Судья Губина М.В.

УИД: 74RS0007-01-2023-000899-46

Дело № 2-1987/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело № 11-9722/2023

27 июля 2023 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Доевой И.Б.,

судей Елгиной Е.Г., Подрябинкиной Ю.В.,

с участием прокурора Рыскиной О.Я.,

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Росляковым С.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, взыскании расходов на лечение

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Курчатовского районного суда г. Челябинска от 25 апреля 2023 года.

Заслушав доклад судьи Доевой И.Б. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, пояснения ответчика ФИО2 и его представителя ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, пояснения истца ФИО1 и ее представителя ФИО4, полагавших решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, расходов на лечение в размере 16 926 рублей, расходов по уплате государственной пошлины в размере 977 рублей (л.д. 6-9).

В обоснование исковых требований указано, что 30 мая 2022 года в 10:20 <данные изъяты> водитель ФИО2, управляя транспортным средством ВАЗ 21112, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, нарушил требования пунктов 1.5 и 14.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, совершил наезд на пешехода ФИО1, переходящую проезжую часть по регулируемому переходу. В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1 получила телесные повреждения в виде тупой сочетанной травмы тела, в комплекс которой вошли: <данные изъяты>. В связи полученной травмы, истцу было назначено лечение, в том числе оперативное, она до настоящего времени испытывает боли в области правой ключицы, в период лечения была ограничена в свободном движении и не могла продолжать полноценную жизнь, поскольку не могла самостоятельно себя обслуживать, был нарушен ритм жизни, в связи с полученной травмой была переведена на легкий труд по месту работы. Ссылаясь на данные фактические обстоятельства, истец обратилась в суд с вышеуказанным иском.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО4, действующая на основании ордера от 26 января 2023 года № <данные изъяты>, в судебном заседании суда первой инстанции исковые требования поддержали по доводам. изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании суда первой инстанции не оспаривая факт причинения вреда здоровью истца, полагали заявленную сумму компенсации морального вреда, подлежащей возмещению истцу в размере 200 000 рублей чрезмерно завышенной, не отвечающей критериям разумности и справедливости (том № 1 л.д. 222-225).

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика СПАО «Ресо-Гарантия» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Прокурор в судебном заседании суда первой инстанции дал заключение о наличии оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда с учетом степени вины ответчика, степени физических и нравственных страданий истца, а также принципов разумности и справедливости, поскольку в ходе судебного разбирательства установлен факт причинения вреда здоровью истца (том № 1 л.д. 222-225).

Решением Курчатовского районного суда г. Челябинска от 25 апреля 2023 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Судом постановлено: взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей; исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании расходов на лечение в размере 16 926 рублей оставить без рассмотрения (том № 1 л.д. 227-235).

В апелляционной жалобе ответчик ФИО2 просит решение суда первой инстанции отменить в части взыскания компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, принять в указанной части по делу новое решение. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение норм материального права и процессуального права при оценке доказательств. Указывает на то, что изначально признал свою вину в дорожно-транспортном происшествии, непосредственно после дорожно-транспортного происшествия оказал истцу необходимую помощь, затем предлагал истцу денежные средства на приобретение лекарственных препаратов. Данные обстоятельства истец не оспаривала. Суд первой инстанции не привел мотивы относительно того, какие конкретно обстоятельства дела повлияли на размер взысканной суммы компенсации морального вреда. С учетом данных обстоятельств, определенная судом сумма компенсации является чрезмерно завышенной (том № 2 л.д. 8-9).

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Курчатовского района г. Челябинска просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность (том № 1 л.д. 27).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом. Одновременно информация о слушании дела размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в порядке статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статей 113, 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебном заседанию, судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела при установленной явке.

Исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 30 мая 2022 года в 10:20 <данные изъяты> водитель ФИО2, управляя транспортным средством ВАЗ 21112, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, нарушил требования пунктов 1.5 и 14.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, совершил наезд на пешехода ФИО1, переходящую проезжую часть по регулируемому переходу.

Данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу постановлением судьи Сосновского районного суда Челябинской области по делу об административном правонарушении от <данные изъяты> года, которым ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью <данные изъяты> Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях <данные изъяты> (том № 1 л.д. 183-185).

Согласно заключению эксперта ГБУЗ «ЧОБСМЭ» от 07 июля 2022 года № 291 в результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1 получила телесные повреждения в виде тупой сочетанной травмы тела, в комплекс которой вошли: <данные изъяты> (том № 1 л.д. 204-206).

Как следует из медицинской карты стационарного больного № <данные изъяты> ГБУЗ «РБ с. Долгодеревенское», а также медицинской карты стационарного больного № <данные изъяты> ГБУЗ «ЧОКБ» 30 мая 2022 года ФИО1 была доставлена в ГБУЗ «РБ с. Долгодеревенское», где находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении с диагнозом: <данные изъяты> в период с 30 мая 2022 года по 04 июня 2022 года; 04 июня 2022 года ФИО1 была переведена в травматологическое отделение ГАУЗ «ОКБ № 3» для проведения оперативного лечения – <данные изъяты>, 08 июня 2022 года выписана на амбулаторное лечение в ГБУЗ «РБ с. Долгодеревенское» ГБУЗ «РБ с. Долгодеревенское»; с 31 августа 2022 года по 05 сентября 2022 года ФИО1 находилась на стационарном лечении в ГБУЗ «ЧОКБ» в связи с <данные изъяты> (том № 1 л.д. 92-134, 153-179).

Согласно справке ГБУЗ «РБ с. Долгодеревенское» от 08 декабря 2022 года № <данные изъяты> ФИО1 с 09 декабря 2022 года по 09 января 2023 года по состоянию здоровья нуждается в переводе на легкий труд без подъема тяжестей (том № 1 л.д. 220).

Как следует из справки <данные изъяты> ФИО5» ФИО1 с 25 февраля 2014 года работала в <данные изъяты> ФИО5» в цехе инкубации на должности <данные изъяты>; с 01 января 2023 года переведена в цех инкубации на должность санитара ветеринарного 4 разряда (том № 1 л.д. 219).

Согласно карточке учета транспортного средства, собственником транспортного средства ВАЗ 21112, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, является ФИО2 (том № 1 л.д. 91).

Гражданская ответственность водителя ФИО2 на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в САО «РЕСО-Гарантия» на основании страхового полиса серии <данные изъяты> от 25 марта 2022 года (том № 1 л.д. 214-216).

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, на основании анализа и оценки представленных в материалы доказательств, исходил из того, что в силу действующего законодательства, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается, а установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда, и установив, что вред здоровью ФИО1 был причинен ответчиком при эксплуатации источника повышенной опасности, с учетом положений части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей.

Проверяя по доводам апелляционной жалобы ответчика решение суда в части определения размера компенсации морального вреда, судебная коллегия не находит оснований для его отмены или изменения, полагая, что выводы суда основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, приняты в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела. Представленным сторонами доказательствам судом дана верная правовая оценка. Результаты оценки доказательств суд отразили в постановленном судебном акте. Нарушений требований процессуального законодательства, которые могли бы привести к неправильному разрешению спора, судом не допущено.

Так, к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относится право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Статьей 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Кроме того, по смыслу действующего законодательства, задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится в том числе здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья и др. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Приведенное правовое регулирование судом первой инстанции при рассмотрении исковых требований ФИО1 о компенсации морального вреда применено правильно.

Определяя размер компенсации морального вреда суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь вышеприведенными нормами действующего законодательства, принял во внимание фактические обстоятельства дела, при которых ФИО1 была получена травма (при переходе проезжей части, пользующейся преимуществом в движении); характер и степень тяжести причиненного вреда здоровью исходя из локализации телесных повреждений, особенностей травмы (<данные изъяты>); характер причиненных нравственных и физических страданий, связанных с этим, что привело к ограничению в жизнедеятельности, поскольку до настоящего времени истец испытывает боли в правой ключице, она длительное время не могла и в настоящее время не может продолжать полноценную жизнь; в период лечения не могла самостоятельно себя обслуживать, был нарушен ритм жизни; в связи с полученной травмой была переведена на легкий труд по месту работы; тяжесть перенесенных страданий, длительность нахождения на излечении, в том числе, необходимость оперативного вмешательства; психо-эмоциональное состояние и индивидуальные особенности истца (возраст <данные изъяты> лет на момент дорожно-транспортного происшествия, характер занятий и образ жизни), что, безусловно, усугубило физические и нравственные страдания в связи с причинением вреда здоровью, степень вины ответчика, учитывая, что вред здоровью истцу был причинен ответчиком в результате нарушения им Правил дорожного движения Российской Федерации, отсутствие в действиях истца какой-либо неосторожности в момент дорожно-транспортного происшествия, поведение ответчика после дорожно-транспортного происшествия (ответчик признавал свою вину в дорожно-транспортном происшествии, непосредственно после дорожно-транспортного происшествия оказал истцу необходимую помощь), его материальное и семейное положение (место работы и размер заработной платы, наличие супруги), а также требования разумности и справедливости, счел возможным взыскать с ответчика в пользу истца сумму компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей.

Вопреки ошибочным доводам ответчика, изложенным в апелляционной жалобе и повторяющим его позицию в суде первой инстанции, суд первой инстанции обосновал, почему он пришел к выводу о том, что сумма в 200 000 рублей является достаточной и справедливой компенсацией причиненных ФИО1 ответчиком физических и нравственных страданий, учитывая, что по смыслу действующего правового регулирования компенсация морального вреда по своей природе носит компенсационный характер, а степень соразмерности является оценочной категорией, и только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела. Взысканная судом сумма компенсации морального вреда определена с учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени физических и нравственных страданий, при которых причинен моральный вред истцу по вине ответчика, индивидуальных особенностей истца и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела, а также требований разумности и справедливости.

Вывод суда первой инстанции о размере взыскиваемой суммы компенсации морального вреда сделан с соблюдением норм материального права об основаниях, о принципах и критериях определения размера компенсации морального вреда, подробно мотивирован, в судебном акте приведены доводы в обоснование размера присужденной компенсации морального вреда со ссылкой на исследованные доказательства, к которым, в силу положений части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относятся и объяснения сторон.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что суд не в полной мере учел фактические обстоятельства дела, в том числе, поведение ответчика после дорожно-транспортного происшествия, на правильность выводов суда первой инстанции об определении размера компенсации морального вреда не влияют.

В данном случае, само по себе наличие указанных ответчиком обстоятельств не являются основаниями для его освобождения от ответственности за вред, причиненный при использовании источника повышенной опасности в нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации. Более того, приоритетная функция деликтного обязательства по компенсации морального вреда - это компенсация за нарушение личных неимущественных прав и посягательство на нематериальные блага, исходя из положений статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указание в жалобе на необходимость снижения размера компенсации морального вреда не может быть принято во внимание, поскольку с учетом всех обстоятельств дела компенсация морального вреда в таком размере, очевидно, нарушила бы требования разумности и справедливости и не отвечала бы цели, для которой она установлена, - компенсировать истцу перенесенные ею нравственные страдания. Судебная коллегия приходит к выводу о том, что размер компенсации морального вреда, определенный судом соразмерен установленным по делу обстоятельствам, отвечает требованиям разумности и справедливости.

Каких-либо иных обстоятельств, не учтенных судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда, апелляционная жалоба ответчика не содержит.

Более того, доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что взысканный судом размер компенсации морального вреда завышен, учитывая, что они фактически не содержат обоснования, почему установленный судом размер компенсации не соответствует требованиям разумности и справедливости, не могут быть приняты во внимание судебной коллегии, поскольку любой иной размер компенсации, в том числе заявленный истцом, не способен возместить ей страдания, связанные с причинением вреда здоровью, а оснований полагать, что взысканная компенсация в размере 200 000 рублей явно несоразмерна степени причиненных истцу страданий и обстоятельствам дела, у судебной коллегии (вопреки доводам автора жалобы) не имеется.

В связи с этим, довод жалобы о том, что размер компенсации морального вреда является завышенным, не обоснован.

Судебная коллегия также считает, что доводы ответчика о тяжелом материальном положении не могут служить основаниями для изменения решения суда, поскольку достаточных и объективных доказательств в обоснование тяжелого имущественного положения, не позволяющего исполнить решение суда, ответчиком не представлено, сам по себе факт получения заработной платы в размере 30 000 рублей, наличие супруги, работающей в детском дошкольном учреждении и получающей заработную плату, не превышающую 30 000 рублей, не влияет на вышеприведенные физические и нравственные страдания истца, и не умаляют ее право на достойную компенсацию морального вреда в связи с претерпеванием физической боли, и наступивших последствиях.

Вместе с тем, ответчик не лишен права обращения в порядке статьи 203 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с заявлением о рассрочке или отсрочке исполнения решения суда при возникновении обстоятельств, свидетельствующих о необходимости таковой.

В целом доводы апелляционной жалобы ответчика не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта. Указанные доводы являются аналогичными правовой позиции ответчика при рассмотрении дела судом первой инстанции. Позиция ответчика проанализирована судом первой инстанции, мотивы, по которым доводы истца признаны необоснованными и отклонены, подробно изложены в оспариваемом судебном акте.

Субъективное мнение ответчика в отношении установленных обстоятельств дела, несогласие с оценкой доказательств основанием к отмене решения не является, о каких-либо нарушениях допущенных судом первой инстанции при рассмотрении и разрешении дела не свидетельствует.

Оснований для переоценки представленных доказательств и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется, так как выводы суда первой инстанции полностью соответствуют обстоятельствам данного дела, спор по существу разрешен верно.

Решение суда в части оставления без рассмотрения искового требования ФИО1 о взыскании расходов на лечение на основании абзаца 2 статьи 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, никем не оспаривается, в связи с чем, его законность и обоснованность в силу положений частей 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не может являться предметом проверки суда апелляционной инстанции.

Иное противоречило бы диспозитивному началу гражданского судопроизводства, проистекающему из особенностей спорных правоотношений, субъекты которых осуществляют принадлежащие им права по собственному усмотрению, произвольное вмешательство в которые, в силу положений статей 1, 2, 9 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимо.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого решения, апелляционная жалоба ответчика не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь статьями 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Курчатовского районного суда г. Челябинска от 25 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 31 июля 2023 года.