Решение по делу № 2-100/2023 от 09.06.2023

КОПИЯ

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

9 июня 2023 года г. Нижневартовск

Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры, в составе:

председательствующего судьи Зобниной Е.В..,

при секретаре Штрак Е.В.,

с участием истца Н., помощника прокурора Волковой Е.Б.,

с участием представителей ответчика БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» по доверенности Ф., Ч.,

с участием представителя ответчика БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» по доверенности Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению заместителя прокурора города Нижневартовска в интересах Н. к БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница», БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» о компенсации морального вреда,

третье лиц, не заявляющее самостоятельных исковых требований относительно предмета спора на стороне ответчика БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» К.К.К.,

третье лиц, не заявляющее самостоятельных исковых требований относительно предмета спора на стороне ответчика БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» К.В.И.,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор г. Нижневартовска, в интересах Н. обратился в суд с иском к БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» о компенсации морального вреда, в обосновании указав, что 10.06.2022 Н. обратилась с заявлением в прокуратуру об обращении в ее интересах в суд к БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» в связи с некачественным, оказанием медицинских услуг. Н., <дата> г.р., является неработающим пенсионером, в период с 30.09.2020 по 27.10.2020 находилась на стационарном лечении в БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница», в результате которого ей была проведена операция <данные изъяты>. После чего Н. проходила амбулаторное лечение в БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» у хирурга для проведения перевязок и обработки раны. После проведения ей перевязки 06.10.2020 ее состояние ухудшилось, поднялась температура, появились гнойные выделения из раны, о чём неоднократно сообщала хирургу, проводящему перевязки, однако мер, направленных на выявление причин появления боли и гнойных выделений, хирургом не предпринимались. 25.02.2021 врач-хирург выдал направление в БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница», где врач-хирург обнаружил марлевую салфетку, находящуюся в обильном гнойном выделении, изъял ее из раны, о чем имеется соответствующая запись в медицинской документации. Длительное время Н. не могла вести привычный ей образ жизни, поскольку была ограничена в передвижении (передвигалась с помощью трости, при этом испытывала болевые ощущения), нарушился сон, приходилось спать только на спине, а также принимала значительное количество медицинских препаратов, в том числе сильнодействующих обезболивающих, в связи с чем, испытала моральные и нравственные страдания. Согласно ответу Департамента здравоохранения ХМАО-Югры в действиях врача хирурга выявлены дефекты оказания медицинской помощи, в связи с чем он был привлечён к дисциплинарной ответственности. После уточнений, просит взыскать с БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» в пользу Н. компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, с БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» в пользу Н. компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей.

В дальнейшем сторона истца в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса РФ уточняла заявленные исковые требования, окончательно просила взыскать с БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» в пользу Н. компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, с БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» в пользу Н. компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Истец в судебном заседании на удовлетворении заявленных исковых требований настаивала в полном объеме. Указала, что вследствие оказания ей медицинских услуг не соответствующих требованиям и стандартам ей были причинены нравственные страдания, более трех месяцев рана не заживала, что не позволяло истцу вести обычной образ жизни. На протяжении длительного времени она испытывала боли, не могла спать, выделения из раны (гнойные) были невыносимы, температура не спадала, ходить практически не могла. Гнойные выделения начались еще в нейрохирургии, несмотря на это истец была переведена в хирургическое отделение №2, где ей привязывали аппарат для выкачивания гноя, при выписке выделяемое было.

Помощник прокурора Волкова Е.Б. в судебном заседании на удовлетворении заявленных исковых требований настаивала в полном объеме. В период с 30.09.2020 по 27.10.2020 Н. находилась на стационарном лечении в Учреждении. Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного №, Н. в ходе лечения была проведена операция <данные изъяты>. Также Н. проходила амбулаторное лечение в БУ ХМАО- Югры «Нижневартовская городская поликлиника», где последней выдали направление к хирургу для проведения перевязок и обработки раны. Ее состояние ухудшалось, поднялась температура, появились гнойные выделения из раны. Об этом последняя неоднократно сообщала хирургу, который проводил перевязки, при этом мер, направленных на выявление причин появления боли и гнойных выделений, не принимал. Только 25.02.2021 врач-хирург выдал направление в БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница», в которой врач-хирург обнаружил марлевую салфетку, находящуюся в обильном гнойном выделении, изъял ее из раны, о чем имеется соответствующая запись в медицинской документации. Длительное время истец не могла вести привычный ей образ жизни, поскольку была ограничена в передвижении (передвигалась с помощью трости, при этом испытывала болевые ощущения), нарушился сон, приходилось спать только на спине, а также принимала значительное количество медицинских препаратов, в том числе сильнодействующих обезболивающих. Кроме того, нуждалась в помощи посторонних лиц (помощь при переодевании, купании, не могла самостоятельно ходить в туалет). В связи с чем, испытала моральные и нравственные страдания. Согласно ответу Департамента здравоохранения ХМАО-Югры в действиях врача хирурга выявлены дефекты оказания медицинской помощи, в связи с чем он был привлечён к дисциплинарной ответственности. Согласно ответу Департамента здравоохранения ХМАО-Югры от <дата> № в БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная больница» и БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» осуществлен ведомственный контроль качества и безопасности медицинской деятельности с привлечением специалистов по профилю «хирургия» и «нейрохирургия», по результатам которого выявлены нарушения в части некачественного оформления первичной медицинской документации (отсутствие письменного отказа Н. от госпитализации, записи об удалении марлевой салфетки). Факт ненадлежащего оказания медицинской помощи подтверждается актом ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности. В связи с чем, Н. имеет право на получение компенсации морального вреда.

Представитель ответчика БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» по доверенности Ф. в судебном заседании заявленные исковые требования не признала, указав, что необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Исковое заявление прокурора города Нижневартовска, поданное в интересах Н. в отношении ответчика БУ «Нижневартовская окружная клническая больница» не подлежит удовлетворению, т.к. вина работников ответчика БУ «Нижневартовская окружная клническая больница» в причинении морального вреда Н. отсутствует, а также отсутствует причинно-следственная связь между добросовестными действиями ответчика и наступившими последствиями. Н. находилась на стационарном лечении в нейрохирургическом отделении БУ «Нижневартовская окружная клиническая больница» с 30.09.2020 по 27.10.2020 с диагнозом: <данные изъяты>. Проведено оперативное лечение: 06.10.2020 Микрохирургическая дискэктомия С6-С7, <данные изъяты>. 22.10.2020 в связи с расхождением краев раны произведена ревизия послеоперационной раны под наркозом. Швы сняты с подкожно-жировой клетчатки и апоневроза, в области резекции подвздошной кости, вскрыта лизированная гематома мутно-геморрагического цвета, общим объёмом около 20 мл, взят анализ на бакпосев, полость промыта обильно диасептом, и II202 3%. Принято решение об ведении раны открыто. Асептическая повязка на рану с йодопироном. 27.10.020 для дальнейшего лечения переведена в хирургическое отделение №2 (далее ХО№2). С 27.10.2020 по 17.11.2020 находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении №2 Проведенное лечение в ХО№2: антибиотикотерапия, ингибиторы протонной помпы, обезболивание, перевязки с мазью Офломелид. 17.11.2020 выписана. При выписке состояние удовлетворительное. Сознание ясное. Жалоб не предъявляет. С 01.03.2021 по 09.03.2021 Н. вновь находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении №2 БУ «Нижневартовская окружная клиническая больница» с диагнозом: Основной: <данные изъяты>. Жалобы при поступлении: на наличие длительно незаживающей раны в левой подвздошной области с гнойным отделяемым Локальный статус при поступлении: в левой подвздошной области имеется рана около 6,0x2,5см. Без перифокальной гиперемии. Из раны исходит резкий колибациллярный запах, отделяемое гнойное в умеренном количестве. При ревизии - раневой канал идет к гребню подвздошной кости, пальпаторно определяется край подвздошной кости с острыми краями. Дно раневого канала выстлано гипергрануляциями, кровоточащими при касании. Со дна раны так удалена марлевая салфетка, последняя серо-зеленого цвета, с резким гнилостным запахом. С выводами экспертов не согласны. Выводы, к которым пришли эксперты, носят вероятный, предположительный характер, что не допустимо. Считает, что выводы экспертизы противоречит материалам дела. А именно: вывод, что «Во время выполнения операции, либо в последующем, непреднамеренно было оставлено инородное тело (вероятнее всего марлевая салфетка) противоречит другим, имеющимся в деле доказательствам (документам). Департаментом здравоохранения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры, с привлечением специалистов по профилю «хирургия» и «нейрохирургия» проведен ведомственный контроль качества и безопасности медицинской деятельности. Экспертами установлено, что при первичном осмотре врача-хирурга в поликлинике отсутствует запись об удалении марлевой салфетки, что дает основания полагать о нарушении при проведении перевязки. В то же время экспертами отмечено, что «На этапе лечения в нейрохирургическом отделении процедурой счета инструментов и салфеток исключен факт ятрогенного (по вине медицинских работников) оставления салфетки в послеоперационной ране, во время проведения операций и в после операционном периоде». Также, согласно показаниям третьего лица и свидетеля (врачей-хирургов БУ «Нижневавтовская окружная клиническая больница К.В.И. и Б.) - марлевая салфетка, извлеченная из раны пациентки 01.03.2021г. не была операционным материалом и, соответственно, никаким образом не могла быть оставлена в ране во время или после операции. Удаленная салфетка является перевязочным материалом и во время операций не используется. По факту, марлевая салфетка, которая была извлечена 01.03.2021 в приемном отделении. ХО 2 была не «оставлена непреднамеренно», а вложена осознанно «в рану рыхло подведена салфетка с мазью» - в день выписки из стационара и направления на долечивание в поликлинику. Но не смотря на имеющуюся информацию в выписке из истории болезни, (с которой пациентка пришла к врачу-хирургу на долечивание) о нахождении у пациентки салфетки в ране - салфетка была удалена врачом-хирургом поликлиники перед началом перевязок. Также, в экспертном исследовании не дана никакая оценка действиям врача- хирурга поликлиники, хотя вопрос о действиях поликлиники стоял. В дневниках врачей стационара (в отличие от хирурга поликлиники) имеются записи: дренирование раны салфеткой. Салфетка извлечена. При введении салфетки с Офломелидом всегда указывается о том, что конец салфетки выведен наружу из раны. Из всего вышеизложенного, в том числе из анализа медицинской документации нейрохирургического отделения и хирургического отделения №2, можно сделать однозначный вывод, что салфетка не могла быть оставлена во время операции. Департаментом здравоохранения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры. с привлечением специалистов по профилю «хирургия» и «нейрохирургия» проведен ведомственный контроль качества и безопасности медицинской деятельности. Экспертами установлено, что при первичном осмотре врача-хирурга в поликлинике отсутствует запись об удалении марлевой салфетки, что дает основания полагать о нарушении при проведении перевязки. Руководством БУ «Нижневартовская городская поликлиника» к врачу-хирургу применено дисциплинарное взыскание. В то же время экспертами Департамента Здравоохранения ХМАО - Югры отмечено, что «На этапе лечения в нейрохирургическом отделении процедурой счета инструментов и салфеток исключен факт ятрогенного (по вине медицинских работников) оставления салфетки в послеоперационной ране, во время проведения операций и в после операционном периоде». Фраза «салфетка непреднамеренно оставлена» не на счет больницы. Она была введена намеренно с лечебной целью. Пациентке, за более чем три месяца перевязок медсестры поликлиники, становилось все хуже, не было клинического эффекта от этих перевязок, а хирург поликлиники, видя это не предпринял никаких действий говорит о том, отношение к своей работе и пациентам было халатное. Видя отсутствие клинического эффекта он доложен был предпринять какие то действия, либо консультация с заведующим о коррекции лечения, так как сам не справляется, либо УЗИ исследование для уточнения состояния раны, либо направление в стационар в связи «с отсутствием клинического эффекта от лечения в поликлинике. Просит в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ответчика БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» по доверенности Г. в судебном заседании с заявленными исковыми требованиями не согласилась, указав, Оказание медицинской помощи Истцу соответствует приказу Министерства здравоохранения РФ от 21 ноября 2012 № 922н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «Хирургия»». Выявленные нарушения приказа Министерства здравоохранения РФ от 20 декабря 2012 № 1177н «Об утверждении порядка дачи информационного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства в отношении определённых видов медицинских вмешательств, форм информационного согласия на медицинское вмешательство и форм отказа от медицинского вмешательства», приказа территориального фонда обязательного медицинского страхования ХМАО-Югры и Департамента здравоохранения ХМАО-Югры от 30.12.2015г. № 652/1621 «Об утверждении Порядка работы с первичной медицинской документацией при осуществлении контроля объемов, сроков качества и условий предоставления медицинской помощи в системе обязательного медицинского страхования и правил оформления медицинской документации», никаким образом не повлияли на оказание медицинской помощи на амбулаторном этапе. По факту указанных нарушений, а именно нарушение ведения медицинской документации, врачу, допустившему нарушения снижены стимулирующие выплаты. Что Истец расширительно растолковал. Должностные лица БУ «Нижневартовская городская поликлиника» не привлекались к дисциплинарной ответственности в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи. Не установлена вина в действиях должностного лица учреждения при оказании медицинской помощи Истцу. В акте ведомственного контроля качества отсутствует наличие вины в действиях должностных лиц Учреждения при оказании медицинской помощи истцу. Также в соответствии с актом ведомственного контроля качества и безопасное™ медицинской деятельности Департамента здравоохранения ХМАО- Югры от 14.05.2021г. результаты проверки следующие: «Исход заболевания благоприятный. Дефекты оформления документации не повлияли на исход заболевания». 06.10.2020 Н. проведена дискэктомия с использованием микрохирургической техники, <данные изъяты>. 22.10.2020 проведена ревизия послеоперационной раны под наркозом. Н. после операции нейрохирургического отделения переведена в хирургическое отделение № 2 (отделение гнойной хирургии, в связи с послеоперационным осложнением «Послеоперационный период осложнился формированием серомы послеоперационного рубца левой подвздошной области в связи с чем пациентка была выписана на долечивание в ХО № 2») где Н. проходила лечение по 17.11.2020. 17.11.2020 Н. выписана из хирургического отделения № 2 для прохождения лечения в БУ «Нижневартовская городская поликлиника» с раной в размере 8x3см. Должна была явится на прием к хирургу БУ «Нижневартовская городская поликлиника» 18.11.2020, однако явилась и начала осуществлять перевязки только 20.11.2020. Осмотр врачом хирургом осуществлялся еженедельно в период с 20.11.2020. Состояние истца все время нахождения на амбулаторном лечении было стабильным, ухудшений не было, в связи с неустойчивой положительной динамикой лечения 01.02.2021 была направлена на госпитализацию. От госпитализации Н. отказалась, что подтверждается записями в медицинской карте получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №. 01.02.2021 при осмотре врачом хирургом Н. отказалась от госпитализации (лист дела №). 11.02.2021 при осмотре врачом хирургом Н. отказалась от госпитализации (лист дела №). 20.02.2021 выдано направление на госпитализацию. 01.03.2021 только через 9 дней Н. отправилась в хирургическое отделение № 2 на госпитализацию. В том числе факт госпитализации истца только через 9 дней после выдачи направления подтверждает факт нежелания истца госпитализироваться в клиническую больницу. Н. в период с 30.09.2020г. по 17.11.2020г. находилась на стационарном лечении в БУ «Нижневартовская окружная клиническая больница», в течение указанного периода дважды подвергалась оперативному вмешательству и 27.10.2020г. переведена в отделение гнойной хирургии с длящимся воспалительным процессом в области послеоперационной раны. При направлении на долечивание амбулаторно, БУ «Нижневартовская окружная клиническая больница» фиксирует диагноз серома послеоперационной раны, сознательно игнорируя воспалительный процесс длящийся с момента проведения оперативного вмешательства 06.10.2020г. Указанные факты нашли свое подтверждение в заключении судебно-медицинской экспертизы. Находясь на стационарном лечении 06.10.2020г. оперативное вмешательство (удаление грыжи) 22.10.2020г. через 15 дней проведена ревизия послеоперационной раны, 27.10.2020г. переведена в отделение гнойной хирургии. В период прохождения лечения в отделении гнойной хирургии с 27.10.2020г. по 17.11.2020г. получала большие дозы антибиотика цефтриаксон, обезболивающих и противовоспалительных. Показания к применению препарата Цефтриаксон Лечение инфекций: сепсис; менингит; диссеминированный боррелиоз Лайма (а это природно-очаговое заболевание, характеризующееся поражением кожи, суставов, нервной системы, сердца, нередко принимающее хроническое, рецидивирующее течение); инфекции органов брюшной полости (перитонит, инфекции желчных путей и желудочно-кишечного тракта); инфекции костей и суставов; инфекции кожи и мягких тканей; раневые инфекции; и другие, другие инфекции. Закономерно возникает вопрос: какие инфекции могут быть при операции в стерильной ране, от которых истца лечили на протяжении 22 дней. На фоне антибиотиков добившись положительной динамики, купировав симптомы истец был выписан из отделения гнойной хирургии. Сняв симптомы, причина воспалительного процесса не была устранена, в связи с чем по истечении действия антибиотиков симптомы начали возвращаться. Воспалительный процесс у истца начался после операции и продолжался в период всего лечения в стационаре, и закончился только после извлечения инородного тела (марлевой салфетки). Доводы БУ «Нижневартовская окружная клиническая больница» о том, что медицинским персоналом не оставлена салфетка, а целенаправленно введена при выписке 17 ноября 2020г. считаем не состоятельными в связи с тем, что указанная версия появилась только после судебно-медицинской экспертизы от 02 декабря 2022 года, которая однозначно делает заключение о том, что в БУ «Нижневартовская окружная клиническая больница» выявлена техническая ошибка непреднамеренное оставление инородного тела (марлевой салфетки) в ложе аутотрансплантата крыла левой подвздошной кости. В связи с чем БУ «Нижневартовская окружная клиническая больница» начало высказывать новую версию о преднамеренном оставлении марлевой салфетки. Так же исходя из логики БУ «Нижневартовская окружная клиническая больница» и дневниковых записей стационарного больного зафиксированных в медицинской карте № (дата поступления 27.10.2020) врачом хирургом не сделано ни одной записи об удалении предыдущей марлевой салфетки, таким образом, следуя указанной логике при последующей госпитализации врач должен был извлечь десятки марлевых салфеток. Считаем, что БУ «Нижневартовская окружная клиническая больница» представляет суду искаженную информацию, в том числе о том, что удаленная салфетка находилась на поверхности раны, так как это противоречит медицинской документации. В соответствии с выпиской из медицинской карты стационарного больного № «Со дна раны так же удалена марлевая салфетка, последняя серо-зеленого цвета.. .» (лист дела 133). Следовательно марлевая салфетка была удалена со дна раны. Такую же запись содержит медицинская карта № стационарного больного (дата поступления 01.03.2021) совместный осмотр с заведующим отделением от 01.03.2021г. Следовательно марлевая салфетка была удалена со дна раны. В связи с чем полагает, что в удовлетворении заявленных исковых требований надлежит отказать в виду отсутствия вины ответчика – полклиники.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» К.В.И. (врач - хирург) в судебном заседании с требованиями не согласился, пояснив, что оперативное вмешательство было стандартное, удалили грыжу и произвели замещение. Осложнилось в последующем, появилась серома подкожно-жировой клетчатки, это был 2020 год период пандемии, серома в данном случае образовалась из-за подкожно-жирового слоя. Было принято решение открыть рану на толщину подкожно-жирового слоя, развели послеоперационные швы, рыхло введена салфетка, то есть открытое ведение раны с последующим переводом в гнойную хирургию. Перевод в гнойную хирургию был обусловлен долгим не заживлением раны, поскольку у пациента был ослаблен иммунитет, положительный мазок на COVID, а также индивидуальная особенность – это выраженный подкожно-жировой слой. Во время операций, согласно дневниковых записей счет инструментов и салфеток совпал. Салфетки использовались стандартные из марлевого материала.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных исковых требований относительно предмета спора на стороне ответчика БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» К.К.К. (врач - хирург) в судебное заседание не явился, о времени и месте проведения судебного заседания извещался надлежащим образом.

Свидетель Б. (врач – хирург БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница») в судебном заседании пояснила, что дату точно вспомнить не может, поступила пациентка в приемное отделение по направлению из поликлиники, свидетель в том момент исполняла обязанности дежурного доктора, проводила осмотр. Жалобы у пациентки были на долгое не заживления послеоперационной раны, после чего свидетель провела осмотр раны, ревизию, пальцевое исследование. Раны была с отделяемым гнойным, неприятным запахом, при пальцевой ревизии раны свидетель пальцем вытащила салфетку. Марлевая салфетка обычный перевязочный материал, не свежая, пропитанная выделяемым. После чего обработала рану и наложила новую повязку.

Свидетель С. (медицинская сестра перевязочной БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника») в судебном заседании пояснила на период 2020-2021 года работала по сменно с врачом К.К.К., стаж работы 15 лет. Обычно первичный осмотр проводит врач, после чего говорит, что делать, то есть какое лекарство и перевязку сделать. Медицинская сестра проводит все манипуляции, снимает старую повязку, обрабатывает рану, накладывает новую повязку. Помнит, что рана была необычная с запахом и отделяемым.

Допрошенный (с использование видеоконференц-связи) эксперт Т. в судебном заседании пояснил, что он врач судебно-медицинский эксперт, вследствие чего отвечать на вопросы возможно только исходя из своей компетенции и квалификации. Рана была большая и глубокая, установлено, что как больницей, так и поликлиникой были допущены нарушения при заполнении медицинской документации, кроме того, салфетка находилась длительное время в ране, поэтому сделан вывод: возможно оставлена 06.10.2020. Далее 17.10.2020 при выписки вновь перевязка, не указано в медицинской документации об удалении салфетки, поэтому возможно оставлена. Сопутствующие явления, такие как COVID, пониженный иммунитет, индивидуальные особенности пациента, патогенная микрофлора, в данном случаи, не могли повлиять на процесс заживления, однозначно причина – салфетка, непреднамеренно оставленная. Дополнил, что 17.11.2020 не следовало выписывать, а с 20.11.2020 по 20.02.2021 следовало понять, что что-то не так, не должна рана заживать три месяца.

Выслушав сторону истца, представителей ответчиков, третье лицо, свидетелей, эксперта, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, подтверждается пояснениями истца, представленной медицинской документацией, что 30.09.2020 Н. госпитализирована в БУ ХМАО «Нижневартовская окружная больница» в плановом порядке.

06.10.2020 проведена микрохирургическая дискэктомия С6-С7, <данные изъяты>.

22.10.2020 произведена ревизия послеоперационной раны под наркозом. Швы сняты с подкожно-жировой клетчатки и апоневроза, в области резекции подвздошной кости, вскрыта лизированная гематома мутно-геморрагического цвета, общим объёмом около 20 мл.

24.10.2020 (дневниковые записи) жалобы на боль в области оперативного вмешательства в месте забора костного импланта.

27.10.020 для дальнейшего лечения переведена в хирургическое отделение №2 в связи с послеоперационным осложнением «Послеоперационный период осложнился формированием серомы послеоперационного рубца левой подвздошной области».

Выпиской из медицинской карты стационарного больного № БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» подтверждается, что в период с 30.09.2020 по 27.10.2020 года Н. находилась на стационарном лечении с диагнозом ДДЗП. Секвестрированная грыжа диска С6-С7 справа. Дискогенная радикулопатия, ретикулярный С7 болевой синдром справа. Отделение: нейрохирургическое отделение. 06.10.2020 дискэктомия с использованием микрохирургической техники, <данные изъяты>. Жалобы на боли в области операции. Выписывается на долечивание в ХО №2, по согласованию с зав. ХО№2 <данные изъяты>

С 27.10.2020 по 17.11.2020 находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении №2 БУ ХМАО «Нижневартовская окружная больница».

27.10.2020 осмотр лечащего врача хирургическом отделении №2 жалобы на боль в области оперативного вмешательства.

17.11.2020 выписана из хирургического отделения № 2 для прохождения лечения в БУ «Нижневартовская городская поликлиника».

Выпиской из медицинской карты стационарного больного № БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» подтверждается, что в период с 27.10.2020 по 17.11.2020 года Н. находилась на стационарном лечении с диагнозом ДДЗП. <данные изъяты>. Проведенное лечение консервативное: ЦЕФТРИАКСОН ПОР. Д/Р-РА ДЛЯ В/В И В/М ВВЕД. 1Г № с <дата>, дозировка 1 г; 14 д. по 2г 1р/день ; В/В СТРУЙНО;КЕТОПРОФЕН Р-Р ДЛЯ В/В И В/М ВВЕД. 50МГ/МЛ 2 МЛ № с <дата>, дозировка 50мг/мл; 8 д. по 50мг/мл 2р/день ; В/М;ОМЕПРАЗОЛ КАПС. 20МГ № с <дата>, дозировка 20мг; 14 д. по 20мг 2р/день ; PER OS; перевязка 13д. с <дата>; lp/день; компрессионный трикотаж 14д. с <дата> 1р/день. Состояние при выписке <дата> удовлетворительное. Продолжить лечение в поликлинике, в виде этапных перевязок может быть продолжено в условиях амбулаторнополиклинической службы под д-наблюдением врача хирурга. Регенерация раны вторичным натяжением. Перевязки дренирование раны салфетками пропитанные с применением мазей (Офломелид, ЭПЛАН, 3%Стелланин, 2% Аргосульфан).

20.11.2020 осмотр Н. в БУ «Нижневартовская городская поликлиника», жалобы на боли и наличие раны по левой подвздошной области.

26.11.2020 посещение Н. БУ «Нижневартовская городская поликлиника», жалобы на боли в области п/о раны по подвздошной области.

02.12.2020 посещение Н. БУ «Нижневартовская городская поликлиника», жалобы на боли в области п/о раны по подвздошной области.

08.12.2020 посещение Н. БУ «Нижневартовская городская поликлиника», жалобы на боли в области п/о раны по подвздошной области.

17.12.2020 посещение Н. БУ «Нижневартовская городская поликлиника», жалобы на скудное отделяемое из раны по подвздошной области. 01.02.2021 посещение Н. БУ «Нижневартовская городская поликлиника», жалобы на боли и наличие раны незаживающей по левой подвздошной области.

20.02.2021 посещение Н. БУ «Нижневартовская городская поликлиника» те же жалобы.

В связи с отсутствием улучшения направлена в БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница».

01.03.2021 в БУ ХМАО «Нижневартовская окружная больница» в приемном отделении из раны извлечена салфетка, Н. госпитализирована в БУ ХМАО «Нижневартовская окружная больница».

Выпиской из медицинской карты стационарного больного № БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» <данные изъяты>. Жалобы на наличие длительно незаживающей раны в левой подвздошной области с гнойным отделяемым. Локальный статус: в левой подвздошной области имеется рана около 6,0x2,5см. без перифокальной гиперемии. Из раны исходит резкий колибациллярный запах, отделяемое гнойное в умеренном количестве. При ревизии - раневой канал идет к гребню подвздошной кости, пальпаторно определяется край подвздошной кости с острыми краями. Дно раневого канала выстлано гипергрануляциями, кровоточащими при касании. Со дна раны так же удален марлевая салфетка, последняя серо-зеленого цвета, с резким гнилостным запахом. Состояние при выписке, жалобы отсутствуют, состояние удовлетворительное. Результат лечение завершено. Лечение и трудовые рекомендации: наблюдение у хирурга по месту жительства, промывание раны 3% раствором перекиси водорода, водным раствором хлоргексидина, повязки с 1% водным раствором йодопирона.

Согласно ответу Департамента здравоохранения ХМАО-Югры от 17.06.2021 № в БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная больница» и БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» осуществлен ведомственный контроль качества и безопасности медицинской деятельности с привлечением специалистов по профилю «хирургия» и «нейрохирургия», по результатам которого выявлены нарушения в части некачественного оформления первичной медицинской документации (отсутствие письменного отказа Н. от госпитализации, записи об удалении марлевой салфетки) (акт ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности от <дата>).

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий (пункт 1); приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи (пункт 2); доступность и качество медицинской помощи (пункт 6); недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункт 7).

Согласно п. п. 1, 2 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь и каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

На основании п. 2 ст. 79 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

Согласно части 1 статьи 37 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп. 3, 9 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» под качеством медицинской помощи следует понимать совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии со ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» органы государственной власти и органы местного самоуправления, должностные лица организаций несут ответственность за обеспечение реализации гарантий и соблюдение прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу положений ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

На основании п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011г. № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Из части 2 статьи 98 Федерального закона от 21.11.201г.N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Согласно пункту 6 статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, в том числе, морального вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

В ходе рассмотрения дела определением суда от <дата> по ходатайству истца была назначена судебная медицинская экспертиза на предмет качества оказанной медицинской помощи (выявления дефектов), производство которой было поручено КУ ХМАО – Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы», расположенному по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ – Югра <адрес>.

Согласно заключению КУ ХМАО – Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы» №: « 06.10.2020 Н. произведена плановая операция: <данные изъяты>. Показания к операции были абсолютными, объём оперативного вмешательства был адекватный.

Во время выполнения операции, либо в последующем, при обработке раны области крыла левой подвздошной кости (откуда брался аутотрансплантант кости), непреднамеренно было оставлено инородное тело (вероятнее всего марлевая салфетка, которая была уложена в ложе аутотрансплантата гребня левой подвздошной кости с гемостатической целью).

Развилось послеоперационное осложнение - нагноение раны левой подвздошной области по поводу чего Н. 3 недели проходила лечение в отделении гнойной хирургии и 3 месяца амбулаторно, в поликлинике, у врача - хирурга, т.к. рана не заживала.

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного №, при повторном стационарном лечении в БУ Нижневартовская ОКБ, с 01.03.2021 по 09.03.2021 по поводу длительно незаживающей раны левой подвздошной области, 01.03.20 при ревизии гнойной раны левой подвздошной области была удалена марлевая салфетка, после чего рана постепенно зажила вторичным натяжением. Выздоровление Н. произошло через 1,5 месяца после удаления марлевой салфетки из раны.

Срок лечения больной после плановой нейрохирургической операции 06.10.2020, составил 7 месяцев, т.е удлинился на 5-6 месяцев вследствие непреднамеренного оставления марлевой салфетки в ране левой подвздошной области.

В процессе оказания медицинской помощи Н. в БУ Нижневартовская ОКБ были допущены следующие ошибки, недостатки и дефекты оказания медицинской помощи:

техническая ошибка при выполнении плановой операции 06.10.20, либо в последующем, при обработке раны - непреднамеренное оставление инородного тела (марлевой салфетки) в ложе аутотрансплантата крыла левой подвздошной кости.

- иагностическая ошибка при выполнении ревизии раны левой подвздошной области 22.10.2020 и выписке из отделения нейрохирургии (переводе в отделение гнойной хирургии),

в диагноз не выставлено осложнение операции - нагноение послеоперационной раны несмотря на то, что по данным бактериального посева из раны от 23.10.20 выявлено наличие патогенной микрофлоры: клепсиелла и протей; не выявлена салфетка в дне раны.

Недостатки оформления медицинской карты стационарного больного и медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, которые не позволяют понять динамику состояния больной и затрудняют проведение экспертизы, (в записях осмотра больной не указаны размеры и состояние раны в левой подвздошной области).

В целом имелся дефект-лечебно-диагностической тактики, в виде оставления в дне раны марлевой салфетки, который создал риск развития послеоперационных осложнений, например таких как посттравматический остеомиелит левой подвздошной кости, сепсис и удлинил сроки лечения больной до 6 месяцев.

Указанный дефект оказания медицинской помощи Н. состоит в прямой причинно - следственной связи с нагноением и невозможностью заживления раны левой подвздошной области без удаления инородного тела и значительным удлинением срока лечения (на 5-6 месяцев).

Нарушений приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15 ноября 2012 г. № 931н "Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю "нейрохирургия", приказа Минздрава России от 07.11.2012 N 653н "Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при дегенеративных заболеваниях позвоночника и спинного мозга" комиссией экспертов не выявлено.

Дефект оказания медицинской помощи в виде оставления марлевой салфетки в дне операционной раны левой подвздошной области с развитием гнойного воспаления и удлинением сроков заживления раны расценивается как причинение вреда здоровью средней степени тяжести по признаку длительности расстройства здоровья на срок, более 21 дня, согласно п. 7.1 и 25 медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, приказ Минздравсоцразвития РФ № 194н, Постановление правительства РФ от 17.08.2007 № 522 «Об утверждении правил определения тяжести вреда, причинённого здоровью человека»».

После ознакомление с заключением КУ ХМАО – Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № стороной ответчика БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» пояснила, что карты из гнойной хирургии архивом не были предоставлены суду по запросу, ходатайствует о их приобщении ( в оригинале).

Помощником прокурора Волковой Е.Б. заявлено ходатайство о назначении дополнительной экспертизы, поскольку без исследования медицинской документации в полном объеме заключение эксперта будет не полным и не может отвечать требованиям закона.

Согласно заключению (дополнительного) КУ ХМАО – Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № на основании представленной документации и в соответствии с поставленными вопросами экспертная комиссия приходит к следующим выводам:

«нарушений приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15 ноября 2012 г. № 931н "Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю "нейрохирургия", Приказ Министерства здравоохранения РФ от 15 ноября 2012 г. N 922н "Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю "хирургия", приказа Минздрава России от 07.11.2012 N 653н "Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при дегенеративных заболеваниях позвоночника и спинного мозга", как на этапе лечения Н. в БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница», так и на этапе лечения её в БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника», комиссией экспертов не выявлено.

диагностическая ошибка при выполнении ревизии раны левой подвздошной области,

и выписке из отделения нейрохирургии (переводе в отделение гнойной хирургии),

- Недостатки оформления медицинской карты стационарного больного и медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, которые не позволяют понять динамику состояния больной и затрудняют проведение экспертизы, (в записях осмотра больной не указаны размеры и состояние раны в левой подвздошной области.

В целом имелся дефект лечебно-диагностической тактики, в виде оставления в дне операционной раны марлевой салфетки, который создал риск развития послеоперационных осложнений, например таких как посттравматический остеомиелит левой подвздошной кости, сепсис и удлинил сроки лечения больной до 6 месяцев.

Выяснять, кто именно совершил дефект оказания медицинской помощи, не входит в компетенцию судебно-медицинской экспертизы. При этом, согласно записям:

на этапе лечения в нейрохирургическом стационаре, карта №-интраоперационно счет материала совпал, пациентка передана хирургам Х02 без записи о наличии инородного тела в ране;

согласно медицинской карте из хирургического отделения № 2 (Х02), имеется много записей, согласно которым пациентке практически ежедневно делают перевязки, указаний на удаление салфеток в записях нет, при этом ежедневно ей в рану ставят новый материал (салфетку). Из Х02 17.11.2020 г. пациентка так же уходит на амбулаторный этап лечения с салфеткой в ране, о чем есть запись в карте №;

в амбулаторной карте № первая запись датируется 20.11.2020 г., в ней нет указаний на извлечение салфетки из раны. Далее пациентка ведется амбулаторно, и в карте нет указаний на установление салфетки в операционную рану;

20.02.2021 г. Н. направлена на стационарное лечение в Х02, где согласно карты №, 01.03.2021 г. из раны извлекают инородное тело. Таким образом, если основываться на адекватности дневниковых записей, Н. инородное тело (салфетка) была оставлена в ХО №2 в сроки её там нахождения на лечении с 27.10.2020 по 17.11.2020г., наиболее вероятно, что вдень выписки из стационара.

Н. 17.11.20 была выписана из отделения гнойной хирургии (Х02) на амбулаторное лечение. Учитывая её удовлетворительное её состояние на момент выписки, противопоказаний для выписки не было. Наличие инородного тела, препятствующее заживлению раны левой подвздошной области, не было выявлено.

Стандарт оказания медицинской помощи прежде всего является медикоэкономическим документом для контроля качества оказания медицинской помощи, который осуществляется в рамках экспертизы качества оказания медицинской помощи. Обычно в стандарте прописывается средний срок лечения пациента с определённой патологией, необходимые медицинские исследования, манипуляции, лекарственные препараты для данной патологии (в процентном отношении). Порядок оказания медицинской помощи прежде всего основывается на группах пациентов по признаку оказаний той или иной медицинской помощи в рамках одного из направлений медицинской деятельности (терапия, хирургия, неврология и т.п.), с указанием какие специалисты должны оказывать медицинскую помощь и в каких медицинских учреждениях, с учётом территориальных особенностей. Не в стандартах, не в порядках не прописывается сам механизм проведения медицинских исследований и медицинских манипуляций, в том числе проведение обработки гнойной раны. Дать оценку действия медицинского работника при периодическом уходе (перевязке) за гнойной раной, её обработкой, проводимыми при этом действиями (удалением из раны ранее установленной в неё салфетки, промывкой рань асептическими препаратами, установкой в нею новой салфетки, пропитанной лекарственными препаратами), на основе порядков и стандартов, не представляется возможным».

Оснований не доверять выводам проведенным по определениям суда экспертиз суд не усматривает, поскольку заключения составлено комиссией, в которую вошли врачи со значительным стажем работы, специальным образованием, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, выводы экспертов допустимыми доказательствами не опровергнуты, сомневаться в профессионализме экспертов оснований у суда не имеется, заключение соответствует требованиям ч. 2 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, является ясным, никаких противоречий не содержит, при данных обстоятельствах доводы стороны ответчика о недопустимости экспертизы суд полагает не состоятельными в силу не согласия в целом с заявленными исковыми требованиями.

Так для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом, на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Учитывая выводы экспертов, пояснения в ходе судебного заседания эксперта Т., согласно которых выявлены: техническая ошибка при выполнении плановой операции 06.10.20, либо в последующем, при обработке раны - непреднамеренное оставление инородного тела (марлевой салфетки) в ложе аутотрансплантата крыла левой подвздошной кости, диагностическая ошибка при выполнении ревизии раны левой подвздошной области 22.10.2020 и выписке из отделения нейрохирургии (переводе в отделение гнойной хирургии), недостатки оформления медицинской карты стационарного больного и медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, имеется дефект-лечебно-диагностической тактики, в виде оставления в дне раны марлевой салфетки, который создал риск развития послеоперационных осложнений, например таких как посттравматический остеомиелит левой подвздошной кости, сепсис и удлинил сроки лечения больной до 6 месяцев, суд приходит к выводу об установлении нарушения ответчиками прав истца на надлежащее оказание медицинской помощи в равной степени.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п.2 ст.1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» и БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника», суд исходит из обстоятельств причинения вреда, длительности и невыносимости процесса (происходило загноение раны), степень вины ответчиков, фактический характер и степень нравственных страданий и переживаний истца вследствие некачественного оказания медицинской помощи, которые имели место как в ходе выполнения оперативных вмешательств, установлены дефекты в лечебно-диагностической тактике, кроме того, выявлены многочисленные недостатки в оформлении медицинских карт как стационарного больного так и амбулаторного. Указанные дефекты оказания медицинской помощи Н. состоят в прямой причинно - следственной связи с нагноением и невозможностью заживления раны левой подвздошной области без удаления инородного тела и значительным удлинением срока лечения, а также расценивается как причинение вреда здоровью средней степени тяжести по признаку длительности расстройства здоровья на срок, более 21 дня, что подтверждает основания искового заявления о невозможности вести полноценный образ жизни, болях, пришел к выводу об определении компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей с каждого из ответчиков, что с учетом установленных судом обстоятельств, отвечает требованиям разумности и справедливости.

На основании ст.103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчиков БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» и БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» в доход муниципального образования города Нижневартовска подлежит взысканию государственная пошлина в сумме по 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст.198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования заместителя прокурора города Нижневартовска в интересах Н. к БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница», БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» ИНН <***> в пользу Н. компенсацию морального вреда в сумме 300 000 рублей.

Взыскать с БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» ОГРН <***> в пользу Н. компенсацию морального вреда в сумме 300 000 рублей.

Взыскать с БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» ИНН <***> в доход муниципального образования города Нижневартовска государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Взыскать с БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская поликлиника» ОГРН <***> в доход муниципального образования города Нижневартовска государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, через Нижневартовский городской суд.

Решение в мотивированной форме изготовлено 23 июня 2023 года.

Судья Е.В. Зобнина

подпись

«КОПИЯ ВЕРНА»

Судья __________________ Е.В. Зобнина

Подлинный документ находится в Нижневартовском городском суде

ХМАО-Югры в деле №