№2-2443/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 декабря 2022 года г. Оренбург

Центральный районный суд г. Оренбурга в составе:

председательствующего судьи Бесаевой М.В.,

при секретаре Герасимовой О.П.,

с участием

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

представителей третьих лиц ФИО4,

ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Оренбургская областная клиническая инфекционная больница» о признании незаконным пунктов акта о несчастном случае, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с иском в суд, просила признать незаконными пункты 8.2 и п.9, п.10 акта о несчастном случае на производстве № от 08.02.2022 года по факту несчастного случая 17.12.2021 года, происшедшего с истцом и возложить на ответчика обязанность внести изменения в пункты 8.2, 9 и 10 в части: в пункт 8.2 характер полученных повреждений и степень тяжести указать ушиб правого коленного сустава, ушиб правого плечевого сустава, закрытый перелом правого надколенника, что согласно Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве относится к категории средних по степени тяжести;впункт 9 причины несчастного случая: признать причиной происшедшего с истцом несчастного случая – не обеспечение работодателем безопасных условий труда на рабочем месте, исключив указание, что причиной несчастного случая явилась личная неосторожность, невнимательность истца; в пункт 10 лица, допустившие нарушения требований охраны труда – ответственных должностных лиц ГАУЗ «Оренбургская областная клиническая инфекционная больница», взыскать компенсацию морального вреда вразмере 200 000 рублей.

В обоснование своих требований истец указала, что работает в должности санитарки ГАУЗ «Оренбургская областная клиническая инфекционная больница с 27.09.2017 года. 17.12.2021 года, находясь на рабочем месте, она упала, зацепившись о провод, который висел под функциональной кроватью в палате, и получила травму в виде перелома надколенника и ушиба правого плечевого сустава. В период с 17.12.2021 года по 05.05.2022 года находилась на амбулаторном лечении по поводу полученной травмы. 08.02.2022 года ответчиком был составлен акт формы Н-1, который был выдан истцу на руки 04.03.2022 года. Она не согласна с составленным актом, поскольку она находилась на лечении по факту перелома надколенника, что подтверждается заключением врача, производившим компьютерную томографию 17.12.2021 года по месту работы, а также результатом осмотра врачом Сакмарской районной больницы, где она лечилась после травмы. Полагает, что врачом ГАУЗ «ГКБ № 4» при поступлении был поставлен неверный диагноз в виде ушиба правого коленного сустава, однако данный диагноз был учтен в акте о несчастном случае на производстве, несмотря на то, что работодателю было известно, что у истца был именно перелом, данный диагноз был указан в листках нетрудоспособности за период с 17.12.2021 по 05.05.2022 год. Полагает, что данное повреждение здоровья не является легким по степени тяжести. Кроме того, в акте о несчастном случае указана причина несчастного случая: личная неосторожность, невнимательность. Однако считает, что в данном случае именно работодатель не обеспечил безопасную организацию работ, что привело к падению истца и получению травмы. Согласно инструкциям к функциональным кроватям провода должны быть закреплены, а не висеть. Однако в палате, где она упала, провод висел под кроватью, не был закреплен. В связи с чем, выводы о личной ее невнимательности являются необоснованными. Ссылаясь на ст.22, 230 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 151, 1101 ГК РФ, учитывая, что истец испытывала физические боли в связи с полученной травмой и нравственные страдания из-за того, что работодатель оказывал на нее давление, не обеспечил своевременное и должное расследование несчастного случая на производстве, полагает, что с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей.

В судебном заседании истец исковые требования поддержала в полном объеме, с учетом позиции ответчика увеличила свои исковые требования о взыскании морального вреда до 250 000 рублей, пояснила, что онаработает санитаркой в ГБУЗ Оренбургская областная клиническая инфекционная больница с 2017 года в должности санитарки. 17 декабря 2021 года она убиралась в палате. Ей необходимо было перевести больного в другую палату. Она собирала постель. Когда убирала постель, то наступила на провод, который лежал под кроватью, зацепившись за него, упала в проход. Кроме больных, в палате никого не было. Она стала кричать. Больной позвал медсестру, которой она рассказала, что произошло. Пришла врач ФИО6, которой она также объяснила ситуацию. Они ей помогли встать и отвели на КТ. Когда прошла КТ, оказался перелом. ФИО6 сказала, что позвонила старшей медсестре и сообщила о случившемся. Она позвонила мужу, который подъехал к больнице. Вызвали скорую помощь. В скорой она показала результаты КТ, пояснила, что упала на работе. Все документы у нее забрали, привезли ее в травмпункт 4 горбольницы, где врач ее осмотрел, назначил рентген, на руки выдал только справку, в которой не было написано, что травма в быту. Не может объяснить, почему врач травмпункта указал, что травма в быту, она подобное не говорила. Проходила лечение в Сакмарской больнице.

Представитель истца ФИО2, действующая по ордеру, поддержала исковые требования в полном объеме, указала, что работодателем были допущены нарушения – несвоевременное и неполное расследование несчастного случая на производстве. Так, работодателю было известно о данном случае, однако расследование началось только после заявления истца, которое поступило ответчику 30.12.2021 года. Юристы просили оформить как бытовую травму, больничные листы своевременно не направлялись для оплаты. Истец упала в отсутствии работников больницы, на крик прибежала медсестра Брыль, потом врач ФИО6. Ее отправили на скорой в травмпункт, где сделали рентген, и сказали, что перелома нет, отправили лечиться по месту жительства. В Сакмарской больнице поставили диагноз перелом и наложили гипс. Истцу звонила Юдина и сказала, чтобы травму оформили как бытовую.До 04.03.2022 года истцу не было ничего известно о результатах расследования. Моральный вред истцу причинен как повреждением здоровья, так и нарушением трудовых прав, которые выразились в том, что своевременно не проводилось расследование, не были для оплаты предоставлены больничные листы, которые сдавались истцом по мере их получения, в связи с чем, оплачивались со значительным опозданием. С декабря 2021 года по март 2022 года по вине ответчика истец находилась без средств к существования. Ответчик учелпри расследовании неверный диагноз - ушиб правого коленного сустава, что противоречит выставленному диагнозу в Сакмарской районной больнице. Личная неосторожность ФИО1 ничем объективно не подтверждается. Падение истца было вызвано необеспечением ответчиком безопасных условий труда. У работодателя отсутствуют надлежащие доказательства проведения инструктажа ФИО1 и ее обучения знаниям по охране труда. Истец получила оплату в размере своего среднемесячного дохода, однако в указанный период она получила бы больше, если бы осуществляла трудовую деятельность. При определении компенсации морального вреда просила учесть личные особенности истца- ее возраст, длительность лечения, физические и нравственные страдания, значимость для истца нематериальных благ, нарушенных ответчиком.

Представитель ответчика ФИО3, действующая по доверенности, просила в иске отказать, поддержала свой отзыв, в соответствии с которым, 11.01.2022 года от санитарки 1 отделения ГАУЗ «ООКИБ» ФИО1 поступило обращение о рассмотрении несчастного случая на производстве, который произошел 17.12.2021 года в связи с тем, что она упала на рабочем месте и получила производственную травму. В период с 17.12.2021 года по 11.01.2022 года оснований для проведения расследования несчастного случая не имелось в связи с тем, что ФИО1 предоставила справку с МГКБ № 4, свидетельствующую о получении ею травмы в быту. В соответствии со ст.229.2 Трудового кодекса Российской Федерации в ГАУЗ «ГКБ № 4» г. Оренбурга 11.01.2022 года был направлен запрос о состоянии здоровья ФИО1 о предоставлении медицинского заключения о характере полученных повреждений в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести. В медицинском заключении был указан диагноз по МКБ-10: Ушиб правого коленного сустава. Ушиб правого плечевого сустава ДОА правого коленного сустава 3-4 ст. Согласно Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, указанное повреждение относится к категории «легкая». Никаких сомнений в правильности выставленного диагноза не было. Приказом от 11.01.2022 года №-п была создана комиссия по расследованию причин несчастного случая, были опрошены очевидцы, составлен протокол опроса пострадавшей, осмотрено место происшествия и составлен протокол осмотра места несчастного случая от 19.01.2022 года. Все провода у функциональных кроватей были закреплены в нескольких местах под решеткой кровати, не висели. Каким образом ФИО1 зацепилась за провод, не понятно. Как произошел несчастный случай, фактически никто подтвердить не может. Инструктаж ФИО1 проходила. После завершения расследования был составлен Акт о несчастном случае на производстве от 08.02.2022 года и вручен М.О.ВБ. Полагает, что Работодатель своевременно произвел расследование несчастного случая в установленном порядке в полном объеме, пакет документов был направлен в Государственное учреждение Оренбургское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации. Все компенсации и выплаты по больничным листам ФИО1 произведены в полном объеме. Руководство по эксплуатации модели кровати, на которую указала ФИО1, в ГАУЗ "ООКИБ" отсутствует.

Определением суда в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечены ГАУЗ «Городская клиническая больница №», врач ГАУЗ «Городская клиническая больница №» ФИО18, Министерство здравоохранения Оренбургской области, Государственное учреждение-региональное отделение Фонда социального страхования в Оренбургской области, Государственная инспекция труда в Оренбургской области.

Представитель третьего лица Оренбургского регионального отделения Фонда социального страхования в Оренбургской области ФИО7, действующая по доверенности, поддержала отзыв, из которого следует, что 12.01.2022 года в отделение фонда поступило извещение о происшедшем с ФИО1 несчастном случае. Отделением Фонда была проведена экспертиза несчастного случая, по результатом которой составлено заключение №НС от 08.02.2022, согласно которому несчастный случай, происшедший с ФИО1 был признан страховым. Отделение Фонда участия в расследовании несчастного случая не принимало. Согласно сведениям, имеющимся в Отделении фонда по электронным листкам нетрудоспособности: 20.12.2021 г. ГБУЗ «Сакмарская районная больница» на имя ФИО1 был сформирован электронный листок нетрудоспособности № с периодом освобождения от работы с 17.12.2021 года по 28.12.2021 года ( код причины нетрудоспособности «02»- травма», код МКБ-10-82.00 перелом костей голени, включая голеностопный сустав) ДД.ММ.ГГГГ электронный листок нетрудоспособности № был аннулирован ГБУЗ «Сакмарская районная больница», взамен сформирован дубликат листка нетрудоспособности № с периодом освобождения от работы с 17.12.2021 по 28.12.2021 год. Общий период нетрудоспособности составил с 17.12.2021 года по 05.05.2022 год, к труду с 16.05.2022 года. Согласно сведениям, имеющимся в Отделении Фонда, региональным отделением Фонда ФИО1 было назначено и выплачено пособие по временной трудоспособности за период с 17.12.2021 года по 05.05.2022 года в сумме 109 513, 60 рублей. Установление ФИО1 диагноза: ушиб правого коленного сустава, ушиб правого плечевого сустава ДОА правого коленного сустава 3-4 ст.80.0 ( медицинское заключение и 82.00 перелом костей голени, включая голеностопный сустав (ЭЛН), не относится по степени тяжести к тяжелому несчастному случаю на производстве в соответствии с Приказом Минздравсоцразвития России от 24.02.2005 № 60. Информация об утрате ФИО1 профессиональной трудоспособности в отделении отсутствует, единовременная страховая выплата и ежемесячные страховые выплаты, предусмотренные Федеральным законом № 125-ФЗ, ФИО1 не назначались и не выплачивались.

Представитель третьего лица ГАУЗ "ГКБ № 4" г. Оренбурга ФИО5, действующая по доверенности, в судебном заседании пояснила, что ФИО1 обращалась 17 декабря 2021 года в травмпункт, где на основании рентгеновского снимка ей был выставлен диагноз ушиб правого коленного сустава, ушиб правого плечевого сустава, ДОА правого коленного сустава 3-4 ст.S 80.0. В январе 2022 года от ответчика поступил запрос о справке по форме №/у, которая была своевременно направлена. Полагает, что оснований для выставления ФИО1 другого диагноза 17.12,2021 года не было, акт о несчастном случае составлен в соответствии с действующим законодательством. В настоящее время врач ФИО8, который принимал истицу, с 16 мая 2022 года в больнице не работает.

Представитель государственной инспекции труда в Оренбургской области ФИО9 в судебном заседании 15.12.2022 года пояснил, что по факту обращения ФИО1 инспекцией проводилась проверка, были истребованы из ГАУЗ «ООКИБ» материалы проверки по факту несчастного случая. По порядку расследования нарушений не нашли. Степень тяжести полученной травмы фиксируется со справки лечебного учреждения и не подвергается сомнению, а в случае корректировки в ходе лечения в последующем диагноза при изменении степени тяжести с легкой на тяжкую направляется сообщение в инспекцию труда. Если работодателю было известно о том, что имела место производственная травма, но расследование своевременно не было начато, то это является нарушением. Поскольку из предоставленных материалов следовало, что расследование проводилось по заявлению ФИО1 от 11.01.2022 года, а акт расследования несчастного случая был составлен 08.02.2022 года, нарушений срока расследования допущено не было. Скорее всего, заявления ФИО1 от 30.12.2021 года о проведении расследования несчастного случая предоставлено не было. При расследовании следует изучить паспорт на оборудование, инструкцию по охране труда, инструкцию по эксплуатации оборудования.

Представитель Министерства здравоохранения в Оренбургской области, врач ФИО18 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Суд, исследовав материалы дела, выслушав стороны, третьих лиц, позицию прокурора, полагавшего, что исковые требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично, приходит к следующему.

Статья 210 Трудового кодекса Российской Федерации определяет основные направления государственной политики в области охраны труда, указано, что основными направлениями государственной политики в области охраны труда являются, в частности, обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников; профилактика несчастных случаев и повреждения здоровья работников; расследование и учет несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан, в том числе соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно статье 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; создание и функционирование системы управления охраной труда; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи; расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и т.д.

Статья 214 Трудового кодекса Российской Федерации возлагает на работника обязанность по соблюдению требований охраны труда; правильному применению средств индивидуальной и коллективной защиты; прохождению обучения безопасным методам и приемам выполнения работ и оказания первой помощи пострадавшим на производстве, инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте, проверки знаний требований охраны труда.

Расследование, оформление (рассмотрение), учет микроповреждений (микротравм), несчастных случаев до 1 марта 2022 года регулировалось главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации, с 1 марта 2022 г. регулируется положениями статей 226 - 231 главы 36.1 Трудового кодекса Российской Федерации.

Расследованию и учету в соответствии с главой 36( главой 36.1) данного Кодекса подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах (статья 227 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Перечень событий, квалифицируемых в качестве несчастного случая, предусмотрен частью 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации.

При несчастных случаях, указанных в статье 227 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель (его представитель) обязан в числе прочего немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию; немедленно проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего; принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации (абзацы первый, второй, пятый и шестой статьи 228 Трудового кодекса Российской Федерации).

Право квалификации несчастного случая как несчастного случая на производстве или не связанного с производством, предоставлено комиссии, которую формирует работодатель для проведения расследования (статьи 229, 229.2 Трудовой кодекс Российской Федерации).

Так, согласно частям первой и второй статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. При расследовании несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии дополнительно включаются лица, указанные в части второй статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью пятой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает, в частности, обстоятельства и причины несчастного случая, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, осуществляется по нормам Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее также - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат в числе других физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем (абзац второй пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Несчастным случаем на производстве в силу абзаца десятого статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В абзаце третьем пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" содержатся разъяснения о том, что для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: - относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации); - указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации); - соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации; - произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ); - имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.

Из изложенного правового регулирования следует, что физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

По общему правилу несчастным случаем на производстве признается и подлежит расследованию в установленном порядке событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах как на территории работодателя, так и за ее пределами, повлекшее необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Для расследования несчастного случая работодателем (его представителем) образуется комиссия. По ее требованию в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая за счет средств работодателя для проведения расследования могут привлекаться специалисты-эксперты, заключения которых приобщаются к материалам расследования. На основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает, в том числе обстоятельства и причины несчастного случая с работником, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем, и квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

В судебном заседании установлено, что в соответствии с трудовым договором № от 27.09.2017 года, заключенного с ГБУЗ "ООКИБ", ФИО1 работает в должности санитарки палатной в инфекционном отделении 1"Государственного бюджетного учреждения здравоохранения "Оренбургская областная клиническая инфекционная больница". ФИО1 обязалась лично выполнять работу в соответствии с условиями настоящего трудового договора и в соответствии с должностной инструкцией (непосредственное обслуживание инфекционных больных).

В соответствии с трудовым договором № от 27.09.2017 года, ФИО1 принята в "Государственное бюджетное учреждение здравоохранения "Оренбургская областная клиническая инфекционная больница" на должность санитарки палатной по внутреннему совместительству с основной работой.

О приеме ФИО1 на работу ГБУЗ "ООКИБ" издан приказ №-л от 27.09.2017 года.

В соответствии с пунктом 10 Трудового договора № от 27.09.2017 года, в должностные обязанности санитарки ФИО1 входит: уборка помещений в инфекционном отделении в соответствии с санитарными нормами, по указанию палатной медицинской сестры сопровождает больных в лечебно-диагностические кабинеты, обслуживает и ухаживает за больными, обеспечивает чистоту в палатах, санузлах и в других помещениях отделения. Не реже двух раз в день производит тщательную влажную уборку отделения, а также в любое время суток в случае необходимости и т.д..

Из пункта 12 Трудового договора следует, что работодатель обязан обеспечить безопасность и условия труда, соответствующие нормативным требованиям охраны труда.

В соответствии с Главой 7 коллективного договора ГАУЗ "ООКИБ" на 2021-2024 годы, утвержденным от работодателя главным врачом ГАУЗ "ООКИБ", от работников председателем ППО ГАУЗ "ООКИБ", с целью обеспечения здоровых и безопасных условий труда, в соответствии с действующим законодательством и нормативными актами по охране труда, Работодатель обязуется обеспечить: соответствующие требованиям охраны труда, условия труда на каждом рабочем месте, проведение инструктажей по охране труда: вводного, первичного на рабочем месте, повторного, целевого, внепланового, организовать обучение и проверку знаний по охране труда рабочих, специалистов.

Из предоставленных журналов инструктажей следует, что с ФИО1 проводился первичный и повторный инструктаж по охране труда на рабочем месте 04.09.2020 года, 26.11.2021 года. ФИО1 не отрицает, что инструктажи проводились, конкретно даты она не помнит, однако сотрудников собирали и проводили инструктажи.

В соответствии с инструкцией по охране труда для санитарки, утвержденной 08.09.2020 года работодателем и председателем профсоюзного комитета ГАУЗ "ООКИБ", перед началом уборки помещений убрать стулья, коврики, решетки и другие предметы. Перед уборкой удалить с пола острые и колющие предметы веником или щеткой при помощи совка (пункт 3.2) Обнаруженные нарушения требований безопасности труда должны быть устранены собственными силами, а при невозможности сделать это санитарка обязана сообщить о них заведующему службы. (пункт 2.8) Согласно листа ознакомления, ФИО1 с данной инструкцией ознакомлена 07.09.2020 года. (л.д.191-197 т.2)

Как следует из пояснений истца ФИО1, 17 декабря 2021 года, находясь на рабочем месте, она упала, зацепившись за провод, который висел под кроватью. В результате падения повредила правую ногу и правое плечо. Ей была сделана КТ ноги, установлено, что был перелом, она была отправлена домой. Скорую помощь она вызвала себе сама. При поступлении в травматологическую больницу № 4, ей сделали рентген и отправили в районную Сакмарскую больницу по месту жительства.

30.12.2021 года она обратилась с жалобой на имя главного врача ГАУЗ "ООКИБ", указав на данные обстоятельства, пояснив, что ее вынуждают написать заявление об отказе от производственной травмы, якобы она получила травму в быту. Просила произвести служебное расследование, составить акт о несчастном случае на производстве.(л.д. 93 том 1, л.д.135 т.2)

В соответствии со ст. 229 Трудового кодекса Российской Федерации, Для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного представительного органа работников (при наличии такого представительного органа), уполномоченный по охране труда (при наличии). Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

Согласно ст.229.1 Трудового кодекса Российской Федерации, Расследование несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили легкие повреждения здоровья, проводится комиссией в течение трех календарных дней. Расследование несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом проводится комиссией в течение 15 календарных дней.

Несчастный случай, о котором не было своевременно сообщено работодателю или в результате которого нетрудоспособность у пострадавшего наступила не сразу, расследуется в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, по заявлению пострадавшего или его доверенного лица в течение одного месяца со дня поступления указанного заявления.

11.01.2022 года ФИО1 повторно обратилась к главному врачу ГАУЗ ООКИБ, просила провести служебное расследование по поводу несчастного случая, происшедшего с ней 17 декабря 2021 года на рабочем месте.(л.д.137 т.2)

Приказом №-п от 11 января 2022 года ГАУЗ "ООКИБ" создана комиссия по расследованию несчастного случая, происшедшего 17 декабря 2021 года с санитаркой ФИО1, в которую входили заместитель главного врача ФИО10, юристконсульт ФИО11, председатель профсоюзного комитета ФИО12. Специалист по охране труда на момент создания комиссии в ГАУЗ "ГКБ № 4" отсутствовал.

11.01.2022 года ГАУЗ "ООКИБ" направлен запрос главному врачу ГАУЗ "ГКБ №4" г. Оренбурга о выдаче заключения о состоянии здоровья работника ФИО1 в результате падения и повреждения правой ноги, а также правого плеча, происшедшего 17.12.2021 года (учетная форма № Ф-315/у)

В ходе расследования ФИО1 пояснила, что она находилась в палате №, чтобы поменять постель на кровати и перевести больного в 402 палату. Под кроватью висел провод, так как кровать на пульте управления, она постель собрала и хотела уйти, но зацепилась за провод, схватилась за спинку кровати, но не удержалась и упала на правую сторону в проходе между кроватями. Когда упала, начала звать на помощь, пришла медсестра ФИО13 и была врач ФИО14, врач интерн. Ее направили на компьютерную томографию, которая показала, что у нее перелом надколенного сустава.

Был проведен осмотр места несчастного случая от 19 января 2022 года - осмотрена палата № площадью 20 кв.м., проводился ремонт в 2021 году, на полу линолеум, имеется раковина и два больших окна. В палате стоят пять функциональных кроватей. ( не указаны модели, фотографирование не производилось)

Из пояснительной записки врача-инфекциониста ФИО14 следует, что 17.12.2021 года она услышала крик, прибежала в третью палату и нашла лежащей на полу и плачущей от боли ФИО1 (санитарку 1 отделения). Она направила пострадавшую на КТ коленного сустава.

Медсестра ФИО13 пояснила, что дежурила 17.12.2021 года с санитаркой ФИО1. Она выписывала листы назначений и услышала крик, который издавался из № палаты. Она пришла и увидела ФИО1, лежащую на полу в 403 палате. Она позвала доктора ФИО14, которая назначила ей КТ коленного сустава. Она отвела ФИО1 на КТ, после чего вызвала мужа ФИО1 и они уехали домой.

Из пояснений старшей медицинской сестра ФИО15 от 16.01.2022 года следовало, что 17.12.2021 года ей позвонила дежурная медицинская сестра ФИО13, сказала, что санитарка М.О.ВБ. упала в палате №, но каким образом упала, она не видела, она отвела ФИО1 на КТ, а потом отправила ее домой. На следующий день ФИО1 позвонила и сказала, что она обращалась в ОКПБ №4, где ей выдали справку о травме в быту. Ни о какой производственной травме речь не шла.

В объяснении от 21.12.2021 года ФИО15 пояснила, что сделав исследование на КТ, ФИО1, не дождавшись результата, позвонила своему мужу и попросила его приехать. От вызова скорой помощи ФИО1 отказалась, сказала, что муж ее отвезет в ГКБ №4.

08 февраля 2022 года главным врачом ГАУЗ "ООКИБ" утвержден акт о несчастном случае на производстве (далее Акт), в котором указано, что 17 декабря 2021 года в 16 часов 15 минут ФИО1, находясь на рабочем месте - палате 403, упала.

В соответствии с пунктом 8.2. Акта Характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья: ушиб правого коленного сустава. Ушиб правого плечевого сустава. ДОА правого коленного сустава 3-4 cт.S 80.0.Степень тяжести легкая.

В пункте 9. Акта Причины несчастного случая указано: личная неосторожность, невнимательность.

Пункт 10. Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: лиц, допустивших нарушения законодательных, иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, предусматривающих ответственность за нарушения, явившиеся причиной несчастного случая комиссия ГАУЗ "ООКИБ" не усматривает.

В соответствии со ст. 228 Трудового кодекса Российской Федерации, при несчастных случаях, указанных в статье 227 настоящего кодекса, работодатель (его представитель) обязан:

немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию;

сохранять до начала расследования несчастного случая обстановку, какой она была на момент происшествия, если это не угрожает жизни и здоровью других лиц и не веден к катастрофе, аварии или возникновению иных чрезвычайных обстоятельств, а в случае невозможности ее сохранения

- зафиксировать сложившуюся обстановку (составить схемы, провести фотографирование или видеосъемку, другие мероприятия)

- в установленный настоящим кодексом срок проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в настоящем Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего;

- принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой.

В судебном заседании были допрошены в качестве свидетелей врач-инфекционист ФИО14, старшая медсестра ФИО15, главная медсестра ФИО16

Из показаний свидетеля ФИО14 следует, что 17.12.2021 года во время рабочего дня при текущей уборке палаты № санитарка ФИО1 упала. Она пришла на ее крик и не видела момент падения, не спрашивала у ФИО1 причину падения, но в палате было тесно, обстановку она не осматривала, но линолеум в этой палате задирался. ФИО1 сделали КТ. Позже писала при расследовании объяснение.

Свидетель ФИО15 пояснила, что 17 декабря 2021 года она находилась дома. Ей позвонила медсестра и сказала, что истец упала, врач ФИО14 отправила ее на КТ. ФИО1 не стала ждать скорую помощь и уехала с мужем в больницу. В субботу ФИО1 позвонила и сказала, что ей дали справку о бытовой травме. В понедельник она доложила о ситуации главной медсестре.

Свидетель ФИО16 в судебном заседании пояснила, что в понедельник после 17 декабря 2021 года старшая медсестра ей сообщила, что у ФИО1 была бытовая травма. От старшей медсестры было известно, что ФИО1 упала в палате № или 404, где стояли пять функциональных кроватей, проводов к кроватям не было. Ей оказали первую помощь. Она сообщила ФИО17

Показаниями свидетелей и материалами дела установлено, что ФИО1 17.12.2021 года получила травму при исполнении своих должностных обязанностей в палате № ГАУЗ "ООКИБ".

На основании медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного ГАУЗ "ГКБ №4" г. Оренбурга формы № от 11.01.2022 года в Акте указано, что ФИО1 получила травму S 80.0 "Ушиб правого коленного сустава. Ушиб правого плечевого сустава. ДОА правого коленного сустава 3-4 ст." Указанное телесные повреждение в соответствии с приказом Минздрава и социального развития РФ № 160 от 24.02.2005 года относится к категории легких.

При таких обстоятельствах, Акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 08.02.2022 года составлен в соответствии с полученным по запросу ГАУЗ "ООКИБ" медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести.

Вместе с тем, как установлено, окончательный диагноз истцу был выставлен позже Сакмарской районной больницей, которой оформлена справка о заключительном диагнозе формы №/у, в соответствии с которой ФИО1 проходила лечение по поводу производственной травмы: перелом надколенника справа, дегенеративное повреждение менисков, сложная контрактура правого коленного сустава. Согласно справки, последствием несчастного случая на производстве указано: выздоровление, рекомендован перевод на другую работу.

Так, в соответствии с приложением № 4 приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 15.04.2005 № 275 «О формах документов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве» учетная форма №/у «Справка о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве» заполняется и выдается на руки пострадавшему медицинской организацией по окончании лечения.

Установлено, что в период с 17.12.2021 года по 05.05.2022 года ФИО1 в связи с производственной травмой получала амбулаторное лечение в ГБУЗ «Сакмарская районная больница», т.е. справка должна быть выдана ФИО1 05.05.2022 года.

Данная справка истцу была выдана Сакмарской районной больницей несвоевременно, после внесения прокуратурой Сакмарского района Оренбургской области 24.06.2022 года представления, что следует из материалов дела.

29.08.2022 года ГАУЗ "ООКИБ" в Государственную инспекцию Оренбургской области было направлено сообщение о последствиях несчастного случая на производстве с указанием окончательного диагноза по заключению лечебного учреждения и продолжительности временной нетрудоспособности ФИО1 с 17 декабря 2021 года по 05 мая 2022 года.

Учитывая, что травма получена истцом на территории ГАУЗ "ООКИБ" 17.12.2021 года при выполнении своих трудовых обязанностей, работниками ГБУЗ "ООКИБ" ФИО1 была направлена на компьютерную томографию, о травме было известно как дежурной медсестре ФИО13, так и старшей медицинской сестре ФИО15, главной медсестре ФИО16, а также врачу ФИО14, суд не может согласиться с позицией ответчика о том, что работодателю не было известно о производственной травме, полученной ФИО1, до 11.01.2022 года, когда она обратилась с заявлением о проведении расследования. Отсутствие взаимодействия среди сотрудников ГАУЗ "ООКИБ" и руководством, а также отсутствие ответственного за охрану труда у ответчика в период получения истцом травмы не может являться основанием для освобождения работодателя от своевременного расследования несчастного случая, в связи с чем, суд полагает, что работодатель обязан был произвести расследование несчастного случая в течение трех календарных дней, как указано в статье 229.1 Трудового кодекса Российской Федерации сразу после несчастного случая. Поскольку расследование несчастного случая было произведено только после повторного заявления ФИО1 в январе 2022 года, работодатель упустил возможность сохранять до начала расследования несчастного случая обстановку, какой она была на момент происшествия, зафиксировать сложившуюся обстановку (составить схемы, провести фотографирование или видеосъемку, другие мероприятия) и не выполнил требования ст. 228 Трудового кодекса Российской Федерации.

Кроме того, как установлено, ФИО1 обратилась 30.12.2021 года к ответчику с жалобой, в которой изложила обстоятельства получения производственной травмы, указав, что ее вынуждают написать заявление об отказе от производственной травмы, якобы она получила травму в быту. Учитывая установленные законодательством сроки проведения расследования по заявлению пострадавшего, предусмотренные частью 2 ст. 229.1 Трудового кодекса Российской Федерации (в течение одного месяца со дня поступления указанного заявления), работодателем нарушены сроки проведения данного расследования и по заявлению пострадавшего, поскольку расследование было закончено составлением акта от 08.02.2022 года.

Из ответа ГБУЗ "ООКССМП", по данным единой диспетчерской службы 17.12.2021 года бригада скорой помощи выезжала для оказания медицинской помощи ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по адресу <адрес>, в машине ФИО19 № песочного цвета. Время вызова 17:25, время доставления пациентки в стационар :18:12. Диагноз: Закрытый перелом подколенника справа? Закрытый перелом правого плеча? Медицинская помощь оказана. Больная эвакуирована для госпитализации в ГАУЗ "ГКБ№4" г. Оренбурга по адресу <...>.

Анализируя пояснения врача-инфекциониста ФИО14, старшей медсестры ФИО15, главной медсестры ФИО16, а также медсестры ФИО13, которые были даны по расследовании несчастного случая, а также в судебном заседании, принимая во внимание указанные выше материалы дела, оснований полагать, что ответчиком была организована немедленная первая помощь истицу и доставка ее в медицинскую организацию не имеется. Как следует из пояснений ФИО1, скорая помощь была вызвана ее мужем, когда он приехал к инфекционной больнице. Скорую помощь из сотрудников больницы никто не вызвал. Пояснения ФИО15 о том, что от вызова скорой помощи ФИО1 отказалась, а в судебном заседании о том, что ФИО1 не дождалась скорую помощь, не соответствуют обстоятельствам дела, а также и противоречат друг другу. В связи с чем, суд критически оценивает данные пояснения свидетеля ФИО15 и приходит к выводу, что никто из сотрудников инфекционной больницы не пытался вызвать истцу скорую помощь, а в последующем и сохранить до начала расследования несчастного случая обстановку, какой она была на момент происшествия, а также принять необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования.

Как установлено, ГАУЗ "ООКИБ" в настоящее время сменил свое место нахождения, в связи с чем, осмотр палаты №, где произошел несчастный случай, невозможен. Со слов представителя ответчика, часть функциональных кроватей находится на складе.

При рассмотрении дела судом осуществлен выезд на место нахождения функциональных кроватей ответчика, в ходе которого истцом были осмотрены функциональные кровати, на одну из моделей кроватей истец указала и пояснила, что такие кровати стояли в палате, где она упала. Судом произведено фотографирование осмотренных кроватей, фотографии приобщены к материалам дела. Осмотром указанной модели кровати установлено, что пучок проводов у данной кровати крепится внизу кровати в середине на крючок, один из проводов тянется от одной спинки кровати к другой спинке, не закреплен, находится в свободном движении.

Представитель ответчика в судебном заседании пояснила, что все функциональные кровати одного производителя MALVESTIO, инструкция по которым предоставлена, но модели разные, пояснить, что за модель, которая опознана истцом, не смогла, руководство по эксплуатацию на данную модель отсутствует. Между тем, именно работодатель обязан обеспечить безопасные условия труда на производстве.

Из стабильных пояснений истца, как в ходе расследования несчастного случая, так и в судебном заседании следует, что причиной происшедшего падения послужил провод от функциональной кровати, за который она споткнулась. Истцом опознана модель функциональной кровати, провода от которой действительно могли быть причиной падения ФИО1, поскольку провода проходят по всей длине кровати снизу и их длина позволяет опуститься им до пола и лежать на полу в случае, если они не закреплены на крючке посередине кровати внизу. Учитывая, что ответчиком не организовано расследование в течение трех дней после происшествия, не предприняты меры для фиксации места несчастного случая, а осмотр произведен только спустя месяц 19.01.2022 года, при этом, осмотр был поверхностный, произведенным осмотром не зафиксированы модели функциональных кроватей, не произведено фотографирование данных кроватей, которые находились в палате № в момент получения истцом травмы, суд доверяет показаниям истца и принимает их, считая установленным, что ФИО1 споткнулась о провод функциональной кровати, которая опознана истцом при осмотре в ходе судебного заседания.

На основании части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обуславливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделение равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности. То есть, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ не предоставлено доказательств, опровергающих пояснения ФИО1 о том, что она споткнулась о провод функциональной кровати, проходивший снизу. Довод представителя ответчика о том, что в момент происшествия в палате № находились другие модели функциональных кроватей, у которых провод не проходит снизу, а крепится только с одной стороны, ничем не подтвержден. Учитывая, что в ходе расследования ответчиком данные обстоятельства не зафиксированы, суд критически оценивает позицию ответчика.

При таких обстоятельствах суд полагает, что ответчиком не соблюдены надлежащие условия труда на рабочем месте истца, что находится в причинно следственной связи с полученной истцом травмой, после которой ей лечебным учреждением рекомендован перевод на другую работу.

В соответствии с приказом №-л от 10.06.2022 года, ФИО1 санитарка инфекционного отделения 1 переведена на новое место работы в отделение уборки и дезинфекции (ОМС) уборщиком производственных помещений с тарифной ставкой 7 217 рублей.

Принимая во внимание, что по смыслу положений ст. ст. 219, 220, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием, суд считает установленным, что имеется вина работодателя в происшедшем с истцом несчастном случае 17.12.2021 года.

Вместе с тем, со стороны работника ФИО1 в момент происшествия также имела место неосмотрительность, которая не позволила избежать происшедшего, поскольку в соответствии с инструкцией по охране труда ( пункт 2.8) она была обязана самостоятельно устранить нарушение (убрать провода), в связи с чем, суд приходит к выводу, что следует признать вину ГАУЗ «Оренбургская областная клиническая инфекционная больница» 50 % и ФИО1 50% в несчастном случае на производстве, происшедшем с истцом 17.12.2021 года при выполнении трудовых обязанностей санитарки.

Истец утверждает, что со стороны ответчика допущено нарушение ее трудовых прав, которые выразились в том, что больничные листы для оплаты в Фонд социального страхования были переданы только 15.03.2022 года.

По данному поводу прокуратурой Центрального района г. Оренбурга проводилась проверка, по результатам которой установлено, что ФИО1 работодателю сданы больничные листы - 29.12.2021 года за период нетрудоспособности с 17.12.2021 года по 28.12.2021 года, - 11.01.2022 года за период нетрудоспособности с 29.12.2021 года по 10.01.2022 года, -11.02.2022 года за период нетрудоспособности с 11.01.2022 года по 10.02.2022 года, -04.03.2022 года за период трудоспособности с 11.02.2022 года по 04.03.2022 года, что подтверждается журналом регистрации листов нетрудоспособности ГАУЗ "ООКИБ".

Согласно п.п.2.1,п.2 ст.4.1 Федерального закона от 29.12.2006 № 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" страхователи обязаны своевременно представлять в установленном порядке в территориальный орган страховщика сведения, необходимые для назначения и выплаты страхового возмещения застрахованному лицу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4.3 указанного выше Федерального закона от 29.12.2006 № 255-ФЗ, застрахованные лица имеют право своевременно и в полном объеме получать страховое обеспечение в соответствии с законодательством Российской Федерации об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством.

Из требований п.8 ст.13 Федерального закона от 29.12.2006 № 255-ФЗ, пункта 22 Постановления Правительства РФ от 23.11.2021 года № 2010 "Об утверждении Правил получения Фондом социального страхования РФ сведений и документов, необходимых для назначения и выплаты пособий по временной трудоспособности, по беременности и родам, единовременного пособия при рождении ребенка, ежемесячного пособия по уходу за ребенком", страхователи не позднее трех рабочих дней со дня получения данных о закрытом листке нетрудоспособности, сформированном в форме электронного документа, передают в информационную систему страховщика в составе сведений для формирования электронного листка нетрудоспособности сведения, необходимые для назначения и выплаты пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, подписанные с использованием усиленной квалифицированной электронной подписи.

В ходе проверки установлено, что листы временной трудоспособности ФИО1 в нарушение требований перечисленного законодательства ГАУЗ "ООКИБ" переданы для оплаты в Фонд социального страхования по Оренбургской области спустя продолжительной промежуток времени, а именно 15.03.2022 года. Таким образом, длительным бездействием должностных лиц ответчика было допущено нарушение прав санитарки инфекционного отделения ГАУЗ "ООКИБ" ФИО1, что ответчиком и не оспаривается.

При таких обстоятельствах, по вине ответчика истец была длительное время лишена возможности получить средства к существованию.

В силу статьи 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", следует, что, учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Учитывая, что работодателем не были обеспечены безопасные условия на рабочем месте ФИО1, принимая во внимание степень вины работодателя в получении истцом производственной травмы в виде перелома надколенника справа, дегенеративного повреждения менисков, сложной контрактуры правого коленного сустава, тяжесть данных повреждений (степень тяжести легкая), а также характер перенесенных истцом физических и нравственных страданий, возраст пострадавшей, длительность ее лечения, тот факт, что ответчиком своевременного и надлежащего расследования несчастного случая не произведено, не организована доставка пострадавшей в лечебное учреждение, а в последующем своевременно полученные ответчиком от истца больничные листы не переданы ответчиком в установленный срок в Фонд социального страхования для оплаты, что лишило возможности истца получить своевременно средства к существованию, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, что после травмы по рекомендации врачей истец была переведена на более легкий труд и потеряла в заработке, с учетом требований разумности и справедливости, в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 60 000 рублей. При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает наличие вины самой потерпевшей в полученной ею травме на производстве.

Статьёй 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Положениями статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ установлено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании пунктов 1,9 части 1 статьи 333.36 Налогового кодекса РФ, истцы - по требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, освобождаются от уплаты государственной пошлины.

Принимая во внимание, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в суд с исковым заявлением, с ответчика подлежит взысканию в доход государства государственная пошлина в размере 300 рублей - госпошлину по неимущественным требованиям о возмещении морального вреда.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать вину Государственного автономного учреждения здравоохранения «Оренбургская областная клиническая инфекционная больница» 50 % и ФИО1 50% в несчастном случае на производстве, происшедшем с ФИО1 17.12.2021 года при выполнении трудовых обязанностей санитарки.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Оренбургская областная клиническая инфекционная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Оренбургская областная клиническая инфекционная больница»в бюджет МО город Оренбург государственную пошлину в размере300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Центральный районный суд г. Оренбурга в течение месяца с даты изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.

Судья подпись М.В.Бесаева

Решение в окончательной форме изготовлено 27.12.2022 г.

Идентификатор гражданского дела № 56RS0042-01-2022-003596-40

Подлинный документ подшит в гражданском деле № 2-2443/2022