6

Дело № 2-508/2025

УИД 42RS0003-01-2025-000588-83

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Березовский городской суд Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Ключанской Е.С.,

при секретаре Цепелевой А.С.,

с участием помощника прокурора Мамаевой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Березовском Кемеровской области 30 июля 2025 года

гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Угольная компания «Северный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском, после уточнения исковых требований просит взыскать с Акционерного общества «Угольная компания «Северный Кузбасс» в его пользу компенсацию морального вреда <данные изъяты> в размере 300000 рублей с учетом степени вины ответчика 26,5%, то есть 79500 рублей.

Требования мотивированы тем, что истец состоял в трудовых отношениях с АО «Угольная компания «Северный Кузбасс» с ДД.ММ.ГГГГ, куда был принят машинистом тепловоза, ДД.ММ.ГГГГ уволен по инициативе работника на основании п. 3 ч.1 ст. 77 ТК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена <данные изъяты> в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно Акту о случае профессионального заболевания, истцу был поставлен заключительный диагноз: <данные изъяты>

Полученным профессиональным заболеванием и утратой профессиональной трудоспособности истцу причинены физические и нравственные страдания, он полагает, что имеет право на получение единовременной выплаты в счёт компенсации морального вреда, причинённого профессиональным заболеванием на основании пункта 3 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", пункта 5.4 Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В марте 2025 года ФИО1 направил заявление ответчику о выплате компенсации морального вреда, однако ответчик до настоящего времени ответ не предоставил.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО2, действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ сроком на три года с уточненными исковые требованиями согласился, полагает, что исковые требования ФИО1 о взыскании с АО «Угольная компания «Северный Кузбасс» компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в размере 79 500 руб., с учетом степени вины ответчика.

Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего, что иск заявлен обоснованно и подлежит удовлетворению, оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд находит исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии с положениями ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения.

В соответствии со ст. 21 Трудового Кодекса РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с положениями ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", установивший правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определивший порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, был принят в целях реализации названных конституционных положений, обязывающих государство разработать эффективный организационно-правовой механизм восполнения гражданам, здоровью которых был причинен вред в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, имущественных потерь, связанных с утратой трудоспособности.

Абзац 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", предусматривающий право застрахованного требовать от причинителя компенсации морального вреда, то есть нравственных или физических страданий, перенесенных в результате травмы, увечья, профессионального заболевания, иного повреждения здоровья, направлен на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

При этом, согласно разъяснениям, приведенным в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

Суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

На основании пунктов 1, 2 статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с угледобывающими предприятиями:

А-Судженское ПТУ - 2 года 2 месяца (26 месяцев);

Анжеро-Судженский железнодорожный цех 10 месяцев;

Анжеро-Судженское ПТУ п/о «Северокузбассуголь» 2 года 4 месяца (28 месяцев);

АООТ «Анжеро-Судженское ПТУ» 2 года 4 месяца (28 месяцев);

ОАО «Анжеро-Судженское ПТУ» 4 года 1 месяц (49 месяцев);

ОАО «Анжеро-Судженское погрузочно-транспортное управление» 9 лет 2 месяца (110 месяцев);

ОАО «Угольная компания «Северный Кузбасс» 7 лет 4 месяца (88 месяцев);

ОАО «Анжеро-Судженское погрузочно-транспортное управление» 3 года 4 месяца (40 месяцев);

АО «Анжеро-Судженское погрузочно-транспортное управление» 1 год 3 месяца (15 месяцев), что следует из трудовой книжки истца.

В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно предварительному диагнозу «<данные изъяты>», ведущим вредным производственным фактором в развитии данного заболевания для ФИО1 является общая и локальная вибрация. Воздействию вышеуказанного фактора ФИО1 подвергается в течение 33 лет 8 месяцев, работая в профессиях: помощник машиниста электровоза, помощник машиниста локомотива, машинист тепловоза. Время непосредственного воздействия общей и локальной вибрации 80 % рабочей смены.

Согласно Акту о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, выявленная у ФИО1 <данные изъяты> <данные изъяты>, возникла в связи с общей вибрацией. Вина работника не установлена.

В соответствии с Актом № от ДД.ММ.ГГГГ, профессиональное заболевание у ФИО1 возникло при выполнении трудовых обязанностей в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов.

Согласно заключению МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 впервые установлено <данные изъяты> вследствие профессионального заболевания.

Таким образом, судом установлено, что в результате работы во вредных условиях труда у ФИО1 выявлено профессиональное заболевание <данные изъяты>

Суд полагает, что АО «Угольная компания «Северный Кузбасс» несет ответственность за причинение вреда здоровью истца, как владелец источника повышенной опасности и как работодатель, не обеспечивший для работника безопасные условия труда.

Истец состоял в трудовых отношениях с ОАО «Северокузбасское погрузочно-транспортное управление» 1 год 10 мес. (22 месяца), что относительно его общего трудового стажа составляет 5,3 % из расчета 1 год 10 мес. (22 месяца) * 100 /34 года 10 месяцев (418 месяцев) = 5,3%.

Истец состоял в трудовых отношениях с ОАО «Угольная компания «Северный Кузбасс» 7 лет 04 мес. (88 месяцев), что относительно его общего трудового стажа составляет 21,2 % из расчета 7 лет 04 мес. (88 месяцев) * 100 /34 года 10 месяцев (418 месяцев) = 21,2%.

С учетом длительности работы истца в АО «Угольная компания «Северный Кузбасс» вина ответчика в причинении вреда здоровью истца в общей сложности составляет 26,5% (5,3% + 21,2%).

Истец в связи с профессиональными заболеваниями испытывает физические и нравственные страдания, физическую боль, не может, как прежде, переносить физические нагрузки, не имеет возможности в полном объеме выполнять физическую работу по ведению домашнего хозяйства, нуждается в лечении и реабилитации.

Таким образом, истцу причинен моральный вред, который выражается в его физических и нравственных страданиях, связанных с причинением вреда здоровью, установлением нетрудоспособности и иными неблагоприятными последствиями.

В силу положений ст. 22, 237 Трудового кодекса РФ, статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, положений статьи 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № обязанность компенсировать причиненный моральный вред следует возложить на причинителя вреда, которым является ответчик.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами норм о компенсации морального вреда», а именно, при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Судом установлено, что ответчиком, в связи с установлением истцу диагноза <данные изъяты> выплат в счет компенсации морального вреда не производилось.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства причинения вреда здоровью истца, отсутствие вины пострадавшего, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, процент утраты профтрудоспособности по заболеванию, необходимость в лечении и реабилитации, требования разумности и справедливости.

Из материалов дела следует, что заболевание является профессиональным и возникло у истца в результате воздействия вредных производственных факторов, в том числе на предприятии ответчика.

Степень вины ответчика в причинении вреда здоровью истца с учетом стажа работы истца во вредных условиях составляет 26,5%.

С учетом изложенных выше обстоятельств, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, в связи с приобретенным профессиональным заболеванием <данные изъяты> – 300 000 руб.

С учетом степени вины размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, составит: 300 000 руб. * 26,5% /100% = 79 500 руб.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 79 500 руб.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 3000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Угольная компания «Северный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания «Северный Кузбасс» (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 425001001) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 79500 (семьдесят девять тысяч пятьсот) рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания «Северный Кузбасс» (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 425001001) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Берёзовский городской суд.

Председательствующий Е.С. Ключанская

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.