Решение по делу № 2-2397/2023 от 25.09.2023 - о взыскании денежных сумм.

2-2397/2023

74RS0003-01-2023-001981-19

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Челябинск

25 сентября 2023 года

Тракторозаводский районный суд г. Челябинска в составе председательствующего судьи Кузнецова А.Ю.,

при секретаре судебного заседания Алексеевой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по искам ФИО1 и ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР «МЕДЕОР», государственному автономному учреждению здравоохранения «ГОРОДСКАЯ КЛИНИЧЕСКАЯ БОЛЬНИЦА № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» и ФИО3 о взыскании денежных сумм,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО МЦ «МЕДЕОР», ГАУЗ «ГКБ № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» и ФИО3 – просила взыскать компенсацию морального вреда с ООО МЦ «МЕДЕОР» – 2 000 000 руб., с ФИО3 – 2 000 000 руб., с ГАУЗ «ГКБ № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» –500 000 руб.

В обосновании иска ФИО1 указано, что ответчиками были оказаны некачественные медицинские услуги ее матери ФИО13, в результате чего наступила ее смерть.

ФИО2 обратился в суд с иском к ООО МЦ «МЕДЕОР», ГАУЗ «ГКБ № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» и ФИО3 – просил взыскать компенсацию морального вреда с ООО МЦ «МЕДЕОР» – 2 000 000 руб., с ФИО3 – 2 000 000 руб., с ГАУЗ «ГКБ № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» – 500 000 руб. ФИО2 также просил взыскать с ООО МЦ «МЕДЕОР» возмещение расходов на похороны ФИО13 164 414 руб., а также уплаченную за некачественные медицинские услуги денежную сумму 123 500 руб.

В обосновании иска ФИО2 указано, что ответчиками были оказаны некачественные медицинские услуги его жене ФИО13, в результате чего наступила ее смерть.

Определением Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 06.06.2023 рассмотрение вышеназванных исковых заявлений соединено в одно производство.

ФИО4, действуя в судебном заседании в качестве представителя истцов ФИО1 и ФИО2, на удовлетворении исковых требований настаивала.

Ответчик ООО МЦ «МЕДЕОР» в лице его представителя ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признало.

ФИО6, представлявшая в судебном заседании интересы ответчика ФИО3, просила в иске отказать.

ФИО7 – представитель ответчика ГАУЗ «ГКБ № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» в судебном заседании исковые требования не признала.

Помощник прокурора Тракторозаводского района г. Челябинска Степанова Е.П. в своем заключении указала на обоснованность заявленных требований.

Истцы ФИО1 и ФИО2, ответчик ФИО3, а также третьи лица СПАО «ИНГОССТРАХ», ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22 и ФИО23 в судебном заседании участия не приняли.

Гражданское дело рассмотрено в отсутствии не явившихся лиц, так как они извещены о месте и о времени судебного заседания.

Суд, выслушав объяснения явившихся лиц и заключение прокурора, а также исследовав письменные материалы гражданского дела, приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что Тракторозаводским районным судом г. Челябинска рассмотрено уголовное дело 1-171/2023 по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса РФ. Обвинение состояло в том, что в период с 19.11.2020 по 22.11.2020 врач – пластический хирург ООО МЦ «МЕДЕОР» ФИО3 провела ФИО13 оперативное вмешательство – «<данные изъяты> допустив по неосторожности недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи, которые стали причиной развития у ФИО13 тяжелого сепсиса, протекавшего в виде септического шока, ставшего непосредственной причиной ее смерти ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 20.02.2023 уголовное преследование в отношении ФИО3 прекращено в связи с истечением сроков давности.

В определении от 25.06.2019 № 1673-О Конституционный Суд РФ указал, что постановление суда о прекращении производства по уголовному делу в связи с истечением срока давности уголовного преследования не имеет преюдициального значения при рассмотрении требований о гражданско-правовых последствиях действий лица, привлекавшегося к уголовной ответственности. Такое постановление является письменным доказательством наряду с другими доказательствами.

Предъявленное ФИО3 обвинение основано на выводах судебных экспертиз от 12.12.2022 № и от ДД.ММ.ГГГГ №, проведенных на основании постановлений следователя СО по Тракторозаводскому району г. Челябинска СУ СК РФ по Челябинской области.

Как следует из заключения экспертизы от 12.12.2022 №, причиной наступления смерти ФИО13 явился тяжелый сепсис, протекавший в виде септического шока. При оказании ФИО13 медицинских услуг в ООО МЦ «МЕДЕОР» в период с 19.11.2020 по 22.11.2020 допущены следующие недостатки:

- попадание в организм ФИО13 инфекции во время проведения ей оперативного вмешательства – «<данные изъяты> или в первые сутки после нее с развитием в послеоперационном периоде сепсиса, септического шока (распространения инфекции по внутренним органам);

- неверная врачебная тактика – непроведение перед началом оперативного вмешательства, которое сопровождалось обширным повреждением мягких тканей и высоким риском повреждения кровеносных сосудов, соответствующей антибиотикопрофилактики, что привело к отсутствию антибактериального препарата в зоне послеоперационной гематомы при попадании инфекции в кровеносное русло;

- неадекватно большая кровопотеря во время оперативного вмешательства и после него;

- неверная диагностика развития сепсиса и септического шока в послеоперационном периоде – отсутствовала диагностика причин падения артериального давления, ухудшения общего состояния, резкого повышения температуры тела до критических значений;

- неверная медицинская тактика при развитии инфекционного процесса в послеоперационном периоде – неоднократное введение антипиретиков, волювена, отсутствие проведение срочной операции (в том числе и адекватного дренирования ран) для поиска причин развития тяжелого состояния и их устранения.

Между допущенными недостатками оказания медицинских услуг и медицинской помощи ФИО13 в ООО МЦ «МЕДЕОР» и смертью ФИО13 имеется прямая причинно-следственная связь.

При оказании ФИО13 медицинской помощи в ГАУЗ «ГКБ № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ допущены недостатки в виде отсутствие своевременной диагностики и лечения сепсиса, развившегося у ФИО13 после оперативного вмешательства в ООО МЦ «МЕДЕОР», а именно:

- отсутствие полноценной диагностики при осмотре хирургом при госпитализации;

- отсутствие выяснения причин резкого ухудшения состояния и повышения температуры тела на предыдущем этапе госпитализации;

- неверное проведение операций по дренированию послеоперационных ран – не проведено «широкое» раскрытие карманов с содержимым;

- неверное проведение лекарственной терапии (в том числе антибактериальной).

Между допущенными недостатками оказания медицинских услуг и медицинской помощи ФИО13 в ГАУЗ «ГКБ № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» и смертью ФИО13 имеется непрямая причинно-следственная связь.

В соответствии с заключением от 12.12.2022 № в период нахождения ФИО13 в ООО МЦ «МЕДЕОР» с 19.11.2020 по 22.11.2020 все необходимые лечебные и диагностические мероприятия проведены не были, а именно не проведены: адекватное дренирование ран, оценка состояния послеоперационных ран при помощи ультразвукового исследования; анализ крови для оценки кровопотери на следующие сутки после операции, что привело к запоздалой диагностике кровопотери; комплекс обследования для поиска причин ухудшения состояния 21.11.2020 – осмотр хирургом ран, их зондовое исследование, выполнение рентгенографии груди, общеклинические анализы крови и мочи. Данные недостатки привели к поздней диагностике анаэробной инфекции и позднему переводу в специализированный стационар с соответствующим диагнозом.

Ответчики ООО МЦ «МЕДЕОР» и ГАУЗ «ГКБ № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» выводы данных заключений не оспаривали и о проведении по гражданскому делу судебной экспертизы не просили, хотя данный вопрос выносился на обсуждение в судебном заседании.

О проведении по делу судебной экспертизы просила ФИО3, однако в удовлетворении ее ходатайства судом отказано по следующим основаниям.

После предъявления по уголовному делу обвинения ФИО3 в присутствии своего адвоката была допрошена – указала, что текст обвинения ей разъяснен и понятен, что признает себя виновной в совершении вменяемого преступления, что отказывается от дачи дальнейших показаний.

По смыслу ч. 2 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса РФ прекращение уголовного преследования в связи с истечением сроков давности не допускается, если обвиняемый против этого возражает. В таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке, а обвиняемый вправе доказать безосновательность предъявленного ему обвинения.

Уголовное преследование в отношении ФИО3 прекращено судом по ходатайству самой ФИО3, которая заявила его в присутствии своего адвоката 23.12.2022 при ознакомлении с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 Уголовно-процессуального кодекса РФ. В судебном заседании 20.02.2023 ФИО3 в присутствии ее адвоката были разъяснены правовые последствия прекращения уголовного преследования в связи с истечением сроков давности.

Таким образом, в ходе производства по уголовному делу ФИО3 не оспаривала собранные следователем доказательства (в том числе заключения судебных экспертиз от 12.12.2022 № и от 12.12.2022 №), не заявляла о своей невиновности, не настаивала на продолжении рассмотрения дела в целях подтверждения безосновательности привлечения ее к уголовной ответственности.

На основании ст. 60 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Заявляя ходатайство о назначении по гражданскому делу судебной экспертизы, ФИО3 фактически оспаривала доказательства по уголовному делу, по которому в настоящее время состоялось и вступило в законную силу судебное постановление. При несогласии обвиняемого (подсудимого) с результатами производства по уголовному делу, он может обжаловать соответствующие процессуальные решения в порядке глав 45.1, 47.1, 48 Уголовно-процессуального кодекса РФ либо добиваться их отмены в порядке главы 49 Уголовно-процессуального кодекса РФ, но не наделен правом оспаривать положенные в основу данных решений доказательства при рассмотрении гражданского дела.

Суд обращает внимание, что по настоящему гражданскому делу ФИО3 надлежащим ответчиком не является (о чем будет указано ниже), в связи с чем ходатайство о назначении экспертизы не может быть квалифицировано как возражение на требования о гражданско-правовых последствиях ее действий.

Изложенные в заключениях от 12.12.2022 № и от 12.12.2022 № выводы подробно мотивированы и обоснованы, основываются на детальном исследовании медицинской документации ФИО13, а также на профессиональных знаниях судебных экспертов, которые имеют необходимое образование и значительный стаж работы по соответствующим специальностям. Судебные эксперты перед проведением экспертизы по уголовному делу были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Оснований не доверять данным заключениям суд не находит. С учетом изложенного наличие в уголовном деле иных заключений с иными выводами и суждениями судом во внимание не принимается.

На основании ч. 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. В силу п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Как указано в ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как разъяснено в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

ФИО1 является дочерью ФИО13, ФИО2 – супругом ФИО13, что подтверждается свидетельством о рождении <данные изъяты> и свидетельством о заключении брака <данные изъяты>

Утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи, в связи с чем признается тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Таким образом, истцы вправе требовать возмещения причиненных им нравственных страданий.

Относительно лиц, которые в рассматриваемом случае несут ответственность за причинение вреда, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к данным правилам работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

ФИО3 на момент причинения вреда являлась работником ООО МЦ «МЕДЕОР», что подтверждается трудовым договором от 16.09.2020 №, приказом ООО МЦ «МЕДЕОР» от 16.09.2020 № о приеме ФИО3 на работу на должность врача – пластического хирурга, приказом ООО МЦ «МЕДЕОР» от 30.11.2020 № о прекращении трудового договора с ФИО3, трудовым договором от 27.01.2021 №, приказом ООО МЦ «МЕДЕОР» от 27.01.2021 № о приеме ФИО3 на работу на должность врача – пластического хирурга, приказом ООО МЦ «МЕДЕОР» от 19.03.2021 № об отстранении ФИО3 от работы, приказом ООО МЦ «МЕДЕОР» от 31.03.2021 № о прекращении трудового договора с ФИО3 Вред был причинен ФИО3 при исполнении трудовых обязанностей врача – пластического хирурга в ООО МЦ «МЕДЕОР».

При таких обстоятельствах ФИО3 не является надлежащим ответчиком по требованиям о возмещении вреда, причиненного в результате ненадлежащего оказания медицинских услуг ФИО13 в ООО МЦ «МЕДЕОР»; надлежащим ответчиком по данным требованиям является ООО МЦ «МЕДЕОР».

С учетом изложенных выше выводов о недостатках оказания медицинской помощи в ГАУЗ «ГКБ № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» данный ответчик также признается судом надлежащим.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В рассматриваемом случае суд принимает во внимание установленные в ходе расследования уголовного дела и рассмотрения настоящего гражданского дела обстоятельства смерти ФИО13; характер допущенных медицинскими организациями недостатков оказания медицинских услуг; тяжесть причиненных истцам нравственных страданий и индивидуальные особенности личности ФИО1 и ФИО2 (в том числе пол и возраст); близость отношений ФИО13 с истцами; имущественное положение ответчиков, позволяющее в полной мере нести гражданскую ответственность за причинение вреда.

Доказательств того, что к причинению вреда в какой-либо степени было обусловлено действиями самой ФИО13, не представлено.

В материалах гражданского дела отсутствуют доказательства того, что ответчики добровольно предоставили истцам компенсацию в какой-либо форме либо предприняли какие-либо и иные действия, направленные на сглаживание (смягчение) нравственных страданий.

Суд также принимает во внимание то обстоятельство, что в настоящее время в Сургутском городском суде Ханты-Мансийского автономного округа – Югры рассматривается гражданское дело по иску сына ФИО13 – ФИО11 к ООО МЦ «МЕДЕОР» о компенсации морального вреда.

Анализируя представленные доказательства в совокупности, суд находит разумной и справедливой компенсацию морального вреда в следующем размере:

с ООО МЦ «МЕДЕОР» в пользу ФИО1 – 800 000 руб., в пользу ФИО2 – 800 000 руб.;

с ГАУЗ «ГКБ № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» в пользу ФИО1 – 200 000 руб., в пользу ФИО2 – 200 000 руб.

Указанные денежные суммы являются соразмерными последствиям допущенного нарушения прав и способны компенсировать истцам перенесенные нравственные страдания.

В остальной части исковые требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Согласно ст. 1094 Гражданского кодекса РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В соответствии с Федеральным законом «О погребении и похоронном деле» в состав действий по погребению включаются услуги по предоставлению гроба и других ритуальных предметов (венки и др.), перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий), организация подготовки места захоронения, непосредственное погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом умершего, ритуальные услуги и др.), установка ограды, памятника на могилу и др.

В число действий по погребению, в соответствии с Рекомендациями о порядке похорон и содержании кладбищ в РФ, рекомендованными протоколом Госстроя РФ от 25.12.2001 № 01-НС-22/1, включается организация поминального обеда для почтения памяти умершего родственниками и иными лицами в день захоронения.

ФИО2 понес расходы в общей сумме 164 414 руб. на организацию похорон ФИО13 и проведение поминального обеда, что подтверждается договором с <данные изъяты>» (приобретение похоронных принадлежностей, услуги морга, катафалка и грузчиков), договором с ИП ФИО12 (приобретение гроба, транспортные услуги), кассовым чеком <данные изъяты>» (проведение поминального обеда).

Так как расходы ФИО2 были направлены непосредственно на погребение ФИО13, являлись необходимыми, а доказательств их безосновательности не представлено, они подлежат возмещению за счет ответчика ООО МЦ «МЕДЕОР».

Из обоснования иска ФИО2 следует, что он и его супруга ФИО13 из общего семейного бюджета понесли расходы в общей сумме 123 500 руб. на медицинские услуги ООО МЦ «МЕДЕОР».

Представленными ООО МЦ «МЕДЕОР» документами подтверждается тот факт, что стоимость оплаченных медицинских услуг составила 123 500 руб.

С учетом ранее изложенных выводов суда о недостатках оказанных ООО МЦ «МЕДЕОР» услуг и наступивших последствиях ФИО2 в соответствии с п. 1 ст. 29 Закона РФ «О защите прав потребителей» вправе потребовать возврата уплаченных денег.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как разъяснено в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Почтовые расходы обоих истцов по направлению исков и копий приложенных к ним документов составили 1 116 руб. 01 коп. в адрес ООО МЦ «МЕДЕОР» и 1 116 руб. 01 коп. в адрес ГАУЗ «ГКБ № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК».

Так как исковые требования признаны обоснованными, данные расходы подлежат возмещению – с ООО МЦ «МЕДЕОР» в пользу ФИО1 взыскивается денежная сумма 558 руб. 01 коп. (1 116 руб. 01 коп. * 1/2), в пользу ФИО2 – 558 руб. 01 коп. (1 116 руб. 01 коп. * 1/2); с ГАУЗ «ГКБ № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» в пользу ФИО1 взыскивается денежная сумма 558 руб. 01 коп. (1 116 руб. 01 коп. * 1/2), в пользу ФИО2 – 558 руб. 01 коп. (1 116 руб. 01 коп. * 1/2).

Почтовые расходы на направление исков и копий приложенных к ним документов в адрес ФИО3 необходимыми не являлись, так как она не надлежащий ответчик, в связи с чем возмещению не подлежат.

В соответствии с п.п. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ истцы при подаче исков были освобождены от уплаты государственной пошлины.

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ.

Так как исковые требования признаны обоснованными, с ООО МЦ «МЕДЕОР» в пользу муниципального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина 6 679 руб. 14 коп. (из расчета: 5 200 руб. + 1% * (164 414 руб. + 123 500 руб. – 200 000 руб.) + 300 руб. + 300 руб.), с ГАУЗ «ГКБ № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» – 600 руб. (из расчета 300 руб. + 300 руб.).

На основании изложенного,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 и ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР «МЕДЕОР» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 800 000 руб. и возмещение судебных расходов 558 руб. 01 коп., а всего взыскать 800 558 руб. 01 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР «МЕДЕОР» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда 800 000 руб., возмещение расходов на погребение 164 414 руб., возмещение расходов на медицинское вмешательство 123 500 руб. и возмещение судебных расходов 558 руб. 01 коп., а всего взыскать 1 088 472 руб. 01 коп.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «ГОРОДСКАЯ КЛИНИЧЕСКАЯ БОЛЬНИЦА № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 200 000 руб. и возмещение судебных расходов 558 руб. 01 коп., а всего взыскать 200 558 руб. 01 коп.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «ГОРОДСКАЯ КЛИНИЧЕСКАЯ БОЛЬНИЦА № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда 200 000 руб. и возмещение судебных расходов 558 руб. 01 коп., а всего взыскать 200 558 руб. 01 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 и ФИО2 отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР «МЕДЕОР» в пользу муниципального бюджета государственную пошлину 6 679 руб. 14 коп.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «ГОРОДСКАЯ КЛИНИЧЕСКАЯ БОЛЬНИЦА № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» в пользу муниципального бюджета государственную пошлину 600 руб.

Идентификаторы лиц, участвующих в деле:

ФИО1 – паспорт гражданина Российской Федерации <данные изъяты>;

ФИО2 – паспорт гражданина Российской Федерации <данные изъяты>

ФИО3 – паспорт гражданина Российской Федерации <данные изъяты>

общество с ограниченной ответственностью МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР «МЕДЕОР» – основной государственный регистрационный №;

государственное автономное учреждение здравоохранения «ГОРОДСКАЯ КЛИНИЧЕСКАЯ БОЛЬНИЦА № 6 Г. ЧЕЛЯБИНСК» – основной государственный регистрационный №.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Тракторозаводский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. Мотивированное решение суда составляется в срок 5 дней со дня окончания разбирательства дела.

Председательствующий: