверждение его слов о том, что его вынудили написать заявление об увольнении. Это говорит о давлении на него бывших работодателей прокуратуры Кемеровской области. Объясняется все это легко и просто, скандал в то время был не нужен по этому поводу, разбираться с этим никто не хотел.

Действительно, имеется приказ и собственноручное заявление о том, что истец просит уволить его по собственному желанию. Обращает внимание на то обстоятельство, которое способствовало и предшествовало написанию им заявления об увольнении, это вызов истца в отдел кадров прокуратуры Кемеровской области, где первый заместитель прокурора Кемеровской области вместе с начальником отдела кадров фактически вынудили истца написать данное заявление, обещая в дальнейшем большие проблемы по службе и вообще в принципе, то есть фактически истец был вынужден уйти с прежнего места работы. 30.12.2020 написано заявление об увольнении и уволен этой же датой. При увольнении начальником отдела кадров было сказано: «Сейчас напишешь заявление, все это прекратится, потом спокойно пишешь заявление, и возвращаешься». Потому как отдел безопасности проверку в отношении него не проводил, материалов служебной проверки в отношении него в прокуратуре Кемеровской области не имеется. О том, что было указание прокуратуры Кемеровской области о возбуждении уголовного дела, которое было возбуждено 7.01.2021, ФИО1 узнал позднее.

Он пытался восстановиться на работу, обращался с заявлением через приемную прокурора области, ему было отказано. Первый ответ был дан 02.08.2021, второй ответ - 26.08.2021. Когда обжаловал данное решение, имеются два письма из прокуратуры области. Истец составлял разговор с начальником отдела кадров после того, как уже уголовное дело было прекращено, и когда он пытался это делать, то ему отвечали, что оказывается в прокуратуре Кемеровской области на сто процентов укомплектован штат сотрудников. Это «издевательство», никогда этого не было, чтобы штат был укомплектован, это очередной плевок. Когда, во второй раз обжаловал этот ответ, и снова пришел такой же ответ о том, чтобы он приехал насчет постановки в резерв кадров. Оказывается, истец должен был приехать для того, чтобы разъяснили порядок постановки в резерв, это опять говорит о том, что это структура, в которой он глубоко разочаровался.

То обстоятельство, что истец в настоящее время не мог найти подходящего места работы, что должен доказать данный факт, считает, что в принципе этот тезис абсурдный и никаким образом ФИО1 этого не докажет. Не представляет себе, каким образом это нужно сделать. Необходимо было бы пригласить работодателей, которые отказали по этой причине, во-первых, это не основание, это является нарушением трудового законодательства, во-вторых, ни один здравомыслящий человек, работодатель не пойдет на это. Что касается того окружения, которое перестало с ним общаться, в данной ситуации, он также не видит смысла кого-то приглашать. Во-первых, те, кто перестали общаться, они и так перестали с истцом общаться, и пойти свидетельствовать никто из них не будет. Вызывать соседей, родственников и т.д. -это тоже не будет расценено в качестве какого-то аргументирующего доказательства, потому что также может быть расценено, что те же самые родственники будут свидетельствовать в отношении него только в его пользу. Что касается вызова отца, то вообще не хочет этого делать, так как только наладились отношения, и вызывать отца, поднимать это опять, не хочет. Что касается размера морального вреда, это его оценка, понятие оценочное, то есть то, как он это видит. У каждого свое видение, какой моральный ущерб был ему причинен. Истец оценивает это так: он видит и прочувствовал это изнутри, как это унизительно после 15 лет службы быть выгнанным из прокуратуры, когда система, которая призвана защищать, в которой работаешь, никаким образом вообще в принципе и не намерена и не имеет никакого желания разбираться в какой-либо ситуации, что-либо предпринимать и т.д. Никакого надзора в принципе не осуществлялось, никакой проверки, но всего этого можно было избежать. Он не обжаловал такие решения, потому что был намерен возвратиться. Он знает, что такое противостояние системе, это бесполезно, когда этой системе в принципе на него наплевать, такова его позиция. Да, действительно, он не был привлечен в качестве подозреваемого, что его это также удивляет, когда было возбуждено уголовное дело в отношении конкретного лица, почему не предъявлено обвинение, не допрошен в качестве подозреваемого. Рассчитывать на хорошую компенсацию, для того чтобы ему «посидеть» только в СИЗО, это тоже как-то не вяжется в голове. У него проводились обыски, вызывали на допрос знакомых, друзей, родных. Рубашенко был вынужден приезжать, сдавать на экспертизы вещи. Разве это не унижение, когда человек столько времени отходил в погонах, имеет звание, классный чин, и потом оказаться в такой ситуации, и впоследствии выгнать.

В материалах уголовного дела имеется запрос в отношении его отца, что также подтверждает, что его личностью интересовались, но для какой цели, не знает, возможно, для сбора характеризующих данных. Что касается его характеристики, она была написана участковым П.. По месту жительства истца другой участковый, насколько ему известно, чтобы написать характеристику, нужно было обладать какой-то информацией, и для этого нужно было провести опрос населения, по крайней мере, соседей и т.д. Это говорит о том, что в отношении него было возбуждено уголовное дело, оно было предано огласке общественности и т.д. Это обстоятельство относится к вопросу о том, что общество об этом узнало и поэтому он просит публичных извинений в средствах массовой информации.

Сообщение о возбуждении уголовного дела не было опубликовано в средствах массовой информации, тем не менее, Рубашенко считает, что с учетом занимаемой ранее должности и с учетом того, что город маленький, он может себя назвать в какой-то мере публичным человеком, его много кто знает, поэтому он хочет, чтобы об этом знали все, что его доброе имя, должно быть реабилитировано. Считает, что на это имеет право, он думает о своих детях. Его отец отработал длительное время в правоохранительных органах, и это тоже очень большое пятно на его репутации. Поэтому истец хочет, чтобы извинения были принесены не только ему лично, но и через средства массовой информации.

Просит суд взыскать в его пользу с Министерства финансов Российской Федерации 12 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.

Обязать прокурора принести официальные письменные извинения за причиненный вред незаконным уголовным преследованием, а так же через официальные средства массовой информации сообщить о его реабилитации.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации, надлежащим образом извещенный о месте и времени рассмотрения дела в судебное заседание не явился.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика.

Представлены письменные возражения, мотивированные следующим. Свои требования истец ФИО1 обосновывает тем, что 07.01.2021 ГУ МВД России по Кемеровской области - Кузбассу в отношении него было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного п. «г» ст.258 УК РФ.

19.06.2021 постановлением старшего дознавателя Отдела МВД России по Мариинскому району Я. уголовное дело было прекращено за отсутствием состава преступления. Одновременно с этим за истцом было признано право на реабилитацию.

Министерство финансов Российской Федерации не согласно с заявленными исковыми требованиями по следующим основаниям.

В силу ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом РФ (ст. ст.133 - 139, ст.ст. 397, 399 УПК РФ).

Исходя из содержания данных требований закона, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

С учетом требований статьи 56 ГПК РФ, в соответствии с которой сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, на истца, заявляющего требование о компенсации морального вреда, возлагается обязанность по доказыванию следующих фактов:

1) действительно ли были совершены ответчиком действия, причинившие истцу нравственные или физические страдания, в чем выражались данные действия и когда были совершены;

2) какие личные неимущественные права истца нарушены этими действиями, и на какие нематериальные блага они посягают;

3) в чем выразились нравственные или физические страдания истца;

4) наличие причинно-следственной связи между причинением вреда и наступившими физическими или нравственными страданиями;

5) размер компенсации.

Отсутствие или недоказанность какого-либо из указанных условий является безусловным основанием для отклонения исковых требований.

Относительно бремени доказывания действующим законодательством установлено, что по делам о компенсации морального вреда истец должен доказать причинение вреда при определенных обстоятельствах, степень пережитых страданий и в чем они выражаются, причинно-следственную связь между причинением вреда и наступившими физическими и нравственными страданиями, размер компенсации вреда.

Законом установлен основополагающий принцип определения морального вреда - принцип разумности и справедливости (ч.2 ст.151, п2 ст.1101 ГК РФ). Как разъяснено п.8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.94г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суд оценивает степень нравственных или физических страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В соответствии с п.1 указанного Постановления, необходимо также выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Таким образом лицо, требующее возмещения морального вреда, должно доказать факт причинения, размер вреда и причинно-следственную связь между причинением вреда и действиями причинителя вреда. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности, влечет отказ в удовлетворении иска.

Судом при определении права истца на компенсацию морального вреда в денежной форме должны быть исследованы факт наличия и степень страданий истца, его личное восприятие ситуации, возрастные и личностные особенности истца.

Из искового заявления следует, что в отношении истца не избирались никакие меры пресечения. Таким образом, истец не был ограничен в праве свободы передвижения. Доказательств обратного истцом суду не представлено.

Кроме того, истцом не представлено суду доказательств того, что он испытывал нравственные страдания, что их возникновение находятся в причинно-следственной связи с уголовным преследованием.

Также истцом не представлено доказательств распространения какой - либо порочащей или не соответствующей действительности информации в отношении него сотрудниками государственных органов, производившими дознание и судебное следствие. Запрашиваемая дознанием информация об истце являлась на тот момент достоверной, а также необходимой для установления личности.

Истец в заявлении указал, что с ним перестали общаться родственники, отвернулись коллеги и друзья, перестали здороваться знакомые и соседи. Все указанные лица выражали по отношению к истцу осуждение и презрение. Истец указывает на то, что с ним перестал общаться его отец. Но доказательств этому он не приводит.

Считают необходимым в судебном заседании найти подтверждение или опровержение данному факту путем допроса свидетелей (соседей, друзей коллег, отца).

Не подтвержден тот факт, что истец предъявлял жалобы на здоровье, обращался за медицинской помощью, испытывал ухудшение состояния здоровья доказательств не предоставлено. По их мнению, доказательством, возникновения у истца психотравмирующей ситуации может являться только заключение специалиста - врача, поскольку именно врач способен сделать квалифицированный вывод (заключение) о наличии морально-психической травмы, ее глубине, о степени нравственных страданий с учетом индивидуальных особенностей потерпевшего. Достоверным доказательством наличия морального вреда является нарушение нормального ритма жизни человека, угнетение его общего состояния, подтвержденное медицинскими документами.

Также истец указывает на то, что он был уволен с работы в связи с привлечением его к уголовной ответственности. Но доказательств этому он не предоставил, это могли бы быть копия трудовой книжки, приказ об увольнении сотрудника.

Кроме того, ФИО1 указывает на то, что ему дважды отказывали в восстановлении на прежнем рабочем месте, но опять же не представляет подтверждающих документов (отказ в приеме на работу).

ФИО1 ссылается на то, что до сих пор не может найти подходящее место работы, не приводя доказательств этому.

Таким образом, доводы истца, изложенные в исковом заявлении, не подтверждены доказательствами, отвечающими принципу допустимости и относимости доказательств.

В части определения размера компенсации морального вреда.

В статьях 151, 1101 ГК РФ законодатель установил критерии, которые должны учитываться при определении размера компенсации морального вреда. Эти же критерии указаны и в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее - Постановление №10). По делам данной категории такими критериями являются:

- степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред;

- характер физических и нравственных страданий, который должен оцениваться с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего;

- иные заслуживающие внимания обстоятельства;

- требования разумности и справедливости.

Как разъяснено пунктом 8 вышеупомянутого Постановления..., суд оценивает степень нравственных или физических страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Согласно Постановлению №10 под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Истцом не представлено доказательств наличия у него каких-либо индивидуальных особенностей, повышенной степени его эмоциональности, ранимости, уровня самооценки, в связи с наличием которых он особенно болезненно отреагировал на сложившуюся ситуацию.

Полагают, заслуживают внимания и положения гражданского законодательства о том, что при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать требования разумности и справедливости. Компенсация морального вреда не должна служить источником обогащения.

Кроме того, следует учесть и то обстоятельство, что обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Сумму, заявленную истцом к взысканию, считают чрезмерно завышенной, не оправданной и не отвечающей требованиям разумности и справедливости.

С учетом изложенного в удовлетворении исковых требований просят отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Прокуратуры Кемеровской области прокурор Тарасун Ю.Г., действующая на основании поручения, пояснила следующее.

Требования ФИО1 мотивированы тем, что в отношении него постановлено реабилитирующее решение - постановление от 19.06.2021 о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления.

Перенесенные моральные страдания истец оценивает в 12 000 000 рублей.

Также заявлены требования о принесении прокурором города официальных извинений и сообщении о реабилитации истца через средства массовой информации.

Из материалов гражданского дела следует, постановлением от 19.06.2021 старшего дознавателя ОД Отдела МВД России по Мариинскому району Я. уголовное дело № 12101320023000001 прекращено в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного пунктом «г» части 1 стати 258 УК РФ в действиях истца, за истцом признано право на реабилитацию.

Данное постановление проверено прокурором, осуществляющим надзор за органами предварительного расследования, в судебном порядке не обжаловалось, ФИО1 с ним согласен. То есть решением органа предварительного расследования подтвержден факт незаконного уголовного преследования в отношении ФИО1, так как в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело, что является основанием для получения статуса подозреваемого, а затем уголовное преследование было прекращено в связи с отсутствием состава преступления. Факт незаконного уголовного преследования влечет возмещение морального вреда.

В судебном заседании были исследованы материалы уголовного дела в отношении ФИО1 Исследованием установлено, что ФИО1 был допрошен в качестве свидетеля, не задерживался, меры процессуального принуждения, меры пресечения в отношении ФИО1 не применялись и не избирались, срок предварительного расследования составил менее 6 месяцев.

Согласно статье 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. В соответствии с пунктом 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту УПК РФ) под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию. В силу положений части 1 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя, в том числе и право устранение последствий морального вреда. В соответствии с правилами пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде, возмещается за счет казны РФ. Согласно пункту 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ. Абзацем 2 статьи 15 Г ГК РФ установлено, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. Сумма компенсации должна соответствовать требованиям статьи 151 и статьи 1101 ГК РФ о разумности и справедливости и тем нравственным и физическим страданиям истца, которые он вынужден был претерпевать в связи с незаконным уголовным преследованием. Кроме того, обязательному учету в силу пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 "О практике применения судами норм гл.18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" учету подлежат, в том числе и продолжительность судопроизводства, а также требования разумности и справедливости. Истец обязан в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обосновать размер денежной компенсации, а также характер причиненных моральных и нравственных страданий.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. В предмет доказывания по делам о компенсации морального вреда, причиненного незаконным содержанием под стражей, входят следующие юридические факты: имели ли место обстоятельства, причинившие истцу нравственные или физические страдания, в чем они выражались; какие личные неимущественные права истца нарушены и на какие нематериальные блага они посягают; в чем выразились нравственные или физические страдания истца; степень вины причинителя вреда.

Сумма в 12 000 000 рублей является чрезмерно завышенной, так как в ходе уголовного преследования в отношении ФИО1 не применялись меры процессуального принуждения, не избирались меры пресечения, обвинение не предъявлялось, срок расследования составил менее 6 месяцев.

Требования о принесении официальных извинений и возложении обязанности разместить в средствах массовой информации информацию о реабилитации ФИО1 не подлежат рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства. Принесение извинений в порядке статьи 136 УПК РФ является обязанностью прокурора, в случае её невыполнения такое бездействие подлежит оспариванию в порядке статьи 125 УПК РФ. Несообщение в средствах массовой информации о реабилитации лица также необходимо оценивать, как невыполнение обязанности должностных лиц, органов, которые по требованию реабилитированного лица отказались сообщить о реабилитации лица в том средстве массовой информации, где были распространены сведения об уголовном преследовании данного лица.

На основании изложенного, считает, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению частично, то есть в части возмещения в денежном выражении морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, с учётом требований разумности и справедливости.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ГУМВД России по Кемеровской области ФИО2, действующая на основании доверенности, с исковыми требованиями ФИО1 не согласилась по следующим основаниям.

В соответствии с п.п. 34, 35, 55 ст.5 УПК РФ реабилитация - это порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с настоящим Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

По смыслу части 1 ст.133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе, включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда.

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 (ред. от 02.04.2013) «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК РФ, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело превращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

В соответствии с частью 3 статьи 133 УПК РФ право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 УПК РФ, имеет любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

В соответствии со ст.1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Вместе с тем, в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 перечислены обстоятельства, не дающие обвиняемому, подозреваемому, осужденному права на реабилитацию, которые не свидетельствую о незаконности или необоснованности уголовного преследования:

1. преступные действия указанных лиц переквалифицированы или из обвинения этих лиц исключены квалифицирующие признаки;

2. из обвинения названных лиц исключены ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений;

3. приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его;

4. мера наказания осужденным снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого.

В соответствии с пунктом 9 Постановления основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанных в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Не имеют права на реабилитацию подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его.

В соответствии с пунктом 53.1 Правил охоты, утвержденных Приказом Минприроды России от 24.07.2020 № 477, нахождение в охотничьих угодьях в (на) механических транспортных средствах, летательных аппаратах, а также плавательных средствах с включенным мотором, в том числе не прекративших движение по инерции после выключения мотора, с охотничьим оружием в расчехленном состоянии, а равно со снаряженным магазином или барабаном и (или) имеющим патрон в патроннике.

В соответствии п. 62.15 Федерального закона от 24.07.2009 № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов» следует, что к охоте приравнивается нахождение в охотничьих угодьях физических лиц с орудием охоты.

Согласно материалам уголовного дела №12101320023000001, возбужденного в отношении истца по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч.1 ст.258 УК РФ, установлен факт нахождения истца ФИО1 на территории государственного природного заказника «Антибесский» Мариинского района Кемеровской области, который согласно п. 1.1 Положения о государственном природном заказнике Кемеровской области «Антибесский», утвержденного постановлением Коллегии Администрации Кемеровской области от 14.10.2009 № 412, является особо охраняемой природной территорией регионального значения, на автомобиле , с расчехленным огнестрельным гладкоствольным длинноствольным оружием Следовательно, при возбуждении уголовного дела были все основания полагать о возможности совершения истцом преступления, предусмотренного п. «г» ч.1 ст.258 УК РФ. Сам по себе факт прекращения производства по уголовному делу в отношении истца ФИО1 не свидетельствует о незаконности возбуждения уголовного дела.

11.01.2021 года на имя истца было направлено уведомление о возбуждении в отношении него уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч.1 ст.258 УК РФ, разъяснено право истцу на обжалование данного решения, однако истец данное решение не обжаловал, незаконным в установленном законом порядке решение не признано.

Таким образом, доводы истца о том, что он не понимал и до настоящего времени не понимает, за что его хотели привлечь к уголовной ответственности, являются необоснованными.

Согласно ст.97 УПК РФ дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных настоящим Кодексом, при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый:

1) скроется от дознания, предварительного следствия или суда;

2) может продолжать заниматься преступной деятельностью;

3) может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Мера пресечения в отношении истца не избиралась, в своих правах и свободе истец не был никак ограничен, следовательно, истец имел возможность ведения обычного образа жизни. Доводы истца о том, что он был лишен возможности работать и зарабатывать деньги, являются голословными, документально ничем не подтверждаются.

В соответствии со ст.151 ГК РФ под моральным вредом понимается физические или нравственные страдания, причиненные действиями (бездействиями), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Согласно ст.1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействиями), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Истец в обоснование своих требований о компенсации морального вреда в размере 12 млн. руб. в силу закона обязан доказать факт причинения ему нравственных и физических страданий, а также обосновать размер компенсации.

С учетом требований статьи 56 ГПК РФ сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований, в том числе и доказывать следующие фаты:

- действительно ли были совершены ответчиком действия, причинившие истцу нравственные или физические страдания, в чем выражались данные действия и когда были нарушены;

- какие личные неимущественные права истца были нарушены этими действиями и, на какие нематериальные блага они посягают;

- в чем выразились нравственные или физические страдания истца;

-наличие причинно-следственной связи между причинением вреда и наступившими последствиями или нравственными страданиями;

-размер компенсации.

Истец должен подтвердить факт причинения ему нравственных и физических страданий, и при каких обстоятельствах они причинены, какие нравственные и физические страдания им перенесены.

Таким образом, доводы истца о причинении ему морального вреда не подтверждены доказательствами, отвечающими принципу допустимости и относимости.

Что касается определения размера компенсации морального вреда, то в ст.151, 1101 ГК РФ законодатель установил критерии, которые должны учитываться при определении размера компенсации морального вреда.

Эти же критерии указаны и в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

По делам данной категории такими критериями являются:

- степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред;

- характер физических и нравственных страданий, который должен оцениваться с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего;

- иные заслуживающие внимания обстоятельства;

- требования разумности и справедливости.

В соответствии с п.8 вышеупомянутого Постановления суд оценивает характер и объем причиненных истцу нравственных и физических страданий, степень вины ответчика с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Доводы истца о том, что в период предварительного следствия у него развилась депрессия, постоянно сопровождает бессонница, под воздействием вышеуказанных обстоятельств, о том, что проведение предварительного следствия повлекло его вынужденное увольнение с места работы, а также факт невозможности восстановления на предыдущее место работы (Мариинская прокуратура), о том, что во время предварительного следствия среди населения города стали распространяться лживые слухи, являются голословными, документально ничем не подтверждаются.

Следовательно, правовых оснований для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование в размере 12 000 000 (двенадцати миллионов) рублей не имеется.

Просит суд в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

Рассмотрев гражданское дело, заслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, суд считает исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

На основании ст.45 Конституции РФ государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в том числе, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

На основании пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

От имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать или осуществлять имущественные и личные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов (пункт 1 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Взаимосвязанные положения статей 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации направлены на реализацию положений Конституции Российской Федерации, в том числе ее статей 52 и 53, и, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, не препятствуют возмещению вреда, в том числе морального, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов либо их должностных лиц, при наличии общих и специальных условий, необходимых для наступления деликтной ответственности данного вида.

Статья 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает основания возникновения права на реабилитацию (под которой понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда, - пункт 34 статьи 5 того же Кодекса), называя в частях второй и второй.1 итоговые процессуальные решения, в связи с принятием которых признается данное право, а также закрепляя в части третьей право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 "Реабилитация" Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, любого лица, незаконно подвергнутого мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 2, 9, 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 (ред. от 02.04.2013) "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам. Основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера. Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, о чем в соответствии с требованиями статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления. После вступления в законную силу указанных решений суда, а также вынесения (утверждения) постановлений дознавателем, следователем, прокурором реабилитированному лицу должно быть направлено извещение с разъяснением установленного статьями 133, 135, 136, 138, 139 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, в котором, в частности, должно быть указано, какой вред возмещается при реабилитации, а также порядок и сроки обращения за его возмещением. При определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе длительность и условия содержания под стражей и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность Гражданским кодексом Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации). Согласно статье 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Таким образом, по обязательствам Российской Федерации, исполняемым за счет казны Российской Федерации, выступает финансовый орган, то есть Министерство финансов Российской Федерации, который может исполнять бюджетные полномочия главного распорядителя бюджетных средств. Иные государственные органы могут выступать от имени Российской Федерации в прямо предусмотренных федеральными законами и иными нормативными актами случаях, по специальному поручению.

В абзаце шестом пункта 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 № 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации" также разъяснено, что при удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

При незаконном уголовном преследовании каждый человек испытывает нравственные страдания. Это является общеизвестным фактом, не требующим доказывания в силу части 1 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Основополагающими принципами, на которых базируются гражданские правоотношения, являются требования добросовестности, разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 (ред. от 02.04.2013) «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Следовательно, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной.

В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, в том числе и материалами уголовного дела, обозренного в судебном заседании, следующее.

07.01.2021 старшим дознавателем Отдела организации дознания Главного управления МВД России по Кемеровской области подполковником полиции Ш. возбуждено уголовное дело № 1 21 01320023 000001 в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч.1 ст.258 УК РФ (л.д.1-2 уголовного дела).

В материалах уголовного дела № 1 21 01320023 000001 имеются следующие процессуальные документы с участием истца: объяснение ФИО1 от 03 декабря 2020 (л.д.14-18 уголовного дела), протокол допроса ФИО1 в качестве свидетеля от 20 марта 2021 (л.д.142-144 уголовного дела), постановление о производстве выемки от 10 марта 2021 у ФИО1 одноствольного гладкоствольного ружья (л.д.145-146 уголовного дела), протокол выемки от 20 марта 2021 у ФИО1 одноствольного гладкоствольного ружья л.д.147-148 уголовного дела), протокол ознакомления свидетеля ФИО1 с постановлением о назначении экспертизы от 20 марта 2021 (л.д.151 уголовного дела), протокол ознакомления свидетеля ФИО1 с заключением эксперта от 02 апреля 2021 (л.д.167 уголовного дела), постановление о возвращении вещественных доказательств от 02 апреля 2021, согласно которому возвращено ФИО1 одноствольное гладкоствольное ружье (л.д.170-172 уголовного дела), протокол допроса свидетеля ФИО1 от 15 мая 2021 (л.д.213-215 уголовного дела), протокол проверки показаний на месте с участием свидетеля ФИО1 от 15 мая 2021 (л.д.216-219 уголовного дела).

В материалах уголовного дела имеется объяснение Т..-знакомого ФИО1 и протокол его допроса, протокол допроса начальника ФКУ ИК-1 ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу Л. который знаком в связи с исполнением служебных обязанностей, протокол допроса супруги истца - Р. (л.д.65-68, 173-176, 158-160, 202-204 уголовного дела).

В материалах уголовного дела имеется запрос председателю совета ветеранов ОВД по Мариинскому району в отношении отца ФИО1 (л.д.127-128 уголовного дела).

В материалах уголовного дела имеются запросы и ответы в отношении ФИО1: формы 1, ЗАГС, требование ИЦ ГУ МВД России по Кемеровской области, ГИАЦ МВД России, ГБУЗ КО «Мариинская ГБ», справка-характеристика старшего УУП ОУУП и ПДН (л.д.130-132, 136-138, 139, 140,141 уголовного дела).

19.06.2021 постановлением старшего дознавателя ОД Отдела МВД России по Мариинскому району Я. прекращено уголовное дело № 1 21 01320023 000001 в отношении ФИО1 по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24, ст.212-213 УПК РФ. Признано в соответствии со статьей 134 УПК РФ за ФИО1 право на реабилитацию (л.д.243-260 уголовного дела).

В соответствии с п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению по следующим основаниям: отсутствие в деянии состава преступления.

Таким образом, в период производства предварительного следствия ФИО1 не был избран статус подозреваемого, обвиняемого, истец не задерживался, меры пресечения в отношении ФИО1 не применялись и не избирались, не было отобрано обязательство о явке, срок предварительного расследования составил менее 6 месяцев.

Как следует из ответа прокуратуры Кемеровской области-Кузбасса, адресованного ФИО1 от 02.08.2021, заявление о возможности трудоустройства рассмотрено в отделе кадров, прокуратуры области укомплектованы прокурорскими работниками. В этой связи трудоустроить в прокуратуру области для прохождения службы не представляется возможным (л.д.82).

Как следует из ответа прокуратуры Кемеровской области-Кузбасса, адресованного ФИО1 от 26.08.2021, обращение о постановке в резерв кадров для приема на службу рассмотрено, предложено согласовать время и дату (л.д.83).

Из материалов дела следует, что истец, имеющий высшее образование, устойчивый социальный статус, в период доследственной проверки являлся сотрудником органов прокуратуры, был подвергнут незаконному, необоснованному уголовному преследованию.

Суд принимает во внимание индивидуальные особенности истца, он испытал моральный вред, нравственные страдания, которые выразились в том, что к нему изменилось отношение общества в целом, отношение окружения к нему и членам его семьи, ухудшились отношения с родителями, близкими, другими родственниками, отношение окружающих по отношению к детям, не мог объяснить им, почему так резко изменилось к ним отношение, почему отношение изменилось к папе, папа не преступник, но, тем не менее, его таким позиционировало общество и в целом окружающие; у истца ухудшилось состояние здоровья (, слабость, общее депрессивное состояние, подавленность сложившейся ситуацией); суд учитывает, что уголовное преследование безусловно повлияло на жизнь истца, явилось существенным психотравмирующим фактором. Суд считает, что в связи с возбуждением уголовного дела в отношении ФИО1 по п. «г» ч.1 ст.258 УК РФ истец понес репутационные издержки, поскольку имеет высшее образование, устойчивый социальный статус, в период доследственной проверки являлся сотрудником органов прокуратуры, что явилось, по мнению суда, самостоятельным стрессогенным переживанием, препятствующим обычному социальному функционированию в обществе, чтовызвало у ФИО1 дополнительные трудности в адаптации к новым жизненным обстоятельствам.

Руководствуясь приведенными выше нормами права, приняв во внимание фактические обстоятельства дела, учитывая длительность уголовного преследования - менее 6 месяцев, понесенные ФИО1 репутационные издержки в связи с возбуждением уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч.1 ст.258 УК РФ, относящегося к категории преступлений небольшой тяжести, а также учитывая требования разумности и справедливости, учитывая степень нравственных страданий истца при фактических обстоятельствах причинения ему морального вреда, учитывая индивидуальные особенности и другие конкретные обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных ФИО1 страданий, учитывая личность истца, имеющего высшее образование, устойчивый социальный статус, общественное положение, проходившего службу в органах прокуратуры - старшим помощником Мариинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях (на момент начала проведения проверки), а также принимая во внимание, что истец имел процессуальный статус - свидетель, в качестве подозреваемого и обвиняемого привлечен не был, соответственно, ему не были избраны какие-либо меры пресечения, не было отобрано обязательство о явке, суд приходит к выводу о наличии предусмотренных законом оснований для взыскания с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 100 000 руб.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1, суд принимает во внимание правовые позиции относительно того, что понимать под разумной суммой компенсации вреда, и учитывает, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах физическое неудобство и нравственное страдание. Суд рассмотрел требования истца о компенсации морального вреда, действуя в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Суд считает, что определенный ко взысканию размер компенсации морального вреда в размере 100 000 руб. отвечает требованиям разумности и справедливости, обеспечивает баланс соблюдения частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются, как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Определив размер компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., суд исходит не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения последнего.

Согласно ч.1 ст.242.2 Бюджетного кодекса РФ обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного действиями государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц, возложена на Министерство финансов России.

Довод истца о том, что он не был уведомлен о возбуждении в отношении него уголовного дела, опровергается письменными материалами дела, а именно, что 11.01.2021 года ФИО1 было направлено уведомление о возбуждении в отношении него уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч.1 ст.258 УК РФ, разъяснено право истцу на обжалование данного решения (л.д.3 уголовного дела), однако истец данное решение не обжаловал, незаконным в установленном законом порядке решение не признано.

Оценивая доводы истца об увеличении исковых требований с учетом индексации, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.208 ГПК РФ по заявлению взыскателя или должника суд, рассмотревший дело, может произвести индексацию присужденных судом денежных сумм на день исполнения решения суда.

С учетом изложенного, истец не лишен права обратиться в суд рассмотревший дело, с заявлением об индексации присужденных судом денежных сумм на день исполнения решения суда с подробным расчетом с учетом уровня денежной инфляции, индекса потребительских цен, рассчитанного территориальным подразделением Федеральной службы государственной статистики.

Оценивая доводы ФИО1 об обязании прокурора принести ему официальные извинения, о помещении в средствах массовой информации сообщения о его реабилитации, суд приходит к следующему.

Доводы истца о том, что заявленные им требования об обязании прокурора принести ему извинения,помещение в средствах массовой информации сообщения о его реабилитацииподлежат рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, основаны на неверном толковании положений действующего законодательства.

Согласно ч.1 ст.133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как разъяснено в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 (ред. от 02.04.2013) "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", возмещение морального вреда, согласно статье 136 УПК РФ, помимо компенсации морального вреда в денежном выражении, предусматривает принесение прокурором реабилитированному официального извинения от имени государства за причиненный ему вред; помещение в средствах массовой информации сообщения о реабилитации, если сведения о применении мер уголовного преследования в отношении реабилитированного были распространены в средствах массовой информации; направление письменных сообщений о принятых решениях, оправдывающих гражданина, по месту его работы, учебы или по месту жительства.

Согласно ч.1 ст.136 УПК РФ прокурор от имени государства приносит официальное извинение реабилитированному за причиненный ему вред.

Обязанность прокурора принести официальное извинение реабилитированному, исходя из положений ст.ст. 133, 134, 136 УПК РФ в их взаимосвязи, возникает с момента признания за лицом права на реабилитацию.

Положением пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" судам разъяснено, что требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются судом в уголовно-процессуальном порядке.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", принесение официального извинения реабилитированному за причиненный ему вред незаконным уголовным преследованием и помещение в средствах массовой информации сообщения о реабилитации, по своей сути, является восстановлением права реабилитированного на защиту чести и доброго имени, в связи с чем данные требования, в силу ст.138 УПК РФ, подлежат рассмотрению в порядке исполнения приговора по правилам реабилитации, предусмотренным главой 18 УПК РФ, а не в гражданском судопроизводстве.

В соответствии со ст.125 УПК РФ постановления органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные действия (бездействие) и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления. Если место производства предварительного расследования определено в соответствии с частями второй - шестой статьи 152 настоящего Кодекса, жалобы на действия (бездействие) и решения указанных лиц рассматриваются районным судом по месту нахождения органа, в производстве которого находится уголовное дело.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о невозможности рассмотрения заявленных ФИО1 исковых требованийоб обязании прокурора принести ему официальные извинения и, о помещение в средствах массовой информации сообщения о реабилитации в порядке гражданского судопроизводства, поскольку заявленные требования подлежат рассмотрению в порядке, установленном для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора, то есть в порядке уголовного судопроизводства.

Кроме того, помещение в средствах массовой информации сообщения о реабилитации возможно при условии, если сведения о применении мер уголовного преследования в отношении реабилитированного были распространены в средствах массовой информации. Судом это не установлено.

Согласно ст.220 ГПК РФ суд прекращает производство по делу в случае, если дело не подлежит рассмотрению и разрешению в суде в порядке гражданского судопроизводства по основаниям, предусмотренным пунктом 1 части первой статьи 134 настоящего Кодекса.

Таким образом производство по делу в части обязания прокурора принести ФИО1 официальные извинения и в части помещения в средствах массовой информации сообщения о реабилитации ФИО1 подлежит прекращению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

Прекратить производство по делу в части исковых требований об обязании прокурора принестиФИО1 официальные извинения и о помещении в средствах массовой информации сообщения о реабилитации ФИО1.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Кемеровского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Мариинский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья - Т.А.Гильманова

Мотивированное решение изготовлено 16 июня 2022 года

Судья - Т.А. Гильманова

Решение не вступило в законную силу

Судья- Т.А.Гильманова

Секретарь- Н.Н. Устюжанина

Подлинный документ подшит в материалах гражданского дела № 2-517/2022 Мариинского городского суда Кемеровской области

Секретарь- Н.Н. Устюжанина