Апелляционное определение по делу № 33-6007/2023 от 06.07.2023

Судья: Чирцова Е.А. Дело № 33-6019/2023 (2-641/2023)

Докладчик: Сучкова И.А. УИД 42RS0013-01-2023-000267-96

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кемерово 06 июля 2023 года

судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе

председательствующего: Казачкова В.В.

судей: Сучковой И.А., Вязниковой Л.В.

при секретаре: Свининой М.А.

с участием прокурора: Коровиной Е.А.

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи И.А. Сучковой гражданское дело по апелляционной жалобе представителя Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» ФИО1 на решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 07 апреля 2023 года по иску ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс», Публичному акционерному обществу «Распадская» о взыскании компенсации морального вреда,

установила:

ФИО2 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу "Угольная компания "Южный Кузбасс" (далее - ПАО "Южный Кузбасс"), Публичному акционерному обществу «Распадская» (далее – ПАО «Распадская») о компенсации морального вреда.

Требования мотивирует тем, что в период работы в ПАО «Южный Кузбасс», ПАО «Распадская» у истца развилось профессиональное заболевание-<данные изъяты> (акт о случае профессионального заболевания № (№ от ДД.ММ.ГГГГ).

Заключением МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ истцу впервые была установлена утрата профессиональной трудоспособности за профзаболевание <данные изъяты> в размере <данные изъяты>%, на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

Заключением МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ истцу была установлена утрата профессиональной трудоспособности за профзаболевание <данные изъяты> в размере <данные изъяты>% с ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>.

По заключению Клиники НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний № от ДД.ММ.ГГГГ степень вины предприятий в развитии профессионального заболевания <данные изъяты> составляет:

ПАО «Распадская»- 70,1%,

ПАО «Южный Кузбасс»- 29,9%.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Южный Кузбасс» истцу в связи с профессиональным заболеванием мышечно-тонические (миофасциальные) синдромы пояснично-крестцового уровня выплачена компенсация морального вреда в размере 84 342,71 руб.

Соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Распадская» истцу в связи с профессиональным заболеванием мышечно-тонические (миофасциальные) синдромы пояснично-крестцового уровня выплачена компенсация морального вреда в размере 197 739,94 руб.

Истец полагает, что выплаченные суммы компенсации морального вреда не соответствуют требованиям разумности и справедливости и явно занижены, так как в связи с полученными профессиональными заболеваниями истец испытывает нравственные и физические страдания, что кардинально поменяло его образ жизни.

Из-за профессионального заболевания <данные изъяты> истец постоянно <данные изъяты>

<данные изъяты> Просит взыскать с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» за <данные изъяты> моральный вред в размере 154 857,29 руб.; взыскать с ответчика ПАО «Распадская» за профзаболевание <данные изъяты> моральный вред в размере 363 060,06, также взыскать солидарно с ПАО «Южный Кузбасс», ПАО «Распадская» расходы по оказанию юридических услуг 10 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО2 на заявленных требованиях настаивал.

В судебном заседании представитель истца ФИО3, привлеченный к участию в деле в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО1 действующая на основании доверенности, в судебном заседании, просила в удовлетворении требований истцу отказать в полном объеме.

Представитель ответчика ПАО «Распадская» ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных исковых требований.

Решением Междуреченского городского суда Кемеровской области от 07 апреля 2023 года постановлено: исковые требования ФИО2 к Публичному акционерному обществу "Угольная компания "Южный Кузбасс", Публичному акционерному обществу «Распадская» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда в связи с профзаболеванием <данные изъяты> в размере 65 157 рублей 29 копеек.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в пользу ФИО2 расходы по оказанию юридических услуг 2093 рубля.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Распадская» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда в связи с профзаболеванием <данные изъяты> в размере 152 760 рублей 06 копеек.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Распадская» в пользу ФИО2 расходы по оказанию юридических услуг 4 907 рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Распадская» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

В апелляционной жалобе представитель ПАО «Южный Кузбасс» ФИО1, действующая на основании доверенности в порядке передоверия от ДД.ММ.ГГГГ, сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ, просит решение отменить в части взыскания компенсации морального вреда и судебных расходов в пользу истца с ответчика ПАО «Южный Кузбасс», принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в указанной части в полном объеме.

Указывает, что федеральное отраслевое соглашение содержит нормы Трудового права и направлено на регулирование социально – трудовых отношений и в силу ст.ст. 22,45,48 ТК РФ являются обязательным правовым актом для применения организациями угольной промышленности, к числу которых относится ПАО «Южный Кузбасс».

Компенсация морального вреда, причиненного истцу, в связи с несчастным случаем на производстве, подлежит возмещению в соответствии с требованиями коллективного договора либо соглашения и локальных нормативных актов, содержащих нормы трудового права.

Добровольная выплата ПАО «Южный Кузбасс» истцу компенсации морального вреда в порядке, установленном соглашением сторон, влечет прекращение обязательств по его выплате.

ФИО2 не возражал в отношении размера указанной суммы и принял ее, тем самым согласился с возмещением морального вреда.

Удовлетворение исковых требований привело к повторному взысканию в пользу истца с ПАО «Южный Кузбасс» компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием истца.

Кроме того, указывает, что сумма в размере 2 093 руб., взысканная судом за услуги представителя завышена, не соответствует принципам разумности и справедливости, сложности дела.

На апелляционную жалобу, поданную ПАО «Южный Кузбасс» ФИО2, прокурором поданы возражения.

В заседание судебной коллегии стороны, надлежащим образом извещенные о месте и времени апелляционного рассмотрения дела в порядке ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также путем размещения соответствующей информации на официальном интернет-сайте Кемеровского областного суда, не явились, своих представителей не направили, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявили.

Изучив материалы дела, заслушав мнение прокурора, полагавшего решение суда законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений относительно доводов апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со ст. 327.1 ч. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда и удовлетворения доводов апелляционной жалобы по следующим основаниям:

В силу части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части (пункт 2).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством, подлежащим применении при разрешении требований работника о компенсации морального вреда.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из содержания пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в абзацах втором и четвертом пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в результате работы истца в ПАО «Южный Кузбасс», ПАО «Распадская» у него развилось профессиональное заболевание-<данные изъяты> (акт о случае профессионального заболевания № (№*) от ДД.ММ.ГГГГ).

Указанные обстоятельства подтверждаются копией трудовой книжки, санитарно-гигиеническими характеристиками условий труда, и не оспаривается ответчиками.

Заключением МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ истцу впервые была установлена утрата профессиональной трудоспособности за профзаболевание мышечно-тонические (миофасциальные) синдромы пояснично-крестцового уровня в размере <данные изъяты>% на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. Впоследствии утрата подтверждалась.

Заключением МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ истцу была установлена утрата профессиональной трудоспособности за профзаболевание <данные изъяты> в размере <данные изъяты>% с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно.

ПАО «Распадская» - 70,1%,

ПАО «Южный Кузбасс» - 29,9%.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Южный Кузбасс» истцу в связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты> выплачена компенсация морального вреда в размере 84342,71 руб.

Соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Распадская» истцу в связи с профессиональным заболеванием <данные изъяты> выплачена компенсация морального вреда в размере 197739,94 руб.

На основании представленных медицинских документов, в том числе выписки из амбулаторной карты на имя истца, программы реабилитации пострадавшего, <данные изъяты>

Указанные обстоятельства также подтверждаются показаниями свидетеля С. <данные изъяты>

Частично удовлетворяя требования о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда, суд, руководствуясь нормами права, регулирующими спорные правоотношения, учитывая требования разумности и справедливости, оценил причиненный вред здоровью истца в размере 500 000 рублей, и присудил к взысканию компенсацию морального вреда с ПАО "УК "Южный Кузбасс" в размере 65 157,29 рублей, исходя из расчета: 500 000 рублей х 29,9 % - 84 342,71 рублей; с ПАО «Распадская» в размере 152 760,06 рублей, исходя из расчета 500 000 рублей х 70,1 % - 197 739, 94 рублей, с учетом возмещенной ответчиками сумм по приказам и степени их вины.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учёл объяснения истца о том, что в связи с повреждением здоровья до настоящего времени он переносит физические и нравственные страдания: <данные изъяты>

Разрешая требования о взыскании расходов по оплате услуг представителя, суд на основании статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из объема проделанной представителем истца работы, сложности дела и продолжительности его рассмотрения, степени занятости представителя в судебном разбирательстве, а также его значимости для рассмотрения требований, принимая во внимание принцип разумности и справедливости, соблюдая необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, взыскал в пользу ФИО2 в общем размере 7 000 рублей: 2 093 рублей с ПАО «Южный Кузбасс» и 4 907 рублей с ПАО «Распадская».

На основании ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в доход местного бюджета с каждого ответчика взыскана государственная пошлина в размере 300 рублей.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них.

Решение суда в части отказа в удовлетворении требований, об удовлетворении требований к ПАО «Распадская» участниками процесса не обжалуется, в связи с чем предметом проверки суда апелляционной инстанции в указанной части не является, исходя из положений статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Оснований для проверки обжалуемого судебного постановления в полном объеме судебной коллегией не установлено.

При этом судебная коллегия соглашается с выводами суда о наличии правовых оснований для взыскания с ПАО "УК "Южный Кузбасс" компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, судебных расходов, поскольку основаны на правильном применении норм материального права, фактических обстоятельствах дела, соответствуют содержанию доказательств, собранных и исследованных в соответствии со ст. ст. 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы о том, что в соответствии с нормами Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, Коллективным договором, Положением о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс», на основании заявления ФИО2, приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Южный Кузбасс» добровольно начислило и выплатило ФИО2, компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 84 342,71 руб., при этом ФИО2, не возражал в отношении размера указанной суммы и принял ее, тем самым согласился с возмещением морального вреда, а добровольное определение сторонами размера компенсации морального вреда и перечисление истцу указанных сумм влечет прекращение данного обязательства, судебной коллегией отклоняются как несостоятельные ввиду следующего.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие не обеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового Кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

В соответствии со статьей 237 Трудового Кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 Трудового Кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда".

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

При определении суммы компенсации морального вреда, суд первой инстанции учел добровольно выплаченную ответчиком сумму компенсации морального вреда.

Довод апелляционной жалобы о том, что определенный судом размер оплаты услуг представителя является завышенным, не может быть принят во внимание.

Каких-либо нарушений ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, положений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", при разрешении судом данного вопроса допущено не было. Расходы истца по оплате услуг представителя подтверждаются материалами дела, а именно договором об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, квитанцией к приходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ в размере 10 000 рублей (л.д. 19-21).

При определении размера данных расходов, подлежащих взысканию в пользу истца с ПАО «УК «Южный Кузбасс» суд принял во внимание сложность и характер дела, объем выполненной представителем работы, количество судебных заседаний, а также требования разумности и справедливости, в связи с чем с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 2 093 рублей.

Судебная коллегия соглашается с определенным судом размером подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя, не усматривая оснований для их снижения.

В целом, доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене либо изменению решения суда в обжалуемой части не содержат, поскольку сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела и представленных по делу доказательств, оснований для которой судебная коллегия не усматривает.

Правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных доказательств, доводы апелляционной жалобы по существу рассмотренного спора не опровергают правильности выводов суда в обжалуемой части и не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены состоявшегося судебного решения, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции.

Поскольку нарушений норм материального права, которые бы привели к неправильному разрешению спора по существу, а также нарушений положений процессуального закона, в том числе, влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебной коллегией не установлено, основания для отмены решения суда в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы по ее доводам отсутствуют.

Руководствуясь ч.1 ст. 327.1, ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 07 апреля 2023 года в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий: В.В. Казачков

Судьи: И.А. Сучкова

Л.В. Вязникова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06.07.2023