дело № 12-165/2023

РЕШЕНИЕ

25 июля 2023 года г. Оренбург

Судья Оренбургского областного суда Пересыпкина Т.И. при секретаре Елизарове А.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу защитника Мамаевой О.В. на постановление судьи Бугурусланского районного суда Оренбургской области от 31 мая 2023 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ, в отношении ФИО1,

установил:

постановлением судьи Бугурусланского районного суда Оренбургской области от 31 мая 2023 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 10 000 рублей.

В жалобе, поданной в Оренбургский областной суд, защитник Мамаева О.В. просит об отмене судебного постановления и прекращении производства по делу в виду отсутствия состава административного правонарушения.

Изучив материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы, заслушав пояснения ФИО1 и его защитника Мамаевой О.В., поддержавших доводы жалобы, мнение потерпевшей Г.В.А., возражавшей против удовлетворения жалобы, прихожу к следующему.

В соответствии со ст. 6.1.1 КоАП РФ административным правонарушением является нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 Уголовного кодекса РФ, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Из материалов дела следует, что ФИО1 нанес побои Г.В.А., причинившие физическую боль, но не повлекшие последствий, указанных в ст. 115 Уголовного кодекса РФ, при следующих обстоятельствах: 19 июня 2021 года около 16 часов 00 минут ФИО1, находясь по адресу: г. Бугуруслан, (адрес), в магазине «***», в ходе словестного конфликта, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, нанес 2 удара кулаком по лицу Г.В.А., а также руками и ногами в общей сложности не менее 10 ударов по различным частям тела, тем самым причинил потерпевшей Г.В.А согласно заключению эксперта от 16 мая 2023 года № телесные повреждения в виде ушиба мягких тканей и кровоподтеков лица, туловища, конечностей, которые квалифицируются как повреждения, не причинившие вреда здоровью.

Эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Факт совершения ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, подтвержден имеющимися в материалах дела доказательствами, а именно: протоколом об административном правонарушении; письменными объяснениями и показаниями ФИО1, потерпевшей Г.В.А., свидетелей В.Н.В. и В.А.И., постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 19 июля 2021 года; заключением эксперта от 16 мая 2023 года №, а также иными доказательствами по делу.

При вынесении постановления о привлечении ФИО1 к административной ответственности судья районного суда исходил из того, что в материалах дела имеется достаточная совокупность допустимых доказательств, свидетельствующих о наличии в её действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ст. 6.1.1 КоАП РФ.

Доводы жалобы защитника являлись предметом рассмотрения судом первой инстанции, обоснованно отклонены с приведением мотивов принятого решения, оснований не согласиться с выводами судьи не имеется.

Ссылка в жалобе на то, что протокол об административном правонарушении является недопустимым доказательством по делу, несостоятельна в виду следующего.

Статьей 26.2 КоАП РФ установлено, что доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами. Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, в том числе результатов проверки, проведенной в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля, если указанные доказательства получены с нарушением закона.

В соответствии с ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ в протоколе об административном правонарушении указываются дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол, сведения о лице, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, фамилии, имена, отчества, адреса места жительства свидетелей и потерпевших, если имеются свидетели и потерпевшие, место, время совершения и событие административного правонарушения, статья настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации, предусматривающая административную ответственность за данное административное правонарушение, объяснение физического лица или законного представителя юридического лица, в отношении которых возбуждено дело, иные сведения, необходимые для разрешения дела.

Существенным недостатком протокола является отсутствие данных, прямо перечисленных в ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ, и иных сведений в зависимости от их значимости для данного конкретного дела об административном правонарушении.

Доводы защитника о том, что в протокол были внесены изменения в отсутствие ФИО1 и без его извещения (в фотокопии протокола отсутствуют подписи должностного лица его составившего и потерпевшей), не являются основанием для вывода о наличии по делу существенных недостатков протокола об административном правонарушении. Как следует из материалов дела, поступивший в суд протокол содержит подпись должностного лица его составившего. Из показаний должностного лица, допрошенного в суде первой инстанции, усматривается, что фотография протокола была сделана до того, как должностное лицо поставил в протоколе свою подпись (л.д. 93 оборот). Отсутствие подписи должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении в его копии, выданной лицу, в отношении которого ведется производство по делу, само по себе не свидетельствует о нарушении права лица на защиту, поскольку копия протокола содержит событие вмененного административного правонарушения и статью КоАП РФ, предусматривающую ответственность за его совершение.

Материалы дела позволяют сделать вывод о том, что сведения о потерпевшем внесены в протокол об административном правонарушении после вручения его копии лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. Однако в рассматриваемом случае указанный недостаток протокола не является существенным, поскольку потерпевшая Г.В.А. ознакомлена с содержанием протокола, что удостоверила своей подписью в соответствующей графе (л.д. 2 оборот).

Не свидетельствует о нарушении установленного Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях порядка привлечения к административной ответственности, разъяснение прав лицу, в отношении которого ведется производство по делу, после составления протокола, поскольку прямого указания на разъяснение прав лицу непосредственно перед составлением протокола законом не предусмотрено.

Несмотря на наличие в протоколе об административном правонарушении записи ФИО1 о неразъяснении ему прав, предусмотренных ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции РФ, содержание указанных норм раскрыто в письменных объяснениях, а текст прав, предусмотренных ст. 25.1 КоАП РФ, также приведен в протоколе об административном правонарушении. ФИО1 после ознакомления с протоколом и письменными объяснениями произвел в соответствующих графах записи о неразъяснении ему прав (л.д. 2, 12).

Сама по себе запись о не разъяснении прав не свидетельствует о том, что права не разъяснялись.

Протокол об административном правонарушении составлен в присутствии ФИО1 и его защитников, с протоколом ФИО1 был ознакомлен в присутствии защитников путем фотографирования. Ознакомление лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, посредством ознакомления с текстом ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции РФ не свидетельствует о том, что права ФИО1 должностным лицом разъяснены не были.

Указание заявителя на отсутствие состава административного правонарушения обоснованным признать нельзя.

Состав данного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, является материальным. Для квалификации содеянного по указанной норме требуется наступление последствий в виде физической боли при отсутствии вреда здоровью потерпевшего, определяемого в соответствии Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека».

При этом побои - это действия, характеризующиеся многократным нанесением ударов, которые сами по себе не составляют особого вида повреждения, хотя в результате их нанесения могут возникать телесные повреждения (в частности, ссадины, кровоподтеки, небольшие раны, не влекущие за собой временной утраты трудоспособности или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности). Вместе с тем, побои могут и не оставить после себя никаких объективно выявляемых повреждений.

К иным насильственным действиям относится причинение боли щипанием, сечением, причинение небольших повреждений тупыми или острыми предметами, воздействием термических факторов и другие аналогичные действия.

Таким образом, обязательным признаком объективной стороны состава указанного административного правонарушения является наступление последствий в виде телесных повреждений и/или физической боли.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, действиями ФИО1 причинены потерпевшей Г.В.А. телесные повреждения и физическая боль, а потому обоснованность привлечения ФИО1 к административной ответственности по ст. 6.1.1 КоАП РФ сомнений не вызывает.

Доводы заявителя о его невиновности, являются несостоятельными, поскольку опровергаются собранными доказательствами по делу, оценка которым подробно изложена судьей в постановлении.

Суд первой инстанции, оценивая представленные в дело доказательства, учел вышеизложенные доказательства, обоснованно признал их достоверными и положил в основу судебного постановления. Поводов усомниться в правдивости показаний потерпевшей Г.В.А., свидетеля В.Н.В. не имеется, поскольку их объяснения согласуются с материалами дела, в том числе заключением эксперта. Свидетель В.Н.В. являлась непосредственным очевидцем данного административного правонарушения. Оснований для оговора ФИО1 со стороны потерпевшей и свидетеля по делу не установлено.

Указанные выше лица были предупреждены об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ за дачу заведомо ложных показаний, что подтверждено соответствующей подпиской. Об обстоятельствах конфликта потерпевшая давала стабильные показания непосредственно после совершения правонарушения, в ходе проверки сообщения о его совершении и в последующем в судебных заседаниях.

Показания указанных лиц отвечают требованиям, предъявляемым названным Кодексом к такому виду доказательствам, последовательны, непротиворечивы, согласуются с собранными по делу доказательствами, и обоснованно признаны судебными инстанциями достоверными относительно обстоятельств административного правонарушения.

Указание в жалобе на то, что судьей районного суда не установлена локализация телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшей, является несостоятельным.

Произошедший между ФИО2 А конфликт 19 июня 2021 года подтверждается материалами дела. Исследованная судьей совокупность представленных в дело доказательств позволила объективно установить ход развития конфликта и обстоятельства причинения потерпевшей в результате действий ФИО1 повреждений, от которых потерпевшая испытала физическую боль.

Наличие у потерпевшей телесных повреждений подтверждается заключением эксперта от 16 мая 2023 года №, в соответствии с которым у ФИО3 имели место повреждения, которые относятся к повреждениям без вреда для здоровья как не повлекшие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности.

Доводы защитника о том, что экспертиза получена с нарушением закона, нельзя признать состоятельными.

Вопреки утверждению защитника нарушений, предусмотренных ст. 26.4 КоАП РФ, порядка назначения и проведения судебно-медицинской экспертизы, которые могли бы повлечь признание заключения эксперта недопустимым доказательством по делу, не допущено.

Тот факт, что по делу проведено четыре экспертизы одним экспертом, не свидетельствует о нарушении требований Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Согласно положениям ст. 20 указанного закона производство повторной экспертизы, назначенной в связи с возникшими у суда, судьи, лица, производящего дознание, следователя сомнения в правильности или обоснованности ранее данного заключения по тем же вопросам, поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов. По настоящему делу судом первой инстанции экспертиза была назначена в связи с тем, что должностным лицом при ее назначении были допущены нарушения требований ст. 26.4 КоАП РФ, основания для назначения повторной экспертизы отсутствовали.

То обстоятельство, что при производстве экспертизы принимала участие фельдшер Буругусланского межрайонного отделения судебно-медицинской экспертизы, не ставит под сомнение заключение эксперта, поскольку эксперт назначается не только для производства экспертизы, но и для дачи заключения. Эксперт - это лицо, назначенное для производства экспертизы и дачи заключения, а не лицо, производившее исследование и подготовившее заключение. Назначенный для производства экспертизы и дачи заключения человек сам вправе определить, как, с кем, каким способом и т.п. он будет проводить исследование. Наличие у лица статуса эксперта законодателем не поставлено в зависимость от произведенных им действий. Таким образом, вовлечение экспертом в процесс производства экспертизы и подготовки заключения эксперта других лиц не может поставить под сомнение юридическую силу полученного доказательства - заключения эксперта.

Вопреки доводам защитника эксперту права и обязанности, предусмотренные ст. 25.9 КоАП РФ, а также положения ст. 17.9 КоАП РФ разъяснены судом первой инстанции в определении о назначении судебно-медицинской экспертизы от 15 мая 2023 года (л.д. 58-59).

Ознакомление ФИО1 26 мая 2023 года с определением о назначении экспертизы и заключением эксперта, не влечет признание заключение эксперта от 16 мая 2023 года недопустимым доказательством по делу. При назначении экспертизы в судебном заседании принимал участие защитник ФИО1 – Коваленко А.С., а также потерпевшая Г.В.А и ее представитель ФИО4 Каких-либо замечаний и предложений от участников процесса по поставленным судом перед экспертом вопросам, а также учреждению, которому поручается производство экспертизы, при назначении экспертизы не поступило. При этом суд учитывает, что о судебном заседании, назначенном на 15 мая 2023 года, ФИО1 был надлежащим образом извещен, в судебное заседание не явился, распорядившись правом на личное участие по своему усмотрению, защитник не ходатайствовал об отложении судебного заседания. Кроме того, ходатайств о назначении дополнительной или повторной экспертизы ФИО1 и его защитники в суде первой инстанции и в ходе рассмотрения настоящей жалобы в суде апелляционной инстанции не заявляли. Учитывая изложенное, прихожу к выводу о том, что при назначении судом судебно-медицинской экспертизы положения ст. 26.4 КоАП РФ соблюдены в полном объеме.

Оснований сомневаться в достоверности сведений, изложенных в заключении эксперта, не имеется. Данные доказательства получены в рамках установленной законом процедуры, в целях выявления и оценки степени тяжести вреда, причиненного здоровью потерпевшей, вследствие противоправных действии виновного лица. При этом, исследования проведены судебно-медицинским экспертом, имеющим высшее медицинское образование, стаж работы по специальности с 2007 года.

Указанное заключение вопреки доводам жалобы соответствует требованиям, предъявляемым ст. 26.2 КоАП РФ к доказательствам такого рода, а также требованиям п. 5 ст. 26.4 КоАП РФ. В нем указано, кем и на каком основании проводились исследования, раскрыто их содержание, даны обоснованные ответы на поставленные перед экспертом вопросы. Обстоятельств порочащих этот документ, как доказательство, не выявлено. Доказательств, опровергающих указанное заключение, не имеется. Каких-либо формальных нарушений в заключении также не содержится. Как следует из заключения эксперта, экспертиза проведена на основании представленных медицинских документов, которые явились достаточными для дачи ответов на поставленные вопросы. В связи с чем, доводы защитника о том, что экспертом не была осмотрена потерпевшая, что является основанием сомневаться в выводах эксперта, являются несостоятельными.

Кроме того, наличие у потерпевшей Г.В.А. телесных повреждений, локализация, а также причины образования, подтверждены письменными объяснениями, показаниями потерпевшей, полученными с соблюдением требований ст. 17.9 КоАП, что позволяет установить причинно-следственную связь между действиями ФИО1 и причиненными потерпевшей телесными повреждениями. Сведения, содержащиеся в письменных объяснениях потерпевшей, полностью согласуются с ее показаниями, данными при рассмотрении дела судьей районного суда в условиях состязательности сторон при участии ФИО1 и его защитника.

Оснований сомневаться в правдивости и достоверности сведений, сообщенных потерпевшей, а также оснований полагать о наличии у нее заинтересованности в привлечении к ответственности ФИО1 не имеется.

Таким образом, обоснованность привлечения ФИО1 к административной ответственности по ст. 6.1.1 КоАП РФ сомнений не вызывает.

Вопреки доводам защитника, по делу проводилось административное расследование, подсудность рассмотрения дела в данном случае судьей районного суда не нарушена.

В соответствии с ч. 1 ст. 28.7 КоАП РФ в случае совершения административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 данного Кодекса, проводится административное расследование. При этом в силу ч. 3 ст. 23.1 КоАП Российской Федерации дела об административных правонарушениях, отнесенные к подведомственности судов и производство по которым осуществляется в форме административного расследования, рассматриваются судьями районных судов, а в остальных случаях - мировыми судьями.

В соответствии с ч. 1 ст. 28.7 КоАП РФ и абз. 3 подп. "а" п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" административное расследование представляет собой комплекс требующих значительных временных затрат, процессуальных действий, направленных на выяснение всех обстоятельств административного правонарушения, их фиксирование, юридическую квалификацию и процессуальное оформление. Кроме того, проведение административного расследования должно состоять из реальных действий, направленных на получение необходимых сведений.

Из смысла абз. 7 п. 3 указанного постановления следует, что в случае, если административное расследование фактически не проводилось, дело подлежит рассмотрению мировым судьей.

Согласно материалам дела, 22 июля 2021 года по результатам рассмотрения материала проверки КУСП-№ от 19 июля 2021 года УУП ОУУППиПДН МО МВД России «Бугурусланский» вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования по ст. 6.1.1 КоАП РФ (л.д. 26).

В ходе административного расследования опрошены участники процесса и свидетели, проведена судебно-медицинская экспертиза в отношении потерпевшей Г.В.А., составлен протокол об административном правонарушении, который передан на рассмотрение в Бугурусланский районный суд Оренбургской области.

Все названные действия с учетом наличия вынесенного должностным лицом определения о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования, а также проведения по делу судебно-медицинской экспертизы позволяют прийти к выводу, что по делу фактически проводился комплекс процессуальных действий, направленных на выяснение всех обстоятельств административного правонарушения, их фиксирование, юридическую квалификацию и процессуальное оформление.

Таким образом, дело об административном правонарушении в отношении ФИО1 правомерно рассмотрено судьей районного суда в соответствии с положениями абз. 2 ч. 3 ст. 23.1 КоАП РФ.

Доводы о том, что определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования было вынесено в отсутствие лица, в отношении которого ведется производство по делу, о его наличии заявитель не знал, не свидетельствует о существенном процессуальном нарушении. Как следует из материалов дела, на всем протяжении производства по делу ФИО1 своими правами, предоставленными ему как лицу, в отношении которого ведется производство по делу, пользовался в полном объеме, в том числе действовал через своих защитников. С материалами дела защитники были ознакомлены до рассмотрения дела по существу, протокол об административном правонарушении составлен должностным лицом с участием ФИО1 и защитников, то есть заявитель был осведомлен о предъявленном обвинении. Дополнительных ходатайств от ФИО1 об ознакомлении с материалами дела ни в суд первой инстанции, ни в ходе производства по настоящему делу в суде второй инстанции, учитывая личное участие его в судебном заседании, не поступало.

Доводы защитника о не разрешении письменных ходатайств, заявленных должностному лицу при составлении протокола об административном правонарушении, не влекут отмену судебного постановления.

Исходя из положений ч. 2 ст. 29.3 КоАП РФ, отвод сотруднику полиции должен быть заявлен до составления протокола об административном правонарушении. Из протокола об административном правонарушении усматривается, что указанные заявления были сделаны после его составления. В этой связи у должностного лица отсутствовала обязанность разрешать указанные заявления и ходатайство. Кроме того, заявленный отвод сотруднику полиции не мотивирован. Доказательства личной заинтересованности в исходе дела, исключающие возможность участия данного должностного лица в производстве по административному делу, отсутствуют.

Ходатайство о допуске защитников сотрудником полиции было рассмотрено и удовлетворено, что следует из протокола об административном правонарушении, составленного в присутствии ФИО1 и его защитников (л.д. 2).

Ходатайство о передаче дела по месту жительства, а также ходатайство об исключении протокола об административном правонарушении из числа доказательств не подлежали рассмотрению должностным лицом, поскольку данный вопрос в соответствии с положениями гл. 29 КоАП РФ, отнесен к компетенции должностного лица или суда, рассматривающего дело по существу. Компетентным лицом по настоящему делу являлся суд, который разрешил ходатайство о передаче дела по месту жительства в определении о назначении времени и месте рассмотрения дела (л.д. 50). Оснований для удовлетворения ходатайства об исключении протокола об административном правонарушении суд первой инстанции не нашел, о чем сделал суждение в итоговом постановлении (л.д. 104-109).

Не разрешение ходатайства об ознакомлении с материалами дела при составлении протокола об административном правонарушении не повлекло нарушение права заявителя на защиту, поскольку ФИО1 не был лишен возможности ознакомиться с делом до вынесения итогового постановления. Данным правом ФИО1 лично не воспользовался, реализовал его через своего защитника Коваленко А.С.

Доводы автора жалобы о том, что судом в определении о назначении экспертизы не разъяснен порядок его обжалования, не свидетельствуют о наличии процессуальных нарушений.

Исходя из положений гл. 30 КоАП РФ, устанавливающей порядок обжалования постановлений, решений и определений по делам об административных правонарушениях, определение суда о назначении экспертизы самостоятельному обжалованию не подлежит, поскольку возможность его обжалования нормами Кодекса прямо не предусмотрена и его вынесение не исключает возможность дальнейшего движения дела.

Вынесенное 15 мая 2023 года судьей районного суда определение о назначении судебной экспертизы могло быть обжаловано только совместно с итоговым судебным актом, вынесенным по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ. В настоящей жалобе доводы о незаконности определения судьи от 15 мая 2023 года заявителем не приведены.

С суждениями в жалобе в той части, что судьей районного суда нарушены правила оценки доказательств и неверно установлены обстоятельства дела, согласиться нельзя. Допустимость, достоверность и достаточность представленных по делу доказательств по настоящему делу не вызывает сомнений.

Представленные по делу доказательства оценены в соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ, согласно которой судья, члены коллегиального органа, должностное лицо, осуществляющие производство по делу об административном правонарушении, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

Вопреки доводам жалобы, из представленных материалов дела не усматривается наличие противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность выводов суда о доказанности вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ.

Действия ФИО1 не могут расцениваться как совершенные в условиях крайней необходимости, поскольку совокупность признаков, указанных в ст. 2.7 КоАП РФ, в данном случае отсутствует.

Доводы защитника, основанные на несогласии с оценкой обстоятельств дела и с толкованием судом норм права, сами по себе не могут служить основанием для отмены принятого судом процессуального акта.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, вынесено судьей районного суда в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ, который составляет два года.

Действия ФИО1, не содержащие уголовно наказуемого деяния, квалифицированы в соответствии с установленными обстоятельствами и нормами КоАП РФ на основании оценки совокупности исследованных судебными инстанциями доказательств.

Административное наказание ФИО1 назначено в пределах санкции ст. 6.1.1 КоАП РФ.

Процессуальных нарушений, влекущих отмену оспариваемого судебного акта, при производстве по делу об административном правонарушении не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 30.6, 30.7 и 30.8 КоАП РФ,

решил:

постановление судьи Бугурусланского районного суда Оренбургской области от 31 мая 2023 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу заявителя – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу со дня его вынесения, но может быть обжаловано и (или) опротестовано в порядке, установленном ст. ст. 30.12 - 30.14 КоАП РФ, путем обращения с жалобой (протестом) в Шестой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Оренбургского

областного суда Т.И. Пересыпкина