УИД: 66RS0003-01-2023-001441-93

дело № 2-2603/2023 (№ 33-12894/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 17 августа 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Колесниковой О.Г.,

судей Ершовой Т.Е., Сорокиной С.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Безумовой А.А.,

с участием прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе прокуратуры Свердловской области Беловой К.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Уралвоенпроект» о восстановлении на работе, взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации времени вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

по апелляционным жалобам сторон на решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 22.05.2023.

Заслушав доклад судьи Колесниковой О.Г., объяснения истца и его представителя по устному ходатайству ФИО2, поддержавших апелляционную жалобу истца и возражавших относительно доводов апелляционной жалобы ответчика, объяснения представителя ответчика ФИО3 (доверенность от 06.02.2023 сроком на три года), поддержавшей апелляционную жалобу ответчика и возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы истца, заключение прокурора Беловой К.С., полагавшей решение суда в части восстановления истца на работе подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Уралвоенпроект» (далее по тексту – Общество) об оспаривании законности увольнения, взыскании задолженности по заработной плате и компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указал, что с 26.05.2020 работал у ответчика на основании трудового договора № 5 от 26.05.2020 в должности главного инженера. По условиям трудового договора истцу был установлен должностной оклад в размере 30000 руб. в месяц, приказом директора Общества № 4 от 01.03.2021 должностной оклад истца увеличен до 60375 руб. Вместе с тем по устной договоренности с работодателем с момента трудоустройства оплата труда истца производилась в размере 100000 руб. в месяц, при этом выплаты в размере, превышающем должностной оклад по трудовому договору, оформлялись как командировочные расходы либо производились без документального оформления наличными денежными средствами (данное обстоятельство подтверждено ведомостями в получении заработной платы за январь и март 2021 г). Однако с января 2022 г. руководитель Общества вследствие личной неприязни стал понуждать истца к увольнению, угрожая увольнением за прогул и не выплачивая заработную плату в полном объеме. В связи с невыплатой в полном объеме заработной платы истец 28.03.2022 и 28.10.2022 направлял работодателю претензии, но продолжал исполнять свои трудовые функции. 31.10.2022 ФИО1 уведомил работодателя о приостановлении работы до погашения задолженности. Задолженность по заработной плате была погашена в конце декабря 2022 г., после чего истец приступил к работе. 09.02.2023 директор Общества вновь пытался заставить истца написать заявление на увольнение, и последний, понимая, что ему не дадут работать, предложил заключить соглашение об увольнении в соответствии с п. 1 ст. 77, ст. 78 Трудового кодекса РФ. В этот же день юрист Общества направила истцу посредством мессенджера WhatsApp проект соглашения об увольнении. С условиями данного соглашения истец был не согласен, внес свои изменения, касающиеся выплаты дополнительно к расчету при увольнении выходного пособия в размере двух окладов. Получив откорректированное соглашение, ответчик потребовал от истца представить объяснение по факту отсутствия на работе с 08.02.2023. Приказом № 14-УВ от 27.02.2023 истец уволен 08.02.2023 по основанию, предусмотренному подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, за прогул, совершенный в период с 08.02.2023 по 10.02.2023. С увольнением ФИО1 не согласен, оспаривая факт совершения прогула и ссылаясь на нарушение процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности. Указал, что в силу специфики выполняемых должностных обязанностей он (истец) не обязан был находиться непосредственно в офисе работодателя в течение всего рабочего дня, в спорные дни с утра приезжал в офис, а в последующем находился на производственном объекте (полигон «Свердловский»), осуществляя там свои должностные обязанности. Просил учесть, что за весь период работы в Обществе он ни разу не привлекался к дисциплинарной ответственности и имел исключительно высокие показатели эффективности. Указал на причинение ему морального вреда таким неправомерным поведением работодателя.

На основании изложенного, с учетом последующего уточнения иска в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, ФИО1 просил восстановить его на работе в должности главного инженера Общества с 09.02.2023, взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию за время вынужденного прогула на дату вынесения решения суда из расчета 3377,84 руб. за каждый рабочий день, задолженность по заработной плате за период с января по декабрь 2022 г. в размере 515404,75 руб., компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

Представители ответчика ФИО4, ФИО3 иск не признали, просили в его удовлетворении отказать. Факт выплаты истцу «серой» заработной платы, не предусмотренной трудовым договором, отрицали, в связи с чем настаивали на отсутствии перед ФИО1 задолженности по заработной плате. Заявили о фальсификации представленных истцом ведомостей о выплате заработной платы за январь и март 2021 г. Пояснили, что, действительно, с ФИО1 велись переговоры по поводу заключения соглашения о расторжении трудового договора, однако, согласовать его условия не удалось, соглашение со стороны ответчика не подписывалось. Представленное стороной истца соглашение содержит факсимильную подпись руководителя организации. Относительно совершения ФИО1 прогула указали, что в командировки за пределами области истец в феврале 2023 г. не направлялся, должен был осуществлять свои трудовые функции в офисе Общества, расположенном по адресу: <...>. Между тем, ежедневно в период с 08.02.2023 по 10.02.2023 ФИО1 в течение всего рабочего дня на рабочем месте отсутствовал, в связи с чем обоснованно уволен за прогул.

Определением суда к участию в деле в качестве третьего лица был привлечен директор Общества К.А.АА., который поддержал позицию ответчика.

Прокурор Романова Л.В. дала заключение об обоснованности иска ФИО1 о восстановлении на работе, указывая на несоответствие меры дисциплинарного взыскания тяжести совершенного истцом проступка.

Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 22.05.2023 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично: ФИО1 восстановлен на работе в Обществе в должности главного инженера с 09.02.2023, в его пользу с ответчика взысканы компенсация за время вынужденного прогула в размере 276982,88 руб. за вычетом необходимых удержаний и компенсация морального вреда в размере 10000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказано. Кроме того, с Общества в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6269,83 руб.

С таким решением стороны не согласились.

ФИО1 в апелляционной жалобе, указывая на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит решение суда в части отказа в удовлетворении требований о взыскании задолженности по заработной плате изменить и принять новое решение о взыскании задолженности по заработной плате. Указывает, что суд необоснованно отклонил его доводы о согласовании сторонами заработной платы в большем размере, нежели это предусмотрено трудовым договором (первоначально оклад в размере 30000 руб. и премия в размере 70000 руб., с 01.03.2021 - оклад в размере 60375 руб. и премия в размере 39625 руб.), не дав надлежащей оценки фактам, связанным с переговорами сторон при заключении трудового договора, показаниям свидетелей, электронной переписке, ведомостям по выплате заработной платы. При этом заявление ответчика о фальсификации истцом указанных ведомостей ввиду проставления на них факсимиле подписи директора Общества ФИО5 несостоятельно, так как у ответчика был принят такой порядок организации документооборота. Оснований сомневаться в подлинности представленных истцом копий ведомостей не имелось, поскольку копий иного содержания ответчиком представлено не было. Также суд не принял во внимание то обстоятельство, что перечисление денежных средств с назначением платежа «командировочные расходы» (а в действительности – «серой» части заработной платы) производилось истцу регулярно до августа 2021 г., хотя истец в командировку не направлялся. Также факт выплаты истцу неофициальной части заработной платы подтверждается объявлениями о наличии вакансий в Обществе на сайтах по подбору персонала.

В апелляционной жалобе представитель Общества ФИО3, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права, неправильное определение юридически значимых обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит решение суда в части удовлетворения исковых требований ФИО1 отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска в полном объеме. Настаивает на доказанности ответчиком наличия оснований для увольнения истца за грубое нарушение трудовой дисциплины, поскольку факт его отсутствия на работе без уважительных причин в период с 08.02.2023 по 10.02.2023, а также факт того, что ранее истец пренебрегал требованиями трудовой дисциплины, нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, подтверждается показаниями свидетеля Б., пояснениями третьего лица ФИО5 Оспаривает вывод суда о том, что ФИО1 самостоятельно определял свой график работы. Просит учесть, что истец работал на основании данных ему руководителем поручений, однако в спорный период ФИО5 истцу никаких поручений о работе за пределами офиса не давал. О том, что работники Общества могли покинуть офис при отъезде на производственные площадки только с разрешения руководителя, свидетельствуют показания свидетелей Ч., С., а также переписка в мессенджере WhatsApp. Апеллянт настаивает на том, что при принятии решения об увольнении ФИО1 за прогул ответчик учитывал предшествующее поведение работника, его отношение к труду, а также наступившие вследствие его поведения негативные последствия в виде расторжения государственного контракта, взыскания судом штрафа и неустойки в пользу заказчика. При этом, по мнению автора жалобы, определение соотношения убытков и вины истца в предмет доказывания по настоящему спору не входит.

В отзывах на апелляционные жалобы стороны просят оставить без удовлетворения апелляционную жалобу противной стороны. Прокурор Романова Л.В. в отзыве на апелляционную жалобу ответчика просит оставить решение суда без изменения, полагая несостоятельными доводы апеллянта.

В заседание судебной коллегии третье лицо ФИО5 не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещался заблаговременно и надлежащим образом: путем направления судебного извещения заказной почтой с уведомлением (конверт возвращен в суд за истечением срока хранения, что в силу положений ст. 165.1 Гражданского кодекса РФ и с учетом разъяснений в п. 68 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», позволяет считать третье лицо надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного заседания). Информация о месте и времени апелляционного рассмотрения была заблаговременно (14.07.2023) размещена на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда (с учетом положений ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в п. 16 Постановления от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов»). Сведениями о причинах неявки в судебное заседание третьего лица судебная коллегия не располагает, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, им не заявлено.

При изложенных обстоятельствах, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия определила о рассмотрении дела при данной явке.

Заслушав объяснения сторон, заключение прокурора, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив законность и обоснованность решения суда исходя из этих доводов (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ), судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, следует из материалов дела, что ФИО1 приказом № 2 от 26.05.2020 принят на работу в Общество на должность главного инженера (т. 1 л.д. 16), с ним заключен трудовой договор № 5 от 26.05.2020 (т. 1 л.д. 10-15).

Приказом № 14-УВ от 27.02.2023 ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности и уволен 08.02.2023 по основанию, предусмотренному подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, за прогул, совершенный в период с 08.02.2023 по 10.02.2023 (т. 1 л.д. 18).

Удовлетворяя иск ФИО1 о восстановлении на работе, суд, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, руководствуясь положениями ст.ст. 20, 21, 56, 81, 139, 192, 394 Трудового кодекса РФ и руководящими разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, изложенными в п.п. 39, 53 постановления от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», пришел к выводу о незаконности привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения ввиду нарушения работодателем установленного законом порядка привлечения наложения дисциплинарного взыскания. Делая такой вывод, суд указал на несоблюдение ответчиком при выборе меры дисциплинарного взыскания положений п. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ об учете обстоятельств совершения проступка, предшествующего поведения работника, отношения его к труду, а также на несоответствие тяжести проступка наложенному дисциплинарному взысканию.

Судебная коллегия не находит оснований по доводам апелляционной жалобы ответчика не соглашаться с выводом суда о незаконности увольнения истца.

В соответствии со ст. 192 Трудового кодекса РФ под дисциплинарным проступком, за совершение которого работник может быть привлечен к дисциплинарной ответственности, понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей. К дисциплинарным взысканиям, которые могут быть применены за совершение дисциплинарного проступка, относятся, в том числе, увольнение по соответствующим основаниям, в частности, по основаниям, предусмотренным п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ.

Согласно пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей – прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Как разъяснено в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Таким образом, именно на ответчике как работодателе лежала обязанность доказать факт совершения истцом прогула, т.е. отсутствия на рабочем месте без уважительных причин, соблюдение порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности.

По условиям трудового договора место работы истца согласовано сторонами по адресу: <...>.

Согласно п.п. 3.1, 3.3 трудового договора истцу установлен режим работы: пятидневная рабочая неделя с 09:00 до 18:00 с перерывом на обед с 12:00 до 13:00. Оспариваемым приказом № 14-УВ от 27.02.2023 истцу вменено в вину нарушение трудовой дисциплины – совершение прогула в период с 08.02.2023 по 10.02.2023. То обстоятельство, что указанные дни являлись для истца рабочими, им самим не отрицалось и следует из табеля учета рабочего времени за февраль 2023 г. (т. 1 л.д. 238, 239).

В обоснование своей позиции о несовершении прогула ФИО1 ссылался на отсутствие у него обязанности находиться в офисе Общества в течение всего рабочего дня, а также на то, что в спорный период он был занят в осуществлении производственной деятельности на обслуживаемом Обществом объекте полигон «Свердловский», тогда как отсутствие его на работе зафиксировано в офисе Общества. ФИО1 в ходе рассмотрения дела, в частности, пояснял, что в указанные дни приезжал в офис, после чего выезжал на объект Полигон «Свердловский», где находился в течение дня (08.02.2023 менял замок, чем занимался 09.02.2023 и 10.02.2023, не помнит).

В то же время, данные пояснения истца материалами дела не подтверждаются, опровергаются представленными ответчиком документами - актами об отсутствии ФИО1 на рабочем месте в течение всего рабочего дня с 09:00 до 18:00 08.02.2023, 09.02.2023, 10.02.2023, докладными записками от указанных дат, составленными работниками Общества (т. 1 л.д. 70-75), а также показаниями свидетелей В., Б. Содержание вышеназванных документов и показания свидетелей истцом не опровергнуты, оснований сомневаться в достоверности изложенных сведений судебная коллегия не усматривает. Кроме того, судебная коллегия учитывает неопровергнутые истцом объяснения представителей ответчика и третьего лица ФИО5 о том, что в спорный период работы на объекте Полигон «Свердловский» Обществом не осуществлялись, поручений о выполнении работ на данном объекте ФИО1 не давалось и отсутствие его в офисе с руководством Общества согласовано не было. Условие о разъездном характере работы истца не закреплено ни в трудовом договоре, ни в локальных нормативных актах Общества.

Таким образом, судебная коллегия полагает, что работодатель, привлекая Г.Н.ЕБ. к ответственности за прогул, представил надлежащие и достаточные доказательства того, что истец в спорный период на работе отсутствовал без уважительных причин. Соответственно, наличие законного основания для привлечения истца к дисциплинарной ответственности за совершение прогулов 08.02.2023, 09.02.2023, 10.02.2023 ответчиком в ходе рассмотрения дела доказано, истцом не опровергнуто.

Вместе с тем, вопреки доводам ответчика, суд пришел к обоснованному выводу о нарушении ответчиком установленного порядка привлечения истца к дисциплинарной ответственности в связи с нарушением положений ч. 5 ст. 193 Трудового кодекса РФ.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ).

В п. 53 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, решение работодателя о привлечении работника к дисциплинарной ответственности в виде увольнения может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подп. «а» п. 6 ч. 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда РФ от 19.02.2009 № 75-О-О, от 24.09.2012 № 1793-О, от 24.06.2014 № 1288-О, от 23.06.2015 № 1243-О и др.).

Судебная коллегия полагает, что судом правомерно указано на незаконность увольнения ФИО1 ввиду несоблюдения работодателем при увольнении истца требований ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ.

В письменном объяснении от 13.02.2023 по факту вменяемого ему прогула (т. 1 л.д. 27-28) ФИО1 помимо утверждения о том, что в спорные дни находился на работе, указал, что после Нового года его лишили рабочего места в офисе, забрали компьютер, рабочий стол, стул и передали их новому сотруднику, в связи с чем находиться в офисе ему было негде.

Из приказа о наложении дисциплинарного взыскания не следует и в материалах дела отсутствуют доказательства того, что при принятии работодателем в отношении истца решения о наложении дисциплинарного взыскания в виде увольнения проверялись обстоятельства, изложенные в объяснении ФИО1, учитывалась тяжесть вмененного в вину нарушения и обстоятельства, при которых оно было совершено, а также предшествующее поведение истца и его отношение к работе, факт отсутствия у ФИО1 дисциплинарных взысканий. Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что при выборе меры дисциплинарного взыскания учитывались негативные последствия в виде расторжения государственного контракта, взыскания судом штрафа и неустойки в пользу заказчика, суд апелляционной инстанции не может признать состоятельными, поскольку из представленных ответчиком доказательств с определенностью и достоверностью не следует, что указанные обстоятельства наступили вследствие поведения истца и исключительно по его вине.

Доводы жалобы ответчика о наличии у него права на применение избранной меры взыскания в виде увольнения в силу самой нормы подп. «д» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ отклоняются, поскольку противоречат положениям ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ, а также разъяснениям, данным в п. 53 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации». Кроме того, при выборе меры взыскания работодатель, даже если исходить исключительно из формального аспекта и отсутствия истца на работе в течение 3 дней, должен был учитывать вышеуказанные обстоятельства нарушения истцом дисциплины труда (в том числе, наличие конфликта между руководством и ФИО1, что следует из согласованных пояснений сторон), тяжесть проступка, отсутствие прямой причинно-следственной связи выявленных нарушений с наступлением негативных последствий, чего ответчиком при применении взыскания сделано не было.

При таком положении суд пришел к правильному выводу о неправомерности расторжения трудового договора с истцом по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, в связи с чем постановил законное и обоснованное решение о восстановлении ФИО1 на работе в прежней должности с 09.02.2023.

Вывод суда о наличии оснований для взыскания в пользу истца среднего заработка за период вынужденного прогула соответствует требованиям ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса РФ, согласно которой орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы. Доводов о несогласии с решением суда в указанной части, а также в части взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, причиненного необоснованным привлечением к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, апелляционные жалобы сторон не содержат.

Разрешая заявленные истцом имущественные требования, суд пришел к выводу об отсутствии у ответчика задолженности по заработной плате перед истцом, исходя из того, что с ФИО1 в полном объеме произведен расчет исходя из размера ежемесячной заработной платы, установленной трудовым договором.

С выводом суда об отсутствии правовых оснований для взыскания в пользу ФИО1 задолженности по оплате труда судебная коллегия соглашается.

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Данному праву работника в силу ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса РФ корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

Частью 1 статьи 135 Трудового кодекса РФ определено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Статья 129 Трудового кодекса РФ определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) (часть 1).

Пунктами 4.1, 4.2 раздела «Оплата труда» заключенного сторонами трудового договора № 5 от 26.05.2020 предусмотрено, что работнику устанавливается оклад в размере 30000 руб., на период действия договора на работника распространяются положения соглашений, локальных нормативных актов, устанавливающие доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе, за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, доплаты и надбавки стимулирующего характера и системы премирования. В соответствии со справкой работодателя от 26.04.2023 (т. 1 л.д. 240), в Обществе отсутствуют и никогда не разрабатывались Положение о премировании работников, а также локальные нормативные акты, устанавливающие доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, доплаты и надбавки стимулирующего характера и системы премирования.

Приказом № 4 от 01.03.2021 истцу с 01.03.2021 установлен оклад в размере 60 375 рублей в месяц (т. 1 л.д. 17).

Заработная плата ФИО1 выплачивалась в соответствии с вышеуказанными условиями трудового договора, что подтверждается расчетными листками, справками о доходах и суммах налога физического лица (т. 1 л.д. 48-50, 93-97, 115-117). При этом доказательств согласования сторонами заработной платы истца в большем размере, чем было предусмотрено условиями трудового договора и приказом № 4 от 01.03.2021 (первоначально оклад в размере 30000 руб., с 01.03.2021 - оклад в размере 60375 руб.), материалы дела не содержат.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что его заработная плата в действительности составляла 100000 руб. в месяц и о регулярном до августа 2021 г. перечислении ежемесячных премий с назначением платежа «командировочные расходы» со ссылкой на выписку по банковскому счету, суд апелляционной инстанции не может признать состоятельными. Суммы перечисляемых истцу платежей с наименованием «командировочные расходы», «распределение на платежную карту», «перевод средств подотчет на хозяйственные нужды» ни по отдельности, ни в совокупности за месяц не соответствует указанному истцом размеру премии (70000 руб. и 39625 руб.).

Что касается представленных истцом в качестве доказательства согласованного размера оплаты труда ведомостей о выплате заработной платы за январь и апрель 2021 г., то судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о необходимости их критической оценки, находя логически обоснованной позицию ответчика об отсутствии причин для оформления выплаты неофициальной части заработной платы по ведомостям, заверенным печатью организации и подписью ее руководителя. Кроме того, представленные истцом копии ведомостей относятся к началу 2021 г., то есть приведенная в них информация не охватывается периодом, за который ФИО1 просил взыскать задолженность по заработной плате. Объявления о наличии вакансий в Обществе, размещенные на сайтах по подбору персонала, также не подтверждают факт согласования сторонами размера оплаты труда истца в сумме 100000 руб., так как содержат лишь сведения о предполагаемых условиях труда у работодателя и к тому же не по должности главного инженера, а по иным должностям,

При указанных обстоятельствах суд правомерно не принял во внимание доводы истца о наличии у ответчика задолженности по оплате труда, решение суда первой инстанции в указанной части суд апелляционной инстанции признает законным, обоснованным и не подлежащим отмене по доводам апелляционной жалобы истца.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и нуждались в проверке, могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, сторонами в апелляционных жалобах не приведено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 22.05.2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы сторон – без удовлетворения.

Председательствующий: Колесникова О.Г.

Судьи: Ершова Т.Е.

Сорокина С.В.