Производство № 2-275/2025

66RS0003-01-2024-005273-59

Мотивированное решение изготовлено 27 марта 2025 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 13 марта 2025 года

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Войт А.В., при секретаре судебного заседания Туснолобовой К.А., с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области об установлении факта, признании незаконным решений, возложении обязанностей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с вышеуказанным иском, в обоснование которого указала, что обратилась в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области (далее – Отделение) с заявлением о назначении единовременной страховой выплаты в размере 1000000 рублей в связи со смертью сына ***10 в результате несчастного случая на производстве, произошедшего ***, на основании ст. 11 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». Письмом от 29 мая 2024 года № 66-22/65338 истцу отказано в назначении выплаты со ссылкой на не предоставление вступившего в законную силу решения суда, подтверждающего факт нахождения ФИО3 на иждивении ***11 на дату несчастного случая. Решение Отделения истцом обжаловано в вышестоящие органы. В ответах на жалобы указано, что ФИО3 не отказано в назначении единовременный выплаты, а пояснено, что представлен неполный пакет документов для оказания государственной услуги. Такой ответ нарушает действующее законодательства, дача пояснений на заявление не предусмотрена. Также в ответе указано, что ***12 не представлен документ, подтверждающий факт нахождения на иждивении или наличия права на получение содержания на день смерти от погибшего лица. При этом Отделение в своих ответах и Центральный аппарат Социального фонда России не учли разъяснения Верховного Суда Российской Федерации в определении от 05 апреля 2021 года № 78-КГ21-1-КЗ, на которые ссылалась заявитель, согласно которому право на страховые выплаты у нетрудоспособных лиц, имевших ко дню смерти застрахованного лица права на получение от него содержания, законом не поставлено в зависимость от того, получали они от застрахованного лица ко дню его смерти такое содержание фактически или нет.

С учетом уточнений требований /л.д. 73-74/ истец просит установить факт наличия у ФИО3 права на получение ежемесячных страховых выплат в связи со смертью сына в результате наступления несчастного случая, установить факт права ФИО3 содержания от ее сына ***13 на момент его смерти ***, признать отказы Отделения в назначении единовременной страховой выплаты ФИО3, выраженные в письмах от 29 мая 2024 года № 66-22/65338 и от 03 июня 2024 года № 11/64ф незаконным, возложить на Отделение обязанность назначить ФИО3 единовременную страховую выплату в размере двух миллионов рублей в соответствии с п. 2 ст. 11 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» в связи со смертью сына, возложить на Отделение обязанность назначить ФИО3 ежемесячные страховые выплаты в соответствии со ст. 12 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» в связи со смертью сына.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась. Воспользовалась правом вести дело через представителя. Представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности, в судебном заседании пояснил, что значимым является наличие у истца права на получение содержания от умершего сына. Истец являлась пенсионером, уже не работала, несла и несет расходы на содержание квартиры. Справку о состоянии здоровья на момент смерти сына получить не удалось за давностью. На настоящее время имеется справка о состоянии здоровья истца, ***. Просит требования удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, представила отзыв на исковое заявление /л.д. 52-54/, согласно доводам которого Отделение с требованиями ФИО3 не согласно, факт нахождения на иждивении или факт наличия права на получение содержания от погибшего застрахованного лица ко дню его смерти членам семьи, не являющихся несовершеннолетними, подлежит установлению в судебном порядке. Такое решение истцом не представлено. Просит в удовлетворении требований отказать.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности, отзыв поддержала. Также указала, что истцом не доказана нуждаемость истца, в том числе в получении содержания от сына. Размер ее пенсии превышает прожиточный минимум в Республике Кыргызстан. С истцом зарегистрирован еще один человек, следовательно истец может получать содержание от иных лиц.

Третье лицо ПАО «МЗиК» в судебное заседание своего представителя не направило. О дате, времени и месте судебного заседания третье лицо извещено надлежащим образом. Об уважительных причинах неявки третье лицо не сообщило.

Судом определено рассматривать дело при данной явке.

Заслушав представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, оценив доказательства каждое в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО3, ***, является матерью ***14, *** /л.д. 33/.

***15 работал в ПАО «Машиностроительный завод имени М.И. Калинина» (ПАО «МЗиК») токарем, средний размер его заработной платы составлял в 2016 году около 40000 рублей /л.д. 92/.

***, находясь при исполнении трудовых обязанностей, ***16 смертельно травмирован. Согласно акту о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 17 мая 2017 года несчастный случай, произошедший с ***17, работодателем признан несчастным случаем, связанным с производством /л.д. 12-31/.

ФИО3, ***, являлась на дату смерти сына *** и является в настоящее время получателем пенсии по возрасту в Кыргызской Республике, размер пенсии на 2016 год составлял: с января по июль 2016 года 7725 сомов, с августа по сентябрь 2016 года – 7845 сомов, с октября по декабрь 2016 года 8723 сома /л.д. 96/.

Согласно открытым источникам, курс Кыргызского сома в 2016 году: в начале года 94,9237 российских рубля на 100 сомов, в конце года 87,4012российских рубля на 100 сомов.

Письмом от 29 мая 2024 года № 66-22/65338 /л.д. 35/ Отделение на заявление ФИО3 о назначении единовременной выплаты в связи со смертью в результате несчастного случая на производстве ***19 сообщило о том, что факт нахождения на иждивении членов семьи, не являющихся несовершеннолетними, устанавливается в судебном порядке. В связи с тем, что с заявлением о назначении единовременной страховой выплаты не предоставлено вступившее в законную силу решение суда, подтверждающее факт нахождения ФИО3 на иждивении у ***20 на дату несчастного случая, у заявителя не возникло право на получение страховых выплат. В настоящее время основания для назначения ФИО3 страховой выплаты отсутствуют.

На данное решение истцом подана жалоба /л.д. 37-38/.

Согласно ответу на жалобу /л.д. 39-40/ Отделение указало на правомерность действий, поскольку заявителем не представлен документ, подтверждающий факт нахождения на иждивении или наличия права на получение содержания на день смерти от погибшего лица. Факт нахождения на иждивении или факт наличия права на получение содержания от погибшего лица ко дню его смерти членов семьи, не являющихся несовершеннолетними, подлежит установлению в судебном порядке в соответствии со ст. 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Такое решение Отделению не представлено.

16 июля 2024 года Центральным аппаратом Социального фонда России рассмотрена жалоба ФИО3 на отсутствие решения Отделения по назначению либо отказу в назначении страховых выплат в связи со смертью сына в результате несчастного случая на производстве. Установлено отсутствие у Отделения в настоящее время правовых оснований для назначения ФИО3 страхового обеспечения. При этом Отделению указано незамедлительно направить заявителю уведомление посредством почтовой связи с указанием срока предоставления недостающих документов, при получении недостающих документов (неполучении их в установленный срок) принять решение о назначении (отказе в назначении) страховых выплат /л.д. 41-42/.

Решением Отделения от 04 октября 2024 года в предоставлении государственной услуги «Единовременная страховая выплата в связи со смертью застрахованного» отказано /л.д. 51/. В качестве причины указано: не предоставление одного или нескольких документов, необходимых для назначения единовременной страховой выплаты, а именно решение суда об установлении факта нахождения на иждивении или факта наличия права на получение содержания от умершего, вступившее в законную силу, справки о постоянном месте жительства за границей, выданную ФИО3

Разрешая требования истца, суд исходит из следующего.

Обращаясь в суд с исковыми требованиями к Отделению о взыскании единовременной страховой выплаты в связи со смертью сына ***21, погибшего при исполнении трудовых обязанностей в результате несчастного случая на производстве, ФИО3 основывает эти требования на нормативных положениях Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее – Федеральный закон № 125-ФЗ).

Данный федеральный закон устанавливает правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору.

Виды обеспечения по страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний приведены в статье 8 Федерального закона № 125-ФЗ, среди них – единовременная страховая выплата и ежемесячные страховые выплаты лицам, имеющим право на получение таких выплат в случае смерти застрахованного лица.

Единовременные страховые выплаты и ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются лицам, имеющим право на их получение, если результатом наступления страхового случая стала смерть застрахованного (абзац третий пункта 1 статьи 10 Федерального закона № 125-ФЗ).

Согласно пункту 2 статьи 7 Федерального закона № 125-ФЗ право на получение единовременной страховой выплаты в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая имеют, в том числе нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания;

В пункте 2.1 статьи 7 Федерального закона № 125-ФЗ указан круг лиц, имеющих право на получение ежемесячных страховых выплат в случае смерти застрахованного в результате наступления - страхового случая.

Так, право на получение ежемесячных страховых выплат в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая имеют - нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания, а также лица, состоявшие на иждивении умершего, ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет со дня его смерти (абзац пятый пункта 2.1 статьи 7 Федерального закона № 125-ФЗ).

В подпункте «в» пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» разъяснено, что нетрудоспособными в отношении права на получение возмещения вреда в случае смерти кормильца признаются женщины старше 55 лет и мужчины старше 60 лет. Достижение общеустановленного пенсионного возраста (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации») является безусловным основанием для признания такого лица нетрудоспособным независимо от фактического состояния его трудоспособности.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, следует, что к числу лиц, имеющих право на получение ежемесячных страховых выплат в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в случае смерти застрахованного при наступлении страхового случая, относятся не только нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего застрахованного лица, но и нетрудоспособные лица, имевшие ко дню смерти застрахованного лица право на получение от него содержания. При этом право на ежемесячные страховые выплаты у нетрудоспособных лиц, имевших ко дню смерти застрахованного лица право на получение от него содержания, законом не поставлено в зависимость от того, получали ли они от застрахованного лица ко дню его смерти такое содержание фактически или нет. Нетрудоспособными в целях получения ежемесячных страховых выплат по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний являются в том числе лица, достигшие общеустановленного пенсионного возраста, независимо от фактического состояния его трудоспособности. Предоставление права на страховые выплаты по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний нетрудоспособным лицам, состоявшим на иждивении умершего застрахованного, а также лицам, имевшим право на получение содержания от застрахованного лица ко дню его смерти, обусловлено необходимостью поддержания стабильности их имущественного положения как лишившихся возможности компенсировать утрату такой помощи самостоятельно, за счет собственных усилий.

Вопрос о том, имела ли ФИО3 ко дню смерти сына ***22 право на получение от него содержания подлежит разрешению по настоящему делу применительно к положениям статьи 87 «Обязанности совершеннолетних детей по содержанию родителей» и статьи 88 «Участие совершеннолетних детей в дополнительных расходах на родителей» раздела V «Алиментные обязательства членов семьи» Семейного кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 87 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что трудоспособные совершеннолетние дети обязаны содержать своих нетрудоспособных нуждающихся в помощи родителей и заботиться о них.

Дети могут быть освобождены от обязанности по содержанию своих нетрудоспособных нуждающихся в помощи родителей, если судом будет установлено, что родители уклонялись от выполнения обязанностей родителей. Дети освобождаются от уплаты алиментов родителям, лишенным родительских прав (пункт 5 статьи 87 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 88 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при отсутствии заботы совершеннолетних детей о нетрудоспособных родителях и при наличии исключительных обстоятельств (тяжелой болезни, увечья родителя, необходимости оплаты постороннего ухода за ним и других) совершеннолетние дети могут быть привлечены судом к участию в несении дополнительных расходов, вызванных этими обстоятельствами.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» разъяснено, что, разрешая вопрос о том, является ли лицо, претендующее на алименты, нуждающимся в помощи, если с наличием этого обстоятельства закон связывает возможность взыскания алиментов (статьи 85 и 87, абзацы второй и четвертый пункта 2 статьи 89, абзацы третий - пятый пункта 1 статьи 90, статьи 93 - 97 Семейного кодекса Российской Федерации), следует выяснить, является ли материальное положение данного лица достаточным для удовлетворения его жизненных потребностей с учетом его возраста, состояния здоровья и иных обстоятельств (приобретение необходимых продуктов питания, одежды, лекарственных препаратов, оплата жилого помещения и коммунальных услуг и т.п.).

Исходя из изложенного право на получение содержания от трудоспособных совершеннолетних детей имеют их родители, если они нетрудоспособны и нуждаются в помощи, то есть материальное положение нетрудоспособных родителей с учетом их возраста, состояния здоровья, необходимости в приобретении лекарственных препаратов, несения расходов на посторонний уход, оплаты жилого помещения, коммунальных услуг и иных обстоятельств явно недостаточно для удовлетворения их жизненных потребностей и помощь трудоспособных совершеннолетних детей в таком случае является необходимой для обеспечения нормального существования нетрудоспособных родителей. Нетрудоспособные родители могут быть признаны нуждающимися в материальной помощи как при отсутствии у них средств к существованию, так и при явной недостаточности таких средств. Нуждаемость нетрудоспособных родителей в материальной помощи осуществляется путем сопоставления самостоятельных доходов таких родителей и их необходимых потребностей (расходов на питание, лечение, приобретение одежды, предметов домашнего обихода и т.п.). При установлении обстоятельств, подтверждающих факт уклонения родителей от выполнения родительских обязанностей по содержанию и воспитанию детей, трудоспособные совершеннолетние дети могут быть освобождены судом от обязанности по содержанию таких родителей. Родители не вправе требовать получения содержания от трудоспособных совершеннолетних детей, в отношении которых они были лишены родительских прав.

С учетом приведенного юридически значимыми, подлежащими установлению исходя из требований ФИО3 о взыскании страховых выплат в соответствии с положениями статьи 7 Федерального закона № 125-ФЗ в их взаимосвязи с положениями статей 87 и 88 Семейного кодекса Российской Федерации являются следующие обстоятельства:

- была ли ФИО3 нетрудоспособна на момент смерти сына ***23 ***,

- каково было материальное положение ФИО3 на момент смерти сына ***24: какой доход она получала (пенсия, социальные выплаты, заработная плата, доходы от вкладов в банках и др.) и каков размер этого дохода;

- являлся ли получаемый ФИО3 при жизни ее сына ***25 доход достаточным для удовлетворения ее жизненных потребностей с учетом ее возраста, состояния здоровья и иных обстоятельств (приобретение необходимых продуктов питания, одежды, лекарственных препаратов, оплата жилого помещения и коммунальных услуг и т.п.);

- нуждалась ли ФИО3 в материальной помощи своего сына ***26

- имелись ли обстоятельства, освобождающие ***27 от обязанности по содержанию своей матери ФИО3

Согласно материалам дела, ФИО3, ***, то есть достигшая на *** 69 лет, на момент смерти сына являлась получателем пенсии по возрасту, то есть нетрудоспособной.

Как уже указано выше, размер пенсии истца на 2016 год составлял: с января по июль 2016 года 7725 сомов, с августа по сентябрь 2016 года – 7845 сомов, с октября по декабрь 2016 года 8723 сома /л.д. 96/. Согласно открытым источникам, курс Кыргызского сома в 2016 году: в начале года 94,9237 российских рубля на 100 сомов, в конце года 87,4012российских рубля на 100 сомов.

Согласно трудовой книжке ФИО3 /л.д. 102-103/, 31 июля 2016 года ФИО3 уволена с последнего места работы.

Согласно техническому паспорту единицы недвижимого имущества, выданному Управлением по землеустройство и регистрации прав на недвижимое имущество горегистра Кыргызской Республики, у ФИО3 в собственности имеется квартира /л.д. 101/.

Также в материалы дела представлены квитанции по оплате за коммунальные услуги: за ноябрь 2026 года за природный газ начислено 71,70 сом, оплачено 72 сома, за декабрь 2016 года начислено 101,30 сом, к оплате 101 сом /л.д. 97/; за отопление и горячую воду за ноябрь 2016 года начислено 1687,54 сомов, оплачено 1688, за декабрь 2016 года начислено 1748,81 сомов, к оплате 1748,35 сомов /л.д. 98/; за ноябрь 2016 года за коммунальные услуги и за мусор начислено 139 сомов /л.д. 99/.

Также в материалы дела представлена справка ВКК 113 от 2025 года о состоянии здоровья истца.

Иные документы, касающиеся материального положения ФИО3, ее траты на удовлетворение необходимых жизненных потребностей на 2016 год, не представлены, учитывая срок до обращения в суд.

Анализируя материальное положение истца, суд исходит из того, что из получаемой в ноябре 2016 года пенсии в размере 8723 сома истец только на содержание имущества (квартиры) понесла траты в размере 72 сома + 1687,54 сомов + 139 сомов = 1898,54 сомов, то есть на удовлетворение необходимых потребностей, в том числе на приобретение необходимых продуктов питания, одежды, лекарственных препаратов, остается 6824,46 сома. При этом прожиточный минимум, о чем представлена информация из открытых источников, в Кыргызской Республике в 2016 году составлял около 4794 сомов.

Прожиточный минимум – это минимальная необходимая для обеспечения жизнедеятельности сумма доходов гражданина. При этом, согласно представленных ответчиком скриншотов относительно размера прожиточного минимума в Кыргызской Республике, основная доля уходит на продукты питания, до 70% для людей пенсионного возраста, то есть примерно 3355,80 сомов у истца может тратиться на питание ежемесячно. После оплаты коммунальных платежей и приобретения необходимых продуктов питания остается 3468,66 на остальные потребности (лекарственные препараты, одежда и так далее), что составляет 39% от размера пенсии).

Иных доходов, кроме пенсии по старости, ФИО3 не имела, что не опровергнуто.

С учетом указанных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что получаемый ФИО3 при жизни ее сына ***28 доход не являлся достаточным для удовлетворения необходимых ее жизненных потребностей с учетом ее возраста (на момент смерти сына ***), оплаты коммунальных услуг, достаточным является лишь обеспечение минимального уровня жизни.

Совокупность установленного по делу позволяет прийти к выводу о том, что ФИО3 нуждалась в материальной помощи своего сына ***29 Обстоятельства, освобождающие ***30 от обязанности по содержанию своей матери ФИО3, не установлены.

Установив все требуемые юридические значимые обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что ФИО3 имела право на получение содержания от своего сына. При этом не является юридически значимым объем содержания, который ставится в зависимость от материального положения сына, а сам факт права на получение содержания. Следовательно не является значимым наличие иных возможных лиц, имеющих право на получение содержания от умершего ***31

Доводы ответчика о том, что в квартире истца 2 зарегистрированных лица, не опровергают указанных выводов.

Поскольку судом установлено, что ФИО3 имела право на получение содержания от своего сына, она имеет право на получение единовременной единовременную страховой выплаты в размере 2000000 рублей в соответствии с п. 2 ст. 11 Федерального закона № 125-ФЗ и ежемесячных страховых выплат в соответствии со ст. 12 Федерального закона № 125-ФЗ.

Действительно, с заявлением о назначении ежемесячных страховых выплат истец не обращалась, однако учитывая позицию Отделения по заявлению ФИО3 по праву истца на получение единовременной страховой выплаты, а также социальную направленность страховой выплаты, суд полагает возможным удовлетворить и требование истца о получении ежемесячных выплат.

Решения Отделения об отказе, законность которых оспаривает истец, от 29 мая 2024 года № 66-22/65338 и от 03 июня 2024 года № 11/64ф, являются ответами истцу на обращения, о чем указано также и в ответе на жалобу Центрального аппарата Социального фонда России. Решение вынесено только 04 октября 2024 года /л.д. 51/, однако истцом данное решение не оспаривается. Незаконным подлежит признанию отказ Отделения в назначении ФИО3 единовременной страховой выплаты.

Отдельными требованиями истец просит установить факт наличия у нее права на получение ежемесячных страховых выплат, а также права на получение содержания от сына. Однако данные требования не могут быть рассмотрены как требования об установлении факта в порядке ст. 265 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не являются фактами, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций, а установление права на получение содержания от сына является юридически значимым обстоятельством для рассмотрения настоящего спора. Право на получение ежемесячных страховых выплат установлено, что также является юридически значимым обстоятельство для назначения такой выплаты. Таким образом, отдельно как исковые данные требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 (паспорт гражданина Кыргызской Республики ***) к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области (ОГРН <***>) о признании незаконным решений, возложении обязанностей удовлетворить частично.

Признать незаконным отказ Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области (ОГРН <***>) в назначении ФИО3 (паспорт гражданина Кыргызской Республики ***) единовременной страховой выплаты.

Возложить на Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области (ОГРН <***>) обязанность назначить ФИО3 (паспорт гражданина Кыргызской Республики ***) единовременную страховую выплату в размере 2000000 рублей в соответствии с п. 2 ст. 11 Федерального закона 24 июля 1998 года№ 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ежемесячные страховые выплаты в соответствии со ст. 12 Федерального закона 24 июля 1998 года№ 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Остальные требования оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Кировский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья А.В. Войт