Дело УИД № 58RS0005-01-2022-000426-15

производство № 2-738/2022

ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 декабря 2022 года с. Бессоновка

Бессоновский районный суд Пензенской области

в составе: председательствующего судьи Недопекиной Т.Б.,

при секретаре Каляминой И.В.,

с участием помощника прокурора Бессоновского района Пензенской области Завалиной Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда в с. Бессоновка гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГБУЗ «Пензенская областная станция скорой медицинской помощи» о взыскании компенсации морального вреда и материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском к ГБУЗ «Пензенская областная станция скорой медицинской помощи», указав в его обоснование, что 3 января 2019 года в результате ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей фельдшером ГБУЗ ПОССМП ФИО2 скончался ее родной брат В.С. Факт ненадлежащего оказания медицинской помощи фельдшером С.О. установлен решением Ленинского районного суда г.Пензы от 26 марта 2021 года. Потеря брата стала для нее невосполнимой потерей, ей причинены огромные душевные страдания и боль, с братом у них были близкие доверительные отношения, он всегда помогал ей и ее дочери. Ею понесены расходы на погребение брата.

Просила взыскать с ГБУЗ «Пензенская областная станция скорой медицинской помощи» денежную компенсацию морального вреда в размере 1000 000 рублей, а также материальный ущерб в размере 159 230 рублей 61 копейка.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО1 в лице представителя по доверенности ФИО3, исковые требования в части взыскания материального ущерба увеличила, окончательно просила взыскать с ГБУЗ «Пензенская областная станция скорой медицинской помощи» денежную компенсацию морального вреда в размере 1000 000 рублей, материальный ущерб в размере 225 487 рублей 83 копеек.

Определением Бессоновского районного суда Пензенской области от 31 мая 2022 года исковые требования ФИО1 с учетом увеличения приняты к производству суда.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена своевременно и надлежащим образом. Письменным заявлением просила о рассмотрении дела в свое отсутствие, исковые требования поддерживает.

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО3 в судебное заседание на явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена своевременно и надлежащим образом. Ранее в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, пояснив, что умерший В.С. был родным братом истца. В результате его смерти из-за ненадлежащего оказания медицинской помощи фельдшером ГБУЗ «Пензенская областная станция скорой медицинской помощи» С.О.К. истцу причинены глубокие нравственные страдания, связанные с потерей близкого человека, которые невозможно выразить словами. ФИО4 в детстве воспитывались и проживали совместно со своими родителями, были дружны, в сознательном возрасте после того, как у них распались семьи, также проживали вместе, совместно со своими родителями, между ними были доверительные отношения. ФИО1 на иждивении имеет несовершеннолетнюю дочь, от бывшего мужа материальную помощь на содержание дочери не получает. Брат был для истца другом и опорой, помогал ей и ее несовершеннолетней дочери материально. ФИО1 понесены расходы на организацию достойных похорон брата.

Представитель ответчика ГБУЗ «Пензенская областная станция скорой медицинской помощи» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом, не сообщил об уважительных причинах неявки. Заявления о рассмотрении дела в его отсутствие, а также об отложении рассмотрения дела от ответчика не поступало.

Третьи лица ФИО5, ФИО6 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом. Письменными заявлениями просили о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Третьи лица ФИО2, ее представитель по доверенности ФИО7, третье лица ФИО8, ФИО9 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения Пензенской области в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом. В письменном заявлении просили о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Выслушав объяснения представителя истца, свидетелей, исследовав письменные доказательства, имеющиеся в материалах дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего возможным иск о компенсации морального вреда удовлетворить частично, обозрев материал проверки Бессоновского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Пензенской области, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч.1 и 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма;

охрана здоровья граждан (далее - охрана здоровья) - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического) характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п.1 и 2 ст. Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; приоритет охраны здоровья детей; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1,2,5-7 статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

Согласно пункту 21 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

Критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть1 статьи 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

Таким образом, медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья, в связи с чем медицинские работники при оказании пациенту медицинской помощи, в силу правовых норм, закрепленных в Федеральном законе № 323-ФЗ от 21 ноября 2011 года, должны руководствоваться порядком оказания медицинской помощи, стандартами медицинской помощи и клиническими рекомендациями (протоколами лечения).

В соответствии с п.9 ч.5 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Исходя из положений ч.2 и 4 ст. 98 указанного федерального закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из анализа указанных норм законодательства в их взаимосвязи следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закреплены в законе мер, включающие как определение принципов охраны здоровья, качестве медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установлении ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов 45 минут бригадой скорой медицинской помощи принят вызов к больному В.С. по адресу: <адрес>. Время прибытия бригады скорой медицинской помощи по указанному адресу 18 часов 45 минут.

Из карты вызова скорой медицинской помощи следует, что фельдшером ФИО2 зафиксированы жалобы больного В.С. на боль в левом боку, чувство нехватки воздуха, частое сердцебиение, сухость во рту. После осмотра и анализа объективных данных тем же фельдшером установлен диагноз: <данные изъяты>. После оказанной помощи на месте вызова фельдшером ФИО2 зафиксировано улучшение состояния здоровья и рекомендовано обратиться к участковому врачу.

Из карты повторного вызова скорой медицинской помощи № № от 3 января 2019 года следует, что в 4 часа 01 минуту бригадой скорой медицинской помощи принят вызов к больному В.С. по адресу: <адрес>. Время прибытия бригады скорой медицинской помощи по указанному вызову 4 часа 14 минут. Поводом к вызову послужило острое внезапное заболевание. По прибытии фельдшером в 4 часа 18 минут констатирована смерть В.С. до приезда.

Согласно свидетельству о смерти <данные изъяты>-<данные изъяты> № № от 5 января 2019 года, медицинскому свидетельству о смерти серии № № № от 3 января 2019 года В.С. умер 3 января 2019 года в 3 часа 50 минут, причина смерти – <данные изъяты>.

Из акта ГБУЗ «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» судебно-медицинского исследования трупа № № от 3 января 2019 года смерть В.С. наступила от <данные изъяты>. При судебно-химическом исследовании крови от трупа В.С. этиловый спирт не обнаружен.

Постановлением следователя Бессоновского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Пензенской области от 20 мая 2019 года отказано в возбуждении уголовного дела в отношении фельдшера ГБУЗ ПОССМП ФИО2 по факту смерти В.С. на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в ее действиях составов преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 109, ч.2 ст. 124, ч.2 ст. 293 УК РФ.

На основании приказа ГБУЗ «Пензенская областная станция скорой медицинской помощи» от 31 января 2019 года № №-№ к фельдшеру скорой медицинской помощи ФИО2 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г.Пензы от 26 марта 2021 года.

Указанным решением, имеющего в силу ст.61 ГПК РФ преюдициальное значение для разрешения настоящего спора, установлен факт оказания фельдшером ГБУЗ ПОССМП ФИО2 ненадлежащей медицинской помощи В.С., выразившейся в постановке неверного диагноза, отказа в эвакуации В.С. в медицинское учреждение, что привело к прогрессированию заболевания и повторному вызову бригады скорой медицинской помощи, констатировавшей смерть В.С.

Рассматривая требования истца ФИО1 о компенсации морального вреда и взыскании материального ущерба суд исходит из следующего.

В п. 1 ст. 150 ГК РФ содержится незакрытый перечень неимущественных прав и нематериальных благ, при нарушении или посягательстве на которые может возникнуть обязательство по возмещению морального вреда. Это жизнь, здоровье, деловая репутация, право авторства, право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну и др.

В силу разъяснений, изложенных в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага

Аналогичные разъяснения о понятии морального вреда были даны в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в ред. от 06.02.2007 №6), действующего до принятия Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в их толковании в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека во взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, положениям ст.ст. 150, 151 ГК РФ, следует, что в случае нарушения прав гражданина в сфере охраны здоровья, причинения вреди жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (членам семьи) нравственных и физических страданий ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

На основании п.3 ст. 1099 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

На основании ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу п.1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из положений ст. 1068 ГК РФ следует, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда (п. 32).

Судом установлено, что ФИО10 (добрачная фамилия -В.) О.В. приходится родной сестрой умершему В.С., что подтверждается свидетельствами о рождении от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

На момент смерти В.С. ФИО4 были зарегистрированы и проживали по одному адресу.

По ходатайству стороны истца судом допрошены свидетели.

Свидетель Б.Т. показала, что с истцом и ее умершим братом знакома с детства. Между ФИО4 были близкие доверительные отношения. На момент смерти В.С. они проживали совместно со своими родителями. Смерть брата стала для ФИО1 огромным потрясением, она очень сильно переживала, плакала. В.С. при жизни помогал своей сестре и ее дочери, поддерживал их материально. ФИО1 организовала похороны брата, занималась приобретением продуктов. На могиле В.С. установлен памятник.

Свидетель Т.Л. показала, что истец ФИО1 и умерший В.С. ее племянники. Они проживали совместно со своими родителями, оба находились в разводе. Отношения между братом и сестрой были доброжелательными. В.С. работал вахтовым методом, помогал сестре материально, ремонтировал дом. ФИО1 испытала сильный стресс из-за смерти брата, до настоящего времени находится в подавленном состоянии. Она присутствовала на похоронах В.С., где было много народа, а также на поминках в кафе в <адрес>.

Свидетель К.А. показала, что ФИО1 и умерший В.С. ее троюродные сестра и брат по линии матери. Они проживали совместно в родительском доме с родителями. В.С. всегда поддерживал ФИО1 морально и материально, между ними было доверие, он хорошо относился к ее дочери. Она присутствовала на похоронах В.С., где было много народа примерно 200 человек. ФИО1 организовала похороны. На кладбище в месте захоронения В.С. установлен памятник, ограда, столик и лавочка, все ухожено.

Не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется оснований, поскольку они последовательные, согласуются между собой, не противоречат установленным по делу обстоятельствам, заинтересованности свидетелей в разрешении дела в пользу кого-либо из сторон судом не установлено. Свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Поскольку решением Ленинского районного суда г.Пензы от 26 марта 2021 года, вступившим в законную силу, установлен факт ненадлежащего оказания медицинской помощи В.С. фельдшером ГБУЗ «Пензенская областная станция скорой медицинской помощи» ФИО2, суд приходит к выводу о наличии у истца права требовать с ответчика компенсации морального вреда и материальный ущерб в виде расходов на погребение.

По смыслу закона при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Смерть близкого родного человека является наиболее тяжелым и необратимым обстоятельством, влекущим глубокие страдания, переживания, вызванные утратой, затрагивающие личные структуры, психическое благополучие.

В результате смерти единственного родного брата ФИО1 безусловно испытала сильные душевные страдания, невосполнимую потерю, шок и горе. Его смерть стала для нее глубоким потрясением.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд исходит из фактических обстоятельств дела, принимая во внимание характер причиненных истцу нравственных страданий, степень близкого родства с умершим, с которым они росли и воспитывались вместе, возраст истца, их совместное проживание, ведение общего быта на момент смерти В.С., участие умершего в жизни истца и ее несовершеннолетней дочери, необратимость наступивших последствий, а также обстоятельств, при которых был причинен вред, принципы разумности и справедливости, баланс интересов сторон, а так же то, что ответчик является бюджетным учреждением, финансируемым за счет бюджета и осуществляющим важную социальную функцию, и находит возможным определить ко взысканию сумму в размере 350 000 рублей. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не находит.

В соответствии со ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

По смыслу п. 1 ст. 1174 ГК РФ расходы на достойные похороны должны отвечать двум требованиям - быть необходимыми и соответствовать обычаям и традициям, применяемым при погребении.

Положениями ст. 3 Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" определено понятие погребения как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Пунктом 6.1 Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, рекомендованных протоколом НТС Госстроя России от 25 декабря 2001 года N 01-НС-22/1, в церемонию похорон входят, как правило, обряды: омовения и подготовки к похоронам; траурного кортежа (похоронного поезда); прощания и панихиды (траурного митинга); переноса останков к месту погребения; захоронения останков (праха после кремации); поминовение. Подготовка к погребению включает в себя: получение медицинского свидетельства о смерти; получение государственного свидетельства о смерти в органах ЗАГСа; перевозку умершего в патологоанатомическое отделение (если для этого есть основания); приобретение и доставка похоронных принадлежностей; оформление счета-заказа на проведение погребения; омовение, постижерные операции и облачение с последующим уложением умершего в гроб; приобретение продуктов для поминальной трапезы или заказ на нее.

Под поминальной трапезой подразумевается обед, проводимый в определенном порядке в доме усопшего или других местах (ресторанах, кафе и т.п.).

В силу ст. 5 Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

По смыслу приведенных положений закона к числу необходимых расходов на погребение, помимо средств, затраченных непосредственно на захоронение погибшего, относятся и ритуальные расходы, включая изготовление и установку надгробного памятника, поскольку увековечение памяти умерших таким образом является традицией.

Возмещение расходов осуществляется на основе принципа соблюдения баланса разумности трат с одной стороны и необходимости их несения в целях обеспечения достойных похорон и сопутствующих им мероприятий в отношении умершего.

Судом установлено, что истцом ФИО1 в связи с погребением брата В.С. понесены расходы на погребение в размере 59 660 рублей, состоящих из стоимости оформления документов, необходимых для погребения, приобретения и доставки гроба, других ритуальных предметов; поминальный обед, проведенный в день похорон, в размере 94500 рублей, приобретение продуктов для поминального обеда в размере 3068 рублей 71 копейка; спиртных напитков (кагор) в размере 1 439 рублей; изготовление памятника в размере 38100 рублей, приобретение одежды усопшему в размере 3500 рублей, обустройство могилы (изготовление и установка ограды, стола, лавки) в размере 18870 рублей, приобретение ритуальных предметов (платков, полотенец) в размере 4950 рублей

Несение расходов на погребение В.С. подтверждено договором № № на оказание ритуальных услуг, заключенным между ИП «ФИО11.» и ФИО1 3 января 2019 года, накладной № № от 5 января 2019 года, квитанцией к приходно-кассовому ордеру ИП «ФИО11.» № № от 5 января 2019 года, квитанцией к приходно-кассовому ордеру ИП «ФИО12.» № № от 5 января 2019 года, меню на поминальный обед стоимостью 630 рублей на человека ИП «ФИО12.» от 5 января 2019 года, товарным чеком ИП «ФИО13.» от 29 марта 2019 года, товарным чеком ИП «ФИО13.» от 20 января 2019 года, товарным чеком ИП «ФИО14.» от 3 января 2019 года, товарным чеком «отдел Франт ТЦ Красные Холмы» от 3 января 2019 года, товарным чеком ИП «ФИО15.», а также обозренными в судебном заседании фотографиями с могилы умершего В.С., из которых следует, что на месте захоронения установлен памятник, обустроена могила, установлена ограда, стол и лавочка.

Оснований для взыскания стоимости приобретения спиртных напитков в размере 1 439 рублей суд не находит, поскольку расходы по приобретению спиртных напитков не являются необходимыми затратами, связанными с непосредственным погребением умершего, не являются обязательными, поэтому возмещению не подлежат.

Кроме того, истцом в общую сумму расходов на достойные похороны брата, включены расходы на ритуальные услуги, предусмотренные договором об оказании ритуальных услуг № № в размере 61 060 рублей. Между тем, судом установлено, что истцом по указанному договору оплачено 59 660 рублей, что подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру № № от 5 января 2019 года. Поэтому в пользу истца с ответчика, работником которого была оказана ненадлежащая медицинская помощь брату истца, в силу положений вышеуказанных норм закона, подлежат взысканию понесенные расходы в размере 59 660 рублей, подтвержденные надлежащими доказательствами.

Таким образом, заявленные истцом требования о взыскании понесенных ею расходов на погребение подлежат частичному удовлетворению на сумму 222 648 рублей 71 копейка, поскольку являются необходимыми для организации достойных похорон и разумными, отвечают обычаям, общеприняты. Доказательств их чрезмерности ответчиком суду не представлено.

С учетом изложенного, исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда и взыскании материального ущерба подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу положений ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей, почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из положений ч.1 ст. 48 ГПК РФ следует, что граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

В ходе рассмотрения настоящего гражданского дела интересы истца представляла по доверенности ФИО3, расходы на оплату услуг представителя составили 30 000 рублей, что подтверждается договором на оказание юридических услуг от 21 мая 2021 года, распиской ФИО3 о получении денежных средств.

С учетом частичного удовлетворения исковых требований о взыскании материального ущерба, объема оказанной юридической помощи, степени участия в рассмотрении дела представителя истца, количества судебных заседаний с участием представителя истца, сложности рассматриваемого дела, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд считает подлежащими взысканию расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей.

При обращении в суд исковым заявлением истцом понесены почтовые расходы в размере 409 рублей 28 копеек на направление искового заявления и приложенных документов в суд и третьему лицу Министерству здравоохранения Пензенской области, что подтверждается кассовыми чеками № прод 067400, прод 067401. Данные расходы суд считает вынужденными и необходимыми и приходит к выводу о наличии оснований для их взыскания с ответчика в пользу истца.

Поскольку с ответчика в пользу истца взыскана компенсация морального вреда, а также материальный ущерб, при этом истец освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчика в соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ, ст.333.36 НК РФ в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 5726 рублей 49 копеек (5426 рублей 49 копеек за требование имущественного характера, подлежащего оценки и 300 рублей за требование неимущественного характера).

Руководствуясь ст.ст. 194-199, ст. 233-237 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к ГБУЗ «Пензенская областная станция скорой медицинской помощи» о взыскании компенсации морального вреда и материального ущерба - удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ «Пензенская областная станция скорой медицинской помощи» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей, в возмещение материального ущерба 222 648 (двести двадцать две тысячи шестьсот сорок восемь) рублей 71 копейка, расходы на оплату юридических услуг в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей, почтовые расходы в размере 409 (четыреста девять) рублей 28 копеек.

В удовлетворении иска ФИО1 к ГБУЗ «Пензенская областная станция скорой медицинской помощи» в остальной части – отказать.

Взыскать с ГБУЗ «Пензенская областная станция скорой медицинской помощи» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 5726 (пять тысяч семьсот двадцать шесть) рублей 49 копеек.

Ответчик вправе подать в Бессоновский районный суд Пензенской области заявление об отмене решения суда, в течение семи дней со дня вручения им копии решения.

Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиками заявления об отмене решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Мотивированное решение изготовлено 19 декабря 2022 года.

Судья Т.Б. Недопекина