Дело № 2-6928/2024
УИД 77RS0022-02-2024-006111-93
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
адрес 17 декабря 2024 года
Преображенский районный суд адрес в составе председательствующего федерального судьи Трофимовича К.Ю.,
при секретаре фио,
Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-6928/2024 по иску ФИО1 к Департаменту городского имущества адрес об установления юридических фактов, включении имущества в наследственную массу, признании права собственности в порядке наследования, суд
Установил:
Истец ФИО1 обратилась и суд с иском к ответчику ДГИ адрес об установления юридических фактов, включении имущества в наследственную массу, признании права собственности в порядке наследования, мотивируя свои исковые требования тем, что во владении и пользовании истца находится квартира, расположенная по адресу: адрес. Указанное жилое помещение 27 февраля 1984 года на основании обменного ордера была предоставлена фио в бессрочное владение. Вместе с фио в указанной квартире также проживал сын фио – фио. 29 апреля 1985 года фио умер. После смерти фио Новиков фио остался проживать в жилом помещении, расположенном по адресу: адрес. Указанная квартира находилась в пользовании фио, который нёс бремя содержания жилого помещения, оплачивал коммунальные услуги. С января 2014 года истец ФИО1 была вселена в указанную квартиру фио 18 мая 2016 года между фио и ФИО1 (до брака фио) был зарегистрирован брак. 22 января 2020 года фио умер. После смерти фио в установленный законом срок истец обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства и получила свидетельства о праве на наследство по закону. После смерти фио истец осталась проживать в квартире, расположенной по адресу: адрес. Истец, полагая, что фио вселенный с согласия законного владельца жилого помещения фио при жизни последнего, проживавший на протяжении более 36 лет, добросовестно, открыто и непрерывно владевший указанной квартирой как своей собственной, приобрел право собственности на спорное жилое помещение, Кроме того на момент смерти фио, фио являлся единственным наследником последнего, и фактически принял наследство своего отца, продолжив проживать в спорной квартире и пользуясь имуществом умершего. За период проживания и владения фио спорной квартирой, никто указанное жилое помещение не истребовал. Факт открытого владения данным имуществом подтверждается открытостью фио, а впоследствии и истцом, владения и пользования квартирой, которые в период проживания в квартире оплачивали коммунальные услуги и проводили ремонтные работы в квартире. Указанные обстоятельства явились поводом для обращения в суд с настоящим исковым заявлением.
Ссылаясь на ст. 234 ГК РФ истец просила суд: установить факт владения, пользования и распоряжения за фио, умершим 22 января 2020 года, квартирой, расположенной по адресу: адрес; включить указанную квартиру в наследственную массу после смерти фио, умершего 22 января 2020 года; установить факт принятия истцом наследства в виде квартиры, расположенной по адресу: адрес; признать право собственности истца на указанную квартиру в порядке наследования.
Представитель истца ФИО1 по доверенности фио в судебном заседании исковые требования поддержала, просила суд иск удовлетворить.
Ответчик ДГИ адрес, неоднократно извещен надлежащим образом, явку представителя в судебное заседание не обеспечил, возражений суду не представил, ходатайств об отложении слушания не заявил.
Третье лицо фио в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом, возражений и ходатайств об отложении слушания дела не подала.
Суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствии представителя ответчика и 3 лица.
Суд, выслушав представителя истца, изучив и исследовав материалы гражданского дела, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, приходит к следующему:
В соответствии со статьей 56 ГПК РФ Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований или возражений.
В соответствии с частью 3 статьи 196 ГПК РФ Суд рассматривает дело в рамках заявленных исковых требований.
В соответствии с п. 1 ст. 234 ГК РФ Лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).
Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.
В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).
При разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:
давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;
давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;
давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 ГК РФ);
владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).
В пункте 59 указанного Постановления указано, что если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права. Иск о признании права, заявленный лицами, права и сделки которых в отношении спорного имущества никогда не были зарегистрированы, могут быть удовлетворены в тех случаях, когда права на спорное имущество возникли до вступления в силу Закона о регистрации и не регистрировались в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 6 названного Закона, либо возникли независимо от их регистрации в соответствии с пунктом 2 статьи 8 ГК РФ.
По смыслу приведенных положений ГК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в их взаимосвязи, приобретательная давность является законным основанием для возникновения права собственности на имущество у лица, которому это имущество не принадлежит, но которое, не являясь собственником, добросовестно, открыто и непрерывно владеет в течение длительного времени чужим имуществом как своим. Длительность такого открытого и непрерывного владения в совокупности с положениями об отказе от права собственности и о бесхозяйных вещах, а также о начале течения срока приобретательной давности с момента истечения срока давности для истребования вещи предполагают, что титульный собственник либо публичное образование, к которому имущество должно перейти в силу бесхозяйности либо выморочности имущества, не проявляли какого-либо интереса к этому имуществу, не заявляли о своих правах на него, фактически отказались от прав на него, устранились от владения имуществом и его содержания.
В судебном заседании установлено, что спорным жилым помещением является квартира, расположенная по адресу: адрес, принадлежащая на праве собственности адрес, что следует из копии реестрового дела, представленного в ответ на запрос суда Межрайонного отдела филиала ППК «Роскадастр» по Москве (том 1, л.д. № 142-162).
Вышеуказанная квартира ранее была предоставлена в бессрочное владение и пользование фио по обменному ордеру 051094 серия 83 от 27 февраля 1984 года, выданному Исполкомом Куйбышевского райсовета адрес (том 2, л.д. № 4, 6).
29 апреля 1985 года фио, проживавший по адресу: адрес, умер (том 1, л.д. № 19).
При жизни фио завещания не оформлял, наследники по закону либо по завещанию после смерти фио с заявлениями о принятии наследства не обращались, сведения об открытии наследственных дел к имуществу фио в реестре наследственных дел Федеральной нотариальной палаты отсутствуют.
Как следует из материалов гражданского дела в спорной квартире зарегистрированных лиц не имеется, фио и фио в квартире никогда зарегистрированы не были.
Истец ФИО1 в квартире по адресу: адрес, также никогда зарегистрирована не была, имеет регистрацию по месту жительства в жилом помещении по адресу: адрес, прав на которое в установленном порядке не утратила (том 1, л.д. № 242).
Указанные обстоятельства документально подтверждены и не оспаривались в процессе рассмотрения гражданского спора.
Обращаясь в суд с настоящими требованиями, истец указала, что супруг истца фио, умерший 22 января 2020 года, был вселен в спорное жилое помещение в 1984 году с согласия бывшего нанимателя жилого помещения - фио, где открыто проживал до момента своей смерти в 2020 году (более 36 лет), в частности нёс бремя по содержанию спорного имущества, оплачивал жилищно-коммунальные услуги и распоряжался названным имуществом как своим собственным. Собственник квартиры (адрес) после смерти ответственного нанимателя квартиры в 1985 году должного интереса к спорному имуществу не проявлял. В связи с чем, истец полагает, что на протяжении более 36 лет фио добросовестно, открыто и непрерывно владел спорным имуществом как своим собственным и в силу ст. 234 ГК РФ приобрел право собственности на спорное жилое помещение.
Суд, учитывая мнение представителя истца, считает возможным рассмотреть дело по представленным доказательствам.
По смыслу ст. 234 ГК РФ и Постановления Пленума Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ № 10/22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», основополагающим условием для приобретения права собственности на имущество в порядке приобретательной давности является установление судом добросовестности владения, которое фактически обуславливает и иные его условия - открытость и владение имуществом, как своим собственным. Добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями ст. 234 ГК РФ не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре.
Спорная квартира, расположенная по адресу: адрес, находится в собственности адрес и была представлена в бессрочное владение и пользование по обменному ордеру 051094 серия 83 от 27 февраля 1984 года нанимателю фио.
29 апреля 1985 года фио умер.
При жизни фио, равно как и после его смерти, договор социального найма жилого помещения в отношении спорного жилого помещения не заключался, в соответствии с представленной в ответ на запрос суда копии обменного ордера от 27 февраля 1984 года в спорную квартиру вселялся - фио, иных лиц в обменном ордере указано не было.
Спорное жилое помещение являлось и является в настоящее время муниципальной собственностью и входить в наследственную массу после смерти фио, а в дальнейшем фио, не может.
На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что фио, а впоследствии, и истец ФИО1, были вселены в спорное жилое помещение в отсутствие на то правоустанавливающих документов и занимали его после смерти фио в отсутствие согласия собственника помещения – адрес в лице ДГИ адрес. Также, суд учитывает то обстоятельство, что истец не является близким родственником и наследником к имуществу умершего фио.
Учитывая то обстоятельство, что между ДГИ адрес и фио, как и между сторонами настоящего судебного спора, какие-либо договорные правоотношения по пользованию спорным жилым помещениям на условиях договора социального найма отсутствуют, суд приходит к выводу о том, что законных оснований для признания за умершим фио права собственности на спорную квартиру в силу приобретательной давности не имеется.
При этом суд исходит из того, что истцом не доказан, а судом не установлен факт добросовестного владения фио спорным имуществом как своим собственным, в частности фио с момента вселения в спорное жилое помещение не обращался к собственнику жилого помещения – адрес в лице ДГИ адрес с предложением о заключении договора социального найма жилого помещения, оформления прав пользования спорной жилой площадью после смерти фио. Сам по себе факт проживания и несения фио, а затем истцом расходов на содержание не принадлежащего им имущества не порождает никаких правовых последствий в виде приобретения права собственности на него.
Суд, руководствуясь приведенными нормами действующего законодательства Российской Федерации, исходя из того, что в рассматриваемом случае отсутствует необходимая совокупность условий для возникновения у фио права собственности на спорное имущество в силу приобретательной давности, в частности фио был вселен в спорное жилое помещение в отсутствие на то согласия собственника жилого помещения – адрес, между фио и адрес в лице ДГИ адрес, как и сторонами по делу, отсутствовали какие-либо договорные правоотношения по пользованию спорным жилым помещениям на условиях договора социального найма. Более того, фио с момента вселения в квартиру не принимал должных мер по легализации своего проживания в спорном жилом помещении, что в совокупности с иными собранными по делу доказательствами может свидетельствовать о том, что фио знал об отсутствии у него правовых оснований возникновения права собственности на спорное жилое помещение.
Доводы истца о том, что фио длительное время проживал в спорной квартире, о чем ответчику было известно, нес бремя содержания жилого помещения, судом отклоняются, поскольку отсутствует необходимая совокупность условий для возникновения у фио права собственности на спорное имущество в силу приобретательной давности.
При оплате фио и истцом фактически потребляемых услуг оснований для вывода о том, что они длительное время добросовестно владеют спорным имуществом как собственным, не имеется.
Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ссылается на то, что фио проживал в спорной квартире с 1984 года с согласия нанимателя фио, который умер 29 апреля 1985 года, о чём фио было достоверно известно. Вместе с тем, фио с целью дальнейшего проживания в квартире, зная об отсутствии законных оснований для проживания, не сообщил в жилищные органы, а также в обслуживающую организацию о смерти нанимателя фио В период с 1985 года вплоть до своей смерти 22 января 2020 года фио оплачивал поступающие Единые платежные документы на имя фио, а после смерти фио поступающие ЕПД на имя фио продолжила оплачивать истец ФИО1. Указанные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о том, что владение фио спорной квартирой нельзя признать добросовестным.
Исходя из положений статьи 234 ГК РФ, только один факт пользования спорным имуществом не свидетельствует о возникновении права собственности на него в силу приобретательной давности.
Обязательным элементом признания права собственности в порядке приобретательной давности, наряду с открытостью и явностью, является добросовестность владения, однако истцом таких доказательств в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено.
При этом давностное владение является добросовестным лишь тогда, когда лицо, получая во владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности.
Изучив в совокупности собранные по делу доказательства, принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что иск ФИО1 к ДГИ адрес об установления юридических фактов, включении имущества в наследственную массу, признании права собственности в порядке наследования, заявлен незаконно и необоснованно, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.
Доводы истца ФИО1 и его представителя, изложенные в исковом заявлении и в судебном заседании, правового значения для разрешения рассматриваемого спора не имеют.
Иных требований не предъявлено.
На основании изложенного, в соответствии со статьей 10 ГК РФ, руководствуясь статьями 35, 56, 67, 113, 117, 167, 193-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В иске ФИО1 к Департаменту городского имущества адрес об установления юридических фактов, включении имущества в наследственную массу, признании права собственности в порядке наследования – отказать.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Преображенский районный суд адрес в течение месяца.
Судья К.Ю. Трофимович
Мотивированное решение изготовлено 09 января 2025 года.