Решение по делу № 2-2660/2023 от 21.09.2023 - об установлении факта написания заявления не по собственной воле, о признании увольнения незаконным, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

дело № 2-2660/2023

УИД № 38RS0003-01-2023-002904-90

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Братск Иркутской области 21 сентября 2023 года

Братский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Шашкиной Е.Н.

при секретаре Безноско А.П.,

с участием истца ФИО1, представителя истца по доверенности ФИО3, представителя ответчика по доверенности ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Публичному акционерному обществу «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» об установлении факта написания заявления не по собственной воле, о признании увольнения незаконным, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском к Публичному акционерному обществу «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» (далее по тексту также – ПАО «РАСАЛ Братск»), указав в его обоснование, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он состоял в трудовых отношениях с ответчиком в должностианодчика по рудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ ***/р. На основании приказа о прекращении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ним был расторгнут по инициативе работника. Считает, что работодатель вынудил его написать заявление на увольнение, поскольку, находясь в командировке в июне 2022 года он проживал в гостинице в г. Иркутске и постучал в двери соседнего номера, чтобы попросить зажигалку, дверь ему не открыли. Утром ему позвонил генеральный директор ПАО «РУСАЛ Братск» по персоналу ФИО5 и выяснял у него причины беспокойства девушки из соседнего номера, которая оказалась заместителем генерального директора по персоналу ПАО «РУСАЛ Братск», также сказал, что по приезду из командировки будут разбираться в произошедшем. После приезда из командировки он написал объяснение по факту произошедшего в гостинице. Полагает, что в связи с произошедшей ситуацией у него произошел конфликт в работодателем, и его вынудили написать заявление на увольнение. Реального намерения увольняться у него не было, поскольку другого постоянного заработка у него не имелось, также имелись неисполненные кредитные обязательства по договору в размере более 700000 рублей. После увольнения ему пришлось продать квартиру, чтобы погасить долг по кредиту. Вынужденность его увольнения также подтверждается нахождением его в ежегодном отпуске и подписанием ДД.ММ.ГГГГ соглашения об обучении до ДД.ММ.ГГГГ. с вязи с тем, что ДД.ММ.ГГГГ он устроился на другую работу, полагает, что запись об увольнении должна быть изменена в части даты увольнения с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ со взысканием оплаты вынужденного прогула и компенсации за задержку выплаты заработной платы в соответствии с ст. 236 ТК РФ, а также обязанием произвести отчисления страховых взносов на пенсионное, медицинское и социальное страхование. Кроме того в период с августа 2021 года по июнь 2022 года с него незаконно удержаны командировочные расходы в размере 130313 рублей 53 копеек, о которых он до рассмотрения судом другого дела с участием его и работодателя не знал. Оказанное на него давление, повлекшее написание заявления на увольнение, нравственные страдания и переживания по причине незаконных действий работодателя влекут компенсацию морального вреда.

На основании изложенного, ФИО1 просил суд установить факт написания заявления на увольнение не по собственной воле; признать приказ «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении)» незаконным; обязать ПАО «РУСАЛ Братск» внести запись в трудовую книжку ФИО1 в части изменения даты увольнения с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ; обязать ПАО «РУСАЛ Братск» произвести отчисления страховых взносов по обязательному пенсионному, медицинскому, социальному страхованию за период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГв отношении ФИО6; взыскать с ПАО «РУСАЛ Братск» в пользу ФИО6 оплату вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ в размере 52601 рубля 52 копеек; взыскать с ПАО «РУСАЛ Братск»в пользу ФИО6 удержанные из заработной платы ФИО6 командировочные расходы в размере 130313 рублей 53 копеек,взыскать с ПАО «РУСАЛ Братск» в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО6 и его представитель по доверенности ФИО3 заявленные требования поддержали, просили удовлетворитьв полном объеме. Суду ФИО6 пояснил, что именно генеральный директор ПАО «РУСАЛ Братск» по персоналу ФИО5 сказал написать ему заявление на увольнение, мотивировав это тем, что в противном случае – «его найдут, за что уволить». Относительно пропуска им срока, предусмотренного для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, настаивал, что уважительными причинами являются осуществление им личного ухода за больной мамой и совместное проживание с ней, для гарантии финансовой помощи которой он еще и заключил с ней соглашение об уплате алиментов, и подача встречного иска и апелляционной жалобы по делу *** с надеждой на рассмотрение встречных требований.

Представитель ответчика по доверенности ФИО4 в судебном заседании иск не признала, просила отказать в их удовлетворении. Дала пояснения суду в соответствии с письменными отзывом и возражениями на пояснения истца, о том, что при обращении в суд с указанным иском не указанно, кто именно оказывал на истца давление и в чем именно это выражалось, заявление на увольнение ДД.ММ.ГГГГ написано ФИО1 собственноручно и самостоятельно, при этом при ознакомлении с приказом об увольнении истец также не указал на свое несогласие с увольнением по собственному желанию. Наличие кредитных обязательств само по себе не свидетельствует об отсутствии у него воли на увольнение, при этом просила суд обратить внимание, что истец с указанными требованиями впервые обратился в ходе судебного разбирательства по иску работодателя о взыскании с истца затрат на его обучение. Увольнение по собственному желанию работника не предполагает обязательного уведомления за 14 календарных дней, поскольку по соглашению меду работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении. Опровергая доводы истца об уважительности причин пропуска срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, указала, что истцом не представлено доказательств нуждаемости его матери в постоянном уходе со стороны истца и отсутствии доказательств осуществления такого ухода, поскольку представленная им в материалы дела справка была выдана в сентябре 2023 года не ФИО9 – маме истца, а самому истцу ФИО1 по его просьбе, при этом подпись указанного в нем лица – «заведующей ФАП м-с ФИО7» не подтверждена указанным лицом в ходе судебного разбирательства, как и правомерность выдачи такой справки, поскольку заключение о нуждаемости в постоянном уходе правомочно давать только врачебная комиссия. Кроме того, в ходе телефонного разговора в представителем ответчика социальный работник ОГБУСО «КЦСОН» г. Братска и Братского района пояснила, что с 2018 года с ФИО9 (мамой истца) заключен договор о предоставлении социальных услуг и социальный работник ФИО8 два раза в неделю посещает ФИО9, оказывая ей социальные услуги – ходит в магазин, помогает в быту, также социальный работник пояснила, что ФИО9 проживает одна, у нее есть два сына, которые иногда к ней приезжают и она не видела, что ФИО1 проживал с мамой летом 2022 года. Представленное истцом соглашение об уплате алиментов на содержание родителя от ДД.ММ.ГГГГ в размере 50 % от заработка не согласуется с утверждениями истца о необходимости личного ухода за мамой. Обращение в суд со встречным иском последовало после обращения работодателя в суд, на тот момент пропуск срока за обращением с иском о разрешении индивидуального трудового срока уже составлял 10 месяцев, при этом не указано, что мешало ФИО1, имеющему высшее юридическое образование, в период с октября 2022 года по май 2023 года обратиться в суд. Представителем ответчика было заявлено ходатайство в порядке ч. 6 ст. 152 ГПК РФ о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности по заявленным требованиям и отказе истцу в иске.

Выслушав истца и его представителя, представителя ответчика, допросив свидетелей ФИО7, ФИО10, ФИО5, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 20 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Работник – физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем. Работодатель – физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами. При этом работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

В силу ст. 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Судом установлены следующие фактические обстоятельства дела.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принят на работу в ПАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» в должности анодчика 8 разряда в корпус ***,, что подтверждается копией трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ ***/р.

ДД.ММ.ГГГГ истцом на имя управляющего директора ПАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» ФИО1 написано заявление об увольнении по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 68).

Приказом ДД.ММ.ГГГГ № РБ-22-ПЛС-0251 ФИО1 уволен из ПАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ – расторжение трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию). Истец с приказом ознакомлен, о чем имеется его подпись ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 69). В день увольнения истцу выдана трудовая книжка.

Согласно ст. 37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В силу ст. ст. 21, 22 ТК РФ работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, иными федеральными законами. Работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, иными федеральными законами.

В силу ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с данным Кодексом.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

В силу ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

В случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника.

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора. По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается.

Таким образом, сама по себе правовая природа права работника на расторжение трудового договора по статье 80 ТК РФ, предполагает отсутствие спора между работником и работодателем по поводу его увольнения, за исключением случаев отсутствия добровольного волеизъявления.

Обстоятельств, в силу которых работодатель вправе отказать работнику в расторжении трудового договора на основании статьи 80 ТК РФ, действующее законодательство не предусматривает.

Факт подачи работником работодателю заявления об увольнении по собственному желанию может быть подтвержден любыми допустимыми средствами доказывания. При оценке этих доказательств необходимо учитывать не только само письменное заявление работника об увольнении, но и другие, представленные по делу, доказательства, включая показания свидетелей.

ФИО1, обращаясь в суд с настоящим иском, указал, что заявление об увольнении по собственному желанию было написано им под давлением работодателя вследствие возникшего между ним и работодателем конфликта в командировке, предшествующей его увольнению.

Согласно ст.ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как основание своих требований и возражений.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Оценивая представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что истец, написав 14 июня 2022 года заявление об увольнении по собственному желанию с 14 июня 2022 года, подписав приказ о прекращении трудового договора с работником от 14 июня 2022 года, получив в тот же день трудовую книжку, не указывая каких-либо замечаний, возражений о нарушении его прав и процедуры увольнения, тем самым выразил свое волеизъявление, которое легло в основу приказа об увольнении истца.

Истец, заявляя требования о признании факта его увольнения по собственному желанию увольнением под давлением, ссылается на то, что 14 июня 2022 года представителем работодателя ФИО5 было предложено написать заявление на увольнение со ссылкой на его неизбежное увольнение.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО5, предупрежденный судом об уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ, суду показал, что он является генеральным директором по персоналу в ПАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод», в июне 2022 года он звонил ФИО6 на мобильный телефон во время его пребывания в командировке, как он помнит, по поводу опоздания ФИО6 на поезд, поскольку командировка закончилась, однако тот проспал, позже ФИО1 заходил к нему после пребывания в командировке, при этом в кабинете находился еще один сотрудник ПАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод»,однако указаний относительно увольнения ФИО1 он не давал, никакого давления на него не оказывал.

В этой связи указание истца о том, что он столкнулся с давлением со стороны работодателя и, в частности, генерального директора по персоналу ПАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод», с указанием, что ему не позволят работать и исполнять свои прямые обязанности, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку в случае отсутствия согласия работника на прекращение трудового договора и наличием такого факта, он не лишен права их обжалования в установленном законом порядке.

Исходя из пояснений истца и его представителя, которые в ходе судебного разбирательства пояснений о том, в чем именно заключалось давление на истца, не дали, ограничившись пояснениями о конфликте между истцом и работодателем ввиду инцидента в гостинице во время пребывания истца в командировке.

При этом наличие именно конфликта между истцом и его работодателем на момент увольнения также не подтверждено, представленное в материалы дела объяснение ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ также не указывает на наличие такого конфликта.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что по данному факту работодателем было инициировано проведение служебного расследования, повлекшего привлечение ФИО1 к дисциплинарной ответственности, суду не представлено.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства на вопрос представителя ответчика о предложениях работодателя вернуться на работу истец ответил, что не желает работать у ответчика.

Представитель истца суду пояснял, что именно события в гостинице в г. Иркутске во время пребывания ФИО1 в командировке повлекли конфликт между работником и работодателем, однако данные обстоятельства также не свидетельствуют о давлении со стороны работодателя относительно увольнения ФИО1, при том, что каких-либо необоснованных требований, не касающихся трудовой деятельности и исполнению трудовых обязанностей со стороны работодателя к истцу не предъявлялось, и доказательств этому суду не представлено, а звонки работников предприятия в последний день командировки не могут об этом свидетельствовать.

Доводы истца и его представителя о том, что его увольнение связано именно с поведением истца в гостинице во время его пребывания в командировке, являются лишь предположениями истца и своего подтверждения в ходе рассмотрения спора не нашли.

Доказательств вынужденного написания работником заявления об увольнении по собственному желанию в результате неправомерных действий со стороны работодателя (под давлением, нажимом), равно как и доказательств отсутствия волеизъявления на расторжение трудового договора, истцом представлено не было.

Оценивая изложенное, каких-либо неправомерных действий работодателя, ограничивающих волю ФИО1 на продолжение трудовых отношений, не усматривается.

Личное восприятие ФИО1 возникшей ситуации как вынуждающей его написать заявление об увольнении по собственному желанию не нашло своего подтверждения в судебном заседании, поскольку не было подтверждено допустимыми и достоверными доказательствами.

Доводы истца о наличии неисполненных кредитных обязательств, необходимых расходов по внесению ежемесячных платежей, вынужденной продаже квартиры, что не позволило бы ему добровольно покинуть работу со стабильным и высоким доходом, суд находит несостоятельными, поскольку факт вынужденности продажи истцом квартиры своей будущей супруге с учетом того факта, что еще до продажи квартиры - ДД.ММ.ГГГГ - истец стал на учет по месту постоянного проживания по адресу именно проданной им квартиры (ДД.ММ.ГГГГ), и в дальнейшем, в том числе весной 2023 года при подаче встречного иска по иному делу, указывал свое место проживания именно адрес проданной им квартиры, что свидетельствует об отсутствии факта реального выбытия квартиры из пользования истца, что также подтверждено им в ходе судебного заседания пояснениями о намерении теперь уже их семьи (с супругой) продать указанную квартиру, поскольку мама его супруги не приехала жить в <адрес>. Кроме того, исследованные материалы гражданского дела *** подтверждают получение ФИО1 лично корреспонденции по указанному адресу в августе и декабре 2022 года, в феврале 2023 года (дело *** т. 1 л.д. 139, 142, 145), что также опровергает доводы истца о вынужденности продажи им квартиры, в которой он остался проживать после ее продажи.

Ссылки истца об отсутствии у него намерения на увольнение по причине подписания соглашения об обучении его сроком до ДД.ММ.ГГГГ, также не опровергают факт написания им заявления об увольнении по собственному желанию, поскольку указанное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ было подписано во исполнение уже начавшегося обучения и фактически констатировало прохождение истцом обучения с марта 2022 года.

Отсутствие перспективной работы на момент увольнения истца и последующее его трудоустройство на менее оплачиваемую работу также не подтверждают факт написания заявления истцом не по собственной воле, поскольку истец в ходе судебного разбирательства подтвердил отсутствие у него желания работать у ответчика, несмотря на поступавшие предложения от ответчика о возвращении истца на работу.

Судом установлено, что основанием к увольнению истца явилось его волеизъявление на прекращение трудового договора, выразившееся в письменном заявлении об увольнении истца по собственному желанию от ДД.ММ.ГГГГ.

В заявлении истцом собственноручно проставлена подпись, что им не оспаривалось, с указанием основания увольнения – по собственному желанию (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ).

Истец имел возможность обдумать свои действия и изменить свое решение, отозвав заявление об увольнении в установленный законом срок, чего ФИО1, своевременно не сделал. Суд также исходит из того, что истец с учетом наличия у него высшего юридического образования понимал содержание написанного им заявления об увольнении по собственному желанию, значение своих действий и их правовые последствия.

Доводы истца о том, что он данное соглашение подписал недобровольно под давлением, нажимом допустимыми доказательствами не подкреплены. В нарушение ст. 56 ГПК РФ сторона истца не представила доказательства обоснованности данных суждений. Истцом не приведено доказательств понуждения со стороны работодателя к увольнению, каких-либо неправомерных действий со стороны работодателя, ограничивающих волю работника на продолжение трудовых отношений не усматривается, данных свидетельствующих о том, что у истца отсутствовало желание уволиться, доказательств понуждения к увольнению либо угроз со стороны руководства организации, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, суду не представлено.

Доказательств наличия иных обстоятельств, понуждающих истца к увольнению, подтверждающих как оказание на него давления, нажима со стороны работодателя при подаче заявления об увольнении по собственному желанию, так и создание ответчиком условий, делающих невозможным осуществление им трудовой функции, истцом не представлено.

Представителем ответчика также заявлено ходатайство о применении последствий пропуска срока обращения в суд по трудовому спору с учетом того, что ДД.ММ.ГГГГ истец ознакомился с приказом о прекращении с ним трудового договора, проставив свою подпись и ему выдана трудовая книжка, соответственно, срок для обращения в суд в данном случае должен исчисляться с ДД.ММ.ГГГГ. Указанный срок истекал ДД.ММ.ГГГГ, заявление в суд истцом направлено почтой лишь ДД.ММ.ГГГГ, т.е. с просрочкой в более чем год.

Суд полагает, что доводы представителя ответчика о том, что такой срок пропущен истцом без уважительных причин, заслуживают внимания в силу следующего.

В соответствии со ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Исходя из содержания абзаца первого ч. 6 ст. 152 ГПК РФ, а также ч. 1 ст. 12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком. В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи) (пункт 5).

В ходе рассмотрения настоящего спора судом установлен и подтверждается материалами дела тот факт, что работодателем ДД.ММ.ГГГГ был издан приказ об увольнении истца из ПАО «РУСАЛ Братск» по собственному желанию. С названным приказом истец был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, что им не оспаривалось в ходе рассмотрения дела и подтверждено личной подписью ФИО1 в приказе от ДД.ММ.ГГГГ.

Исходя из буквального толкования положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, право на судебную защиту нарушенного незаконным увольнением трудового права работника подлежит реализации последним в течение месяца со дня вручения копии приказа об увольнении (либо ознакомления с ним в установленном порядке) при надлежащем оформлении работодателем расторжения трудового договора с работником.

При соблюдении названных требований, именно с даты вручения работнику приказа об увольнении (ознакомления с ним) начинается течение срока на обращение последнего в суд за защитой нарушенных трудовых прав.

В данном случае работодатель реализовал свое право на увольнение работника ДД.ММ.ГГГГ, после чего у работника возникло право заявить в суде требование о признании этого увольнения незаконным в соответствии со статьей 391 Трудового кодекса Российской Федерации.

При трудовых спорах законодатель, связывая начало течения месячного срока исковой давности для обжалования увольнения с работы не с днем, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, а в исключение из общего правил днем вручения работнику копии приказа об увольнении либо днем выдачи трудовой книжки, исходил из того, что работник именно в этот день узнает о возможном нарушении своих трудовых прав и что своевременность обращения в суд за разрешением спора об увольнении зависит от его волеизъявления. Лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в срок, установлена ст.392 ТК РФ, по уважительным причинам, часть третья указанной статьи предоставляет возможность восстановить этот срок в судебном порядке. При этом данная норма предполагает, что суд, оценивая, является ли то или иное основание достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, действует не произвольно, а проверяет и учитывает всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением спора об увольнении. Как следует из материалов дела, ФИО1 не обращался в суд с заявлением о восстановлении пропущенного срока.

Ссылка истца и его представителя на то, что ФИО1 с момента увольнения и до октября 2022 года осуществлял уход за своей матерью ФИО9 и проживал с ней, не может быть принята во внимание, поскольку опровергается несколькими обстоятельствами, нашедшими подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Так, подлинность и дата выдачи справки, в которой указано о необходимости постоянного ухода за ФИО9 опровергнута показаниями свидетелей ФИО7 и ФИО10. которые пояснили суду, что в сентябре 2023 года ФИО1 лично обратился на фельшерско-акушерский пункт села Кузнецовка с просьбой о выдаче ему «задним числом» справки, на что ФИО7 ему отказала, а ФИО10 выдала ему справку, написав то, что попросил ФИО1 и проставив штамп «заведующая ФАП м-с ФИО7» под своей подписью (ФИО10). Также свидетели пояснили суду, что такие справки фельшерско-акушерский пункт не имеет полномочий выдавать и писать заключение о нуждаемости в постоянном уходе возможно только на основании заключения врачебной комиссии.

Обстоятельства постоянного проживания ФИО1 с мамой в <адрес> в период с июня 2022 года по октябрь 2022 года также не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, поскольку сначала истец и его представитель настаивали на том, что ФИО1 постоянно проживал у мамыв <адрес>, а после пояснений представителя ответчика о наличии у ФИО9 (мамы истца) заключенного договора на социальное обслуживание и посещение социальным работником ФИО9 регулярно дважды в неделю, ФИО1 не смог подтвердить факт таких посещений и сообщил суду, что мог не видеть прихода социального работника, что представляется маловероятным при утверждении о постоянном проживании истца в доме матери с июня 2022 года по октябрь 2022 года.

При этом истец также указал, что у их матери также имеется еще один сын, и данное обстоятельство, в совокупности с ранее данными ФИО1 утверждениями о вынужденности заключения соглашения об уплате алиментов на содержание родителя в размере 50 % от заработка после его увольнения, представляется суду нелогичным при утверждениях истца об отсутствии у него регулярного дохода и совместным проживанием с мамой.

По смыслу семейного законодательства добровольный уход за своими родителями обычно не оформляется нотариально заверенными соглашениями, ставящими гражданина с кредитными обязательствами в невыгодное имущественное положение - размер алиментов в соглашении от ДД.ММ.ГГГГ добровольно установлен – 50% от заработной платы и (или) иного дохода наличными денежными средствами истца.

Уважительных причин пропуска срока подачи иска в период с октября 2022 года по май 2023 года истцом не представлено, его указание на поездки к матери в это время не могут служить обстоятельством, объективно препятствующим гражданину с высшим юридическим образованием оформить и подать иск в суд при наличии у него претензий к работодателю относительно его увольнения.

Подача встречного иска в мае 2023 года по гражданскому делу № 2-1567/2023 также не может служить уважительной причиной пропуска срока на обращение в суд, поскольку при отказе судом в принятии встречного иска ФИО1 было разъяснено его право на обращение в суд с самостоятельным иском, которое он решил реализовать только ДД.ММ.ГГГГ, и к этому моменту пропуск срока на подачу иска составил уже более десяти месяцев и истец до этого момента не выражал мнения о незаконности его увольнения ни работодателю, ни в какие-либо организации по защите прав работников.

Требования о взыскании в пользу ФИО1 удержанных работодателем в период с августа 2021 года по июнь 2022 года сумм командировочных расходов также заявлены истцом с пропуском годичного срока, предусмотренного ч. 2 ст. 392 Трудового кодекса Россий Федерации, поскольку истец ФИО1 подтвердил в ходе судебного разбирательства обстоятельства, вопреки указанию в иске о его незнании об удержаниях до обращения ответчика с иском в суд весной 2023 года, ежемесячного получения им расчетных листов о заработной плате и написание им заявления об удержаниях из его заработной платы в августе 2021 года.

Юридически значимым при разрешении вопроса об уважительности причин пропуска ФИО1 срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора является установление наличия обстоятельств, объективно препятствующих его обращению в суд, поскольку само по себе наличие у истца и посещение престарелой матери,даже ежедневное, равно как и отказ в принятии встречного иска в мае 2023 года с разъяснениями суда о возможности обращения в суд с самостоятельным иском, не свидетельствует об отсутствии у него объективной возможности обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в установленный Трудовым кодексом Российской Федерации срок.

Материалами дела подтверждено, что процедура расторжения трудового договора работодателем нарушена не была, с соответствующим приказом ФИО1 был ознакомлен, без замечаний подписал его, знал о состоявшемся увольнении и его основании, в связи с чем довод ответчика о пропуске ФИО1 срока обращения в суд с заявленным требованием о признании факта увольнения по собственному желанию увольнением под нажимом и давлением признается судом обоснованным.

С учетом изложенного, суд находит исковые требования ФИО1 о признания факта увольнения по собственному желанию увольнением не по своей воле и производные от него требования о признании незаконным приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником, об обязании внести запись в трудовую книжку, об обязании произвести отчисления страховых взносов по обязательному пенсионному, медицинскому, социальному страхованию, взыскании оплаты вынужденного прогула, а также и требования о взыскании удержанных сумм командировочных расходовне подлежащими удовлетворению.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», разъяснено, что в случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные ст. 392 ТК РФ сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

Учитывая, что работодателем не было допущено нарушения трудовых прав истца, что подтверждается материалами дела, основания для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда отсутствуют, поскольку данные требования являются производными от основного искового требования о признания факта увольнения не по собственному желанию увольнением и связаны истцом именно с действиями работодателя по оказанию на него давления, повлекшего написание заявления на увольнение, в удовлетворении которого судом отказано.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Публичному акционерному обществу «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» об установлении факта написания заявления на увольнение не по собственной воле, признании незаконным приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником, об обязании внести запись в трудовую книжку, об обязании произвести отчисления страховых взносов по обязательному пенсионному, медицинскому, социальному страхованию, взыскании оплаты вынужденного прогула, взыскании удержанных сумм командировочных расходов, взыскании компенсации морального вреда – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Братский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.Н.Шашкина

Мотивированное решение суда изготовлено 28 сентября 2023 года.