Дело (УИД) 15RS0010-01-2021-002662 - 18 № 2-1193/2025
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Владикавказ 14 июля 2025 года
Промышленный районный суд гор. Владикавказа РСО-Алания в составе председательствующего судьи Моргоевой Ф.Б., при ведении протокола судбеного заседания помощника судьи Сабановой М.С.,
с участием представителя истца ФИО1, действующей на основании нотариальной доверенности №<данные изъяты> года,
рассмотрев в открытом судебном гражданское дело по иску ФИО2 ФИО20 к ФИО3 ФИО21, ФИО6 ФИО22 о признании недействительным договора купли- продажи квартиры от <данные изъяты> г., признании недействительным договора купли-продажи квартиры от <данные изъяты> г. и применении последствий недействительности сделок,
УСТАНОВИЛ:
ФИО4 обратилась за судебной защитой с иском о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: РСО-Алания, г. <данные изъяты>, заключенного <данные изъяты> г. между ней и ФИО5
В обоснование заявленных требований истица указала, что <данные изъяты> г. заключила с ответчиком ФИО5, договор займа на сумму 1200 000 рублей сроком до <данные изъяты> г. В качестве обеспечения исполнения заемных обязательств между ними был заключен договор залога 24.12.2018 г. на принадлежащую ей квартиру по вышеуказанному адресу. Согласно п.2.1. договора залога стоимость залогового имущества была определена сторонами в размере 2 000 000 рублей. В дальнейшем, в <данные изъяты> году, под психологическим воздействием ответчика она подписала договор купли-продажи своей квартиры за сумму два миллиона сто тысяч рублей, но из квартиры не выселялась и продолжает им пользоваться.
Доказательством притворности сделки она считает то обстоятельство, что продажная стоимость квартиры указана два миллиона рублей, тогда как, рыночная цена ее на тот момент составляла три-четыре миллиона рублей
Сделка заключалась на невыгодных для нее условиях, так как, в этот период времени болела ее дочь, внезапно скончался сын. Сама она страдает хронической ишемией головного мозга, с цефалгическим синдромом, с ВСД и вегетативными пароксизмами по типу панических атак. Симптоматической эпилепсией с полиморфными эпиприступами. Считает, в силу имеющихся
заболеваний она не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Просила назначить судебную психиатрическую экспертизу на предмет определения ее дееспособности на момент заключения сделки.
В ходе рассмотрения дела ФИО4, дополнила заявленные исковые требования и просила признать недействительной (ничтожной) последующую сделку: договор купли - продажи вышеуказанной квартиры, от <данные изъяты> года, заключенный между ФИО5 и несовершеннолетним ФИО6, действовавшим с согласия матери ФИО7, и применить последствия недействительности оспариваемых сделок.
Истец ФИО4, извещенная надлежащим образом в судебное заседание не явилась, но обратилась к суду с письменным ходатайством о рассмотрении дела в свое отсутствие, при этом заявленные требования поддержала и просила удовлетворить в полном объеме и обратилась к суду с заявлением о восстановлении срока исковой давности по заявленным требованиям.
Ответчик ФИО5, извещенный надлежащим образом, в судебное заседание не явился, направил суду заявление в котором просил применить последствия пропуска срока исковой давности, отказать в удовлетворении заявленных ФИО4 исковых требований и рассмотреть дело без его участия, доверил представительство своих интересов ФИО1
Представитель ответчика ФИО5 - ФИО1 в судебном заседании иск не признала и указала, что оснований для признания договоров купли-продажи квартиры не имеется, поскольку признаки притворности или мнимости сделки отсутствуют. Между сторонами действительно был сначала заключен договор займа, но после того, как ФИО4 не смогла расплатиться, она продала ему квартиру за два миллиона сто тысяч рублей. Никаких воздействий на истицу со стороны ее доверителя не было. Все условия следки соблюдены сторонами. К врачам по поводу психического расстройства она обратилась уже после заключения сделки. По результатам судебной психиатрической экспертизы, недееспособной на момент заключения сделки, истица также не признана.
Ответчик ФИО6 (достигший ко дню рассмотрения дела совершеннолетнего возраста), в судебном заседании исковые требования не признал и просил отказать в их удовлетворении. ФИО6 направил суду письменное заявление, в котором просил закончить рассмотрение дела в свое отсутствие и указал, 06.05.2022 г. между ФИО5 и ФИО6, действующим с согласия матери ФИО7, был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>. Покупателем до подписания договора были проверены документы на квартиру, собственником был указан ФИО5, в выписке из ЕГРН на спорную квартиру отсутствовали какие-либо обременения, отсутствовали данные о правопритязаниях третьих лиц или какие-либо еще сведения, которые бы позволили усомниться в спорности данной квартиры, после чего и было принято решение о приобретении квартиры. Продавцу была уплачена денежная сумма в размере 2100000 рублей, договор прошел государственную регистрацию в Управлении государственной регистрации, кадастра и картографии по РСО-Алания, переход права собственности был зарегистрирован в установленном законом порядке. Ответчик ФИО6 считает, что проявил разумную степень осмотрительности и заботливости, которая требовалась от него при совершении сделки, и квартира имеет все признаки добросовестности приобретения, выражающегося в следующем: Сделка по покупке спорной квартиры была возмездной. Данное обстоятельство подтверждается договором купли-продажи от 06.05.2022г., согласно которому цена сделки составила 2100000 руб., денежные средства продавцом были получены в полном объеме до подписания данного договора, т.е. спорная квартира была полностью оплачена. Добросовестность действий ФИО6 и его законного представителя ФИО7 на момент совершения сделки по покупке спорной квартиры так же подтверждается тем, что квартира на момент сделки находилась в свободном, не вызывающем подозрения пользовании продавца - ФИО5, который в том числе осуществлял ее показ, объявление о ее продаже было опубликовано в сети Интернет.
На основании изложенного ФИО6 просил признать его добросовестным приобретателем и отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие извещенных надлежащим образом лиц участвующих в деле, но не явившихся в судебное заседание
Выслушав представителя ответчика и исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд считает, что исковые требования о признании недействительными договоров купли-продажи жилого дома, и применении последствий недействительности сделок удовлетворению не подлежат в связи со следующим:
На основании ст.1 Протокола №1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждое физическое лицо имеет право на уважение своей собственности.
Согласно ст. 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им.
В силу ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка), либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью и недействительна с момента регистрации.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке…
В соответствии со ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей последствия, ничтожна.
Притворная сделка, то есть сделка, которая совершается с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.
В соответствии с ч.1 ст. 171 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства.
Согласно статье 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В силу требований ст.179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Согласно материалам дела между ФИО4 и ФИО5 <данные изъяты> г. был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: РСО-Алания, г. <данные изъяты> Стоимость квартиры установлена в размере двух миллионов ста тысяч рублей, расчеты произведены сторонами до подписания договора. Соглашение о цене является существенным условием договора (п. 2 договора).
ФИО4 мотивировала свои требования о признании сделки недействительной тем, что в период ее заключения в силу имеющихся у нее заболеваний и психо-эмоционального состояния она не понимала значения своих действий и не могла руководить ими.
В судебном заседании по ходатайству истца ФИО4 была назначена амбулаторная судебная психиатрическая экспертиза для разрешения следующих вопросов:
- страдала ли ФИО4 каким-либо психическим расстройством на момент заключения сделки <данные изъяты> г.?
- в каком психическом и физическом состоянии находилась ФИО4 на момент заключения сделки <данные изъяты> г. и могла ли она руководить ими и понимать значение своих действий?
Судом также была исследована и передана в распоряжение экспертов медицинская карта амбулаторной больной ФИО4 и вся представленная истцом в подтверждение своей позиции медицинская документация. Сведения о наличии психических расстройств, существенного нарушения когнитивных способностей, нервных срывов в период заключения оспариваемого договора купли-продажи в 2020 году, указанные медицинские документы не содержат.
Как усматривается из заключения судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы ГБУЗ «Республиканская психиатрическая больница» Минздрава РСО-Алания №<данные изъяты> года у ФИО4 обнаруживается психическое расстройство: иное болезненное состояние психики) в форме: - Органического эмционально лабильного (астенического) расстройства (F 06.6 по МКБ-10). Согласно имеющимся в карте амбулаторного больного сведениям, за психиатрической помощью ФИО4 впервые обратилась <данные изъяты> года, когда ей был установлен диагноз: Депрессивный эпизод тяжелой степени с суицидальными мыслями. С её слов психическое состояние ухудшилось в <данные изъяты> года, когда она с суицидальной целью нанесла себе мое ранение в область груди (объективных сведений по этому поводу нет в материалах гражданского дела и медкарте, сама подэкспертная также не сообщила, в какое лечебное учреждение обращалась по этому поводу). Со слов, она неоднократно наносила себе ножевые ранения с целью суицида в разные временные периоды, но объективных сведений, подтверждающих её слова в материалах дела и медкарте нет. 10.09.2020 года ФИО4 явилась на прием к психиатру, высказывала жалобы на плохое настроение, говорила о своей ненужности, нежелании жить. Бреда и галлюцинаций не обнаруживалось, назначения не сделаны, наравлялась на стационарное лечение, но сведений о стационарном лечении в РПБ в карте амбулаторного больного и материалах дела нет. В дальнейшем, в период с <данные изъяты> года, ФИО4 на приём к врачу-психиатру не являлась, в указанное время проходила амбулаторное лечение у врача-невролога ФИО8 по ду: Хронической ишемии головного мозга 2 сложного генеза (сосудистого, травматического-ДТП в 2012 году) с церебрастеническим синдромом, когнитивным снижением, частыми эпиприступами с полиморфными припадками, по поводу чего ей назначались препараты ноотропного действия. Указаний на психотическую симптоматику в осмотрах данного специалиста нет. Судя по некоторым имеющимся выпискам с указанием пребывания на стационарном лечении. ФИО4 в данных лечебных учреждениях находилась одновременно. Учитывая изложенное в материалах гражданского дела и медицинских документах больного, имеющееся у ФИО4 психическое расстройство органического эмоционально лабильного расстройства, в юридически значимый период не сопровождалось выраженными интеллектуально-мнеетическими расстройствами, нарушением сознания, критических и прогностических способностей, психотической симптоматикой также неадекватностями в поведении и не лишало ФИО4 способности понимать значение своих действий, а также руководить ими в юридически значимый период, при оформлении договора купли-продажи <данные изъяты> года.
Истец ФИО4 не согласилась с выводами судебной психиатрической экспертизы и ходатайствовала о назначении повторной судебной психиатрической экспертизы, с теми же вопросами, которые были поставлены перед экспертом при назначении первой судебной экспертизы. В обоснование необходимости проведения повторной экспертизы суду представлена рецензия Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация судебных экспертов» №<данные изъяты> года. Согласно выводам указанной рецензии заключение судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы ГБУЗ «Республиканская психиатрическая больница» Минздрава РСО-Алания <данные изъяты> года является неполным, необоснованным и не мотивированным и составленным с нарушением требований закона, в частности: в нарушение требований ст. 14 № 73-ФЗ от 31.05.2001 г. «О государственной судебно-экспертной деятельности» экспертам не разъяснены права и обязанности, не все эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Не представлены суду доказательства того, что эксперты имеют специальную медицинскую подготовку, дающих право на осуществление медицинской деятельности. Документ составлен не по форме 100/у-03, не имеет четкой структуры, в нем не отражены методы исследования, отсутствует описание соматического и неврологического статуса подэкспертной, нет сбора и элементов субъективного анамнеза, анализа письменной продукции, физикального исследования.
Данную рецензию суд оценивает критически, поскольку она представляет собой частное мнение специалистов, не предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, составлено без изучения материалов дела и имеющейся в деле медицинской документации. Кроме того, конкретные доказательства опровергающие доводы экспертного заключения, в рецензии не представлены.
В судебном заседании эксперт ФИО9 была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, полностью подтвердила выводы судебной экспертизы и пояснила, что она была врачом-докладчиком при проведении судебной экспертизы в отношении ФИО10 Права и обязанности экспертам были известны, они разъясняются при поступлении на работу в экспертную комиссию ГБУЗ РПБ Минздрава РСО-Алания. Заместитель главврача РПБ ФИО11 они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В отношении рецензии ФИО9 указала, что она состоит из одних клише, написаны общие фразы, которые повторяются в рецензиях во всех судах. Экспертизу может оценивать только госорган назначивший экспертизу, поэтому рецензия является незаконной. Описание соматического и неврологического статуса подэкспертной имеется, собран субъективный анамнез, оценка дана всем установленным обстоятельствам. ФИО12 была адекватной, контактной, ориентирована в окружающей обстановке, все понимала, в происходящем
разбиралась, подробно объясняла детали совершения сделки и другие обстоятельства сделки. Судя по ее объяснениям, у ФИО10 было депрессивное состояние, которое нужно лечить в стационаре в психиатрической больнице, но за таким лечением она не обращалась. Какого-либо существенно выраженного психического расстройства в материалах дела и в медицинских документах, и при обследовании ФИО10 не обнаружено. Ее слова о психотических нарушениях и о попытке суицида, не подтверждены никакими медицинскими документами. Заболевание: Органическое эмционально- лабильное (астеническое) расстройство (F 06.6 по МКБ-10). имеющееся у ФИО4, это поражение ЦНС, (чаще вследствие сосудистых заболеваний), не лишает ее возможности понимать значение своих действий и руководить ими. Относительно того, что невролог не был приглашен в качестве специалиста, ФИО9 пояснила, что необходимости в этом не было, поскольку экспертиза была психиатрическая.
В судебном заседании, участвовавшая в проведении судебной экспертизы в качестве консультанта - психолог ФИО13 в судебном заседании пояснила, что она была привлечена к участию в деле в качестве консультанта, поэтому ее не предупреждали об уголовной ответственности. В настоящем судебном заседании ей были разъяснены права, она была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и полностью подтвердила выводы судебной экспертизы. ФИО13 в судебном заседании пояснила, что специалисты привлекаются на основании Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" и стандарта - "Протокола ведения больных. Судебно-психиатрическая экспертиза", утвержденного Министерством здравоохранения и социального развития РФ от <данные изъяты> года. Она обследовала ФИО4 на уровень интеллекта, индивидуальные особенности, собрала анамнез. При обследовании она все понимала, все подробно рассказала про сделки, была ориентирована во всем происходящем. У нее имеется некоторое снижение когнитивных способностей, но не доходящее до слабоумия, и не мешающая ей понимать значение своих действий и руководить ими. Органическое эмоционально лабильное расстройство выражается в том, что имеется склонность к перепадам настроения, раздражительности, жалобам, головокружениям и др. Если бы у ФИО4 были существенные когнитивные расстройства, дегенеративная деформация личности в <данные изъяты> году то без лечения за два года они бы прогрессировали, в данном случае такокого не наблюдалось.
Часть 1 ст. 56 ГПК РФ обязывает сторону доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В данном случае доводы рецензентов и истца в ходатайстве о назначении экспертизы полностью опровергаются показаниями экспертов проводивших судебную экспертизу, исследовательской частью и выводами судебного экспертного заключения. При проведении данной экспертизы экспертами изучены и использованы все материалы гражданского дела, и вся представленная медицинская документация, включая оригинал амбулаторной медицинской карты ФИО4 а также проведено полное исследование подэкспертной, и им дана надлежащая оценка.
Заключение экспертизы, являясь доказательством по делу, подлежит оценке наряду с другими доказательствами по делу, не имеет заранее установленной силы и не препятствует оценке судом доказательств по своему внутреннему убеждению с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (статья 67 ГПК РФ).
При этом проведение повторной либо дополнительной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое оно может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора. По настоящему делу, учитывая обстоятельства, установленные судом при его рассмотрении, у суда нет оснований для вывода о необходимости осуществления такого процессуального действия.
Согласно п. 7 Постановления Пленума ВС РФ № 23 от 19.12.2003 г. «О судебном решении» о том, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ). Однако сведения о фактах, содержащихся в категоричном выводе эксперта, являются прямым доказательством, которое, будучи признанным судом относимым, допустимым и достоверным может быть положено в основу судебного решения.
По настоящему делу суд полагает, что исследование судебными экспертами проведено объективно и верно, с подробным и всесторонним анализом. Оснований не доверять экспертному заключению судебной экспертизы ГБУЗ «РПБ» Минздрава РСО-Алания <данные изъяты> от 24 июля 2022 года у суда не имеется, поскольку оно является понятным, объективным, основанным на специальных познаниях, ответы на поставленные судом вопросы содержат подробное описание проведенного исследования, являются научно обоснованными, выводы эксперта непротиворечивы и понятны. Нарушений ФЗ от <данные изъяты> года № 73 - ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» при проведении экспертизы судом не усматривается.
Оценивая данное заключение как доказательство в соответствии с правилами ст.ст. 59,60,67 ГПК РФ и с учетом положений ст. 86 ГПК РФ, суд исходит из того, что оно обладает свойствами относимости, допустимости, достоверности и объективности, поскольку заключение составлено экспертами, имеющим соответствующие образование, квалификацию, большой стаж экспертной работы.
Ответчиком не представлено и материалы дела не содержат объективных и допустимых доказательств, бесспорно свидетельствующих о неправильности и необоснованности названной экспертизы и опровергающих данные выводы экспертов.
При установленных обстоятельствах, суд признает экспертное заключение, составленное ГБУЗ «РПБ» №<данные изъяты> года допустимым и достоверным доказательством в силу ст. 60 ГПК РФ, так как является полным и обоснованным, содержит однозначные исчерпывающие ответы на вопросы поставленные судом.
На основании изложенного, с учетом требований ст.ст. 56, 59 и 60 ГПК РФ, суд считает, что доводы стороны истца о недееспособности ФИО4 на момент заключения договора дарения <данные изъяты> года не нашли своего подтверждения в судебном заседании и опровергаются вышеуказанными материалами дела, в том числе и заключением судебной экспертизы.
ФИО4 считает договор купли-продажи недействительным и по другим основаниям, полагая ее мнимой или притворной сделкой, совершенной под угрозой, а также в виду стечения тяжелых жизненных обстоятельств.
ФИО4 приводит доводы о том, что договор заключен под психическим воздействием ФИО14, вместе с тем в судебное заседание никаких доказательств подтверждающих данный довод не представлено. Не представлены также доказательства совершения сделки на крайне невыгодных условиях, вследствие стечения тяжелых обстоятельств. В деле имеется свидетельство о смерти ФИО15 (сына или пасынка истицы -доказательства родственных отношений суду не представлены) <данные изъяты> года, т.е., за год до совершения сделки, что не может быть расценено как стечение тяжелых жизненных обстоятельств, побудивших заключить сделку на крайне невыгодных для себя условиях. Других доказательств в обоснование этого довода суду также не представлено.
В обоснование мнимости или притворности сделки истец ссылается на то, что продажная цена ее квартиры - 2 100 000 рублей, на момент совершения сделки была явно ниже рыночной, которая составляла 3-4 миллиона рублей. Этот доводы истицы также не соответствует действительности, поскольку квартира площадью 45,3 кв.м. в малоэтажном доме в старом фонде, в промышленной части города, согласно объявлением, находящемся в общем доступе, стоила в <данные изъяты> году около двух миллионов рублей. Оценка специалистом спорной квартиры на момент заключения сделки или другое подтверждение ее более высокой стоимости истцом в судебное заседание не представлено.
ФИО4 ссылается на то, что при заключении сделки стороны не имели намерения создать правовые последствия, и она продолжает проживать в своей квартире. Данное утверждение опровергается решением Промышленного районного суда г. Владикавказа от <данные изъяты> года, которым удовлетворен иск ФИО14 к ФИО4 и ФИО16 о признании их утратившими право пользования, выселении из спорной квартиры и снятии с регистрационного учета. Согласно апелляционному определению Верховного суда РСО-Алания от <данные изъяты> года решение суда вступило в законную силу. Последующей продажей квартиры ФИО14 ФИО6 также подтверждается то, что он имел возможность и намерение владеть пользоваться и распоряжаться купленной квартирой по своему усмотрению.
На основании исследованных материалов дела, у суда нет оснований полагать, что стороны при заключении оспариваемого договора не стремились к наступлению определенных правовых последствий для себя, в связи с чем, суд не может признать данную сделку притворной или мнимой.
Ответчик ФИО5 заявил о применении срока исковой давности, полагая, что срок исковой давности по оспоримым сделкам составляет один год, и, исходя из даты обращения в суд, срок истцом пропущен
Истец ФИО4 ходатайствовала о восстановлении пропущенного срока исковой давности, указав на то, что она первоначально с настоящим исковым заявлением обратилась в суд <данные изъяты> года. Определением суда от <данные изъяты> года ее исковое заявление было оставлено без движения. Ввиду того, что определение не получено ею, она не смогла устранить недостатки, что повлекло повторное обращение в суд уже <данные изъяты> года.
Согласно ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
В соответствии с п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Согласно ч.1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (ч.2).
В настоящем случае истец оспаривает сделку по основанию, предусмотренному ст. 171 ГК РФ (без указания части статьи), т.е., сделку совершенную недееспособным на момент заключения договора лицом. Поскольку в первой части указанной статьи речь идет о ничтожных сделках, к иску в этой части подлежит применению трехлетний срок исковой давности, следовательно, истцом срок по оспариванию сделки по этому основанию, не пропущен.
Относительно остальных оснований, по которым истец просит признать сделку недействительной, они относятся к оспоримым сделкам следовательно, срок исковой давности на основании ст. 2 ст. 181 ГК РФ составляет один год.
В суд с иском истец обратилась, согласно штемпелю на почтовом конверте, <данные изъяты> г., договор купли-продажи между ФИО4 и ФИО5 был заключен <данные изъяты> г., следовательно, имеет место обращение в суд с иском о признании сделки недействительной по истечению срока исковой давности.
В силу ч. 2 ст.199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой завялено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ « О некоторых вопросах связанных с введением в действие части первой гражданского кодекса Российской Федерации» 2/1 от 28 февраля 1995 года заявление стороны в споре о применении срока исковой давности является основанием к отказу в иске при условии, что оно сделано на любой стадии процесса до вынесения решения судом первой инстанции и пропуск указанного срока подтвержден материалами дела. При этом необходимо учитывать, что заявление о применении срока исковой давности не препятствует рассмотрению заявления истца-гражданина о признании уважительной причины пропуска срока исковой давности и его восстановлении, которое суд вправе удовлетворить при доказанности обстоятельств, указанных в статье 205 части первой Кодекса.
В соответствии со ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.
Ходатайство ФИО4 о восстановлении пропущенного срока для оспаривания указанной сделки, суд считает не подлежащим удовлетворению, поскольку доказательства уважительности причин пропуска срока исковой давности, соответствующие требованиям ст. 205 ГК РФ, суду не представлены.
Пропуск срока исковой давности наряду с другими установленными в судебном заседании обстоятельствами, суд признает также основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.
При установленных обстоятельствах, учитывая, что в материалах дела документальных, фактических доказательств нарушения на момент заключения договора купли-продажи квартиры <данные изъяты> года, у ФИО4 волевого и интеллектуального компонентов сделкоспособности не имеется, требования истца о признании договора купли-продажи квартиры от <данные изъяты> г. заключенного между ФИО4 и ФИО5, недействительным, подлежат отклонению.
Истец также просит признать недействительным договор купли - продажи вышеуказанной квартиры, заключенный <данные изъяты> г. между ФИО5 и несовершеннолетним ФИО6, действовавшим на тот момент с согласия матери ФИО7, а также применить последствия недействительности оспариваемых сделок.
Недействительным договор купли - продажи <данные изъяты> года истец просит признать на том основании, что квартира продана лицом, не имеющим право на ее отчуждение, из-за недействительности первого договора купли - продажи квартиры от <данные изъяты> года.
Поскольку суд признал законным оспариваемый договор купли-продажи квартиры от <данные изъяты> г., заключенный между ФИО4 и ФИО5, оснований для признания последующего договора от <данные изъяты> года недействительным, и вытекающих из них требований, в виде применения последствий недействительности сделки, не имеется.
Ответчик ФИО6 в своем письменном ходатайстве просил признать его добросовестным приобретателем квартиры по адресу: РСО-Алания, <данные изъяты>, купленной у ФИО5 в соответствии с договором купли-продажи от <данные изъяты> г.
Защита прав добросовестных приобретателей основана на ст. 35 Конституции РФ во взаимосвязи ее со ст. ст. 45 и 46.
В силу ст. 302 ГК РФ добросовестным приобретателем является лицо, которое не знало и не могло знать, что приобрело возмездно имущество у лица, не имеющего право на отчуждение.
В настоящем случае действия ФИО6 и его законного опекуна ФИО7 на момент совершения сделки свидетельствуют о проявлении ими при заключении оспариваемого договора доброй воли, разумной осмотрительности и осторожности. Вместе с тем, в судебном заседании установлено, что квартира продана лицом, имеющим право на ее отчуждение, следовательно, указанные ФИО6 обстоятельства не являются юридически значимыми для разрешения по существу настоящего спора, и оснований для вынесения решения о добросовестности приобретателя ФИО6 не имеется.
Оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а так же достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд считает, что исковые требования ФИО4 не обоснованы, не законны и не подлежат удовлетворению в полном объеме.
Поскольку государственная пошлина подлежащая уплате при подаче дополнительного искового заявления ФИО4 уплачена не была, на основании ст. 98 ГПК РФ с нее в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина: за требование о признании договора недействительным в размере 300 рублей и за имущественное требование о применении последствий сделок в сумме - 18 700 рублей, согласно ч.1 ст. 333.19 "Налогового кодекса Российской Федерации (часть вторая)" от 05.08.2000 N 117-ФЗ (ред. от <данные изъяты>) (с изм. и доп., вступ. в силу с <данные изъяты>).
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 ФИО23 к ФИО3 ФИО24, ФИО6 ФИО25 о признании недействительным договора купли- продажи квартиры, расположенной по адресу: РСО-Алания, г. <данные изъяты>, кв.<данные изъяты> г., признании недействительным договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: РСО-Алания, г. <данные изъяты>, от <данные изъяты> г. и применении последствий недействительности сделок, оставить без удовлетворения в полном объеме.
Взыскать с ФИО2 <данные изъяты> года рождения, в доход бюджета государственную пошлину в размере 19 000 (девятнадцать тысяч семьсот) рублей.
Решение суда может быть обжаловано сторонами в Верховный суд РСО-Алания в апелляционном порядке в течение месяца со дня вынесения.
Мотивированное решение подлежит изготовлению 07 июля 2025 года.
Судья Ф.Б. Моргоева