УИД: 69RS0002-03-2023-000120-54

Дело № 2-2-56/2023 судья Глебов С.А. (№33-3453/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 августа 2023 года г. Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда

в составе председательствующего судьи Пойменовой С.Н.,

судей Кубаревой Т.В., Яковлевой А.О.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тимофеевой М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании

по докладу судьи Кубаревой Т.В.

дело по апелляционной жалобе акционерного общества «АтомЭнергоСбыт» на решение Бежецкого межрайонного суда Тверской области (постоянное судебное присутствие в г. Красный Холм) от 14 июня 2023 года, которым постановлено:

«Исковые требования АО «АтомЭнергоСбыт» к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного работником удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО1 в пользу АО «АтомЭнергоСбыт» в счет возмещения причиненного ущерба <данные изъяты> и расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты>, а всего <данные изъяты>

В остальной части исковые требования АО «АтомЭнергоСбыт» оставить без удовлетворения.

Возвратить АО «АтомЭнергоСбыт» уплаченную ими в Банк ВТБ (ПАО) Филиал банка в <адрес> по платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ государственную пошлину в размере <данные изъяты>

Взыскать с АО «АтомЭнергоСбыт» в пользу общества с ограниченной ответственностью <данные изъяты> <данные изъяты>

Взыскать со ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью <данные изъяты> <данные изъяты>

Судебная коллегия

установила:

Акционерное общество «АтомЭнергоСбыт» (далее АО «АтомЭнергоСбыт») обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении причиненного полного действительного ущерба в размере <данные изъяты>, (с учетом уточнения исковых требований <данные изъяты>), а также расходов по оплате государственной пошлины.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО1 на основании приказа № № от ДД.ММ.ГГГГ и трудового договора № № от ДД.ММ.ГГГГ работал в обособленном подразделении «АтомЭнергоСбыт» Тверь (Северо-восточный округ Краснохолмского участка) в должности <данные изъяты> 4 разряда и с ним согласно статье 244 Трудового кодекса Российской Федерации был заключен договор о полной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании данного договора и приказа №-пр от ДД.ММ.ГГГГ ответчику, как материально-ответственному лицу, был передан служебный автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный номер № ДД.ММ.ГГГГ выпуска по акту приема-передачи автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ответчик принял автомобиль в исправном, надлежащем техническом состоянии.

Вышеуказанный автомобиль принадлежит на праве собственности АО «ТЕНЕКС-Сервис», с которым заключен договор лизинга от ДД.ММ.ГГГГ №

ДД.ММ.ГГГГ ответчик, используя указанный служебный автомобиль в личных целях, во внерабочее время, следуя на <адрес>, проезжая населенный пункт <адрес>, при выполнении объезда стоящего на обочине транспортного средства, совершил дорожно-транспортное происшествие (съезд в кювет).

В результате дорожно-транспортного происшествия служебный автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, которым управлял ответчик, получил многочисленные механические повреждения кузова и ходовой части и нуждается в восстановительном ремонте.

Прибывший на место дорожно-транспортного происшествия сотрудник ДПС предложил ответчику пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, поскольку ответчик имел признак алкогольного опьянения в виде запаха алкоголя изо рта, однако в нарушение пункта 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации ФИО1 от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения отказался и не выполнил законное требование сотрудника ДПС о прохождении медицинского освидетельствования, что было отражено инспектором в протоколах об отстранении ответчика от управления транспортным средством и о направлении его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Постановлением по делу об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которое решением Бежецкого межрайонного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения.

В связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием специально созданной комиссией в обособленном подразделении «АтомЭнергоСбыт» Тверь проведено служебное расследование, взяты объяснительные записки у непосредственного руководителя ответчика - ФИО и самого ответчика, а также составлен акт служебного расследования дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ.

В результате служебного расследования обстоятельств дорожно-транспортного происшествия установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, самовольно используя служебный автомобиль в личных целях, двигался на нем в ночное время суток, заблаговременно не подготовился к разъезду со встречным транспортом в условиях недостаточной видимости (темное время суток), не снизил скорость, не оценил дорожную обстановку, вследствие чего произошел съезд в кювет во избежание столкновения со встречно движущимся транспортным средством.

ДД.ММ.ГГГГ на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор с ответчиком прекращен по его личному заявлению, увольнение оформлено приказом № от ДД.ММ.ГГГГ.

Пострадавший автомобиль был застрахован ООО СК «Согласие» на условиях «КАСКО-лизинг» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Письмом от ДД.ММ.ГГГГ ООО СК «Согласие» сообщило, что не признает событие страховым случаем и выразило отказ в осуществлении выплаты страхового возмещения, поскольку ФИО1 отказался пройти медицинское освидетельствование по требованию сотрудников ГИБДД.

Согласно оценке стоимости восстановительных работ от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной ООО <данные изъяты>, в результате дорожно-транспортного происшествия, стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный номер № составляет <данные изъяты>.

Ссылаясь на положения статьи 15, абзаца 1 пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, Постановление Конституционного суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П, статьи 238, 243 Трудового кодекса Российской Федерации, пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25, и указывая, что ответчик не ответил на направленные в его адрес претензии, АО «АтомЭнергоСбыт» просил суд первой инстанции взыскать с него ущерб в вышеуказанной сумме.

В судебном заседании представитель истца АО «АтомЭнергоСбыт» по доверенности ФИО2 заявленные исковые требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении, и просила их удовлетворить с учетом их уточнения.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании требования истца не признал, пояснив, что ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов поехал на служебном автомобиле в <адрес>, чтобы передать документы для Максатихинского и Лесного участка, которые перед этим привез из Твери. Считает, что совершил дорожно-транспортное происшествие, возвращаясь с работы. В то же время не оспаривает, что совершил дорожно-транспортное происшествие после 23 часов, то есть за пределами рабочего времени.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе истца АО «АтомЭнергоСбыт» ставится вопрос об отмене решения суда, предлагается принять по делу новое решение об удовлетворении требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что решение вынесено с нарушением норм материального права.

В жалобе критикуется вывод суда о том, что с ответчика в пользу истца в счет возмещения материального ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия должны быть взысканы денежные средства в сумме разницы доаварийной рыночной стоимости исправного автомобиля и стоимости годных остатков, которые находятся у истца.

Указывается на то, что принимая оспариваемое решение, суд руководствовался нормами Закона об ОСАГО, однако данный иск подан АО «АтомЭнергоСбыт» в рамках возмещения ущерба работником работодателю, при том, что страховая компания ООО СК «Согласие», в которой был застрахован поврежденный автомобиль, письменно выразила отказ в осуществлении страховой выплаты по причине отказа ФИО1 пройти медицинское освидетельствование.

Апеллянт полагает, что суд первой инстанции при принятии решения необоснованно руководствовался нормами законодательства об обязательном страховании гражданского ответственности владельцев транспортных средств, в то время как должен был руководствоваться нормативными актами, регулирующими случаи наступления полной материальной ответственности работника, поскольку материалами дела установлено, что ответчик причинил работодателю ущерб не при исполнении своих трудовых обязанностей.

По мнению апеллянта, суд установил факт причинения прямого действительного ущерба работодателю, в связи с чем согласно статье 238 Трудового кодекса Российской Федерации, работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Суд не проанализировал довод истца о применении пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25, в котором сказано, что если для устранения повреждений имущества использовались или будут использованы новые материалы, то по общему правилу расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба полностью. При этом стоимость имущества может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Исключения могут быть установлены в законе или договоре.

Применительно к рассматриваемому спору никаких исключений не установлено. Следовательно, ответчик должен возместить истцу стоимость восстановительного ремонта в полном объеме без учета износа запасных частей.

Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях – притом, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Указанный довод приводился истцом в исковом заявлении, однако не был принят во внимание судом первой инстанции и не нашел своего отражения в оспариваемом решении.

Кроме того, истец не выдвигал требование о взыскании упущенной выгоды, поскольку согласно статье 238 Трудового кодекса Российской Федерации неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат, между тем истец считает необходимым пояснить суду повторно, что поврежденный автомобиль использовался истцом для осуществления своей основной деятельности, и в настоящее время в Краснохолмском участке обособленного подразделения АО «АтомЭнергоСбыт» Тверь отсутствует служебный транспорт, в связи с чем истцу приходится нести дополнительные затраты для решения производственных вопросов, имеющих разъездной характер.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции явилась представитель АО «АтомЭнергоСбыт» ФИО3

Остальные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, не явились, об отложении дела не ходатайствовали, в связи с чем на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, выслушав пояснения представителя АО «АтомЭнергоСбыт» по доверенности ФИО3, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, изучив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Статьей 232 Трудового кодекса Российской Федерации определена обязанность стороны трудового договора возместить причиненный ею другой стороне этого договора ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть 3 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации).

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно части 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации установлены пределы материальной ответственности работника. В соответствии с этой нормой за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью второй статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии с пунктом 8 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» приведены разъяснения о том, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52).

При определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (абзац первый пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52).

Исходя из приведенных норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности, необходимыми условиями для наступления которой являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба. Бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба. Материальная ответственность работника выражается в его обязанности возместить прямой действительный ущерб (в том числе реальное уменьшение наличного имущества работодателя), причиненный работодателю противоправными действиями или бездействием в процессе трудовой деятельности. При этом порядок определения работодателем ущерба, причиненного работником, регламентирован положениями статьи 246 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между АО «АтомЭнергоСбыт», в лице обособленного подразделения «ТверьАтомЭнергоСбыт» и ФИО1 был заключен трудовой договор № №, согласно которому ФИО1 принят на работу на должность <данные изъяты> с местом работы в <адрес>

Согласно пункту 2.1 трудового договора работник обязан соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, трудовую дисциплину, бережно относится к имуществу общества; обеспечивать сохранность вверенной ему документации, оборудования и материалов.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ прекращено действие трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО1 уволен ДД.ММ.ГГГГ по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника.

Согласно договору № от ДД.ММ.ГГГГ заключенному АО «АтомЭнергоСбыт» с АО «ТЕНЕКС-Сервис» автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный номер № приобретен истцом в лизинг.

Актом приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что работодатель передал ФИО1, как материально ответственному лицу, транспортное средство <данные изъяты> государственный регистрационный номер №

Согласно пункту 3.1.9 дополнительного соглашения № к трудовому договору работник имеет право управлять служебным автомобилем для выполнения своей трудовой функции.

В соответствии с разделом 8 Правил внутреннего трудового распорядка АО «АтомЭнергоСбыт», пунктом 2.1 приказа от ДД.ММ.ГГГГ № ка, работникам устанавливается 40 часовая рабочая неделя, выходные дни суббота и воскресенье. Время начала работы 9.00, время окончания работы при 40-часовой рабочей неделе: понедельнк-четверг-18.00, пятница-16.45. <данные изъяты> отделений/ участков устанавливается 40-часовая рабочая неделя, режим гибкого рабочего времени со вторника по субботу с разделением дня на части, выходные дни воскресенье и понедельник. Время начала работы 8.00, время окончания работы 21.00.

Актом служебного расследования от ДД.ММ.ГГГГ, проведенного на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-пр, с которым ознакомлен ФИО1, установлено, что ФИО1 совершил дорожно-транспортное происшествие (съезд в кювет) ДД.ММ.ГГГГ в 00 часов 30 минут не оценив дорожную обстановку в условиях недостаточной видимости, нарушив пункт 2.1.2, 2.3.2, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации во время следования по маршруту, не утвержденному руководителем участка, осуществив самовольный выезд, используя служебный автомобиль в личных целях в ночное время суток. Пояснения ФИО1, что он выехал в Бежецк ДД.ММ.ГГГГ в 17.00 для передачи документов, предназначенных для Максатихинского и Лесного участков, опровергнуты руководителем участка ФИО

Постановлением мирового судьи судебного участка № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере <данные изъяты> с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев, которое решением судьи Бежецкого межрайонного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, а жалоба ФИО1 - без удовлетворения.

Судом также установлено, что согласно экспертному заключению ООО <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца на дату дорожно-транспортного происшествия составляет <данные изъяты>, рыночная стоимость автомобиля на дату дорожно-транспортного происшествия составляла <данные изъяты>, стоимость годных остатков - <данные изъяты>. Ремонт автомобиля на дату дорожно-транспортного происшествия и в настоящее время является экономически нецелесообразным.

Разрешая спор и частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что ДД.ММ.ГГГГ около 00 часов 30 минут, то есть вне рабочего времени, ФИО1, состоя в трудовых отношениях с истцом и используя предоставленный ему для работы служебный автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный номер № вне работы в личных целях, то есть не при исполнении служебных обязанностей, допустил съезд в кювет, в результате чего автомобиль получил механические повреждения, причинив тем самым прямой действительный ущерб работодателю. Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика суммы ущерба, суд исходил из разницы доаварийной рыночной стоимости исправного автомобиля и стоимости годных остатков, оставшихся у истца. Оснований для применения положений части 1 статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации и снижения размера ущерба суд не усмотрел.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, полагает их законными и обоснованными.

Факт вины ФИО1, противоправности его поведения и причинения прямого действительного ущерба истцу доказан в ходе судебного разбирательства, в связи с чем причиненный им материальный ущерб подлежит возмещению.

Вопреки утверждениям апеллянта, вывод суда о том, что с ответчика в пользу истца в счет возмещения материального ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия должны быть взысканы денежные средства в сумме разницы доаварийной рыночной стоимости исправного автомобиля и стоимости годных остатков, которые находятся у истца, является правильным.

В соответствии со статьей 246 Трудового кодекса Российской Федерации размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества. Федеральным законом может быть установлен особый порядок определения размера подлежащего возмещению ущерба, причиненного работодателю хищением, умышленной порчей, недостачей или утратой отдельных видов имущества и других ценностей, а также в тех случаях, когда фактический размер причиненного ущерба превышает его номинальный размер.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что при оценке доказательств, подтверждающих размер причиненного работодателю ущерба, суду необходимо иметь в виду, что в соответствии с частью первой статьи 246 Трудового кодекса Российской Федерации при утрате и порче имущества он определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества. В тех случаях, когда невозможно установить день причинения ущерба, работодатель вправе исчислить размер ущерба на день его обнаружения.

Из изложенного следует, что размер прямого действительного ущерба, причиненного имуществу работодателя по вине работника, по общему правилу определяется по фактическим потерям работодателя, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Факт причинения ущерба автомобилю, принадлежащему АО «ТЕНЕКС-Сервис», приобретенному истцом АО «АтомЭнергоСбыт» в лизинг, то есть факт наличия у данного автомобиля повреждений в результате дорожно-транспортного происшествия, при управлении ФИО1 данным автомобилем, лицами, участвующими в деле, в ходе его рассмотрения не оспаривался.

Размер причиненного работодателю ущерба установлен судом первой инстанции на основании заключения судебной экспертизы, проведенной по ходатайству ответчика. Выводы судебной экспертизы лицами, участвующими в деле, не оспаривались, оснований не доверять заключению эксперта у суда первой инстанции не имелось.

Согласно заключению эксперта ремонт транспортного средства экономически нецелесообразен, в связи с чем, суд правильно определил размер причиненного работодателю ущерба как разницу между рыночной стоимостью автомобиля и стоимостью годных остатков, находящихся у истца.

Вопреки утверждениям апеллянта, принимая оспариваемое решение, суд первой инстанции руководствовался нормами трудового законодательства, регулирующими спорные правоотношения, а именно положениями статей 233, 238, 242 и 243 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющих общие основания и условия материальной ответственности работника перед работодателем.

Ссылка в решении на нормы Закона об ОСАГО, в которых раскрывается понятие полной гибели транспортного средства, не свидетельствует о неправильности выводов суда первой инстанции и не может служить основанием для отмены решения суда.

Выводы суда первой инстанции соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения и обстоятельствам дела.

Мотивы, по которым суд пришел к своим выводам, подробно приведены в обжалуемом судебном постановлении и в дополнительной аргументации не нуждаются.

Не влечет отмену состоявшегося по делу судебного акта и указание в жалобе на то, что поврежденный автомобиль использовался истцом для осуществления своей основной деятельности, и в настоящее время в Краснохолмском участке обособленного подразделения АО «АтомЭнергоСбыт» Тверь отсутствует служебный транспорт, в связи с чем истцу приходится нести дополнительные затраты для решения производственных вопросов, имеющих разъездной характер, поскольку правового значения для разрешения настоящего спора не имеет.

Иные доводы апелляционной жалобы истца, фактически выражают несогласие с выводами суда, однако по существу их не опровергают, оснований к отмене или изменению решения не содержат, в связи с этим, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, так как иная точка зрения на то, как должно быть разрешено дело не может являться поводом для отмены постановленного по настоящему делу решения.

Разрешая спор, суд правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку и постановил законное и обоснованное решение. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было.

С учетом изложенного, оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Бежецкого межрайонного суда Тверской области (постоянное судебное присутствие в г. Красный Холм) от 14 июня 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «АтомЭнергоСбыт» – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 23 августа 2023 года.

Председательствующий С.Н. Пойменова

Судьи Т.В. Кубарева

А.О. Яковлева