Решение по делу № 2-997/2024 от 07.05.2024 - о включении в стаж периодов работы, назначении пенсии.

Гр.дело №2-997/2024

УИД: 04RS0021-01-2024-001596-46

Решение в окончательной форме изготовлено 7 мая 2024 года

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

6 мая 2023 года г.Улан-Удэ

Советский районный суд г. Улан-Удэ в составе судьи Помишиной Л.Н., при секретаре Балдановой М.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-997/2024 по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия о включении в стаж периодов работы, назначении пенсии,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ОСФР по РБ, в котором просит включить в стаж для назначения страховой пенсии по старости периоды работы с 15 июля 1991 года по 14 ноября 1993 года грузчиком склада готовой продукции учреждения ОВ 94/5 ОИД МВД Бурятской АССР; с 15 ноября 1993 года по 15 ноября 1994 года в пошивочном цехе ОВ 94/5 СИД и СР МВД по РБ; с 16 ноября 1994 года по 20 июня 1995 года – слесарем в механический цех ОВ 94/5 СИД и СР МВД по РБ; 21 октября 1999 года по 22 декабря 2003 года в кож-мех цехе в качестве уборщика; обязать ОСФР по РБ назначить страховую пенсию по старости с момента обращения.

Требования мотивированы тем, что 27 апреля 2018 года истец обратился в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии по старости по ст. 8 Федерального закона №400 «О страховых пенсиях» и получил отказ в ее установлении, поскольку на день достижения возраста 60 лет, продолжительность страхового стажа составила 1 год 1 месяц 27 дней, при требуемой продолжительности не менее 9 лет, величина ИПК – 1,258 при необходимом значении величины с 1 января 2018 года – не ниже 13,8. Согласно архивной справке УФСИН по РБ от 15 января 2018 года в спорные периоды истец трудился в период отбывания наказания в исправительных учреждениях.

Определением суда к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ФКУ ЛИУ-5 УФСИН России по Республике Бурятия.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, надлежаще извещен.

Представитель истца по доверенности ФИО2 заявленные требования поддержала, по доводам иска.

Представитель ответчика ОСФР по РБ по доверенности ФИО3 возражала против удовлетворения иска, оснований для включения спорных периодов в страховой стаж не имеется, и даже с учетом заявленных периодов в период отбывания наказания в виде лишения свободы величина индивидуального пенсионного коэффициента составит 6,220, что ниже требуемых 13,8, соответственно, оснований для назначения пенсии не имеется, поскольку условия для ее установления не соблюдены.

Представитель третьего лица ФКУ ЛИУ-5 УФСИН России по РБ по доверенности ФИО4 пояснил, что в архиве учреждения отсутствуют сведения относительно фактически проработанного времени при выполнении трудовых заданий в отношении ФИО1

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Согласно статье 7 Конституции РФ Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных службы, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты.

Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции РФ).

Федеральный законодатель, к компетенции которого Конституция Российской Федерации относит установление пенсионной системы (статья 39, часть 2), располагает достаточной свободой усмотрения при определении правовых оснований, условий назначения и порядка исчисления пенсий. Вместе с тем он должен соотносить принимаемые решения с конституционно значимыми принципами пенсионного обеспечения и действовать в рамках международно-правовых обязательств Российской Федерации (статья 15, часть 4; статья 17, часть 1, Конституции Российской Федерации), вытекающих, в частности, из Всеобщей декларации прав человека, провозглашающей право каждого человека на социальное обеспечение.

В силу ч. 1, 2, 3 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях в Российской Федерации» право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет; страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа; страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (в редакции, действовавшей с 7 марта 2018 года).

Согласно ч. 1 ст. 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, в 2018 году составляет девять лет.

Продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, предусмотренная частью 2 статьи 8 настоящего Федерального закона, начиная с 1 января 2016 года ежегодно увеличивается на один год согласно приложению 3 к настоящему Федеральному закону. При этом необходимая продолжительность страхового стажа определяется на день достижения возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона (ч. 2 ст. 35 названного Федерального закона).

С 1 января 2015 года страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины индивидуального пенсионного коэффициента 30. При этом необходимая величина индивидуального пенсионного коэффициента при назначении страховой пенсии по старости определяется на день достижения возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона, а при назначении страховой пенсии по старости ранее достижения возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона, - на день установления этой страховой пенсии (ч. 3 ст. 35 названного Федерального закона).

Согласно приведенным положениям ст. 8, ч. 1, 2, 3 ст. 35 Федерального закона «О страховых пенсиях», с 1 января 2018 года страховая пенсия по старости назначается по достижении установленного возраста, при наличии не менее 9 лет страхового стажа, величине индивидуального пенсионного коэффициента в размере не ниже 13,8.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации (ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ)

При подсчете страхового стажа периоды работы на территории Российской Федерации, предусмотренные статьей 11 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» могут устанавливаться на основании показаний двух и более свидетелей, если документы о работе утрачены в связи со стихийным бедствием (землетрясением, наводнением, ураганом, пожаром и тому подобными причинами) и восстановить их невозможно. В отдельных случаях допускается установление стажа работы на основании показаний двух и более свидетелей при утрате документов и по другим причинам (вследствие небрежного их хранения, умышленного уничтожения и тому подобных причин) не по вине работника.

В силу ч. 2 ст. 14 вышеуказанного Федерального закона при подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены ст. 11 и 12 Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

Из ч. 3 ст. 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ при подсчете страхового стажа периоды работы на территории Российской Федерации, предусмотренные ст. 11 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» могут устанавливаться на основании показаний двух и более свидетелей, еслидокументы о работе утрачены в связи со стихийным бедствием (землетрясением, наводнением, ураганом, пожаром и тому подобными причинами) и восстановить их невозможно. В отдельных случаях допускается установление стажа работы на основании показаний двух и более свидетелей при утрате документов и по другим причинам (вследствие небрежного их хранения, умышленного уничтожения и тому подобных причин) не по вине работника. Характер работы показаниями свидетелей не подтверждается.

Аналогичные положения содержались в ст. 13 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях».

Периоды работы и (или) иной деятельности, имевшие место до дня вступления в силу Федерального закона «О страховых пенсиях», могут подтверждаться в порядке, установленном соответствующими нормативными правовыми актами, действовавшими в период выполнения работы и (или) иной деятельности (п. 8 Постановления Правительства РФ от 02.10.2014 года № 1015 «Об утверждении Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий»).

В соответствии с п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.12.2012 года № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» согласно п. 1 ст. 9 Федерального закона от 16 июля 1999 года № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» лица, работающие по трудовому договору, подлежат обязательному социальному страхованию (включая пенсионное) с момента заключения трудового договора с работодателем. Уплата страховых взносов является обязанностью каждого работодателя как субъекта отношения по обязательному социальному страхованию (ст. 1 и 22 Трудового кодекса Российской Федерации). Невыполнение этой обязанности не может служить основанием для того, чтобы не включать периоды работы, за которые не были уплачены полностью или в части страховые взносы, в страховой стаж, учитываемый при определении права на трудовую пенсию.

В силу ст. 66 Трудового кодекса РФ трудовая книжка установленного образца является основным документов о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

В соответствии с п. 6 Приказа Министерства труда и социальной защиты РФ № 958н от 28.11.2011 г. «Об утверждении перечня документов, необходимых для назначения страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению» для назначения страховой пенсии по старости необходимы документы, подтверждающие периоды работы и (или) иной деятельности, включаемые в страховой стаж, правила подсчета и подтверждения которого утверждены постановлением Правительства РФ от 2 октября 2014 г. № 1015 «Об утверждении Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий».

В соответствии с Правилами подсчета и подтверждения страхового стажа для установления трудовых пенсий, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 июля 2002 года № 555, и в соответствии с вступившими в силу с 1 января 2015 года Правилами подсчета и подтверждения страхового стажа для установления трудовых пенсий, утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 2 октября 2014 года № 1015, основным документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, включаемые в страховой стаж, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица, является трудовая книжка установленного образца.

При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, когда в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы (пункт 11 Правил, утв. Постановлением Правительства РФ от 2 октября 2014 года № 1015).

В соответствии с ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены, в том числе из объяснений сторон, письменных доказательств.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что 23 апреля 2018 года истец обратился в пенсионный орган с заявлением о назначении страховой пенсии по старости на основании ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях».

Решением ЦУВП ПФР в РБ от 27 апреля 2018 года истцу отказано в назначении пенсии, поскольку на день обращения за назначением пенсии страховой стаж составил 1 год 1 месяц 27 дней, при требуемой продолжительности не менее 9 лет, при этом, величина индивидуального пенсионного коэффициента определение – 1,258 при необходимом значении величины с 1 января 2018 года не ниже 13,8.

По Выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица следует, что ФИО1 зарегистрирован в системе обязательного пенсионного страхования с 21 декабря 1999 года, и в ней отсутствуют сведения о периодах работы в период отбывания наказания в исправительных учреждениях.

Приговором Народного суда Заиграевского района Бурятской АССР от 20 августа 1987 года ФИО1 признан виновным в преступлениях, предусмотренных УК РСФСР с назначением наказания – 8 лет лишения свободы с отбытием наказания в исправительно-трудовой колонии строго режима.

Согласно справке ИЦ МВД по РБ от 25 марта 2024 года ФИО1 освобожден 20 июня 1995 года по отбытию наказания из ОВ-94/5.

Приговором Заиграевского районного народного суда Бурятской АССР от 3 марта 1998 года ФИО1 признан виновным с назначением наказания 6 лет лишения свободы в исправительно-трудовой колонии строго режима.

Согласно справке ИЦ МВД по РБ от 25 марта 2024 года ФИО1 освобожден 19 мая 2001 года условно-досрочно из ОВ-94/5 по постановлению Мухоршибирского районного суда от 18 мая 2001 года.

По справкам УФСИН России по РБ от 15 января 2018 года, от 1 апреля 2024 года, ФКУ ЛИУ-5 УФСИН России по РБ от 22 апреля 2024 года в документах архива УФСИН России по РБ значится, что осужденный ФИО1 работал в учреждении ОВ-94/5 ОИД МВД Бурятской АССР с 15 июля 1991 года по 14 ноября 1993 года грузчиком склада готовой продукции учреждения ОВ 94/5 ОИД МВД Бурятской АССР; с 15 ноября 1993 года по 15 ноября 1994 года в пошивочном цехе ОВ 94/5 СИД и СР МВД по РБ; с 16 ноября 1994 года по 20 июня 1995 года – слесарем в механический цех ОВ 94/5 СИД и СР МВД по РБ; 21 октября 1999 года по 22 декабря 2003 года в кож-мех цехе в качестве уборщика.

Разрешая требования истца о включении в страховой стаж фактически проработанное время в период отбывания наказания в виде лишения свободы суд приходит к следующему.

В силу ч. 1, ч. 2 ст. 11 Федерального закона «О страховых пенсиях» в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись или уплачивались страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

Периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, за пределами территории Российской Федерации, включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации или международными договорами Российской Федерации, либо в случае уплаты страховых взносов в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».

На основании части 3 статьи 104 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации время привлечения осужденных к оплачиваемому труду засчитывается им в общий трудовой стаж. Учет отработанного времени возлагается на администрацию исправительного учреждения и производится по итогам календарного года. При систематическом уклонении осужденного от выполнения работы соответствующий период времени исключается по решению администрации исправительного учреждения из его общего трудового стажа. Решение администрации исправительного учреждения может быть обжаловано осужденным в суд.

До внесения изменений в Исправительно-трудовой кодекс РСФСР (действовавший в редакции Указов Президиума Верховного Совета РСФСР от 11 марта 1977 г., от 4 марта 1983 г. и от 18 сентября 1985 г.) часть 6 статьи 38 и часть 3 статьи 66 предусматривали, что время работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы в трудовой стаж не засчитывается, кроме случаев, специально предусмотренных в законе. При этом при условии добросовестной работы и примерного поведения осужденным, отбывшим наказание в колониях-поселениях, суд по совместному ходатайству органа, ведающего исполнением наказания, и наблюдательной комиссии при исполнительном комитете местного Совета народных депутатов, может включить время их работы в колониях-поселениях в общий трудовой стаж.

Законом Российской Федерации от 12 июня 1992 г. № 2988-1 «О внесении изменений и дополнений в Исправительно-трудовой кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР», вступившего в силу с 21 июля 1992 г., часть 6 статьи 38 Исправительно-трудового кодекса РСФСР исключена и заменена двумя дополнительными частями следующего содержания: «Время работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы засчитывается в общий трудовой стаж. Учет проработанного времени возлагается на администрацию исправительно-трудового учреждения и производится ею по итогам календарного года. При систематическом уклонении осужденным от выполнения трудовых заданий или ином проявлении им недобросовестного отношения к труду соответствующий период времени исключается по представлению администрации исправительно-трудового учреждения из общего трудового стажа осужденного решением суда».

Согласно Постановлению Верховного Совета Российской Федерации от 12 июня 1992 г. № 2989-1 «О порядке введения в действие Закона Российской Федерации от 12 июня 1992 года № 2988-1 «О внесении изменений и дополнений в ИТК РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР» принятая этим Законом в новой редакции ч. 6 ст. 38 Исправительно-трудового кодекса РСФСР (предусматривающая включение периодов исправительных работ в трудовой стаж) вступает в силу с 1 сентября 1992 года.

В связи с внесением изменений в часть 6 статьи 38 Исправительно-трудового кодекса РСФСР, норма которой соответствует норме части 3 статьи 104 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, действующего в настоящее время, указанием Министерства социальной защиты населения Российской Федерации от 2 ноября 1992 № 1-94-У была принята Инструкция «О порядке учета времени работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы, засчитываемого в общий трудовой стаж», в пункте 1.1 которой также указано о том, что положение части 6 статьи 38 ИТК РСФСР вступает в силу только с 1 сентября 1992 года.

До внесения изменений в Исправительно-трудовой кодекс РСФСР (действовавший в редакции Указов Президиума Верховного Совета РСФСР от 11 марта 1977 года, от 4 марта 1983 года и от 18 сентября 1985 года) часть 6 статьи 38 и часть 3 статьи 66 предусматривали, что при условии добросовестной работы и примерного поведения осужденным, отбывшим наказание в колониях-поселениях, суд по совместному ходатайству органа, ведающего исполнением наказания, и наблюдательной комиссии при исполнительном комитете местного Совета народных депутатов, может включить время их работы в колониях-поселениях в общий трудовой стаж.

Таким образом, время работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы стало учитываться в общий трудовой стаж с 1 сентября 1992 года, а основанием для включения времени работы в период отбывания наказания в местах лишения свободы до 1 сентября 1992 года являлось решение суда, вынесенное по совместному ходатайству органа, ведающего исполнением наказания, и наблюдательной комиссии при исполнительном комитете местного Совета народных депутатов трудящихся, в порядке установленном уголовно-процессуальным законодательством.

Так, согласно Инструкции «О порядке учета времени работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы, засчитываемого в общий трудовой стаж» время работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы засчитывается в общий трудовой стаж для назначения пенсий (пункт 1.1), учет проработанного осужденным в местах лишения свободы времени возлагается на администрацию места отбывания наказания и производится по итогам календарного года (пункт 1.2), в общий трудовой стаж включается фактически проработанное время при выполнении трудовых заданий и добросовестном отношении к труду(пункт 1.3), общий трудовой стаж устанавливается по документам, выданным администрацией учреждения(пункт 1.4).

Документом, подтверждающим время работы осужденного в местах лишения свободы, является трудовая книжка, а при ее отсутствии - справка, выдаваемая администрацией исправительно-трудового учреждения (пункт 2.3).

Сведения о фактически проработанном осужденным в течение календарного месяца времени (сумма рабочих часов переводится в число рабочих дней), уровне выполнения им норм (заданий) и средней заработной плате отражаются по мере обработки его личной карточки с заполнением карты учета (пункт 3.1).

Из правового смысла указанных норм следует, что время работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы засчитывается в общий трудовой стаж для назначения пенсии только, если этот период работы имел место после 1 сентября 1992 года, поскольку до этого условия труда лиц, лишенных свободы, регулировались исправительно-трудовым законодательством РСФСР.

В силу правила, которое устанавливалось частью 6 статьи 38 Исправительно-трудового кодекса РСФСР, действовавшего в спорный период с 15 июля 1991 года по 31 августа 1991 года, время работы осужденных в период отбывания наказания в виде лишения свободы в трудовой стаж осужденного не засчитывалось, и в отношении ФИО1 соответствующего судебного постановления для его включения в страховой стаж не выносилось.

Оснований для включения в страховой стаж времени работы в период отбывания наказания с 1 сентября 1992 года по 20 июня 1995 года, с 21 октября 1999 года по 22 декабря 2003 года также не имеется, при том, что истец был освобожден 19 мая 2001 года, соответственно, до декабря 2003 года в исправительном учреждении не содержался.

Так, трудовая книжка на имя ФИО1 суду не представлена.

По справкам УФСИН России по РБ от 1 апреля 2024 года, ФКУ ЛИУ-5 УФСИН России по РБ от 22 апреля 2024 года в документах архива в лицевых счетах на выплату заработной платы осужденным учреждения ОВ-94/5 УИН Минюста России по РБ за 1991 -2001 годы сведений о начислении заработной платы ФИО5 не значатся, а в выписке из ИЛС отсутствуют сведения о начислении страховых взносов в отношении истца.

Из акта документальной проверки УПФР в г. Улан-Удэ № 368 от 3 мая 2018 года страхователя УФСИН России по РБ по лицевым счетам за период с 1987 по 2000 годы ФИО1 не значится.

Также по сведениям УФСИН России по РБ, ФКУ ЛИУ-5 УФСИН России по РБ в архиве сведения относительно фактически проработанного времени ФИО1 при выполнении трудовых заданий не имеется, тогда как по смыслу вышеприведенных норм следует, что в общий трудовой стаж включается именно фактически проработанное осужденным время при выполнении трудовых заданий и добросовестном отношении к труду.

Суд также отмечает, что даже при включении спорных периодов в страховой стаж величина ИПК не достигнет требуемой величины в 2018 году – 13,8, согласно расчету ответчика ИПК будет равен 6,220.

При таких обстоятельствах, требования истца удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 (СНИЛС "номер обезличен") к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия (ИНН <***>) о включении в стаж периодов работы, назначении пенсии отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятия путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Советский районный суд г. Улан-Удэ.

Судья: Л.Н. Помишина