Решение по делу № 2-3604/2022 от 29.12.2022 - о признании незаконными заключения по результатам служебной проверки, приказа об увольнении, взыскании компенсации морального вреда.

№ 2-3604/2022

УИД 22RS0013-01-2021-003798-59

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 декабря 2022 года г.Бийск, Алтайский край

Бийский городской суд Алтайского края в составе

председательствующего А.А. Шелковниковой,

при секретаре Е.А. Неверовой,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО4, представителя ответчиков, третьего лица ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор №2 УФСИН России по Алтайскому краю, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о признании незаконными заключения по результатам служебной проверки, приказа об увольнении, взыскании компенсации морального вреда.

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 (фамилия изменена с ФИО30 в связи с вступлением в брак) обратилась в суд с иском к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор №2 УФСИН России по Алтайскому краю, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о признании незаконными заключения по результатам служебной проверки, приказа об увольнении, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец указала, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состояла с Федеральным казенным учреждением Следственный изолятор №2 УФСИН России по Алтайскому краю в трудовых отношениях. В период с ДД.ММ.ГГГГ до дня увольнения ДД.ММ.ГГГГ исполняла должностные обязанности младшего инспектора дежурной службы.

Уволена ФИО1 была по п. 14 ч. 2 ст. 84 Федерального закона № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации».

С основаниями увольнения истец не согласна, поскольку она ведомственные инструкции и приказы, а также нормы законодательства не нарушала, в связи с чем выводы служебной проверки являются незаконными.

В силу пп. 14 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», контракт может быть расторгнут, а сотрудник уволен со службы в уголовно-исполнительной системе в связи с нарушением условий контракта.

По условиям контракта ФИО1 приняла на себя обязательства по прохождению службы на условиях, установленных законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации о службе в уголовно- исправительной системе и контрактом от ДД.ММ.ГГГГ №.

Приказом УФСИН России по Алтайскому краю ФКУ СИЗО №2 по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГГГ №-JIC ФИО1 уволена на основании п. 14 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (в связи с нарушением контракта сотрудником).

Основанием для принятия решения об увольнении истца послужило заключение о результатах служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ в отношении сотрудников ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по АК, допустивших суицид ДД.ММ.ГГГГ обвиняемым ФИО7 в ФКУ СИЗО -2 УФСИН России по АК.

Из заключения о результатах служебной проверки следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 заступила на смену в 08-00 и выполняла свои должностные обязанности на ПСОТ №, производила наблюдение посредством дистанционного наблюдения за 99 подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными из которых она одновременно наблюдала за 52-мя видеоокнами, открыв соответствующие видеоокна на мониторе компьютера, в том числе видеоокно, через которое она наблюдала камеру № с обвиняемым ФИО7

В результате небдительного несения службы, отвлечении от наблюдения не выявила факта отсутствия в камере обвиняемого ФИО7, не обнаружила признаков приготовления к покушению на самоубийство, а также самого факта совершения самоубийства ФИО7

Исходя из указанного комиссия пришла к выводу о том, что ФИО1 нарушила п.п. 39 39.4 39.17 приказа Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № ДСП «О внесении изменений в ФИО2 Минюста ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ № ДСП « Об утверждении инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы», п. 4.3. 4.5 контракта о службе в уголовно-исполнительной системе № от ДД.ММ.ГГГГ (добросовестно исполнять служебные обязанности предусмотренные Федеральным законом, служебным контрактом и должностной инструкцией, соблюдать внутренний служебный распорядок и порядок несения службы (дежурства)), п.п. 62, 78, 79, 83, 93, 96, 198, 210 должностной инструкции младшего инспектора дежурной службы СИЗО-2, выразившееся в невнесении записей подмены с 09:11 до 09:18 и с 09:30 до 09:31 ДД.ММ.ГГГГ в книгу № дежурств операторов ПСОТ №.

Указанные выводы комиссии не соответствуют действительности.

ФИО1 являлась оператором ПСОТ №, входила в состав дежурной смены №. Оператором ПСОТ № являлся ФИО8, также входящий в дежурную смену №.

До ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отработала на своем рабочем месте 7 месяцев, в связи с чем была неопытным сотрудником и никогда самостоятельно не несла наблюдения как оператор ПСОТ №, поскольку оператор ПСОТ № ведет наблюдение за специальный блоком, в котором размещены лица, склонные к суициду, побегу и прочее. Свои должностные обязанности ФИО1 осуществляла в качестве оператора ПСОТ №. Замену операторов ДД.ММ.ГГГГ гола произвел ДПНСИ СИЗО-2 ФИО9 своим устным распоряжением, указанную замену операторов ФИО9 в книге дежурств операторов № не отразил, под роспись сотрудникам ФИО1 и ФИО8 не довел, т.е. в указанную дату (ДД.ММ.ГГГГ) ФИО1 не могла исполнять обязанности оператора ПСОТ №, поскольку в установленном порядке не получала соответствующего назначения.

Кроме того, согласно выписке из приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-ЛС за ФИО1 при приеме на работу были закреплены наставники ФИО10 и ФИО11, сроком на один год, которые должны были контролировать на протяжении всего срока работу ФИО1, оказывать ей теоретическую и практическую поддержку в выполнении её должностных обязанностях.

ДД.ММ.ГГГГ наставники никакой беседы перед заступлением на ПСОТ № с ФИО1 не проводили, особенностей исполнения обязанностей на новом месте не разъясняли.

Истец полагает, что выявить у ФИО7 намерение совершить суицид ДД.ММ.ГГГГ могли иные сотрудники, которые контактировали с ним в указанную дату. Такие так сотрудник ФИО12, осуществлявший раздачу пищи и подходивший к камере №, в которой содержался ФИО7, в 07 час. 10 мин. получил от ФИО7 отказ от приема пищи, что как минимум должно было вызвать у сотрудника подозрения относительно стабильного поведения заключенного, поскольку отказ от пищи это фактически объявление голодовки лицом, находящимся под стражей. О данном происшествии ФИО12 должен был сообщить руководству, с целью установления повышенного внимания к ФИО7, но этого не произошло.

В 08 час 33 мин. 11 сек. в камеру к ФИО7 заходил сотрудник ФИО13 для проведения количественной проверки, а также технического осмотра камеры, при этом ФИО7 был выведен из камеры. Не заметить отсутствие простыни у ФИО7 ФИО13 не мог, поскольку он заходил в камеру именно с этой целью, провести количественную проверку вещей в камере ФИО7 Также ФИО13 должен был произвести досмотр и самого ФИО7 чего он явно не сделал, поскольку общее время затраченное на всю проверку (в камере, туалете и самого ФИО7 ) заняла у ФИО13 23 секунды, поскольку досмотр был закончен в 8 час 33 мин. 34 сек.

Кроме того, ФИО13 должен был осуществлять проверку ФИО7 в камере каждый час, но ФИО13 до момента раздачи пищи в 13 час 53 мин. больше так и не подходил к камере №.

Из вышеприведенного следует, что ФИО12 и ФИО13 имели возможность, но не выявили у ФИО7 признаков приготовления к покушению на самоубийство, а также самого факта совершения самоубийства ФИО7

Также сотрудник ФИО14, заменявшая непродолжительное время ФИО1 в качестве оператора Г1СОТ №, не заметила отсутствия ФИО7 в камере.

Истце полагает, что контракта о службе в уголовно-исполнительной системе от ДД.ММ.ГГГГ не нарушала, поскольку не исполняла обязанности оператора ПСОТ №. ФИО1 на указанное место была назначена с нарушением установленного порядка, употребление пищи на рабочем месте и краткосрочные замены с ФИО14 в прямой причинно-следственной связи с происшествием не состоят, прямого запрета на указанные действия работниками ФКУ СИЗО-2 в инструкциях предприятия не содержится.

В этой связи у ответчика не имелось достаточных оснований для принятия решения об увольнении истца по п. 14 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 197-ФЗ.

При принятии решения об увольнении истца ответчиком не приняты во внимание характеризующие истца данные, предшествующее отношение к службе. Не учтено, что до инцидента у ФИО1 никаких дисциплинарных взысканий не имелось, служебные обязанности она выполняла добросовестно. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была объявлена благодарность за высокие показатели в учебе, добросовестное выполнение служебных обязанностей и активном участии в жизни взвода.

Статья 237 ТК РФ в сочетании со ст. 233 ТК предусматривает компенсацию морального вреда, причиненного работнику любым виновным неправомерным поведением (действием или бездействием работодателя), независимо от того, какие права работника нарушаются этими действиями - имущественные или неимущественные.

Незаконная служебная проверка и как следствие увольнение как дисциплинарная мера вызвали у истицы стрессовое состояние, лишили её социально-психологического комфорта.

В настоящее время истец не может устроиться на работу, поскольку увольнение из-за нарушения условий служебного контракта вызывают негативную реакцию работодателей, в связи с чем ей отказывают в приеме на работу.

В соответствии с подп. 6 раздела 11 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № осуществление функций главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы, возложено на Федеральную службу исполнения наказаний.

Действиями работодателя ФИО1 причинен моральный вред, который она оценивает в сумме 50 000 рублей.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, уточнив исковые требования, истец просит суд:

признать заключение о результатах служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, данное комиссией ФКУ СИЗО № ФИО2 по Алтайскому краю незаконным в части признания сотрудника ФКУ СИЗО №2 УФСИН России по Алтайскому краю ФИО1, признанной виновной в суициде обвиняемого ФИО7, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ;

признать ФИО2 № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО1 по п. 14 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 197- ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» незаконным.

обязать ФКУ СИЗО №2 УФСИН России по Алтайскому краю изменить запись № 6 от 05 05.2022 в трудовой книжке ФИО1 на увольнение по п. 2 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от 19.07.2018 года N 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», т. е. по собственной инициативе сотрудника.

взыскать с Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации в пользу ФИО1 моральный вред в сумме 50 000 рублей.

Истец ФИО1, ее представитель ФИО4 в судебном заседании исковые требования, с учетом их уточнения, поддержали. Истец дополнительно пояснила, что в течение 7 месяцев несла службу на ПСОТ №, осуществляла наблюдение за общими камерами, где содержатся обычные заключенные, не склонные к агрессии, насилию, членовредительству и суициду. Операторы ПСОТ№ осуществляют наблюдение за одиночными камерами, в которых содержатся лица, склонные к побегам, членовредительству и суициду. На этом посту работают обычно опытные сотрудники. ДД.ММ.ГГГГ истцу позвонил начальник и сообщил, что ей нужно будет заступить на службу на ПОСТ №, причины он не объяснил. 14 и ДД.ММ.ГГГГ истец впервые несла службу на ПСОТ №. ДД.ММ.ГГГГ в камерах, за которыми наблюдал оператор на ПСОТ №, проводилось множество мероприятий: обыски, заключенных постоянно выводили на прогулки во внутренний двор. В тот день было 4 обыска, через каждые 15-20 минут, начиная с 8:55 утра. Когда проводится обыск оператор должен следить за этой камерой. Также было около 100 вызовов из камер, на которые также должен отвечать оператор ПСОТ №. Все обыски и вызовы ФИО1 записывала в тетрадь, которую вела в период дежурств. После происшествия с ФИО7 тетрадь у нее сразу изъяли, в служебной проверке это обстоятельство не отражено. В связи с многочисленными обысками и вызовами оператор отвлекается и не может неотрывно следить за всеми 52 камерами. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 просился на прогулку, его не выводили. При этом заключенных постоянно выводят на прогулку и заводят обратно в течение дня. Камера при этом закрыта. ФИО15 не подняла тревогу, когда не увидела ФИО7 в камере, поскольку думала, что его в итоге вывели на прогулку. Также истец пояснила, что операторы постоянно обедают на рабочем месте, выходят в туалет, однако никогда записи о подмене в журнал не вписывают. Полагает, что приготовления ФИО7 к суициду могли заменить иные сотрудники СИЗО, которые непосредственно взаимодействуют с заключенными, проводят их личный обыск и осмотр камер.

Также истец и ее представитель просили восстановить пропущенный по уважительной причине срок обращения в суд с настоящим иском.

Представитель ответчиков и третьего лица ФИО5 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований по доводам письменного отзыва, согласно которому ответчик ФКУ СИЗО №2 УФСИН России по Алтайскому краю имел предусмотренные законом основания к увольнению истца по результатам служебной проверки, при этом процедура увольнения нарушена не была. Ссылки истца в исковом заявлении на то, что она не являлась оператором ПСОТ №1 необоснованны, так как согласно ведомости надзора именно она 15.04.2022 состояла в дежурной смене № 4 на посту № 1 (ПСОТ). Также не обоснованы ссылки истца на то, что отработав 7 месяцев, она являлась неопытным сотрудником, поскольку при приеме на службу устанавливается испытательный срок 2 месяца (согласно приказа о приеме на службу), который закончился задолго до увольнения истца. Работа наставников проводится согласно графику занятий и не предусматривает ежедневные беседы перед заступлением на службу. Истец в просительной части искового заявления просит обязать ответчика изменить запись в трудовой книжке на увольнение по ст. 80 ТК РФ, т.е. по собственному желанию, данное требование незаконно, поскольку на момент начала служебной проверки до дня увольнения от истца рапорта об увольнении по собственному желанию не поступало. Также полагает, что истцом пропущен срок для обращения в суд.

Выслушав объяснения истца и его представителя, представителя ответчиков и третьего лица, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в уголовно-исполнительной системе, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника являются предметом регулирования Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" (часть 1 статьи 2 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ).

Служба в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, посредством прохождения которой граждане реализуют свое право на труд, непосредственно связана с обеспечением общественного порядка, осуществляется в публичных интересах, призвана гарантировать надлежащее исполнение уголовных наказаний и закрепленного законом порядка отбывания наказаний, охраны прав и свобод осужденных, а также направлена на осуществление содержания лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, подсудимых, находящихся под стражей, их охраны и конвоирования (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 октября 2013 г. N 21-П).

По смыслу правовых позиций, сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 26 декабря 2002 г. N 17-П, лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, основанный в том числе на особых требованиях к уровню профессиональной подготовки и морально-психологическим качествам сотрудников, добросовестному исполнению ими условий служебного контракта.

Согласно пункту 1 части статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ сотрудник обязан знать и соблюдать Конституцию Российской Федерации, законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации в сфере деятельности уголовно-исполнительной системы, обеспечивать их исполнение, проходить в порядке, устанавливаемом федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, регулярные проверки знания Конституции Российской Федерации, законодательных и иных нормативных правовых актов Российской Федерации в указанной сфере.

В соответствии со статьей 13 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ, определяющей требования к служебному поведению сотрудника при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время, сотрудник должен: соблюдать служебную дисциплину, исполнять обязанности по замещаемой должности добросовестно и на высоком профессиональном уровне в целях обеспечения эффективной работы учреждений и органов уголовно-исполнительной системы; соблюдать нормы служебной, профессиональной этики; проявлять корректность, уважение, вежливость и внимательность по отношению к гражданам и должностным лицам; не допускать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации либо авторитету учреждения или органа уголовно-исполнительной системы.

Частью 1 статьи 20 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ установлено, что правоотношения на службе в уголовно-исполнительной системе между Российской Федерацией и гражданином возникают и осуществляются на основании контракта, заключенного в соответствии с Законом, и правового акта о назначении на должность.

Контракт - письменное соглашение, заключаемое между руководителем федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченным руководителем и гражданином (сотрудником), о прохождении службы в уголовно-исполнительной системе и (или) замещении должности в уголовно-исполнительной системе (часть 1 статьи 21 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ).

В силу пункта 14 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ контракт может быть расторгнут, а сотрудник может быть уволен со службы в уголовно-исполнительной системе в связи с нарушением условий контракта сотрудником.

Увольнение со службы в уголовно-исполнительной системе в силу пункта 5 части 1 статьи 50 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ является одним из видов дисциплинарного взыскания, налагаемого на сотрудника уголовно-исполнительной системы в случае нарушения им служебной дисциплины.

Порядок наложения на сотрудников дисциплинарных взысканий установлен статьей 52 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ.

Согласно части 6 статьи 52 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ дисциплинарное взыскание должно быть наложено не позднее чем через две недели со дня, когда прямому руководителю (начальнику) или непосредственному руководителю (начальнику) стало известно о совершении сотрудником дисциплинарного проступка, а в случае проведения служебной проверки или возбуждения уголовного дела - не позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения по результатам служебной проверки или вынесения окончательного решения по уголовному делу. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или командировке.

На основании части 8 статьи 52 данного Федерального закона, до наложения дисциплинарного взыскания от сотрудника, привлекаемого к ответственности, должно быть затребовано объяснение в письменной форме. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение сотрудником не представлено или он отказался дать такое объяснение, составляется соответствующий акт. Непредставление сотрудником объяснения в письменной форме не является препятствием для наложения дисциплинарного взыскания. Перед наложением дисциплинарного взыскания по решению руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченного руководителя в соответствии со статьей 54 настоящего Федерального закона может быть проведена служебная проверка.

В соответствии со статьей 54 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ служебная проверка проводится по решению руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченного руководителя либо по заявлению сотрудника при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных статьей 14 настоящего Федерального закона.

При проведении служебной проверки в отношении сотрудника должны быть приняты меры по объективному и всестороннему установлению:

1) фактов и обстоятельств совершения сотрудником дисциплинарного проступка;

2) вины сотрудника;

3) причин и условий, способствовавших совершению сотрудником дисциплинарного проступка;

4) характера и размера вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка;

5) наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в уголовно-исполнительной системе (часть 3).

Порядок проведения служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации (далее также - Порядок) утвержден Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 31 декабря 2020 года N 341.

В пункте 2 Порядка обозначены задачи служебной проверки, к которым в числе прочих относятся: объективное и всестороннее исследование обстоятельств, причин и условий нарушения (грубого нарушения) сотрудником служебной дисциплины; подготовка предложений о мере дисциплинарной ответственности сотрудника, совершившего дисциплинарный проступок.

В соответствии с пунктом 3 Порядка при проведении служебной проверки должны быть приняты меры по объективному и всестороннему установлению в том числе фактов и обстоятельств совершения сотрудником дисциплинарного проступка, наличия вины сотрудников за дисциплинарный проступок или степени вины каждого из них в случае совершения дисциплинарного проступка несколькими лицами; причин и условий, способствовавших совершению сотрудником дисциплинарного проступка, нарушению условий контракта; обстоятельств, имеющих значение для обоснованного решения вопроса о привлечении сотрудника к дисциплинарной ответственности; наличия, характера и размера вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в уголовно-исполнительной системе.

Пунктом 9 предусмотрено, что служебная проверка поручается подразделению, к компетенции которого относится проведение служебных проверок, или кадровому подразделению учреждения, органа УИС.

Комиссия формируется в составе трех и более работников УИС. Из членов комиссии назначаются: председатель комиссии и заместитель председателя комиссии, который в отсутствие председателя комиссии исполняет его обязанности.

Порядок оформления результатов служебной проверки установлен разделом V Порядка (пункты 24 - 35).

Таким образом, приведенными нормативными правовыми актами определен порядок проведения служебных проверок в органах и учреждениях уголовно-исполнительной системы, правовой статус участников служебной проверки, их права, обязанности и полномочия, установлены обязательные требования к проведению служебной проверки и к заключению служебной проверки, несоблюдение которых может служить основанием для признания данного заключения по результатам служебной проверки незаконным.

Судом установлено, что ФИО30 Е. (после заключения брака Зяблицкой) была принята и назначена на должность младшего инспектора дежурной службы ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю по контракту сроком на три года с испытанием на срок два месяца, с ДД.ММ.ГГГГ. За ФИО30 Е. были в соответствии с п.3 приложения №3 Положения о наставничестве в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденного Приказом №555 сроком, на один год закреплены наставники прапорщик внутренней службы ФИО10 и младший инспектор 2 категории дежурной службы этого же учреждения и пенсионер уголовно-исполнительной системы старший прапорщик внутренней службы (в отставке) ФИО11 (т. 1, л.д. 44).

ДД.ММ.ГГГГ между начальником ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю и ФИО15 был заключен контракт о службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации № 209 (т. 1, л.д. 17-18).

Согласно п. 1 контракта гражданин берет на себя обязанности, связанные с прохождением службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации в должности младшего инспектора дежурной службы ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю.

Приказом начальника ФКУ СИЗО -2 УФСИН России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО15 была уволена с ДД.ММ.ГГГГ по пункту 14 части 2 статьи 84 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" (в связи с нарушением условий контракта сотрудником).

Основанием для издания приказа от 4 мая 2022 года № 31-ЛС об увольнении ФИО15 со службы являлись заключение служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденное начальником ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю Заря Е.А.

Согласно рапорту дежурного помощника начальника СИЗО капитана внутренней службы ФИО9 на имя начальника ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю Заря Е.А. от ДД.ММ.ГГГГ об обнаружении признаков преступления ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 3 мин. в дежурную часть ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю с поста №1 (специальный блок) поступил сигнал «Тревога» и доклад младшего инспектора дежурной службы прапорщика внутренней службы ФИО13, о том, что в камере № в санитарном узле обнаружен висящий на простыне, привязанной к отсекающей решетке светильника, обвиняемый ФИО7 В 14 часов 10 мин был произведен экстренный вызов бригады скорой помощи. По прибытию резервной группы совместно с медицинским работником последней проводились реанимационные мероприятия до прибытия бригады скорой медицинской помощи. В 14 часов 32 мин. ДД.ММ.ГГГГ медицинскими работниками констатирована биологическая смерть обвиняемого ФИО7 Диагноз: механическая асфиксия через повешение (т.1, л.д. 145).

По факту совершения ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 суицида была проведена служебная проверка.

Согласно заключению служебной проверки (т. 1, л.д. 73-88) установлено, что совершивший суицид ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., обвиняемый по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, содержался в СИЗО-2 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ За период содержания в учреждении дисциплинарных взысканий и поощрений не имел. Состоял на профилактическом учёте как лицо, склонное к совершению суицида и членовредительству (протокол № 8 СИЗО-2 от ДД.ММ.ГГГГ), для проведения профилактической работы закреплён главный энергетик ОКБИиХО СИЗО-2 старший лейтенант внутренней службы ФИО16 (в соответствии с записями в электронном дневнике обвиняемого ФИО7, старший лейтенант внутренней службы ФИО16 проводил беседы профилактического характера ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ). Обвиняемый ФИО7 с ДД.ММ.ГГГГ размещен в камеру № СИЗО-2, где находился на одиночном содержании. В камере № оборудовано 2 спальных места, камера оборудована системой видеонаблюдения (1 видеокамера) и системой дуплексной связи. Во время проведения профилактических бесед обвиняемый намерений совершения суицида не высказывал.

Согласно ведомости надзора СИЗО-2 от ДД.ММ.ГГГГ № с 08:00 ДД.ММ.ГГГГ до 19:00 ДД.ММ.ГГГГ исполнение Инструкции по обеспечению надзора осуществляла дежурная смена №: ДПНСИ капитан внутренней службы ФИО17, заместитель ДПНСИ прапорщик внутренней службы ФИО10, старший по корпусному отделению прапорщик внутренней службы ФИО13, пост системы охранного телевидения (далее - ПСОТ) № (посредством дистанционного наблюдения) прапорщик внутренней службы ФИО30 Е., ПСОТ № (посредством дистанционного наблюдения) старший прапорщик внутренней службы ФИО8, ПСОТ № (посредством дистанционного наблюдения) прапорщик внутренней службы ФИО18, центральный ПСОТ (посредством дистанционного наблюдения) прапорщик внутренней службы ФИО19, младший инспектор на сборном отделении прапорщик внутренней службы ФИО20, старший резервной группы прапорщик внутренней службы ФИО21

В отношении обвиняемого ФИО7, прибывшего из СИЗО-2 из СУ МУ МВД ФИО3 «Бийское» ДД.ММ.ГГГГ в 18:40, 02 февраля 2022 г. была проведена первичная углубленная психодиагностика, по результатам диагностики обвиняемому характерны: высокая активность, импульсивность, нетерпимость, подверженность вспышкам гнева. В области социального взаимодействия характерна низкая терпимость, если ему что-то не нравится, часто не ищет возможности примирения. Часто бывает инициатором конфликтов. Не всегда способен выражать свои эмоции и чувства в социально-допустимой форме. Установлено злоупотребление спиртными напитками, наркотическими веществами (героин, марихуана), высокий риск деструктивного поведения. В тот же день проведено индивидуальное психокоррекционное мероприятие, направленное на снижение нервно-психического напряжения, снижение тревожности. Со слов обвиняемого на учёте у врача-психиатра, нарколога не состоял, наносил самоповреждения в 2011г., имелись шрамы от самоповреждений на предплечье левой руки. За период нахождения обвиняемого ФИО7 в СИЗО-2 майором внутренней службы ФИО22 А.10. были проведены 2 индивидуальные психокоррекции, направленные на формирование смысло-жизненных ориентаций (ДД.ММ.ГГГГ г.), развитие навыков конструктивного общения (ДД.ММ.ГГГГ), по инициативе самого обвиняемого ввиду ссоры с сожительницей. Психоэмоциональный фон обвиняемого ФИО7 оценивался как стабильный, значимой информации, что могло привести к дестабилизации психоэмоционального состояния, не поступало.

Обвиняемый ФИО7 состоял на профилактическом учёте как лицо, склонное к совершению суицида и членовредительству. Нарушений в оказании психологической помощи не выявлено, что подтверждается объяснением от ДД.ММ.ГГГГ врио начальника психологической лаборатории СИЗО-2 лейтенанта внутренней службы ФИО23

Камера № СИЗО-2 в период содержания обвиняемого ФИО7 находилась на объекте оперативного обслуживания начальника оперативного отдела СИЗО-2 капитана внутренней службы ФИО24 Информации в отношении негативных намерений со стороны ФИО7 не поступало. Конфликтов с заключенными других камер не возникало. Какого-либо давления на обвиняемого ФИО7 со стороны иных лиц не оказывалось. В результате прослушивания телефонных звонков, изучения переписки, электронных писем ФИО7 намерений совершения суицида не было.

При просмотре видеоархива со стационарных камер видеонаблюдения и портативных видеорегистраторов установлено:

- с портативного видеорегистратора ДПНСИ (согласно книги № учёта, выдачи и состояния Г1ВР (видеорегистраторов) и средств связи в СИЗО-2 (далее - книга №) капитаном внутренней службы ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ в 08:00 получен видеорегистратор №):

ДПНСИ СИЗО-2 капитан внутренней службы ФИО9 на инструктаже перед заступлением на службу ДД.ММ.ГГГГ в 07:43 довел информацию до сотрудников дежурной службы и дневной смены о количестве подозреваемых, обвиняемых и осуждённых, состоящих на профилактических учетах, в каких камерах они содержатся, в том числе и о том, что ФИО7 состоит на профилактическом учете, как лицо, склонное к суициду. Оперативную информацию на инструктаже перед заступлением на дежурство также доводил оперуполномоченный оперативного отдела СИЗО-2 старший лейтенант внутренней службы ФИО25

Со стационарных камер видеонаблюдения коридора поста № (специальный блок) и камеры №, портативного видеорегистратора № (согласно книги № прапорщиком внутренней службы ФИО12 (согласно ведомости надзора СИЗО-2 от ДД.ММ.ГГГГ № с 19:00 ДД.ММ.ГГГГ до 08:00 ДД.ММ.ГГГГ заступил на службу старшим по корпусному отделению) ДД.ММ.ГГГГ в 19:00 получен видеорегистратор №), согласно книги № прапорщиком внутренней службы ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ в 08:00 получен видеорегистратор №).

ДД.ММ.ГГГГ обвиняемый ФИО7 с подъема до 08:33 находился в камере №, в 07:10 к камере № подходил младший инспектор 2 категории дежурной службы СИЗО-2 прапорщик внутренней службы ФИО12, осуществлявший раздачу пищи, обвиняемый от приема пищи отказался (данное мероприятие на видеорегистратор не зафиксировано), что является нарушением п. 21 Инструкции о порядке использования портативных видеорегистраторов для осуществления надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными в учреждениях УИС Алтайского края, утвержденной приказом УФСИН России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № (далее - Инструкция №).

В 08:33 11 сек. в камеру № зашёл младший инспектор дежурной службы СИЗО-2 прапорщик внутренней службы ФИО13 для проведения количественной проверки, а также технического осмотра камеры, обвиняемый ФИО7 выведен из камеры в коридор (данное мероприятие да видеорегистратор не зафиксировано), что является нарушением п. 21 Инструкции №. После проведения технического осмотра камеры в 08:33 34 сек. обвиняемый ФИО7 возвращен в камеру.

В 09:05 обвиняемый ФИО7 зашел з санитарный узел камеры №, где находился до момента его обнаружения. В 13:53 прапорщик внутренней службы ФИО13 открыл окно для раздачи нищи камеры №, позвал обвиняемого ФИО7 для того, чтобы выдать ему обед, в ответ ничего не услышал и не увидел обвиняемого в камере (данное мероприятие на видеорегистратор не зафиксировано), что является нарушением п. 21 Инструкции 668. В 13:59 прапорщик внутренней службы ФИО13 совместно с врио заместителя начальника учреждения СИЗО-2 капитаном внутренней службы ФИО26 и младшим оперуполномоченным оперативного отдела СИЗО-2 сержантом внутренней службы ФИО27 открыл камеру. Во время открытия камеры № прапорщик внутренней службы ФИО13 данное мероприятие на видеорегистратор не фиксировал, что также является нарушением п. 21 Инструкции №.

Согласно объяснению от ДД.ММ.ГГГГ младшего инспектора 2 категории дежурной службы СИЗО-2 прапорщика внутренней службы ФИО12 следует, что с 19:00 ДД.ММ.ГГГГ до 08:00 ДД.ММ.ГГГГ заступил на пост старшим по корпусному отделению. ДД.ММ.ГГГГ в 07:10 при раздачи пищи в камеру № обвиняемый ФИО7 отказался взять завтрак. Ввиду собственной невнимательности, видеорегистратор находился в режиме ожидания, в связи с чем видеозапись отсутствует. Факт нарушения признаёт.

Согласно объяснению от ДД.ММ.ГГГГ младшего инспектора дежурной службы СИЗО-2 прапорщика внутренней службы ФИО13 следует, что с 08:00 ДД.ММ.ГГГГ до 19:00 ДД.ММ.ГГГГ заступил на пост старшим по корпусному отделению. В 08:32 им была произведена количественная проверка, а также технический осмотр камеры № с выводом обвиняемого ФИО7 из камеры в коридор, каких-либо вопросов и заявлений от последнего не поступало. В 13:53 открыл окно для раздачи пищи камеры № для того, чтобы выдать обед. Позвав обвиняемого ФИО7 в ответ ничего не услышал, после чего позвонил в дежурную часть учреждения для уточнения нахождения обвиняемого ФИО7 В связи с тем, что обвиняемый из камеры никуда не выводился позвал сотрудников учреждения для открытия камеры., В 13:59 совместно с врио заместителя начальника учреждения СИЗО-2 капитаном внутренней службы ФИО26 и младшим оперуполномоченным оперативного отдела СИЗО-2 сержантом внутренней службы ФИО27 открыл камеру №, в санитарном узле которой был обнаружен висящий на простыне, привязанной к отсекающей решетке светильника, обвиняемый ФИО7, после чего был подан сигнал «Тревога» и доложено в дежурную часть учреждения. Далее им был передан нож с закруглённым концом сотруднику резервной группы младшему инспектору дежурной службы СИЗО-2 прапорщику внутренней службы ФИО21, который перерезал простынь, на которой висел обвиняемый ФИО7 Ввиду собственной недисциплинированности в вышеуказанные периоды времени видеорегистратор включен не был, в связи с чем видеозапись отсутствует. Факт нарушения признаёт.

В 14:01 прапорщик внутренней службы ФИО21 и капитан внутренней службы ФИО24 вынесли из санитарного узла камеры и положили на пол камеры обвиняемого ФИО7 находящегося в бессознательном состоянии (видеозапись с портативного видеорегистратора имеется).

При просмотре видеокамеры с поста СОТ:

ДД.ММ.ГГГГ в 09:11 младший инспектор дежурной службы СИЗО-2 прапорщик внутренней службы ФИО30 Е. была подменена младшим инспектором дежурной службы СИЗО-2 прапорщиком внутренней службы ФИО14 (информация о подмене оператора в книге № дежурств оператора поста системы охранного телевидения СИЗО-2 (далее - книга №) отсутствует), в 09:30 прапорщик внутренней службы ФИО30 Е. ушла справить естественные надобности, её подменила младший инспектор дежурной службы СИЗО-2 прапорщик внутренней службы ФИО18 В 09:31 прапорщик внутренней службы ФИО30 Е. вернулась на рабочее место, запись о подмене оператора в книге № также отсутствует, что является нарушением пункта 397.1 ФИО2 Минюста ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ № дсп «О внесении изменений в ФИО2 Минюста ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ № дсп «Об утверждении инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осуждёнными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы» (далее - ФИО2 № 195).

Также во время несения службы на рабочем месте ела печенье, в связи с чем, отвлекалась от несения службы. В период с 09:31 с места несения службы не отлучалась. С 09:05, когда обвиняемый ФИО7 зашел в санитарный узел камеры №, и до момента подачи сигнала «Тревога» с коридора режимного корпуса № не придавала значения тому, что обвиняемого ФИО7 нет в поле видимости видеокамеры камеры №, не выявила факт отсутствия обвиняемого в поле видимости видеокамеры, тем самым нарушила п. 39.4. ФИО2 №. На посту СОТ № у прапорщика внутренней службы ФИО30 Е. под надзором находилось 99 подозреваемых, обвиняемых и осуждённых, на мониторы выведено 52 видеоокна. Согласно указанию УФСИН России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГГГ №/ТО/2/2-16047 нагрузка на одного оператора ПСОТ должна составлять не более 65 видеоизображений.

Согласно объяснения от ДД.ММ.ГГГГ младшего инспектора дежурной службы СИЗО-2 прапорщика внутренней службы ФИО30 Е. следует, что с 08:00 до 19:00 ДД.ММ.ГГГГ осуществляла несение службы на ПСОТ №. перед заступлением на пост был проведен инструктаж, где было озвучено, что ФИО7 состоит на профилактическом учете, как лицо склонной к суициду, под надзором находилось 99 подозреваемых, обвиняемых и осуждённых, на мониторы выведено 52 видеоокна, в том числе камера №, где содержался обвиняемый ФИО7 Во время контроля за проведением утренней количественной проверки и технического осмотра камер видела, как обвиняемый ФИО7, содержащийся в камере №, выходил из камеры. После проведения технического осмотра камеры обвиняемый ФИО7 был возвращён в камеру. Момент, когда обвиняемый ФИО7 зашёл в санитарный узел камеры №), она не видела по причине того, что осуществляла надзор за подозреваемыми, обвиняемыми и осуждёнными, содержащимися в других камерах. С 09:11 до 09:18 была подменена младшим инспектором дежурной службы СИЗО-2 прапорщиком внутренней службы ФИО14, с 09:30 до 09:31 уходила справить естественные надобности, её подменяла младший инспектор дежурной службы СИЗО-2 прапорщик внутренней службы ФИО18 По причине собственной невнимательности не внесла записи о подмене в книгу №. В дальнейшем камера № была пуста чему она не придала значения, так как в течение дня подозреваемые, обвиняемые и осуждённые выводятся из камер для проведения прогулки, санитарной обработки, свиданий, следственных действий и т.д., в связи с чем не выявила факт отсутствия обвиняемого ФИО7 в поле видимости видеокамеры Около 13:50 посредством дуплексной связи позвонила в камеру № и позвала обвиняемого, ответа не поступило, через несколько минут снова позвонила, в ответ также ничего не услышала, в этот момент в камеру зашли сотрудники учреждения и подан сигнал «Тревога». Факт небдительного несения службы признаёт.

Согласно постовой ведомости, несение службы ПСОТ № прапорщиком внутренней службы ФИО30 Е. в 11:20 проверял ДПНСИ СИЗО-2 капитан внутренней службы ФИО28 который некачественно произвел проверку, а именно не выявил факт отвлечения от несения службы оператором, а также отсутствие записей о подмене операторов в книге №. Также в период несения службы им не было проконтролировано использование подчиненными сотрудниками видеорегистраторов, а именно осуществление видеофиксации режимных мероприятий. Факт нарушения признаёт.

Согласно объяснениям от ДД.ММ.ГГГГ начальника оперативного отдела СИЗО-2 капитана внутренней службы ФИО26 следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ исполнял обязанности заместителя начальника учреждения СИЗО-2. В соответствии с ФИО2 и планом расстановки негласного аппарата по объектам камера № СИЗО-2 находилась в его оперативном обслуживании. Со стороны оперативного отдела проводилась профилактическая работа, направленная на недопущение конфликтных ситуаций с другими подозреваемыми, обвиняемыми и осуждёнными, а также недопущение преступлений и правонарушений за время содержания в СИЗО-2. При общении с другими заключенными, а также с ним самим, намерений совершить акт суицида ФИО7 не высказывал. Было известно, что обвиняемый ФИО7 имеет бытовые конфликты с сожительницей и бывшей женой, для урегулирования которых обращался за психологической помощью к сотрудникам психологической лаборатории учреждения. Произошедшее в учреждении ДД.ММ.ГГГГ происшествие стало возможным ввиду недостаточного контроля за деятельностью отдела режима и надзора. Факт нарушения признаёт.

Согласно объяснениям от ДД.ММ.ГГГГ начальника отдела режима и надзора СИЗО-2 майора внутренней службы ФИО29 10.В. следует, что факты невключения видеорегистраторов сотрудниками дежурной смены, отсутствие записи в журнале дежурств оператора ПСОТ №, а также произошедшее в учреждении ДД.ММ.ГГГГ происшествие стало возможным ввиду недостаточного контроля за несением службы сотрудниками дежурной смены. Факт нарушения признаёт.

Согласно проведенной проверке Причинами и условиями, способствующими совершению выявленного нарушения, явились:

нарушение п. 4.1 Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной ФИО2 Минюста ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ № дсп. начальником оперативного отдела СИЗО-2 капитаном внутренней службы ФИО26, временно исполнявшим обязанности заместителя начальника СИЗО-2, выразившееся в слабом осуществлении контроля деятельности отдела режима и надзора;

нарушение п. 5.2 Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной ФИО2 Минюста ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ № дсп. начальником отдела режима и надзора СИЗО-2 майором внутренней службы ФИО29 10.В., выразившееся в слабом контроле за несением службы дежурной и дневной сменами;

нарушение п. 11.3 Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной ФИО2 Минюста ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ № дсп, дежурным помощником начальника следственного изолятора дежурной службы капитаном внутренней службы ФИО9, выразившееся в слабой организации и обеспечении надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осуждёнными;

нарушение п. 21 Инструкции о порядке использования портативных видеорегистраторов для осуществления надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными в учреждениях УИС Алтайского края, утвержденной приказом УФСИН России по Алтайскому краю от 23 декабря 2020 г. № 668 младшим инспектором 2 категории дежурной службы прапорщиком внутренней службы ФИО12, выразившееся в неиспользовании видеорегистратора при проведении режимных мероприятий;

нарушение п. 21 Инструкции о порядке использования портативных видеорегистраторов для осуществления надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными в учреждениях УИС Алтайского края, утвержденной приказом УФСИН России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № младшим инспектором дежурной службы прапорщиком внутренней службы ФИО13, выразившееся в неиспользовании видеорегистратора при проведении режимных мероприятий;

нарушение п.п. 39, 397.4, 397.17 приказа Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № дсп «О внесении изменений в приказ Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № дсп «Об утверждении инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы», п. п. 4.3, 4.5. контракта о службе в уголовно - исполнительной системе № от ДД.ММ.ГГГГ (добросовестно исполнять служебные обязанности, предусмотренные Федеральным законом, настоящим контрактом и должностной инструкцией, соблюдать внутренний служебный распорядок и порядок несения службы (дежурства)), п.п. 62, 78, 79, 83, 93, 96, 198, 210 должностной инструкции младшего инспектора дежурной службы СИЗО-2, выразившееся в не внесении записей подмены с 09:11 до 09:18 и с 09:30 до 09:31 ДД.ММ.ГГГГ в книгу № дежурств операторов ПСОТ №, в необеспечении постоянного отслеживания состояния режима и надзора в учреждении, в несоблюдении служебной дисциплины, небдительном несении службы, в отвлечении от наблюдения за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, в не выявлении факта отсутствия обвиняемого ФИО7 в поле видимости видеокамеры в период с 09:05 до 13:59 ДД.ММ.ГГГГ, (что является достаточно долгим периодом нахождения ФИО7 в санитарном узле камеры, и требует подачи сигнала тревога, как основание считать данное отсутствие приготовлением к совершению противоправных действий, членовредительству, самоубийству), выразившееся в не обнаружении признаков приготовления к покушению на самоубийство, а также самого факта совершения самоубийства ФИО7

По результатам служебной проверки комиссией принято решение: младшему инспектору 2 категории дежурной службы СИЗО-2 прапорщику внутренней службы ФИО12 ходатайствовать об объявлении выговора; прапорщику внутренней службы ФИО13, ходатайствовать об объявлении строгого выговора; дежурному помощнику начальника следственного изолятора дежурной службы капитану внутренней службы ФИО9, ходатайствовать об объявлении выговора; майор внутренней службы ФИО29 заслуживает привлечения к дисциплинарной ответственности, но, учитывая, что имеет дисциплинарное взыскание в виде строго выговора, объявленного приказом УФСИН России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГГГ №-к, к ответственности не привлекать, ограничиться ранее наложенным взысканием, строго указать на имеющиеся недостатки в деятельности, потребовать их недопущения впредь; начальнику оперативного отдела СИЗО-2 капитану внутренней службы ФИО26, ходатайствовать об объявлении замечания; в отношении младшего инспектора дежурной службы СИЗО-2 прапорщика внутренней службы ФИО30 Е. ходатайствовать перед начальником ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю об увольнении из УИС по п. 14 ч. 2 ст. 84 (в связи с нарушением условий контракта сотрудником) Федерального закона от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ.

С заключением по результатам служебной проверки и последующим увольнением истец не согласна со ссылкой на то, что ведомственные инструкции и приказы она не нарушала, при принятии решения об увольнении истца, ответчиком не приняты во внимание характеризующие истца данные, предшествующее отношение к службе, а также обстоятельства, при которых произошло нарушение условий контракта.

Так, истец ссылается на то, что ей необоснованно было вменено нарушение условий контракта, должностной инструкции и отдельных пунктов приказа Минюста России от 12 сентября 1014 г. № 195 дсп «О внесении изменений в приказ Минюста России от 03 ноября 2005 г. № 204 дсп «Об утверждении инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы», поскольку 15.04.2022 она несла службу на месте оператор ПСОТ №1, за которым не была закреплена, свои должностных обязанности она осуществляла как оператор ПСОТ №2.

Оценивая указанные доводы истца, суд приходит к следующему.

Согласно справке начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю майора внутренней службы ФИО29 на запрос суда от ДД.ММ.ГГГГ порядок развода дежурной смены предусмотрен п. 24 Приказа № 204-ДСП, согласно которому ДПНСИ определяет конкретные места несения службы, доводит приказ об обеспечении надзора на текущие сутки, оперативную обстановку, список лиц, склонных к различных правонарушениям и поручения, полученные от вышестоящего руководства до личного состава смены. В настоящее время взамен приказа об обеспечении надзора начальником учреждения утверждаются ведомости надзора на каждые сутки, которые доводятся до личного состава, заступающего на службу, письменное ознакомление сотрудников о заступлении на службу приказами не предусмотрено (т.1, л.д. 175).

Как следует из ведомостей надзора ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю от 14 и ДД.ММ.ГГГГ, дежурство на Посту № (ПСОТ) осуществляла ФИО15 (т.1, л.д. 119). С ведомостью она была ознакомлена, данное обстоятельство в ходе рассмотрения дела не отрицала.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что истец правомерно была допущена к осуществлению своих обязанностей на посту № (ПСОТ).

Доводы истца о том, что закрепленные за ней наставники не разъяснили специфику работы на посту №, не провели инструктаж, судом во внимание не принимаются, так как согласно материалам дела истец успешно преодолела испытательный срок, была допущена к самостоятельному несению дежурства на ПСОТ.

Согласно п. 4.3. и 4.5. Контракта о службе сотрудник обязуется добросовестно исполнять служебные обязанности, предусмотренные Федеральным законом, настоящим контрактом и должностной инструкцией. Соблюдать внутренний служебный распорядок и порядок несения службы (дежурства), в возможно короткие сроки сообщать непосредственному руководителю (начальнику) о происшествиях, наступлении временной нетрудоспособности и об иных обстоятельствах, препятствующих исполнению своих должностных обязанностей.

Как следует из п. 62 Должностной инструкции младшего инспектора дежурной службы ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю прапорщика внутренней службы ФИО30 Е. (далее – должностная инструкция) сотрудник обязан соблюдать служебную дисциплину, исполнять обязанности по замещаемой должности добросовестно и на высоком профессиональном уровне в целях обеспечения эффективной работы учреждений и органов уголовно-исполнительной системы.

Согласно п. 78 должностной инструкции сотрудник обязан обеспечивать постоянное отслеживание состояния режима и надзора в учреждение.

Также сотрудник обязан бдительно нести службу (п. 83), вести в установленном порядке книгу дежурств оператора ПСОТ (п. 93), при обнаружении признаков приготовления в побегу или побега, совершении убийства или причнения вреда здоровью, членовредительства, покушения на самоубийство, а также попытки совершения подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными других правонарушений или преступлений, при возникновении пожара в камере или в режимном корпусе, а также при других чрезвычайных происшествиях немедленно подать сигнал тревоги и доложить начальнику корпусного отделения дежурной службы и ДПНСИ о случившемся (п. 96).

При исполнении обязанностей оператора ПСОТ у камер СИЗО сотрудник должен при обнаружении признаков приготовления в побегу или побега, совершении убийства или причнения вреда здоровью, членовредительства, покушения на самоубийство, а также попытки совершения подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными других правонарушений или преступлений, при возникновении пожара в камере или в режимном корпусе, а также при других чрезвычайных происшествиях немедленно подать сигнал тревоги и доложить начальнику корпусного отделения дежурной службы и ДПНСИ о случившемся (п. 198 должностной инструкции).

Во время дежурства запрещается: читать, спать, вести посторонние разговоры, самостоятельно давать разрешение на открытие дверей, дверных форточек камер и чем-либо отвлекаться от наблюдения за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, вступать в неслужебные связи, самостоятельно изменять установленный режим работы аппаратуры СОТ, допускать к управлению СОТ других лиц (п. 210 должностной инструкции).

Согласно п. 397.4 приказа МЮ РФ от 12 сентября 2014 г. № 195-дсп «О внесении изменений в приказ от 3 ноября 2005 года № 204-дсп «Об утверждении Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрмах уголовно-исполнительной системы» оператор ПСОТ у камер обязан: знать и выполнять свои должностные обязанности; бдительно нести службу; не оставлять поста, пока не будет сменен или снят; обеспечивать заданный режим работы аппаратуры СОТ; в случае нападения подать сигнал тревоги и принять необходимые меры по отражению нападения; принимать необходимые меры по предупреждению побега и пресечению других правонарушений в камерах; контролировать выполнение подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными установленного порядка содержания под стражей, отбывания наказания и правил внутреннего распорядка; фиксировать совершенные подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными правонарушения посредством имеющихся технических средств. При необходимости выводить на печать изображение правонарушения; не допускать контактов подозреваемых, обвиняемых и осужденных с лицами, содержащимися в других камерах, а также с осужденными, оставленными для работы по хозяйственному обслуживанию, и иными лицами; в случае поступления из камеры вызова выяснить его причину и далее действовать согласно настоящей Инструкции; следить, чтобы в ночное время во всех камерах имелось достаточное освещение; вести в установленном порядке Книгу дежурств оператора ПСОТ.

В соответствии с п. 397.17 этого приказа оператору ПСОТ у камер во время дежурства запрещается: читать, спать, вести посторонние разговоры, самостоятельно давать разрешение на открытие дверей, дверных форточек камер и чем-либо отвлекаться от наблюдения за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, вступать в неслужебные связи; самостоятельно изменять установленный режим работы аппаратуры СОТ; допускать к управлению СОТ других лиц.

Как следует из объяснений ФИО1 в рамках проведенной служебной проверки в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю, факт небдительного несения службы она признает.

В ходе рассмотрения настоящего дела истец также не отрицала, что не заметила удаление ФИО7 в санитарный узел и не придала значение его долгому отсутствию, вовремя не подала сигнал тревоги.

Также материалами дела подтверждается, что записи о подмене при кратковременном удалении с поста истцом в Книгу № дежурств операторов ПСОТ № ФИО1 не вносились.

При изложенных обстоятельствах суд не находит оснований согласиться с доводами истца о том, что ею не были нарушены перечисленные выше пункты контракта о службе, должностной инструкции, приказа МЮ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-дсп, предписывающие сотруднику следственного изолятора бдительно нести службу.

Вместе с тем, заслуживают внимания доводы истца о несоразмерности примененного к ней дисциплинарного взыскания в виде расторжении контракта допущенным нарушениям и обстоятельствам, при которых они были допущены.

По смыслу части 2 статьи 3 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" в случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в части 1 данной статьи, к правоотношениям, связанным со службой в уголовно-исполнительной системе, применяются нормы трудового законодательства Российской Федерации.

В силу части 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", принимая во внимание то, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен.

Согласно п. 391.2 приказа Министерства юстиции РФ от 12 сентября 2014 г. № 195 «О внесении изменений в приказ Министерства юстиции Российской Федерации от 03 ноября 2005 г. № 205-дсп «Об утверждении Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осуждёнными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы» количество операторов ПСОТ у камер, несущих службу в специально оборудованных помещениях на территории режимных корпусов, устанавливается в зависимости от количества видеокамер СОТ, из расчета 30 видеокамер на одного оператора ПСОТ. При этом в ночное время нагрузка на оператора ПСОТ у камер может быть увеличена при условии обеспечения эффективного надзора.

В соответствии с п. 391.4. этого же приказа продолжительность непрерывной работы операторов ПСОТ с мониторами СОТ не должна превышать 1 час, при этом устанавливаются перерывы продолжительностью 10-15 минут.

Из материалов дела, в том числе заключения служебной проверки, пояснений истца следует, что во время дежурства ДД.ММ.ГГГГ она осуществляла наблюдение за 52 камерами (видеоокнами). Перерывы в работе операторов ПСОТ каждый час, как это предусмотрено приказом, отсутствовали. Доказательств иного ответчиком не представлено, в книге № дежурств операторов ПСОТ № сведений о наличии перерывов в работе не имеется.

Следовательно, в период дежурства осуществляла наблюдение за камерами, число которых значительно превосходило число камер, рассчитанных в приказе на одного оператора. Перерывы на отдых каждый час отсутствовали. Указанные обстоятельства безусловно оказывали негативное влияние на внимательность и бдительность истца как оператора ПСОТ №, принимая во внимание, что на посту № содержатся лица, за которыми требуется повышенный надзор.

Судом принимаются во внимание пояснения истца о том, что в период ее дежурства в камерах происходили обыски, а также осуществлялись вызовы (около 100) из камер, что также постоянно отвлекало внимание оператора.

Несмотря на то, что тетрадь, в которую ФИО15 записывала все мероприятия, проводимые в камерах (обыски, вызовы, прогулки, ВКС), у нее изъята и в суд ответчиком не предоставлена, суд не находит оснований не согласиться с истцом о том, что в период ее дежурства производились постоянные вызовы из камер по различным поводам, принимая во внимание, что согласно материалам дела в 52 камерах ДД.ММ.ГГГГ содержалось 99 заключенных, а ДД.ММ.ГГГГ являлся обычным рабочим днем.

Также судом принимаются во внимание следующие положения приказа Министерства юстиции РФ от 12 сентября 2014 г. № 195 «О внесении изменений в приказ Министерства юстиции Российской Федерации от 03 ноября 2005 г. № 205-дсп «Об утверждении Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осуждёнными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы», которые должна была соблюдать истец:

Оператору ПСОТ у камер запрещается вступать в разговоры с подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, не относящиеся к выполнению служебных обязанностей. Если подозреваемый, обвиняемый и осужденный обращается с просьбой или хочет сделать срочное заявление, оператор ПСОТ у камер ставит об этом в известность НКО, в случае его отсутствия - ДПНСИ (ДПНТ) (п. 397.7 приказа)

Согласно п. 397.10 приказа двери камер, оборудованные механическими замками, а открываются в следующем порядке: а) при одиночном выводе из камеры (для участия в следственных действиях, для проведения краткосрочных свиданий, в медицинскую часть) открытие дверей камер осуществляется НКО в присутствии младшего инспектора по выводу и младшего инспектора резервной группы. При прибытии данных сотрудников на пост перед открытием камеры они сдают ключи специального типа от замков дверей коридоров режимных корпусов оператору ПСОТ у камер.

Оператор ПСОТ у камер информирует оператора ПУТСН о необходимости снятия с сигнализации сейфа для выдачи ключа специального типа от замков камерных дверей. При получении соответствующего сообщения оператор ПСОТ у камер под роспись в Книге дежурств оператора ПСОТ выдает ключ от замков камерных дверей НКО. После вывода подозреваемых, обвиняемых и осужденных из камер НКО незамедлительно возвращает специальный ключ оператору ПСОТ у камер. Оператор ПСОТ у камер информирует оператора ПУТСН о необходимости постановки сейфа на сигнализацию.

Ключи от замков коридоров режимных корпусов выдаются оператором ПСОТ у камер только после постановки сейфа на сигнализацию. О выдаче указанных ключей оператором ПСОТ у камер делается отметка в Книге дежурств оператора ПСОТ;

б) для группового вывода подозреваемых, обвиняемых и осужденных устанавливается аналогичный порядок открытия дверей камер, при этом младший инспектор резервной группы заменяется сотрудниками дневной смены.

Согласно п. 397.11. Перед каждым открытием двери камеры оператор ПСОТ у камер должен убедиться в безопасности сотрудников СИЗО (тюрьмы) при их входе в камеру. При выводе подозреваемых, обвиняемых и осужденных из камеры оператор ПСОТ у камер передает их младшим инспекторам по выводу по счету и по счету принимает от них, отражая это в Книге дежурств оператора ПСОТ.

В соответствии с п. 397.12. Вывод подозреваемых, обвиняемых и осужденных из камеры осуществляется по одному.

При выводе подозреваемых, обвиняемых и осужденных оператор ПСОТ у камер следит за тем, чтобы дверь камеры полностью не открывалась, а устанавливалась на ограничитель открывания двери с таким расчетом, чтобы пройти мог только один человек.

При помещении подозреваемых, обвиняемых и осужденных в камеру соблюдается аналогичный порядок.

Таким образом, при каждом открытии и закрытии камер, выводе и возвращении заключенных в них оператор согласно требованиям приказа № от ДД.ММ.ГГГГ должен сосредотачивать свое внимание именно на данной камере и следить за перемещениями как заключенного, так и сотрудников СИЗО, обеспечивая их безопасность. Кроме того, оператор ПСОТ должен передавать вызовы из камер другим сотрудникам СИЗО. Все эти действия, предписанные приказом, также отвлекают внимание оператора от наблюдения за другими камерами.

Принимая во внимание большое количество видеокон и заключенных, за которыми должна была осуществлять надзор истец, превышение указанного количества над нормативом, несоблюдение работодателем режима труда и отдыха, а также учитывая определенный порядок действий, которые должен выполнять оператор ПСОТ при наблюдении за перемещениями заключенных и сотрудников из камер и обратно, что сосредотачивает внимание оператора именно на данных камерах, суд приходит к выводу, что пропуск истцом момента удаления ФИО7 в санитарный узел и оставление без внимания его длительного нахождения в санитарном узле произошло не только вследствие небдительного несения ею службы, но вследствие необеспечения надлежащих условий труда со стороны работодателя.

Также суд находит заслуживающими внимание доводы истца о том, что иные сотрудники СИЗО имели возможность установить намерение ФИО7 совершить суицид и предотвратить его до удаления заключенного в санитарный узел.

Так, согласно материалам дела сотрудники СИЗО, в том числе те, которые осуществляли дежурство ДД.ММ.ГГГГ, были осведомлены о том, что в ФИО7, содержащийся в камере № склонен к членовредительству и суициду.

Из материалов служебной проверки следует, что в 07:10 к камере № подходил младший инспектор 2 категории дежурной службы СИЗО-2 прапорщик внутренней службы ФИО12, осуществлявший раздачу пищи, обвиняемый ФИО7 от приема пищи отказался. Вместе тем, факт отказа от пиши не был зафиксирован на видеорегистратор, об указанном факте ФИО12 руководству не сообщил.

Далее младшим инспектором дежурной службы СИЗО-2 прапорщиком внутренней службы ФИО13 проводилась количественная проверка в камере № в выводом ФИО7 Проверка проводилась 23 секунды, при этом видеорегистратор ФИО13 был выключен.

Как следует из справки начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю капитана внутренней службы ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно п. 40.20 Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утверждённой ФИО2 Министерства юстиции РФ от ДД.ММ.ГГГГ №дсп, при производстве технического осмотра применяются деревянные киянки, щупы и другие приспособления, способствующие обнаружению запрещенных предметов и признаков подготавливаемых преступлений. Выявляются признаки, указывающие на подготовку к побегу, к совершению нападения на сотрудников учреждения, а также к осуществлению межкамерной связи. Временные рамки не обозначены.

Из материалов служебной проверки, а также объяснений ФИО13 не следует, что при количественной проверке камеры № он использовал деревянные киянки, щупы и другие приспособления, чтобы определить наличие посторонних вещей в камере. Съемка на видеорегистратор не осуществлялась. Также нет сведений, что он осматривал самого ФИО7

С учетом длительности проверки, суд приходит к выводу, что при более тщательной организации и более продолжительной проверки сотрудник СИЗО имел возможность обнаружить признаки приготовления заключенного к совершению суицида путем повешения на простыне.

Также суд принимает во внимание, что до увольнения каких-либо дисциплинарных взысканий истец не имела. ДД.ММ.ГГГГ ей была объявлена благодарность за высокие показатели в учебе, добросовестное выполнение служебных обязанностей активное участие в жизни взвода (т. 1, л.д. 15).

На основании изложенного, оценивая по правилам ст. 167 ГПК представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что увольнение истца и расторжение контракта без учета обстоятельств, способствующих нарушению условий контракта истцом, личности истца, ее молодого возраста (начала трудовой деятельности), предшествующего отношения к работе, отсутствия дисциплинарных взысканий, данных, отрицательно характеризующих истца, повлекло принятие необъективного и необоснованного решения об увольнении ФИО15 Решение ответчика о расторжении контракта явно несоразмерно совершенному истцом проступку.

В связи с чем суд полагает, что имеются основания для признания незаконным приказа ФКУ СИЗО №2 УФСИН России по Алтайскому краю №№ от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении контракта о службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и об увольнении ФИО1 на основании п. 14 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» с ДД.ММ.ГГГГ.

Требований о восстановлении на службе истец не заявляет, просит изменить запись № от ДД.ММ.ГГГГ в трудовой книжке на п. 2 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (по инициативе сотрудника).

Как указано выше, по смыслу части 2 статьи 3 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" в случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в части 1 данной статьи, к правоотношениям, связанным со службой в уголовно-исполнительной системе, применяются нормы трудового законодательства Российской Федерации.

В силу положений части 4 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным суд по заявлению работника может принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

Исходя из разъяснений в абз. 3 п. 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" по заявлению работника, увольнение которого признано незаконным, суд может ограничиться вынесением решения об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию (ч. ч. 3 и 4 ст. 394 ТК РФ).

С учетом изложенного суд полагает возможным изменить формулировку основания увольнения с п. 14 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ на пункт 2 ч. 2 ст. 84 указанного Федерального закона (по инициативе сотрудника) и возложить на ответчика ФКУ СИЗО №2 УФСИН России по Алтайскому краю обязанность изменить запись № от ДД.ММ.ГГГГ в трудовой книжке ФИО1 на п. 2 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от 19.07.2018 «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы».

Оснований для признания незаконным заключения по результатам служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ в части признания сотрудника ФКУ СИЗО №2 УФСИН России по Алтайскому краю ФИО15 признанной виновной в суициде обвиняемого ФИО7, суд не находит поскольку в ходе рассмотрения дела установлено, что со стороны истца имели место нарушения условий контракта, должностной инструкции и приказов учреждения в части небдительного несения службы. Кроме того, заключением по результатам служебной проверки конкретно ФИО15 не была признана виновной в суициде ФИО7

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме, определяемой соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2 статьи 237).

Как следует из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17.03.2004, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В данном случае при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд учитывает личность истца, необоснованное привлечение к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, наличие у истца переживаний в связи невозможностью устроиться на иную работу с учетом записи об увольнении в связи с расторжением контракта по инициативе работодателя, суд, полагает разумным и справедливым взыскать в пользу ФИО15 компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей, которая подлежит взысканию с Российской Федерации в лице ФСИН за счет казны Российской Федерации.

Таким образом, исковые требования ФИО15 подлежат частичному удовлетворению.

Представителем ответчиков заявлено о применении к спорным правоотношениям последствий пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

В ходе рассмотрения дела стороной истца заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока подачи искового заявления, в обоснование уважительности пропуска срока обращения в суд указано, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на лечении, в связи с чем не могла в установленный срок обратиться в суд.

В силу ч. 4 ст. 74 Федерального закона от 19.07.2018 N 197-ФЗ сотрудник или гражданин, поступающий на службу в уголовно-исполнительной системе либо ранее состоявший на службе в уголовно-исполнительной системе, для разрешения служебного спора может обратиться к руководителю федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченному руководителю либо в суд в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а для разрешения служебного спора, связанного с увольнением со службы в уголовно-исполнительной системе, - в течение одного месяца со дня ознакомления с приказом об увольнении.

Согласно части четвертой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам названных сроков они могут быть восстановлены судом.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений, по вопросам пропуска работником срока обращения в суд. В абзаце первом данного пункта указано, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

В абзаце третьем пункта 16 названного постановления Пленума Верховного Суда обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора (абзац четвертый пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям").

В абзаце пятом пункта 16 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации отмечается, что обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенных нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Указанный же в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Соответственно, с учетом положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с требованиями статей 2 (о задачах гражданского судопроизводства), 56, 67, 71 (о доказательствах и доказывании, оценке доказательств) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении работнику пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Истец в обоснование ходатайства о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд ссылается на то, что находилась на амбулаторном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Указанное обстоятельство подтверждается врачебной справкой, выданной Филиалом КГБУЗ «Бийская ЦРБ» врачебной амбулаторией «Верх-Катунское», согласно которой ФИО30 находилась на лечении с диагнозом М42.1 «Остеохондроз позвоночника у взрослых».

Учитывая, что перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является, истцом незначительно пропущен срок обращения с исковым заявлением, а фактически установленные обстоятельства (болезнь истца) дают основания для вывода о наличии уважительных причин пропуска ФИО15 трехмесячного срока для обращения в суд по индивидуальному трудовому спору, суд считает возможным признать причины пропуска истцом процессуального срока на обращение в суд с настоящим иском уважительными, а срок – подлежащим восстановлению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Ходатайство ФИО1 (<данные изъяты>) о восстановлении срока подачи искового заявления удовлетворить, срок подачи иска восстановить.

Исковые требования ФИО1 (<данные изъяты>) удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ Федерального казенного учреждения Следственного изолятора №2 УФСИН России по Алтайскому краю №-лс от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении контракта о службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и об увольнении ФИО1 (<данные изъяты>) на основании п. 14 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» с ДД.ММ.ГГГГ.

Возложить обязанность на Федеральное казённое учреждение Следственный изолятор №2 УФСИН России по Алтайскому краю (ИНН <***>, ОГРН <***>) изменить запись № от ДД.ММ.ГГГГ в трудовой книжке ФИО1 (<данные изъяты>) на п. 2 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от 19.07.2018 «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы».

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний (ИНН <***>, ОГРН <***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.

В остальной части исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья А.А. Шелковникова