Мотивированное решение составлено 30 ноября 2022 года

66RS0020-01-2022-001993-42

Дело № 2а-1744/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 ноября 2022 года пгт. Белоярский

Белоярский районный суд Свердловской области в составе председательствующего Коняхина А.А., при секретаре судебного заседания Черепановой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению «Газпромбанк» (Акционерное общество) к судебному приставу-исполнителю Белоярского районного отделения судебных приставов Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области ФИО1, Белоярскому районному отделению судебных приставов Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области, Главному управлению Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области о признании незаконным постановления судебного пристава-исполнителя,

установил:

«Газпромбанк» (АО) обратилось в суд с административным иском, в котором просит признать незаконным постановление судебного пристава-исполнителя ФИО1 от 08 августа 2022 года по исполнительному производству № 44805/19/66019-ИП от 16 августа 2018 года, которым удовлетворено ходатайство ФИО2

В обоснование требований указано, что на исполнении у судебного пристава-исполнителя ФИО1 находится исполнительное производство № 44805/19/66019-ИП от 16 августа 2018 года, взыскатель – «Газпромбанк» (АО), должник – ФИО2, предмет исполнения – задолженность по кредитному договору в размере 54 679 рублей 83 копейки. 24 марта 2022 года Арбитражным судом города Москвы вынесено определение о процессуальном правопреемстве на сумму 1 500 000 рублей, которое подтверждает долг ФИО3 перед ФИО2 21 июля 2022 года ФИО2 подал заявление о зачете при уступке прав требования. 08 августа 2022 года судебным приставом-исполнителем ФИО1 указанное заявление удовлетворено, вынесено соответствующее постановление. Оспариваемое постановление получено «Газпромбанк» (АО) 20 сентября 2022 года, основания для проведения зачета и удовлетворения ходатайства ФИО2 отсутствовали, банк согласия на зачет не давал, заявления ФИО2 не получал, встречность и однородность требований отсутствует.

В письменных возражениях на административный иск заинтересованное лицо ФИО2 указывает, что срок обжалования административным истцом пропущен, истек 19 августа 2022 года, а также ссылается на правомерность удовлетворения своего ходатайства о зачете требований со ссылками на нормы права и судебную практику.

В судебное заседание представитель административного истца, административный ответчик судебный пристав-исполнитель ФИО1, представитель административного ответчика ГУФССП России по Свердловской области, заинтересованные лица ФИО2, ФИО3 не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом – электронной почтой, заказной почтовой корреспонденцией.

Поскольку все лица, участвующие в деле, надлежащим образом были извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном интернет-сайте Белоярского районного суда Свердловской области, в соответствии с частью 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд рассмотрел дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Право обжалования решений, действий (бездействия) должностных лиц службы судебных приставов предусмотрено положениями статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, части 4 статьи 14, части 1 статьи 121 Федерального закона от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Федеральный закон «Об исполнительном производстве»).

Из содержания статьи 218, пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в их системном толковании следует, что решения, действия (бездействие) должностных лиц могут быть признаны неправомерными, только если таковые не соответствуют закону и нарушают охраняемые права и интересы граждан либо иных лиц.

В соответствии со статьей 360 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации постановления главного судебного пристава Российской Федерации, главного судебного пристава субъекта (главного судебного пристава субъектов) Российской Федерации, старшего судебного пристава, их заместителей, судебного пристава-исполнителя, их действия (бездействие) могут быть оспорены в суде в порядке, установленном главой 22 данного Кодекса.

В силу статьи 12 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации» в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных Федеральным законом «Об исполнительном производстве», судебный пристав-исполнитель, в частности, рассматривает заявления сторон по поводу исполнительного производства и их ходатайства, выносит соответствующие постановления, разъясняя сроки и порядок их обжалования.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, 16 августа 2018 года судебным приставом-исполнителем ФИО1 возбуждено исполнительное производство № 44805/19/66019-ИП, взыскатель – «Газпромбанк» (АО), должник – ФИО2, предмет исполнения – задолженность по кредитному договору в размере 54 679 рублей 83 копейки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15 марта 2022 года по делу № А40-160299/15-73-319 в порядке процессуального правопреемства ФИО4 заменен на ФИО2 в части требования к ФИО3 на сумму 1 500 000 рублей.

21 июля 2022 года ФИО2 подал судебному приставу-исполнителю ФИО1 заявление о зачете при уступке прав требования на сумму 54 679 рублей 83 копейки и сумму по исполнительному сбору, считать должника ФИО2 исполнившим требования исполнительного листа по исполнительному производству № 44805/19/66019-ИП от 16 августа 2018 года в полном объеме. К зачету просил принять принадлежащую на праве собственности ФИО2 дебиторскую задолженность в размере 1 500 000 рублей с правом требования к ФИО3

08 августа 2022 года судебным приставом-исполнителем ФИО1 указанное заявление удовлетворено, вынесено соответствующее постановление.

Административный иск подан в пределах установленного 10-дневного срока обращения в суд со дня получения копии оспариваемого постановления, довод заинтересованного лица ФИО2 о пропуске указанного срока основан на ошибочном его исчислении со дня вынесения постановления, что противоречит положениям ч. 3 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Суд приходит к выводу об отсутствии у судебного пристава-исполнителя ФИО1 правовых оснований для проведения зачета требований по исполнительному производству № 44805/19/66019-ИП от 16 августа 2018 года исходя из следующего.

В силу положений статьи 2 Федерального закона «Об исполнительном производстве» задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан.

Исполнительные действия, которые вправе совершать судебный пристав-исполнитель в процессе исполнения требований исполнительных документов, перечислены в статье 64 Федерального закона «Об исполнительном производстве».

В соответствии с пунктом 16.1 части 1 статьи 64 Федерального закона «Об исполнительном производстве», судебный пристав-исполнитель вправе производить зачет встречных однородных требований, подтвержденных исполнительными документами о взыскании денежных средств.

Согласно части 1 статьи 88.1 Федерального закона «Об исполнительном производстве», по заявлению взыскателя или должника либо по собственной инициативе судебный пристав-исполнитель производит зачет встречных однородных требований, подтвержденных исполнительными документами о взыскании денежных средств, на основании которых возбуждены исполнительные производства, за исключением случаев, установленных законодательством Российской Федерации.

Из указанной нормы закона следует, что встречные требования о взыскании денежных средств должны быть подтверждены исполнительными документами.

Такое толкование закона соответствует разъяснениям, данным в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», в котором, в частности, указано, что зачет требований является допустимым и после вступления в законную силу судебных актов, подтвердивших наличие и размер соответствующих обязательств сторон, но без возбуждения по одному или обоим судебным актам исполнительного производства, а также после вступления в законную силу судебного акта по одному требованию и при отсутствии возражений должника по другому требованию.

При этом осуществление зачета в рамках исполнительного производства возможно при соблюдении правил осуществления зачета встречных требований, предусмотренные гражданским законодательством.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», содержащимся в пункте 36 постановления, фактическое исполнение исполнительного документа (полностью или в части) может состояться при проведении судебным приставом-исполнителем зачета встречных однородных требований, подтвержденных исполнительными документами о взыскании денежных средств, на основании которых возбуждены исполнительные производства.

В соответствии со статьей 410 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Согласно статье 410 Гражданского кодекса Российской Федерации для прекращения обязательств зачетом, по общему правилу, необходимо, чтобы требования сторон были встречными, их предметы были однородными и по требованию лица, которое осуществляет зачет своим односторонним волеизъявлением (далее - активное требование), наступил срок исполнения. Указанные условия зачета должны существовать на момент совершения стороной заявления о зачете (п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»).

Судебный пристав-исполнитель не наделен полномочиями по проведению зачета, а вправе лишь принять зачет, проведенный сторонами исполнительного производства. Для принятия зачета в рамках исполнительного производства необходимо наличие встречного требования должника по исполнительному производству к взыскателю, которое подтверждено судом и по которому также выдан исполнительный лист.

Таким образом, зачет встречных однородных требований на стадии исполнительного производства допускается на основании заявления одной из сторон только при наличии встречных исполнительных листов. Взыскатель по исполнительному листу, получив уведомление о зачете, вправе согласиться и сообщить судебному приставу-исполнителю об этом, что будет означать зачет по соглашению сторон. Однако, получив заявление о зачете, взыскатель может не согласиться на зачет и настаивать на исполнении судебного акта.

Доказательств наличия исполнительного производства, в котором ФИО3 является должником, а ФИО2 – взыскателем, доказательств получения взыскателем по исполнительному производству № 44805/19/66019-ИП от 16 августа 2018 года уведомления ФИО2 о зачете, доказательств согласия взыскателя на зачет не представлено.

Кроме того, требования ФИО2 к ФИО3 не являются встречными по отношению к требованию «Газпромбанк» (АО) к ФИО2

Соблюдение критерия встречности требований для зачета согласно статье 410 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает, что кредитор по активному требованию является должником по требованию, против которого зачитывается активное требование (далее - пассивное требование). В случаях, предусмотренных законом или договором, зачетом могут быть прекращены требования, не являющиеся встречными, например, согласно положениям пункта 4 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»).

Статьей 412 Гражданского кодекса Российской Федерации, содержащей специальные правила о зачете при уступке требования, оговорено, что в случае уступки требования должник вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору.

Такой зачет производится, если требование возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования, и срок требования наступил до его получения либо этот срок не указан или определен моментом востребования.

Довод ФИО2 о том, что зачет его требований к ФИО5 против требования «Газпромбанк» (АО) возможен с отступлением от критерия встречности с учетом положений ст. 412 Гражданского кодекса Российской Федерации, т.к. данный зачет происходит при уступке требования основан на неверном понимании им положений ст. 412 Гражданского кодекса Российской Федерации, не соотносится с фактическими обстоятельствами дела.

Право на зачет при уступке требования возникает у должника, который может зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору.

Уступка состоялась между ФИО2 как новым кредитором и ФИО4 как первоначальным кредитором по отношению к должнику ФИО3

Таким образом, у ФИО2 в связи с данной уступкой исходя из положений ст. 412 Гражданского кодекса Российской Федерации никакого права на зачет не возникло, такое право применительно к рассматриваемым гражданским правоотношениям могло возникнуть только у должника, то есть у ФИО3, который имел бы право зачесть против требования ФИО2 свое встречное требование к ФИО4, если бы оно у ФИО3 имелось.

В отношениях с «Газпромбанк» (АО), где ФИО2 является должником, у него возникло бы право на зачет при уступке требования, если бы «Газпромбанк» (АО) уступил свое право требования к ФИО2 иному лицу, а у ФИО2 имелось бы встречное требование к «Газпромбанк» (АО).

Доказательства существования подобных требований и уступок отсутствуют.

Приведенная заинтересованным лицом многочисленная судебная практика о законности и обоснованности его доводов не свидетельствует, поскольку касается правоотношений, имеющих иную субъектную конструкцию и иное материально-правовое и процессуально-правовое содержание.

Согласно ч. 6 ст. 64.1 Федерального закона «Об исполнительном производстве» в случае удовлетворения заявления, ходатайства должностное лицо службы судебных приставов в постановлении указывает, какие исполнительные действия совершены (подлежат совершению) и (или) какие меры принудительного исполнения применены (подлежат применению), если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

В обжалуемом постановлении судебного пристава-исполнителя не указано, какое именно заявление (ходатайство) ФИО2 было им удовлетворено, не указано никаких исполнительные действия, которые подлежат совершению, и никаких мер принудительного исполнения, которые подлежат применению.

Таким образом, поскольку при рассмотрении настоящего дела установлена совокупность предусмотренных пунктом 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации условий, постольку имеются основания для удовлетворения административного искового заявления «Газпромбанк» (АО).

Руководствуясь статьями 175 – 180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

административное исковое заявление административному исковому заявлению «Газпромбанк» (Акционерное общество) к судебному приставу-исполнителю Белоярского районного отделения судебных приставов Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области ФИО1, Белоярскому районному отделению судебных приставов Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области, Главному управлению Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области о признании незаконным постановления судебного пристава-исполнителя удовлетворить.

Признать незаконным постановление судебного пристава-исполнителя Белоярского районного отделения судебных приставов Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области ФИО1 от 08 августа 2022 года по исполнительному производству № 44805/19/66019-ИП от 16 августа 2018 года, об удовлетворении ходатайства должника.

Возложить на судебного пристава-исполнителя Белоярского районного отделения судебных приставов Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области ФИО1 обязанность устранить допущенное нарушение прав административного истца.

Об исполнении решения суда сообщить в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу в Белоярский районный суд и административному истцу.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по административным делам Свердловского областного суда в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Белоярский районный суд Свердловской области.

Судья А.А. Коняхин